Глава 2

Иногда в жизни бывают такие моменты, когда ты просто ненавидишь себя. Неважно, сделал ты что-то для этого или нет. Может быть ты обвиняешь себя в том, что сделал или в том, чего не сделал. Именно так сейчас было и у Шастуна. Спустя какое-то время после своего бомбежа и ухода из лагеря, он всё-таки задумался, что был неправ. Вдруг он всё-таки погорячился. Хотя нет. Эти идиоты хотели помочь вражескому разведчику. Или они тупые, или просто хотят помогать всем. Это неплохо в каких-то ситуациях, но сейчас Антон был уверен, что они неправы. Он скорее всего тоже был в чём-то неправ, но важно ли это? Шаст не заметил, как вышел из леса в город. Тут во всю кипела жизнь. Люди носились туда сюда по улицам. На дорогах в пробках стояли машины. Мимо пролетело такси с пожилой женщиной на пассажирском сиденье. Вдали пара строителей перекладывали асфальт. На большом экране, на одной из высоток, красовался Богдан, который рассказывал что-то про светлое будущее. Шаст плюнул и пошёл по улице. Людям вокруг будто было абсолютно насрать на человека с катаной в руке. Тем более он находился в розыске, о чём говорило объявление с его фотографией и вознаграждением за поимку. 10 миллионов рублей за поимку живым и 5 миллионов за мёртвого. Шаст сорвал бумагу с объявлением и тут же ему прилетел удар камнем по голове. Обычный человек как минимум потерял бы сознание, но не Антон. Он потёр ушибленное место и резко развернулся. Смельчаком оказался мужчина в светлом пальто и шляпе. Его лица не было видна из-за тени от головного убора. В руке у него была трость и камень. Как только Шаст посмотрел на него, то он сразу же отбросил в сторону булыжник. Антона переполняла злость и он попытался ударить катаной незнакомца по голове, но тот защитился тростью. Каждый удар Шастуна незнакомец мастерски парировал. Отпрыгнув назад, он снял шляпу. Один глаз неизвестного был синий, другой коричневый, а третий, располагавшийся посреди лба — зелёный. Он слегка поклонился Шасту и растворился в воздухе. Тут же послышались крики, маты, а затем и выстрелы. На Антона бежали трое полицейских и один из них начал стрелять. Шастуну ничего не оставалось, кроме как бежать. Он вилял от полицейских по дворам, но они никак не отставали, словно видели сквозь стены где он. Нужно было отбиваться. Спрятавшись за очередным углом, Антон проткнул одному из преследователей катаной сердце. Второму он сломал руку и прострелил голову пистолетом, находящимся в этой сломанной руке. Третий же успел выстрелить и ранить Антона в руку. Тот пришёл в бешенство. Через пару секунд от нападавшего остался только фарш. Вытерев кровь об одежду одного из полицейских, Шаст поспешил уйти из переулка. Однако далеко уйти ему не удалось. — Кто ты, воин? — Раздался голос сзади. Антон обернулся. Голос принадлежал Богдану. — Не узнаёшь меня? Шастун. Ты же по всему городу мои фотки расклеил — Шастун... Я убивал тебя раньше? — С ехидной улыбкой спросил Богдан. — Папа… сука, я убью тебя! — Крикнул Шастун и побежал в сторону Богдана. Внезапно, прямо перед Антоном, с ближайшей крыши спрыгнул Поздняков, заблокировав проход. Переполненный злобой Шаст начал бить Макса всем, чем получалось, катаной, руками, ногами. Поздняков старался отбиваться, но иногда всё же пропускал удары. Богдан всё это время стоял, убрав руки за спину. Только когда от многочисленных ударов Поздняков упал и Антон был в шаге от того, чтобы убить его, Богдан сделал небольшой жест рукой и создал небольшой взрыв перед Шастом, откинув его в другой конец улицы. С разных сторон послышались крики. К Антону приближались несколько полицейских. — Не стрелять! Потомок Шастуна мне ещё понадобится — Сказал Богдан. Антона скрутили. Макс поднялся с земли и вытер кровь с губы. — Помочь сразу сложно было? — Злобно спросил он. — Я просто наблюдал, на что ты способен — Спокойно ответил Богдан. — Блять, в такие моменты