Часть 1, начало должно быть положено

Серые дома сменялись один за одним, придавая мрачный оттенок этому дню. Это могло изрядно подпортить настроение во время прогулки семьёй, но ясная солнечная погода не дала этому случиться. Как всегда, задумавшись не в очень подходящий момент я не заметил, как мы оказались на окраине города. — Ты меня вообще слушаешь? — с доброй усмешкой спросила Анна, уже давно зная, что я люблю вот так «выпадать из реальности». — А? Что? Да. Макароны, — резко выбив из размышлений, я стал судорожно соображать и сказал, что первое пришло в голову. — Да? И на какой вопрос мы отвечали? — На вопрос «Что сегодня мы будем есть на ужин?», нет? — Эх… Ты как погляжу совершенно не изменился с последней нашей встречи, — с незначительной грустью в голосе ответила Анна. — Что такое, Солнышко? — Да так, ничего. Просто грустно немного, что мы так редко проводим время вместе… Дочке ведь нужен отец… — досада и некоторая грусть заполонила её мысли, делая её совсем на себя не похожей, а потом выдохнув продолжила. — Ох… Вечно твоя эта работа… Страшно подумать, что будет дальше. Вот скажи, зачем тебе было устраиваться военным? — наконец Анна закончила свой монолог. — Обстоятельства, мы это вроде уже обсуждали. — Мам, Пап, смотрите какой красивый лес на окраине города, — сказала Мария, изумлённая лесным пейзажем. — Давайте фоточку на память. — И вправду красивый. А как мы это так оказались на краю города? — Меньше уходи в размышления на пустом месте и больше уделяй внимания окружающему тебя миру. Улыбочку. /// — А? Я стоял по среди комнаты прикованный взглядом к рамке… к старой потрепанной рамке из дерева с хорошо сохранившейся фотографией, что лежала у меня в руке. На фотографии был изображён лес, небольшой водоём и семья… Счастливая семья… На тот момент… — Я тебе говорю хватит… Хватит каждый раз скорбеть по ним… Пора бы уже отпустить… — сказал Андрей с добрыми намерениями прекратить всё то, что порядком ему надоело.. — Но… Они же моя семья… — Саш, они были твоей семьёй. Ты же не можешь вечно зацикливаться на этом. Надо двигаться дальше, понимаешь? — Эй, о чём спорите? — подключился к разговору третий, его голос доносился из другого конца комнаты. Но тут вдруг зазвонил мой кнопочный телефон, прерывая наш разговор. Это было настолько неожиданно, что я выронил столь ценную мне вещицу. И после падения на рамке осталась трещина, но трещина была не только там… Но ещё и на моей душе… — Чёрт… — тихо выругавшись, я поднял рамку и положил на место. Я подошёл к телефону и ужаснулся. Мне редко кто звонил, а если точнее… Мне практически никто не звонил, если это только не было связано с работой… Мне набрал сам командир, что бывает исключительно редко. — НЕТ ВРЕМЕНИ ОБЪЯСНЯТЬ! СРОЧНО ДУЙ КО МНЕ В КАБИНЕТ! — затрубил голос в телефоне. *** — Седьмой, у вас важная спец. операция. Ты должен понимать: либо сейчас, либо никогда. Эта вещь очень важна для нас. Набирай группу из четырёх человек, и завтра выдвигайтесь, остальную информацию по координатам местонахождения получите позже, — сказала она, смотря серьёзным взглядом мне в глаза так, будто эта ситуация решала вопрос жизни и смерти. Но эта серьёзность была выражена не только взглядом, но и строгой военной формой, что также чётко подчёркивала непростой характер Жанны. Вдруг, после короткого монолога, двое сидящих в кабинете обернулись на стук, доносящийся из противоположной стороны двери. Они не могли даже и мысли допустить о том, что к ним кто-то заявится в такое позднее время суток. Повисло неловкое молчание, но ему не суждено было продлиться долго. Не прошло и пяти минут, как стук повторился, но уже более настойчиво. Мною было принято решение узнать, кто решил нарушить нашу беседу, ведь не каждому встречному взбредёт в голову сюда явиться. ­­­­­– А… ну, тут это, просто… Э… — видимо минутной отдышки виновнику беспокойства не хватило, чтобы начать нормально соображать после длительной пробежки, по достаточно продолжительным коридорам корпуса, — Не удивляйтесь так, я знал, что вы всё ещё здесь, — Продолжил он, наконец-то