Часть 29

Дом встретил меня тишиной. Не той уютной,тёплой,что бывает после дождя,когда за окнами гудит город,а внутри чай и книги.А тяжелой,глухой тишиной,которая заполняет каждый угол,как бетон.Как будто стены знали,каким я был.И видели,каким стал. Я въехал в коридор на коляске.Наташа толкала за спиной,не говоря ни слова.Только раз,когда я задел косяк,она тихо выдохнула: — Осторожно. Я кивнул.Не поблагодарил — просто не смог.Гордость застряла в горле,как заноза В гостиной уже ждала Лиза.Она вскочила,как только увидела меня. — Ну наконец-то! — попыталась улыбнуться. — Ты знаешь,я тут почти устроила государственный переворот,пока вас не было.Штаб чуть не назвали в честь меня. Она лихо подбежала,обняла меня за шею.Я чувствовал её руки.Тонкие,тёплые.И не знал,что делать со своими. — Скучала, — сказала она,уже тише. Я кивнул. — Я тоже. Мы не говорили вслух о главном.Ни она,ни я. Она всё ещё подросток.Но слишком многое уже поняла.Слишком многое пришлось принять.И сейчас,когда она смотрела на меня…Я видел в её глазах не жалость.Страх. Не за себя.За меня. Наташа поставила сумку у двери. — Лиза,покажи ему комнату.Пандус мы доделали,в ванную поставили поручни.Всё,как просил. Я молча поехал за Лизой. Комната была почти прежней.Почти. Кровать теперь ниже.Письменный стол придвинут ближе.Зеркало снято со стены.Будто бы я не должен смотреть на себя. Я остановился у умывальника.На полке пена для бритья,бритва.Всё на месте.Я протянул руку.Захотел сделать что-то простое.Обычное.Мужское.Побриться. Я нажал на кнопку пены.С трудом.Пальцы дрожали.Намазал щетину. Поднёс бритву.Начал И порезался. Чёрт. Попробовал снова — лезвие соскользнуло. Рука предала. Я выругался,ударил по умывальнику ладонью.Бритва упала в раковину.Пена потекла по щеке. — Ненавижу… — выдохнул я. В дверях стояла Наташа.Молча.Я не видел,как она вошла. — Нужна помощь? — спросила спокойно. — Нет, — ответил я слишком резко. — Оставь. — Нугзар… — Я сказал — оставь Тишина. Она не ушла.Подошла.Взяла полотенце,аккуратно стерла пену. Сняла новую бритву. — Пожалуйста… — прошептал я. — Я сам. — Тогда покажи. — Я не могу… — в голосе был хрип. — Я не могу даже это… Руки упали на колени.Сломанный.Бесполезный. — Ты дышишь, — сказала она. — Уже можешь больше,чем мы боялись.И если сегодня ты не можешь побриться,то завтра сможешь.Или через неделю.Или я буду делать это,пока не надоест.Но ты не один,слышишь? Я не ответил.Она сама взяла пену,нанесла мне на подбородок и аккуратно стала водить бритвой.Мне было стыдно смотреть ей в глаза.Не этого она заслуживала.Совсем не этого. А мне придётся учиться быть собой заново.Не солдатом.Не оружием.А братом.Мужчиной.Человеком. Поздний вечер.Комната погружена в полумрак,только лампа в углу отбрасывает мягкий тёплый свет на стены.За окном моросит дождь.Редкие капли лениво скользят по стеклу.Где-то на плите шипит чайник,но я даже не обращаю внимания. Наташа стояла рядом,поправляя плед у меня на коленях.Она всегда молчала,когда делала это,будто не хотела признавать,что заботится. Я чувствовал её руки.Тёплые,уверенные Я чувствовал себя куском мебели. Она подошла сзади,обняла меня за шею.Аккуратно,бережно,будто я был фарфоровым.Я закрыл глаза. — Всё нормально, — прошептала она. — Ты дома. Дома. Слово кололо.Как и всё остальное. Я не знал,что теперь значит это место.Раньше это была крепость.Теперь напоминание о том,кем я был. Я мог двигать руками,мог говорить,мог указывать.