Простуда

Лето 1995 года. Очередной захудалый мотель где-то на границе Канзаса и Миссури. Запах затхлости, дешевого кофе и… на этот раз, еще и ментола. Гарри, теперь уже пятнадцатилетний, проснулся с ощущением, что его голова превратилась в тяжелый, гудящий колокол, а горло царапает наждачная бумага. Он попытался глубоко вдохнуть, но нос был намертво заложен, а легкие отозвались хриплым кашлем. — М-м-м, — пробормотал он, пытаясь свернуться калачиком под одеялом. — Слышу, слышу, — раздался сонный, но тут же ставший настороженным голос Дина с соседней кровати. — Что там, малой? Гарри попытался ответить, но его голос был лишь жалким шепотом. Он попытался откашляться, и это привело к приступу сухого, отрывистого кашля, который сотрясал все его тело. Сэм, который уже сидел за столом с ноутбуком, тут же повернулся. Его брови обеспокоенно сошлись. — Гарри? Дин одним движением соскочил с кровати и подошел к нему. Он приложил тыльную сторону ладони ко лбу Гарри. — У тебя жар, Гарри, — сказал Дин, его голос тут же стал серьезным. — И неслабый. Гарри попытался отмахнуться. — Я в порядке. Просто немного... замерз. — Замерз? В июле? — Дин прищурился. — Ага, конечно. Ты весь горишь. Сэм подошел, принес стакан воды. — Как ты себя чувствуешь? Горло болит? Гарри кивнул, морщась. — И голова. И… все. — Ну вот, — вздохнул Дин, — я же говорил тебе не лазить по той чертовой заброшенной больнице без куртки. Там же сырость была, как в склепе. — Я был в куртке! — прохрипел Гарри. — Не той, что надо, очевидно, — парировал Дин. — Ладно, док Винчестер, что у нас? Сэм уже рылся в своей дорожной аптечке, которая по размеру и содержимому могла бы конкурировать с небольшой клиникой. — Нужен сироп от кашля, жаропонижающее, что-то от заложенности носа… и много жидкости. Гарри почувствовал, как его желудок скрутило от предвкушения. Лекарства. Он их ненавидел. Они были горькими, противными, и он всегда чувствовал себя таким беспомощным, когда их пил. — Не хочу! — пробормотал Гарри, пытаясь спрятаться под одеялом. Дин тут же поднял бровь. — Не хочешь? Гарри, ты горишь. Тебе нужно. — Я сам справлюсь, — сказал Гарри, пытаясь сосредоточиться на своем внутреннем огне, который обычно помогал ему справляться с холодом. Но сейчас магия казалась такой же вялой, как и он сам. — Ты не справишься, — спокойно, но твердо сказал Сэм, доставая бутылочку вишневого сиропа и мерную ложку. — Твоя магия работает на энергии, а сейчас вся твоя энергия уходит на борьбу с инфекцией. — Это отвратительно! — Гарри отвернулся. — Я знаю, — Дин сел на край кровати. — Но это необходимо. Открой рот, малой. Гарри замотал головой. Он чувствовал себя ужасно, но перспектива пить этот мерзкий сироп была еще хуже. Он прижал губы. Дин вздохнул. — Ладно. Вариант А: ты открываешь рот, и мы быстро это сделаем. Вариант Б: я держу тебя, Сэм вливает, а потом ты все равно его выпьешь, только еще и униженный. Гарри попытался активировать свою магию, чтобы бутылочка с сиропом просто исчезла или рассыпалась. Но его руки дрожали, а голова кружилась. Максимум, что он смог, это вызвать легкий ветерок, который заставил Дина усмехнуться. — Хорошая попытка, малыш, — сказал Дин. — Но я знаю этот трюк. Он положил тяжелую руку на лоб Гарри, придерживая его голову. — Открой рот, Гарри. Не заставляй нас быть грубыми. Гарри стиснул зубы. — Дин, — Сэм подал ему ложку с сиропом. — Просто… Дин покачал головой. Он схватил Гарри за нос, и тот, инстинктивно пытаясь вдохнуть, открыл рот. Сэм тут же влил сироп. Гарри закашлялся, давясь. Вкус был ужасным – приторно-сладкий вишневый сироп, оставляющий после себя горькое послевкусие. — Фу-у-у! — прохрипел он, когда Дин отпустил его нос. — Это мерзко! — Вот видишь? Все не так уж и плохо, — Дин протянул ему стакан воды. — Запей. Гарри выпил воду, пытаясь избавиться от противного вкуса. — Теперь таблетки, — сказал Сэм, протягивая две белые пилюли. — Нет! Я не могу! — Гарри отвернулся. — Гарри, — голос Дина стал низким. — Если ты не примешь эти лекарства, ты не сможешь пойти с нами на следующую охоту. Ты будешь слишком слаб. А если ты останешься один, я не смогу тебя защитить. Это был удар ниже пояса. Гарри ненавидел оставаться один в мотеле, пока братья рисковали жизнью. — Но… — И никаких тренировок с Импалой, — добавил Дин, зная, что это его самый мощный рычаг. Гарри застонал. Он посмотрел на Сэма, но тот лишь покачал головой. — Он прав, Гарри. Тебе нужно поправиться. Скрепя зубами, Гарри взял таблетки и, запив их водой, проглотил. Он чувствовал себя побежденным и совершенно несчастным. — Хороший мальчик, — Дин похлопал его по плечу. — А теперь спать. Тебе нужен покой. Гарри отвернулся, натягивая одеяло до подбородка. Он слышал, как Дин и Сэм тихо переговариваются. — Он ненавидит это, — прошептал Сэм. — Знаю, — ответил Дин. — Но это для его же блага. Я не могу позволить ему заболеть сильнее. Он еще ребенок. Гарри задремал. Когда он проснулся несколько часов спустя, жар немного спал, а горло болело чуть меньше. Он почувствовал прохладный компресс на лбу, а рядом с кроватью стояла кружка с горячим чаем. Сэм сидел в кресле, читая книгу, а Дин, к его удивлению, спал на соседней кровати, свернувшись калачиком, но его рука свисала так, что почти касалась кровати Гарри. Он был начеку, даже во сне. Гарри осторожно приподнялся. — Дин? Сэм? Сэм тут же поднял голову. — О, ты проснулся. Как себя чувствуешь? — Лучше, — прохрипел Гарри. — Компресс… — Это Сэм, — сказал Дин, который тоже проснулся от его голоса. Он сел, потирая глаза. — Ну что, подействовало наше "отвратительное" лекарство? Гарри кивнул. — Да. — Отлично, — Дин улыбнулся. — А теперь, кто хочет куриный суп? И… может быть, немного пирога, если ты будешь хорошо себя вести? Гарри посмотрел на них. Дин с его напускной грубостью, Сэм с его бесконечной заботой и знаниями. Он все еще чувствовал себя несчастным и больным, но в то же время, чувствовал себя любимым. — Куриный суп, — сказал Гарри. — И пирог. Дин усмехнулся. — Вот так-то лучше. Видишь? Всегда есть награда за то, что ты не помираешь от лекарств.