отдышавшись. — Не важно, ближе к делу, говори, зачем пришёл. — Пришёл я, чтобы передать вам важные бумаги, тем самым сообщив достаточно серьёзную информацию, чтобы вы обратили на это внимание, — сказал он, поймав на себе заинтересованный взгляд. — Я слушаю, — она взяла бумаги и стала внимательно читать информацию, предоставленную в документах. Внимательно пробежавшись по всему тексту, она не так сильно удивилась, как стала серьёзнее, ведь среди малоинтересной ей информации, которою привыкла видеть каждый день, её смутила одна ключевая деталь, гласившая о сокращении срока до начала выполнения приказа. — Так, немедленно набирай людей, и вылетайте! — не на шутку разволновавшись, но тут же успокоившись, — Это очень серьёзно, видимо в правительстве есть предатель — Так точно, все ваши указания будут выполнены, — сказав это, я быстро удалился из кабинета. Направившись в другой корпус, думал над дальнейшей речью перед товарищами, попутно засмотревшись при это на красивый вид, на ночное небо из панорамного окна длинною в весь коридор. *** События, происходящие задолго до этого: Учёные разрабатывают вирус «Project-18» в целях военных действий. Но вдруг что-то идёт не по плану: Это был как всегда обычный день, ничем не отличающийся от других. Лекс, как и обычно проводил третью бессонную ночь подряд за своими исследованиями. — Дай угадаю, ты снова сидел здесь всю ночь, — сказал его коллега, не понимая, зачем каждый раз себя так напрягать. — Я же говорил тебе иди проспись лучше, а ты как погляжу мои слова пропустил мимо ушей. — Боже мой, как же время быстро летит, — с сарказмом проговорил тот, почти совсем не обращая никакого внимание на его слова. — Да ты как посмотрю, вообще меня не слушаешь. — Я же говорил уже, что занят. — Ага, занят он, трое суток подряд, взял бы себе выходной, — продолжил он свой диалог. — Расскажи хотя бы про то, какое у тебя интересное времяпровождение? — Да вот, изучением вируса занимаюсь. Он последнее время стал странно себя вести. — Ну, например? Давай, попробуй удиви, — сказал коллега, искренне заинтересовавшись после сказанных слов. — Он стал намного активнее размножаться, а также паразитировать, — продолжил Лекс. — Меня это начинает напрягать, будто он разумный и всё понимает. После проведённого небольшого и совершенно бессмысленного диалога, как мог подумать Лекс, вдруг за так называемым «стеклянным полотном» промчался одетый во всё чёрное незнакомец. Вдруг включилась тревога. *** Ближе к делу, вернёмся в настоящее: Летим мы на вертолёте. За окном наступает утро, солнце поднимается из-за горизонта, море блестит под лучами восходящего солнца, я пытаюсь заснуть в очередной раз, а летим мы так уже третий час без перерыва. И наконец, я добиваюсь желанного. *** Я выбегаю из бункера, вдруг на меня внезапно набегает куча зомби и начинает рвать на куски. «Это конец» — подумал я, но как оказалось здесь не всё так просто. Вдруг время замирает, и цветовая палитра окрашивается в серый. Неожиданностью стало лицезреть передо мною таинственную фигуру, одетую в плащ чёрного цвета с фиолетовым орнаментом, фиолетовыми также были у неё перчатки, дополнял этот загадочный образ красный шарф и трость. Я попытался разглядеть его лицо, но как оказалось, он стоял ко мне спиной. — Кто ты такой? И что тебе над… — спросил было, но не успел договорить, как меня перебили. — Во-первых, начнём с того, что свою личность раскрывать не буду, во-вторых, я пришёл сюда показать об одном из возможных исходов твоей жизни и предупредить, чтобы ты был осторожнее, — его голос не казался устрашающим, а наоборот он был спокойный, на удивление не грубый, хоть и серьёзный. — Так это всё сон? — Да, только я не должен был вмешиваться. Я лишь хочу предостеречь тебя от дальнейших действий. Знаю, неприятно наблюдать такое зрелище, но ты всё ещё можешь изменить, поэтому я здесь. Если ты продолжишь свой путь, то, что произойдёт дальше, тебе может не понравиться. Тебе нужно убираться отсюда как можно быстрее. — Но… — Даже не успев возразить мне снова не дали довести мысль до конца. — Моё дело предупредить, я