Часть 32

Я вновь был на обследовании.Врачи только удивлялись тому,что я смог встать.Пока мог только пару шагов сделать с помощью опоры,поэтому пока еще коляска была нужна Больничные стены пахли антисептиком и надеждой.Тонкой,еле уловимой.Врачи говорили вполголоса,сдержанно ободряюще: «Нейронная активность возобновляется»,«Тело откликается на импульсы»,«Шанс высокий,но нужен контроль».Я кивал,почти не слушая.Всё,что мне было нужно — это ощущение.Снова почувствовать.Снова быть. После обследования Наташа молча ждала в коридоре.Она не сидела,не листала телефон,не рассеивалась по сторонам.Просто стояла,как всегда сдержанная,сильная,чуть напряжённая.Ждала меня. — Как ты? — спросила она,когда меня вывезли на кресле из процедурной. — Жив, — шутник из меня такой себе.Она чуть усмехнулась и кивнула медсестре,принимая у неё кресло. Мы ехали по длинному коридору.Колёса мягко скрипели.За окнами мелькал умирающий день.Я смотрел на отражение Наташи в стекле: сосредоточенное лицо,сжатые губы,тень усталости под глазами.Её руки крепко держали ручки кресла,как якорь,как обещание. — Наташ, — выдохнул я,когда мы оказались на улице,под вечерним небом.Она наклонилась ближе. — Спасибо. — За что? — устало,но искренне. — За то,что держишь меня.Не просто физически.За то,что не ушла,когда могло бы быть легче уйти. Она медленно выдохнула.Взгляд стал мягче. — Я же говорила,я не из тех,кто уходит. Я усмехнулся,глядя вперёд. — Ну тогда ты,наверное,самая упрямая и самая сильная женщина в этой проклятой реальности. — Не в этой.Во всех, — сказала она с лёгкой улыбкой. Я повернулся к ней. — А ещё ты лучшая на свете.Правда. Если бы я мог — я бы… — Можешь, — перебила она спокойно. — Просто живи.Просто борись.Просто возвращай себя.Остальное я прикрою. Она поцеловала меня в висок,и в этот момент я знал: сколько бы не было впереди боли,страхов и битв — я не один. Дверь в квартиру захлопнулась за спиной Наташи глухо,привычно.Возвращение домой всегда пахло тишиной и старым деревом.И чем-то ещё.Тем,что невозможно было назвать,но что всегда было здесь.Как память о прежнем себе. Я сидел в кресле в коридоре.Сердце билось слишком быстро,ладони вспотели.Наташа поставила сумку у стены,развернулась ко мне,будто что-то почувствовала. — Всё в порядке? — Да, — ответил я,хотя не был уверен. Я сжал подлокотники и медленно,с осторожностью,поднялся.Ноги дрожали.Странное,неуверенное чувство — как будто я стоял не на собственных мышцах,а на зыбкой воде.Колени подгибались,позвоночник натягивался,как струна. Но я стоял. — Осторожно… — прошептала Наташа,будто боялась дышать. Я сделал шаг.Один.Потом ещё.Второй шаг был хуже.Третий — почти падение.Тело слушалось плохо,как плохо обученный солдат.Всё внутри скрежетало от напряжения,но я двигался. И рухнул бы,если бы Наташа не подхватила. Она оказалась рядом почти мгновенно.Поддержала под руку,прижала к себе,крепко.Я тяжело дышал,голова кружилась,мышцы ныли,как после боя. — Всё… всё нормально, — пробормотал я,чувствуя,как ярость и стыд накатывают. — Я смог… хоть чуть-чуть… — Ты сделал больше,чем кто-либо ожидал, — прошептала она. — Даже ты сам.Не надо гнаться.Просто иди.Сколько сможешь.Я рядом. Я опустился обратно в кресло.Не потому что сдался,потому что знал: ещё немного,и тело предаст.Но внутри,где раньше было только мрак и сомнение,что-то тёплое шевельнулось.Надежда. Я посмотрел на Наташу.Она всё ещё держала меня за руку. — Ты видела? — спросил я. — Я была рядом, — сказала она. — И буду.