Глава 3 Артур тёмный маг

Глава 3 »Сэр Артур, не соблаговолите ли вы оказать честь моему роду, приняв наше гостеприимство?» — голос Кассандры звучал подобно перезвону хрустальных колокольчиков, но за этой мелодичной интонацией мой тренированный слух уловил едва заметную фальшь. Её губы изогнулись в безупречно выверенной улыбке, которую годами оттачивают в зеркальных будуарах знатных дам — уголки приподняты ровно настолько, чтобы выразить радушие, но не настолько, чтобы показаться фамильярной. Я наблюдал, как закатное солнце, пробиваясь сквозь кружевную листву придорожных вязов, играло в её чёрных как смоль волосах, выбивавшихся из-под изысканного чепца. Каждый локон, казалось, был тщательно уложен искусными пальцами горничных, но теперь, после боя, несколько прядей вырвались на свободу, создавая очаровательный беспорядок. Её серо-зелёные глаза — точная копия морских вод у скалистых берегов Северных провинций — изучали меня с почти неприличной пристальностью, отмечая каждую деталь моей внешности и снаряжения. Мой ответ прозвучал мягко, но не оставлял места для возражений: »Ваше предложение столь же щедро, сколь и неожиданно, миледи, но, боюсь, я вынужден отказаться.» Я видел, как зрачки Кассандры чуть расширились — почти незаметная реакция, которую заметил бы лишь тот, кто знает, куда смотреть. Её безупречно выточенные брови дрогнули на доли секунды, а кончики пальцев, сжимавших складки голубого шелкового платья, побелели от напряжения. Этот отказ ударил по её самолюбию куда сильнее, чем она готова была показать. »Хейлстонский этикет, глава седьмая, параграф третий — отказ от гостеприимства равносилен публичному заявлению о недоверии к роду…» — знания прежнего Артура всплывали в сознании с пугающей ясностью. Я мысленно видел пожелтевшие страницы придворного руководства, которое изучал когда-то он: »В случае, когда особа королевской крови отказывается от гостеприимства рода. то для других аристократов эта значит что они не в милости, королевской семи и то что я являюсь членом королевское семи из другое страны, сильна не играет роли эта будет просто значит что их репутация в других странах не очень. Кассандра, очевидно, прекрасно знала эти правила. Её следующая фраза прозвучала с едва уловимой хрипотцой, выдававшей подавленное волнение: »Тогда, быть может, вы позволите нам сопроводить вас до ворот нашей столицы? Дороги в этих местах небезопасны, а ваша… э… неожиданная пешая прогулка вызывает искреннее беспокойство.» На этот раз её улыбка напоминала тонкий фарфоровый сервиз, готовый разлететься от малейшего неосторожного прикосновения. Я отметил, как дрогнула её губой — деталь, которую не заметил бы обычный наблюдатель. Анализ ситуации разворачивался в моей голове со скоростью пущенной стрелы: Во первых Мой предполагаемый статус — они безоговорочно приняли меня за королевскую особу (что, по правде говоря, не было большой ошибкой ведь как не как Артур был королём а я получил его знания и опыт) Во вторых Политические последствия отказа — были катастрофические для их репутации В третях Истинные мотивы Кассандры — не просто вежливость, а отчаянная попытка сохранить лицо. Особенно забавляло, что их догадки о моём происхождении были частично верны. Артур действительно носил корону — причём не какого-то заштатного княжества, а могущественной империи, чьи владения простирались от Изумрудных морей до Северных хребтов. И теперь его знания, манеры и даже манера держать голову выдавали во мне человека, воспитанного в пурпуре и золоте дворцовых залов. »Но если я откажусь и от сопровождения…» — мысленно продолжил я, представляя последствия: - Кассандра и весь её род станут посмешищем при дворе - Это будет расценено как прямое оскорбление правящей династии - Начнутся ненужные расследования и допросы - В худшем случае — дипломатический кризис с непредсказуемыми последствиями Я внутренне поморщился, осознав, как мгновенно расшифровал все эти политические нюансы. Всего несколько дней назад я бы и не подумал о таких тонкостях! Внешне же я сохранял безупречное спокойствие: Сделал паузу ровно на три секунды (как предписывает этикет) я Прикрыл глаза, будто размышляя (на самом деле давая ей время успокоиться) Я Совершил сложный церемониальный поклон, включающий: - Наклон головы ровно на 15 градусов - Правую руку у сердца, ладонью внутрь - Левую ногу, отведённую назад на полшага - Едва заметную улыбку, достаточно тёплую, но без излишней эмоциональности »Пожалуй, я приму ваше любезное предложение, миледи Кассандра.» — мой голос звучал мягко, но в нём явно читалась королевская интонация, не терпящая возражений. Я видел, как её плечи чуть опустились — незаметный признак облегчения. Маленькая победоносная улыбка мелькнула на её