всё сказал. Он щёлкнул пальцами и в моей руке появился кусочек бумаги с красным, как кровь текстом «Сны реальны». Но стоило мне на него кинуть взгляд, я сразу же проснулся. *** Проснулся я в холодном поту и что самое странное, я обнаружил у себя в руке туже самую записку, что и во сне. Я понял, что здесь не всё так просто и что это был не просто сон. Об этом я думал всё оставшееся время до того, как прилетим. Мы посадили наш вертолёт на краю обрушенного моста и тут же отчитались о нашем прибытии на остров. Буквально сразу же получили мы дальнейшие указания. У всех на таймере оставалось по 30 минут, мы же за это время должны всё успеть и уже улетать с острова, потому что после истечения таймера остров начнут бомбардировать по решению властей. После моста сразу показался город. В городе мы старались идти очень тихо, чтобы лишним шумом не привлекать внимание. Лишь один раз взглянуть, хватит, чтобы понять, что все эти многоэтажные строения долго пустовали. Выбитые окна, пустующие улицы, жутко выглядящие дома, больше походящие на заброшенные помещения, уже с начавшим сыпаться кирпичом, слаживали о себе такое впечатление, что данные условия жизни говорили о непригодности проживания в здешних местах. Из-за отсутствия каких-либо признаков жизни, кроме так называемой «Нежити», на улицах скопилось море мусора и пожелтевшей листвы, за которым некому следить, да и вряд ли хоть чем-то будет полезен. Тем временем на дворе была середина осени, оттуда и столько листвы. Одного человека мы оставили сторожить место с хорошим обзором недалеко от моста и по необходимости сообщать о неладном, другой остался в вертолёте, чтобы его вдруг не украли. Хотя, а кто его украдёт? Знаете, всё равно на всякий случай перестраховаться надо и оставшиеся двое пошли в назначенное место, я был в их числе. Так давайте немного отвлечёмся от серьёзности ситуации. Звали меня Александром (по службе естественно, как-никак военным работаю), друзья же зовут меня Сашей, так же я, по их мнению, шутник от бога, правда были неловкие ситуации, когда я вставил свою очередную шутку там, где не надо и последствия были тяжёлыми. Впредь после этого с шутками я был осторожен. Теперь после краткого пояснения кто я такой, можно продолжить: У нас оставалось ровно 20 минут. К этому времени мы уже подходили к убежищу или всё же бункеру, хотя какое это имеет значение, называйте, как хотите. У входа на двери висел кодовый замок, у нас было несколько вариантов, как открыть эту дверь, например, взорвать, как мне думается это не самый подходящий вариант на данный момент, поэтому мы сошлись на рациональном решении, взломать кодовый замок устройством подбирающее пороли. На это ушло у нас пять минут. Да уж внутри не лучше, чем снаружи. Везде разбросан мусор и всё заросло. Мы зашли почти в кромешную тьму, поэтому мы пользовались фонариками. Нет, здесь был свет, но, увы, почти все лампочки перегорели. Мы ходили по коридорам ещё где-то около пяти минут пока не наткнулись на лифт. Какого же было моё удивление, что лифт еще работал. На входе в лифт к нам сзади подошла, приставив ствол к затылку, шайка контрабандистов, состоящая из трёх человек, нет, конечно, их было больше, но остальные были не с ними, так как не видели в этом надобности. Кстати об этом, один упомянул об одной персоне, навивавшей очень не хорошие воспоминания. Он был одним из моим старых знакомых, но за ложь и предательство, я его возненавидел всей душой, ведь бывши моим лучшим другом ранее, он пользовался мной, моей добротой и общительностью. Потом они связали нас, и повели в центральную комнату с главным компьютером. Нам же не оставалось ничего больше кроме как идти следом. — Как-то неправильно получается, вломиться кому-то домой, когда там уже кто-то есть, — сказал первый из них. — ЗАТКНИСЬ! — попытался возразить Андрей, корчась от боли. — Эй, там! Угомони своего приятеля, а то прострелим ему вторую почку, — сказал уже второй, перекидывая файлы с устройства на мою флэшку, которую давайте будем честны, благополучно позаимствовал у меня навсегда. — Давайте не медлите