Но не мог идти Не мог сражаться. Не мог быть… собой. Я слышал,как по ночам она встаёт тихо,идёт на кухню,включает воду,чтобы заглушить всхлипы.Думает,я сплю. Но я всегда слышу. И каждый раз хочу закричать,чтобы она перестала.Чтобы вылила всё на меня,разнесла к чертям,как раньше.Но она молчит.Днём заботится.Слишком спокойно.Слишком терпеливо. — Наташ, — хрипло выдохнул я. Она замерла. — Не надо.Не притворяйся.Я знаю,что ты плачешь.Я же не мёртв внутри,чёрт возьми. Она прижалась щекой к моей голове. — Я не притворяюсь, — ответила почти шёпотом. — Я просто выбираю любить тебя.А не жалеть. Эти слова были как удар и как спасение одновременно. — А мне не за что себя любить, — сказал я. — Я просто обуза.Кусок стали на колёсах.Не мужчина.Не воин. Она отошла вперёд,встала на колени передо мной.Её глаза смотрели прямо в мои.И в них не было жалости.Только гнев и боль,смешанные с любовью. — Не смей больше говорить так.Ты не ноги.Ты сердце.Ты огонь,который держал всех нас.А сейчас ты просто не знаешь,куда себя деть.Но я знаю.Я буду рядом,пока ты не найдёшь путь. Я отвёл взгляд.Потому что не знал,как выдержать её правду. — А если я никогда не найду? — выдавил я. — Тогда я буду искать с тобой.Пока не найдём.Вместе. Она взяла мои ладони в свои,крепко.И я впервые за долгое время позволил себе закрыть глаза и просто дышать. Я не знаю,как долго мы сидели так.Время будто остановилось.Ни звука,ни движения.Только её руки в моих.Только тепло,которое не зависело от температуры.Только тишина,в которой я вдруг почувствовал: я жив. Но где-то внутри что-то крутилось,жгло,не давало покоя.Я поднял глаза на Наташу.Её лицо было упрямым,спокойным,но уставшим.Слишком уставшим. Я потянулся и осторожно обнял её.Уверенно,насколько мог.Её лоб коснулся моего плеча.Она замерла в этом движении,будто тоже боялась пошевелиться. — Наташа… — сказал я тихо. — Ты должна уйти Она не сразу поняла.Или сделала вид. — Что? — её голос дрогнул. — Ты должна уйти от меня.Пока не поздно.Пока ты ещё можешь. Она подняла голову.Смотрела на меня так,будто я только что предал всё,что между нами было. — Нугзар.— в голосе уже нарастал гнев. — Послушай. — Я пытался говорить спокойно. — Я больше не тот.Не тот,кого ты любила.Я теперь… бремя.Остановился.И ты остановилась рядом со мной.Но тебе нужно жить.Дальше.Без этой катастрофы. Я перевёл взгляд на коляску. — Найди кого-то нормального.С руками,которые не дрожат,с ногами,которые идут.С ночами,в которых ты не плачешь. Она молчала.Долго. А потом,внезапно и резко,слабо ударила меня в бок. — Идиот, — выдохнула она. Я вздрогнул. — Что?.. — Ты законченный,упрямый,самоедский идиот.Думаешь,я осталась из жалости? Думаешь,я тут,потому что меня держит долг? — Она выпрямилась. — Я тут потому что тебя люблю,кретин.Не ноги твои.Не пламя твоей силы.Тебя.Целиком.Даже таким,каким ты сам себя не выносишь. Она села рядом,упёрлась лбом в моё плечо,обняла за талию. — Ты не просто мой выбор,Нугзар.Ты моя часть.И если ты думаешь,что можешь меня отпустить,то тебе придётся с этим очень долго бороться.Потому что я никуда не уйду. Я смотрел вперёд.И впервые за всё это время почувствовал не надежду.Нет. Что-то глубже. Корни. Опору. Я положил руку ей на спину. — Хорошо, — сказал. — Тогда потерпи ещё немного этого идиота.Пока он сам себя не найдёт. — Сколько угодно, — прошептала она. И мы просто сидели. Дождь за окном уже закончился. Но внутри только начинался новый день.