Пока не сможешь пройти весь путь. Я сжал её ладонь.Слабо,но уже не бессильно. Наташа всё ещё стояла передо мной,не отпуская мою руку.В глазах гордость,страх,усталость и что-то такое глубокое,что я не мог выдержать этого взгляда.Я потянулся вперёд и встал,всё ещё тяжело дыша от напряжения.Она подалась навстречу, и я коснулся губами её лба. — Спасибо, — прошептал я. Я целовал её лоб,потом щёки — одну, другую,кончик носа.Она пыталась что-то сказать,но я не дал.Перешёл к векам,к подбородку,к вискам.Целовал так,будто в этом было всё,что я не мог выразить словами. — Ты… с ума сошёл, — прошептала она,сдавленно,растерянно.Но не отстранилась. Я взял её ладони в свои.Целовал пальцы по одному,ладонь,запястье.Потом шею.Она дрогнула,вцепилась в мои плечи. И тут из коридора раздался знакомый голос: — Ну вот,стоило мне на кухню выйти — и вы уже как в мелодраме! Только свечей не хватает! Мы оба резко обернулись.Лиза стояла,облокотившись на косяк,с кружкой в руках и абсолютно невозмутимым видом. — Если вы собираетесь тут целоваться до следующей атаки Асты,я,пожалуй,пойду.Чтоб психолог не понадобился. Я лишь поднял бровь.Наташа спрятала лицо у меня на плече,покраснев. — Лиз,иди отсюда, — пробормотал я. — Ага,конечно, — она фыркнула. — У меня тут сериал начинается: "Возвращение героя и невозмутимая медсестра".Не могу пропустить. Я повернулся к Наташе,прижал к себе крепче. — Она всё испортила,да? — Нет, — прошептала она. — Ничего не испортила.Потому что ты стоишь.Потому что ты здесь. И я снова коснулся её губ.Уже не из боли.А из жизни. Ночь снова нависла над домом.Тихая,как вдох перед криком.Часы на тумбочке отсчитывали время равнодушным тиканьем.За окном моросил мелкий дождь,разбиваясь о стекло беззвучно,как будто не хотел тревожить нас. Я лежал,прислушиваясь.Не к дождю,не к ветру.К дыханию. Оно было рядом.Прерывистое.Сбивчивое. Наташа. Я повернул голову.Она лежала на боку,спиной ко мне.Плечи её дрожали.Очень тихо.Почти незаметно.Но я знал.Не спит. — Наташа… — прошептал я. Она не ответила.Только сделала вид,что дышит ровнее. Я медленно,осторожно протянул руку.Касаюсь её спины.Скользнул по позвоночнику.Остановился на лопатке. — Я знаю, — сказал я. — Не спишь.Не притворяйся. Тишина.И только спустя секунды всхлип.Один.Второй. Я подвинулся ближе,прижался лбом к её затылку.Обнял за талию. — Ну не плакай,я здесь.Всё нормально.Я уже рядом.И ты не должна быть сильной всё время,слышишь? Не для меня.Не ночью. Она резко развернулась ко мне и уткнулась лбом в мою грудь.Плечи всё ещё дрожали.Но теперь она уже не пыталась сдерживать. Я гладил её волосы,прижимал крепче,вытирал слезы.Сердце било в такт её рыданий.Мне было больно видеть и чувствовать ее слезы. — Мне просто страшно, — прошептала она. — Я боюсь,что всё вернётся.Что я снова тебя потеряю.Что ты исчезнешь.Или уйдёшь в свою тьму. — Я не уйду, — сказал я уверенно. — Даже если снова рухну — ты первая,кто меня поднимет.Как всегда.А я научусь держаться.Ради тебя.Ради нас. Она подняла голову,и в тусклом свете ночника я увидел в её глазах слёзы и огонь.Настоящий. — Прости, — выдохнула она. — За что? — За то,что я иногда ломаюсь. — Я в тебя влюбился именно такой. Она улыбнулась сквозь слёзы.Я поцеловал её в лоб.Потом в губы. — Спи, — прошептал я. — Сегодня я твоя защита. Она обняла меня полностью,как обычно закинула на меня ногу.И впервые за многие недели уснула первой.Я только гладил ее по голове и благодарил судьбу за свою первую настоящую любовь.