губах, прежде чем она успела взять себя в руки. »Прошу, соизвольте пройти в карету вместе со мной,» — произнесла Кассандра, одаривая меня улыбкой, в которой сочетались придворная учтивость и едва уловимая искренность. Её голос звучал мягко, словно шёлковый шарф, скользящий по обнажённому клинку. Я галантно склонил голову, принимая приглашение: »Благодарю вас, леди Кассандра.» Моя рука, облачённая в кожаную перчатку протянулась ей, чтобы помочь подняться в карету. Её пальцы — удивительно тёплые и сильные для знатной дамы — слегка сжали мои, передавая через тонкую ткань перчаток странное ощущение… почти электрическое. - Её ладонь оказалась удивительно тёплой, несмотря на прохладный вечерний воздух - На внутренней стороне запястья я заметил едва различимые белые шрамы — следы многочасовых тренировок - Ногти — коротко подстрижены и покрыты прозрачным лаком, без излишнего украшательства - Она двигалась с грациозностью, явно отточенной годами тренировок - Лёгкий шлейф аромата — лаванда, смешанная с чем-то более терпким, возможно, бальзамом для оружия - Я сознательно замедлил движения, демонстрируя отсутствие страха - Выбрал место напротив, сохраняя дистанцию, но не превращая её в холодную формальность. Интерьер кареты представлял собой удивительный симбиоз роскоши и практичности: - Бархатная обивка цвета ночного неба с вытканными золотыми звёздами - Потайные отделения, угадывающиеся по едва заметным линиям на стенках - Небольшой складной столик из тёмного дерева с резными солнечными символами - Свежие царапины у дверного проёма — свидетельства недавнего боя Кассандра, устроившись на сиденье, ловким движением убрала свою шпагу в хитроумное ножны, искусно встроенное в обивку. Лезвие скользнуло внутрь с тихим шелестом, напоминающим змеиное шипение. »Полагаю, после столь… оживлённого начала нашего знакомства, мы могли бы позволить себе менее формальное общение,» — предложила она, поправляя складки платья. Её голос звучал ровно, но в уголках глаз танцевали весёлые искорки. Я позволил себе небольшую улыбку: »Согласен. Этикет — прекрасная вещь, но после совместно пролитой крови…»— намеренно оставил фразу незаконченной, наблюдая за её реакцией. Кассандра, устроившись напротив меня в карете, предприняла несколько робких попыток завести светскую беседу:* «Кажется, к вечеру соберётся дождь, не находите?» — её пальцы нервно перебирали кружевные манжеты, а взгляд то и дело скользил по моему лицу в поисках реакции. Я лишь вежливо кивнул, наблюдая, как её глаза вспыхивают любопытством при каждом моём движении. Она напоминала охотничьего кота, затаившегося у норы — внешне спокойного, но каждым мускулом готового к прыжку. Мои мысли тем временем вертелись вокруг названия страны где я оказался: Корона… Карона… где же я это уже слышал точно Рапунцель… Чёрт побери, да я же в мире Диснея! А Кассандра — та из сериала рапунцыль ну та которая брошенная дочь Готель! В памяти всплывали обрывки воспоминаний — я сижу с племянницей перед телевизором, она в восторге трясёт меня за рукав: Дядя, смотри, это же Кассандра! Она такая крутая!» Что я помнил о её истории: - Мать-похитила принцессу и сбежавшая от королевской стражи бросив свою - Четырёхлетняя дочь, оставшаяся в пустом доме - Капитан гвардии (его имя вроде бы так и не назвали в сериале к нему как я помнил обращались либо капитан либо папа) забрал её на воспитание - Уникальная способность взаимодействовать с лунным камнем - Возможно — последствия воздействия солнечного цветка во время беременности Готель или врождённый потенциал. Кассандра является »Боевитой девчонкой, любищия набивать морды,» — с ухмылкой подумал я, вспоминая её мастерское владение мечем. Карета резко подбросило на ухабе, заставив все содержимое салона на мгновение оказаться в воздухе. Деревянные стенки затрещали, кожаные ремни багажника натянулись как струны, а наши тела на секунду потеряли вес. Кассандра инстинктивно вскинула руку, пытаясь найти опору, ее пальйцы в перчатках из тончайшей ткани скользнули по полированному дереву стенки. «Осторожно!» - успел крикнуть я, но было уже поздно. Судьба приготовила нам новый сюрприз – переднее колесо с грохотом провалилось в очередную выбоину. Кассандра, потеряв равновесие, с легким вскриком полетела прямо ко мне. Я успел заметить, как ее глаза расширились от неожиданности, как разлетелись золотистые пряди, выбившиеся из строгой прически. Ее тело мягко ударилось о мою грудь. Я автоматически обхватил ее за талию, почувствовав, как под тонким шелком платья угадывается стройный стан. От нее пахло лавандой и чем-то еще – может быть, дорогим французским мылом или духами с нотками весенних цветов. «Простите, сэр Артур, за мою неуклюжесть …» - пролепетала она, торопливо пытаясь