появляется сильнейшее желание тебе въебать — Не забывайся — Сказал Богдан и сжал кулак с кольцом, напомнив, что власть все ещё на его стороне. Антона везли конвоем. Он был в полицейской машине посередине. Спереди и сзади ехали ещё по две машины. В самой последней ехали Богдан и Поздняков. Шастун был заперт в багажнике и был закован в наручники. Казалось, ситуация безвыходная. Однако Антон так не думал. За половину дороги он успел вскрыть наручники. Меньше чем за минуту Шаст вскрыл багажник изнутри. Сгруппировавшись, он выпрыгнул из машины и спустя пару секунд ударился об лобовое стекло следующей тачки. Стекло потрескалось, но не разбилось. Удар пришёлся на спину. Больно, но терпимо. По соседней полосе ехал бензовоз. Хоть и придётся убить пару людей, но для Антона цель оправдывает средства. Шастун несколькими ударами кулака разбил лобовое стекло машины и выкинул из неё полицейского с пассажирского сидения. Водитель пытался как-то вилять, но тоже надолго не задержался. Антон вырубил его ударом ноги в лицо и через дверь выкинул его на дорогу. Дальнейшие действия Антона произошли за несколько секунд. Он ударил ногой по рулю, повернув машину и спрыгнул с неё, прокатившись по земле и ободрав всё, что то можно. Пустая полицейская тачка врезалась в бензовоз, который, к счастью для Антона, оказался не пустой. Обе машины взорвались. Огонь от взрыва перекинулся и на машину Позднякова и Богдана. Богдан, с помощью кольца, поглотил взрывную волну и огонь, чтобы его не задело, но Макс всё-таки попал под удар. — Неплохо ебануло — Сказал Шаст, посмотрев на взрыв. На фоне заката он смотрелся просто шикарно. Через пару секунд он уже бежал в сторону своего лагеря. Не смотря на всё произошедшее, он в точности запомнил дорогу до дома. На знакомую тропу он попал только к сумеркам. На удивление, никто не погнался за ним. Возможно из полицейских никто не выжил, а возможно остались помочь Позднякову и Богдану. Неважно. Главное, что Антон жив и его не схватили снова. По темноте идти через лес, конечно, стремновато, но другого выхода не было. Через полчаса он всё-таки дошёл до знакомого дома. В окнах горел свет. Хорошее они место всё-таки нашли, хер их тут кто найдёт. Никто не додумается просто идти по лесу больше часа, ещё и сворачивая с тропы в кусты. Зайдя на участок он заметил следы крови на земле. — Блять — Прошептал он, осматривая кровь. Антон рванул к дому. Забежав внутрь, он увидел, что всё в порядке. Почти. Все сидели на кухне. Поз что-то готовил. Воля сидел с перебинтованной рукой и пил чай. Соня перематывала плечо Серёге. Гаус, весь в бинтах, ел гречку. Ира и Ярик о чём-то разговаривали неподалёку. Арсений смотрел в окно, опёршись на подоконник. Все резко обернулись на звук открывшейся двери. — Сука, ебаная, ты на кого нас тут бросил?! Нас тут чуть не убили! Если бы не Арсений! Блять, ты совсем ахуел?! — Налетел на него Паша. Он был в бешенстве от того, что Шаст бросил их тут. Антон ведь знал, что он единственная нормальная их защита. Воля со всей силы вмазал Шастуну в челюсть. Тот потёр ушибленное место и уже замахнулся, чтобы ударить в ответ обезумевшего друга, но его схватил за запястье Арсений. — Хватит на сегодня увечий — Сказал Арс. — Не вмешивайся — Начал Шастун. — ХВАТИТ Я СКАЗАЛ! — Крикнул Арсений и сильно сжал запястье Шаста. Тот скрутился от боли в руке и попытался высободиться. Попов отпустил извивающегося от боли Шастуна и тот упал на пол. Ира посмотрела на своего парня и пошла на второй этаж. Шастун поплёлся за ней, извиняясь и пытаясь оправдаться. — Блять, какой же педрила — Сказал Воля, вернувшись к остальным. — Да успокойся ты, у каждого может случиться нервный срыв и каждый может перегореть — Ответил Ярик. — Ну блять, но это же не повод... — Давайте вы свои срачи оставите на завтра, а сейчас мы пойдём спать, уже поздно — Перебил его Арсений. — Ладно, ты прав — Ответил Паша.