там, у нас мало времени. А на таймере тем временем оставалось всё меньше и меньше времени. Я же всё это время в тихую перерезал веревку своим армейским ножичком когда-то подаренным дедом. — Их оставьте здесь, зачем нам лишний груз и активируй протокол «самоуничтожения». Пусть поймут, что такое страдать, — сказал третий, а скорее всего еще и главный. По крайней мере, мне так кажется. Он уже собирался уходить, но обернулся на какой-то шорох за его спиной. Тут-то я понял, что нужно действовать. Первому, что был ближе всех, я схватил за горло и ножичком перерезал ему глотку. Со вторым я разобрался иначе, сократив между нами дистанцию, сначала от души врезал с локтя ему по лицу, а потом с кулака по челюсти. Отобрав у второго пистолет, я прострелил третьему сначала колено, потом голову. Когда все были мертвы, сперва я подбежал к трупу и забрал у него свой же пистолет, к своему товарищу я подбежал уже после этого пытаясь помочь, а он, явно уже смирившись с плохим концом, к моему удивлению решает начать диалог первым, уже заранее зная, чем он закончиться: — Оставь меня и сваливай отсюда как можно быстрее, — с явным безразличием сказал он. По его лицу можно было понять, что он давно принял неизбежное. — НЕТ! Я не могу тебя просто так, взять и оставить, — с наворачивающимися слезами говорил я. — Я найду способ вытащить тебя отсюда, — конечно, я мужчина и не плачу по пустякам, но считать пустяком потерю лучшего, а для меня ещё и дорогого друга может разве что только бездушная скотина. При всём при этом он был ещё и один из моих единственных друзей, которых на данный момент у меня было всего несколько. — У тебя нет выбора, знаешь, когда-то в жизни наступает момент, что нужно с чем-то прощаться, и ты не можешь ни предугадать, ни исправить. Просто нужно смириться и принять это, отпусти и забудь, — его уставший вид и читавшееся в лице лишь без эмоциональность, могло говорить лишь только об одном — он давно готовился к чему-то подобному. — Но это неправильно, ты не можешь просто так это говорить, — я немного был напуган состоянием друга, так как вижу его таким впервые. — Я же уже сказал, уходи, ты должен выполнить поручение — это твой долг, твоя работа. — Не говори так, мне нет ничего дороже друзей, — говорил я в надежде изменить мнение друга. — Моё время пришло, ведь когда-то каждому приходиться принять неизбежное и я не собираюсь отступать. — Но… — попытался возразить я, но каких ожидалось, никаких результатов не дало, а лишь только усугубило ситуацию. — Никаких но, УХОДИ! — прикрикнул он. — И ещё кое-что, не поминай меня лихим. Взяв себя в руки и постаравшись отпустить ту горечь, довившую на моё эмоциональное состояние. Сдержав порыв грусти, я постарался покинуть это место как можно быстрее. Отпустить у меня вроде как получилось, но вот забыть так и не смог и скорее всего никогда не получиться, ведь в такой ситуации так никто не может, на такое способен разве что только человек, обладавший такими чертами характера, как лицемерие и эгоизм. Вытащив флэшку из порта, я последний раз оглянул помещение и посмотрел на таймер, находящийся на мониторе являющимся основным источником освещения всей комнаты, на нём тусклым светом отображалось 5 минут оставшегося времени, и покинул комнату. Я продвигался по коридорам настолько быстро, насколько это представлялось возможным. Кроме всего этого, обстановку нагнетало тусклое красное освещение, озарявшее коридоры в сопровождении тревоги. Я перебегал с одного коридора на другой, напрочь забыв об основной проблеме и думая только о том, как отсюда выбраться. Наконец добравшись до лифта, я нажал столь желанную в данный момент ситуации кнопку «наверх». Добравшись до первого этажа, а затем и до выхода, в первую очередь я обратил внимание на сбегавшиеся толпы мертвецов, но став судорожно обдумывать наилучший вариант, как поступить в этой ситуации, мой взгляд зацепился за машину, стоявшую не так далеко от ближайшего здания. По силуэтам, находящимся в ней, нетрудно было догадаться, что там были люди, которые, по-видимому, хотели услышать ответ на заданный