Исключительный

Justify sex — Dan Balan

На её руке висит маленькая оливковая сумка, пока она держит в другой стаканчик кофе и находу читает итоги отчёта от Уилла, который передал их ей двумя минутами ранее. Атриум министерства полон, все спешат по своим кабинетам или никак не отложным делам, часто сталкиваясь. Шум, разговоры, суетливые волшебники. — Грейнджер, утро, — слышится сзади неё. Голос, который спутать с иным, сравнимо с счастьем. — Утро, Малфой, — не отвлекаясь от отчёта, буднично произносит Гермиона, заходя в полупустой лифт. Высокая фигура Малфоя следует за ней, она сразу же может услышать тонкий шлейф его парфюма. На нём серый костюм, кристально белая рубашка, расстёгнутая на первые две пуговицы. — Ты подумала о вчерашнем? — расслабленно спрашивает он, свысока косясь на её макушку. — У тебя нет ручки? — нахмурившись, игнорирует его вопрос она, дойдя глазами до конца бумаги. Малфой молча, с характерным ему изяществом, вытягивает перьевую ручку из своего нагрудного кармана и протягивает ей. Кажется, что даже это действие сквозит высокомерием. — Подержи, — не давая ему шанса что-то ответить, девушка оставляет в его ладони её стаканчик с кофе и медленно забирает ручку, коснувшись подушечками своих пальцев его, и расписывается в отчёте. Это имеет определенный эффект, ибо стоящие рядом сотрудники переглядываются с сомнением на лицах. Грейнджер невинно возвращает одолженный предмет владельцу, забирает стаканчик и, когда двери лифта наконец распахиваются в стороны на уровне пять, стуча каблуками, первая направляется к своему кабинету главы отдела международного магического сотрудничества.

***

Очередные бумаги, дела, бегающие строки, пульсирующие виски от головной боли. Гермиона шумно вздыхает, фокусируя взгляд на своём столе, а вернее, на беспорядке. Скучающе, она забирает стопку писем с края. Собрание после обеда, запросы на внеплановый отпуск, письмо от Малфоя, газетное продлевание. Предпоследнее письмо она открывает, про себя предугадывая, что там будет написано на сей раз. Качественная бумага расходится вместе с фамильной печатью из серебряного сургуча, так и крича о том, какой отправитель педант. Дорогая Грейнджер, Соизволь напрячь свои пальцы и мозги и ответь хотя бы на одно из семи писем, отправленных мною точно на твоё и никакое иное имя. И перестань вести себя как последняя стерва. С бескрайним уважением, Драко Малфой. Гермиона разрывает письмо, выкидывая его в мусорку. Драко Малфой был упрям. Двумя неделями ранее он раскрыл подпольную международную сеть торговли запрещёнными магическими артефактами, которую они старались выловить последние четыре месяца. Вышел на след артефактов, похищенных из частных коллекций, и помог вернуть шесть опасных предметов в Министерство. Теперь он требовал повышения. И не обычного повышения, а новой должности. Он хотел вырасти до её заместителя. Очень настойчиво, при каждом удобном случае спрашивая, как она смотрит на данную незамысловатую идею. Их нельзя было назвать дружным дуэтом. Все случаи, когда им приходилось работать сообща, заканчивались либо катастрофой, либо очередной ссорой из-за несхожести мнений. Итог был, в частности, идеален, но то, как они шли к нему, разрушительно. Иногда возникали мысли, что пробраться в его дом и придушить ночью было бы легче, чем переубедить в чем-то. Хотя бы приятнее. Стоит одать должное, она мастерски игнорировала его.

***

Девушка движется вдоль стены, минуя ряд сидящих за столом людей. Собрание пока не началось, в помещении разговоры. Совсем не вызывающе она усаживается за свободное место, кидая на стол пергамент и перо для записей. — Было что-то важное? — задаёт вопрос Малфою рядом, безразлично смотрящему напротив себя. — Не сказать, что я слушал, — цинично. — Ясно. Гермиона скучающе прислоняется к спинке стула. — Ты уже одобрила моё повышение? Слово повышение срывается с чужих губ настолько небрежно, что ей не хочется с ним разговаривать. — Я не ставлю свою подпись там, где сомневаюсь. — Ты сомневаешься во мне, Грейнджер? — он медленно поворачивает лицо в её сторону. — До тебя только сейчас дошло? — она упрямо смотрит ему в глаза. — Думаешь, я даю поводы? Кажется, я только шляюсь по непонятным местам, лезу на допросы, где мне быть не положено, и раскрываю дело за четыре месяца, — его голос опускается до опасного шёпота. Она невольно бросает беглый взгляд на его губы. — Ты делаешь свою работу, а не мне одолжение, — последнее слово она буквально шипит, не уступая борьбе их глаз. — Ты можешь заткнуться и перестать мне докучать? — А ты можешь просто работать и не вести себя как сука? В серых глазах Малфоя разбиваются грозы о скалы, когда в её собственных плещется адское пламя. Его фраза не звучит вопросом, это просьба. Они молча смотрят друг на друга, затем одновременно отворачиваются. Бруствер, утомлённо постукивает пером по папке и начинает свою речь с приветствия, медленно переходя к сути. — На повестке дня артефакт №221-З. Вывезен с французской стороны в рамках совместного рейда. Вопросы классификации и хранения пока открыты. Мисс Грейнджер, вопрос — в вашей юрисдикции, — он почтенно кивает ей. Гермиона прикрывает глаза, соглашаясь. — Французская сторона уже заявила протест. Они считают, что артефакт попадает под пункт 14 соглашения о трансграничных находках и требует возврата. — Что непозволительно. — Верно, возврат возможен только после полной идентификации. Протест в данном случае — попытка получить объект, не разобравшись в его природе. Кингсли соглашается с ней, обращается к другим сотрудникам. — И, как обычно, всех игнорировать — главный слоган. Гермиона, не глядя на Малфоя, цокает. — Вставлять своё непрофессиональное и непрошенное мнение, когда тебя не спрашивают, — отличный вариант для тебя, Малфой, продолжай в том же духе. — Прости, моё непрофессиональное мнение таково в совершенности, как и твоё умение признавать чью-то правоту. У тебя очень дипломатичный пыл. — А у тебя — хроническое непонимание, где заканчивается твоя компетенция, — наконец повернувшись к нему. Бруствер шумно откашливается, прерывая их словесную дуэль, видимо, привлекшую слишком много внимания. — Бурные обсуждения — это то, что нам нужно, но в границах дозволенного. Грейнджер выдыхает, мило поднимая уголок губ. И в мыслях думая, какой же сидящий рядом с ней человек исключительный идиот.

***

— Малфой, это просто ужасно. Ты в курсе? — Гермиона листает отчёты с придирчивостью. — Спасибо за приятную рецензию. — Ты назвал Францию восточным партнёром, — она поднимает на него глаза, — Восточным, Малфой. Это Европа. — Это метафора. — Это идиотия. Он стоит рядом с её креслом, с той же стороны стола, что и она, склонив голову вниз. Безучастно оперевшись ладонью о поверхность стола возле бумаг, рассматривает её локоны. Грейнджер старается надменно игнорировать вид его пальцев, унизанных перстнями из белого золота. В очередной раз. — Это всё выглядит так... Будто ты сочинил его, пока шёл сюда, — она в очередной раз перелистывает страницу. — Не будь так категорична, я написал его, опираясь на стену твоего кабинета. Гермиона вздыхает.