подняться. Я видел, как по ее лицу разливается прелестный румянец, окрашивая даже кончики ушей. Ее ресницы трепетали, словно крылья пойманной бабочки, когда она избегала моего взгляда. Я мягко поддержал ее, стараясь не сжать слишком сильно. «Ничего страшного, леди Кассандра, - ответил я, чувствуя, как углы губ сами собой тянутся вверх, - но мы, кажется, договаривались обходиться без формальностей?» Моя фраза повисла в воздухе на пару секунд дольше, чем я ожидал. Кассандра замерла, ее пальцы вцепились в мои плечи, а дыхание стало чуть чаще. «П-прости, Артур…» - она чуть запнулась, отводя взгляд куда-то в сторону моего левого плеча, затем быстро опустилась на противоположное сиденье. Ее пальцы нервно теребили кружевную отделку платья, разглаживая несуществующие складки. Я заметил, как тонкие брови слегка сдвинулись, образуя милую морщинку на переносице. В этот момент карета снова качнулась, и наши колени неожиданно соприкоснулись. Кассандра вздрогнула, словно от электрического разряда, и снова вспыхнула. Ее руки сжались в кулачки на коленях, ногти слегка впились даже сквозь ткань перчаток. За окном мелькали деревья, их тени танцевали на стенах кареты, создавая причудливый узор. Где-то вдали кричали птицы, а колеса мерно постукивали по неровной дороге. Но внутри салона повисло напряженное молчание, нарушаемое только нашим дыханием. Я перевел взгляд на ее профиль. Солнечный луч, пробившийся сквозь шторку, золотил ее ресницы, играл на высоких скулах. Она была прекрасна в этом смущении, как роза, по которой пробежал утренний ветерок. «Дорога становится все хуже, - наконец нарушил я молчание, - похоже, кучер пытается объехать болотистую местность». Кассандра кивнула, все еще не решаясь поднять глаза. «Да… я заметила», - прошептала она, и в ее голосе я уловил легкую дрожь. Было ли это от страха перед дорогой или от нашего неловкого положения – я не мог сказать. Внезапно карета резко затормозила. Раздался возглас кучера, лошади заржали. Кассандра снова потеряла равновесие, но на этот раз я успел подставить руку, не давая ей упасть. Наши лица оказались совсем близко. «Кажется, нам стоит…» - начал я, но в этот момент дверца кареты распахнулась, впуская поток свежего воздуха и луного света. «Всё в порядке там?» - раздался голос одного из наших спутников, нарушивший этот странный, полный напряжения момент. Кассандра мгновенно отстранилась, снова превратившись в образец благопристойности. Но я-то видел, как быстро бьется жилка на ее тонкой шее, как дрожат ее пальцы, когда она поправляет прическу. »Стоп! По болотистой местности?» — вскрикнула Кассандра, резко отдергивая шторку. Ее глаза расширились, когда за окном открылся вид на бескрайние топкие топи, окутанные сизоватым туманом. Вода между кочками блестела маслянисто, отражая серое небо. Мы оба замерли, услышав множественные шлюпающие шаги, окружающие карету. »Опять…» — с усталым вздохом пробормотал я, потирая переносицу. »Уже третье нападение за день. Кассандра бросила на меня удивленный взгляд, но уже через мгновение ее пальцы ловко нащупали скрытый отсек под сиденьем. С характерным щелчком она извлекла из тайника изящный, но смертоносный клинок. Не зря она приготовилась — сразу же раздались хлюпающие звуки приближающихся шагов. Когда мы распахнули дверь, перед нами предстала мрачная картина: трое гвардейцев лежали в лужах крови, их доспехи были изуродованы грубыми ударами. А посреди этого побоища стоял тот самый ветеран — сэр Эрик, окруженный тридцатью вооруженными мужчинами самого сомнительного вида. »Сэр Эрик, как это понимать?» — Кассандра произнесла эти слова сквозь зубы, ее голос звучал как предгрозовой гул. Ее пальцы судорожно сжали рукоять меча, когда она с ненавистью уставилась на бывшего соратника. Предатель лишь цинично ухмыльнулся, поправив потрепанный плащ: »Леди Кассандра, не беспокойтесь. вы и ваш гость будете почетными гостями в нашем… плену.» Его взгляд скользнул по ее фигуре с неприкрытой похабностью. »Мой отец вам доверял!»— теперь она буквально рычала, и я видел, как по ее спине пробежала дрожь ярости. Эрик внезапно изменился в лице, его глаза загорелись мрачным огнем: »Он занял МОЕ место капитана гвардии! Я должен был стать капитаном, а не этот выживший из ума старик!» Слюна брызнула из его рта, когда он в бешенстве ударил кулаком в бок кареты, заставив дребезжать стекла. В этот момент я заметил, как трое наемников начали незаметно обходить нас с флангов. Кассандра тоже уловила движение — ее поза мгновенно изменилась, приняв боевую стойку. Туман над болотом сгущался, превращаясь в зловещую завесу, а в воздухе повис запах гнили и предстоящей крови. »Артур…» — она бросила мне быстрый взгляд, и в ее глазах я прочел не страх, а холодную решимость.