ими вопрос от убитого мною человека, также имевшего при себе рацию вторую рацию, стоило лишь мне услышать его имя: — ДЖЕК! КАКОГО ХРЕНА ТЫ НЕОТВЕЧАЕШЬ НА МОЙ ВОПРОС, ЧЁРТ ПОГАНЫЙ. — Он вам больше не ответит, — подбежав достаточно близко, я достал пистолет и через боковые стёкла прострелил головы всем четверым мужикам головы. — И вы видимо тоже больше не произнесёте ни слова, — я ни капли не сожалел о проделанном мною поступке, ведь за мою карьеру длинною в жизнь, на мне весит много смертей. Иногда приходиться не только помогать, но и убивать тоже. Вытащив труп с переднего сиденья и сев за руль, я завёл машину, включил переднюю передачу, сваливая отсюда, ведь времени на часах оставалось в обрез. Я давил на педаль газа, разгоняясь всё больше и больше, стрелка спидометра давно превысила отметку в 100 км/ч. Конечно же, на такой скорости не врезаться в поворот было куда сложнее обычного, но этого, к счастью, не произошло. — ПРИЁМ! ЭТО СРОЧНО! — Но никакой реакции мною не было услышано. — МЕНЯ КТО-НИБУДЬ СЛЫШИТ! ОТВЕТЬТЕ! — Приём, приём, все мертвы, я остался жив, — говорил он весьма растерянным голосом. — Нужно сваливать отсюда да как можно поскорее. — Это я и без тебя знаю. Флэшка у меня, повторяю, флэшка у меня, — я почти находился у моста. — Я знаю о чём ты сейчас думаешь, ты хочешь свалить от сюда один предав остальных и так и не выполнив миссию, — твердил я ему, надеясь, что хоть это его образумит от необдуманных вещей. — Только посмей это сделать, и я похороню тебя вместе со мной. Взлетай на вертолёте и спускай лестницу, — я позволял себе командовать над другими в таких ситуациях, как сейчас, и был званием старше других, но не старался это как-то показать и ставить себя выше других. — Пожалуйста, не медли, у нас каждая секунда на счету. Я резко начал снижать скорость, и ничего разумнее не придумав, достаточно снизив скорость, выпрыгнул из машины около моста. Машина сразу влетела в близь стоящее здание, я же, в свою очередь, сгруппировавшись, остался с минимальными ранениями. Даже не оглянувшись назад, я побежал по мосту дальше, к уже взлетевшему над мостом вертолёту. Я прыгнул с моста на лестницу, свисавшую с вертолёта, и к счастью успешно. — ДА, МЫ СДЕЛАЛИ ЭТО! — я радостно прокричал, казалось, пытаясь перекричать вертолёт. Но вдруг происходит то, чего никто не ожидал. Двигатель вертолёта взрывается, он вспыхивает ярким пламенем и стремительно теряет высоту. Это произошло за мгновение, которое растянулось в минуты, но вскоре я потерял сознание. Пришёл я в себя, уже находясь на земле, жутко болевшая голова быстро дала о себе знать, кроме головы болело всё тело, будто в меня воткнули сотни ножей. Вдобавок к этому я себя обнаружил пронзённым обломком лопасти вертолёта. Посмотревши вправо от себя, я наблюдал ужасающую картину, верхнюю часть тела моего товарища от нижней, отделял обломок всё того же вертолёта. — Нет, ты серьёзно думал, что всё будет так просто, — из-за моего поля зрения вышел тот человек, кого я точно не ожидал увидеть. — Никого не припоминаешь? — он произнёс эти слова с ухмылкой на лице, как у маньяка, будто бы был доволен проделанной работой. — СКАТИНА! Что ты наделал, ты пожалеешь, — я хотел закричать во весь голос, но я лишь только прохрипел. Мои лёгкие были сдавлены, из-за чего мне было трудно дышать. — Что что, не расслышал, можешь повторить? — несомненно, он надо мною издевался. — Прости, мне очень жаль, я хотел бы тебе помочь, но могу лишь облегчить твои страдания, прощай, — ни капельки не сожалея произнёс он. После сказанных им слов, он достал пистолет, и после чего выстрелил в меня. Меня пронзила острая боль, а после мне стало всё сложнее и сложнее дышать, а мои веки стали тяжелеть и в глазах темнеть. Вскоре я отключился. *** — И как ты объяснишь свой поступок? — задал вопрос мимо проходящему загадочному гостю в чёрном плаще и фиолетовых перчатках. — Знаешь, я не хочу, чтобы то, что однажды произошло, повторилось, — сказал тот, явно вспомнив что-то нехорошее. — Он сделал свой выбор. — И что будет дальше? — Не бери в голову, поживем увидим.