Глава XVIII: Насмешка Создателя

- Ты кто?! – весьма бесцеремонно спросила Квентрит у Артемиса Хоука, продолжая пожирать его глазами. Его доспехи, его оружие, его походка, его повадки… это боец, боец высшей категории. Квентрит сама была такой, и определяла с первого взгляда себе подобных. Она смотрела ему в глаза и видела почти себя. Очень интересно… - Командор меня уже представила, – невозмутимо ответил Хоук, не отрываясь от её лица. – Меня зовут Артемис Хоук. Я эрл Лотеринга. - Лотеринг – эрлинг, – как-то механически отметила Квентрит, не став смеяться над «новым эрлингом» в королестве, но явно что-то для себя отметив. Впрочем, в её взгляде не было заметно и тени презрения. – Ты… ты боец, Хоук. Опасный боец… - Возможно. – пожал плечами Хоук, напуская на себя равнодушный вид, хотя было заметно, что это не совсем так. Квентрит подошла к нему слишком близко и почти прошептала: - Нас обоих будет преследовать мысль, кто из нас лучше… - Думаю… да. – согласился Хоук. Квентрит тяжело вздохнула и, наконец, оторвалась от его лица. - А теперь, мне надо перекинуться парой слов с Командором наедине! – громогласно объявила Квентрит, обводя тяжёлым взглядом присутствующих. – Расслабьтесь все, прошу вас. Мы не враги. Флёр, пойдём поговорим? – с этими словами, она подошла к Флёр и показала ей рукой на переулок за дворцом. Та лишь пожала плечами, но последовала за ней. - Со своей стороны, я, пожалуй, приношу тебе извинения, Флёр. – глядя ей в глаза, проговорила Квентрит. Флёр чуть не подавилась, и посмотрела на неё с каким-то затравленным взглядом. Может не надо этого всего? - Я, наверное, не должна была так разговаривать с тобой. Тайны твоего Ордена святое для тебя, я это понимаю. Ты неправа в том, что я не уважаю твой Орден. Это не так. Флёр тяжело выдохнула и пожала плечами. - Хорошо. Но как тогда понимать твои действия? Сама посуди – это же записи Стража-Командора, предназначенные для Серых Стражей, а ты не Серый Страж… - Флёр, во-первых, ты стала Командором Стражей не так уж давно. Нет, я не о том, что ты… я к тому, что некоторых вещей ты можешь не знать. Например, ты знаешь, что есть лица, не состоящие в вашем Ордене, но посвящённые всё же в некоторые его тайны? – Квентрит в упор посмотрела на неё, подметив некоторое смятение на её лице. – Да-да, такие лица есть, среди них есть короли и королевы… - Ты же ещё не королева! – горячо возразила Флёр, но обречённо махнула рукой. - Я ей буду! – чётко проговорила Квентрит. – Можешь не сомневаться. Трон – мой. А что касается тайн, да, на свете есть такие люди, и дальше будут, тебе придётся это принять. Не волнуйся, мы не вынесем на свет ни одну вашу тайну. Клянусь честью. Флёр посмотрела на неё, не избавившись от явной неприязни, но коротко кивнула. Она прекрасно понимала, что честь для Квентрит не пустой звук. Она её терпеть не могла, и в некотором роде даже уже ненавидела, но уж точно не будет называть её бесчестной. Чести у Квентрит хватает, и побольше чем у неё, чего уж там. - Ты тоже извини, – нехотя буркнула она. – Я… увидела бумаги и не сдержалась. Я не должна была так с тобой разговаривать. - Проехали уже. Знаешь, Флёр, – тихо проговорила Квентрит. – Я действительно наткнулась в Башне Бдения на говорящее Порождение Тьмы. - Что?! – вскинула голову Флёр в изумлении. – Так это не пустые россказни?! - Нет… – строго проговорила Квентрит. – Я его сразила в бою. Эта тварь была разумной, Флёр. Он разговаривал, мыслил, руководил атакой на крепость. Даже предложил мне поединок, и я его уничтожила. - Ну в этом-то я не сомневаюсь! – не удержалась Флёр. - Не сомневайся и в остальном, – самодовольно бросила Квентрит. – Недавно ещё одна такая же говорящая тварь вылезла в лесу Вендинг и как я уже говорила, атаковала города. Мои люди разбили целую их орду из не меньше тысячи тварей. Эту тварь убили, конечно, но и она была разумной. Я так же воюю с Порождениями, как и ты, Флёр, хоть я и не Серый Страж. Я защищаю людей. Ведь положа руку на сердце, не ты же убила всех этих Порождений в Амарантайне и спасла людей, а я. Ну, я и мои люди. Флёр не знала, куда ей деться. Помолчав минуту, она посмотрела Квентрит в лицо и сказала: - Хорошо. Ты права. – помолчав ещё минуту, она добавила: - Мне известно об одном «разумном Порождении Тьмы»… - Вот как? – спросила Квентрит, пристально смотря на неё. - Да… – неохотно ответила Флёр. – Надеюсь, я не пожалею, что рассказываю тебе об этом. Всё это такие охраняемые тайны Стражей… - Я понимаю, – кивнула Квентрит. – Продолжай. - Его зовут «Архитектор», – неохотно продолжала Флёр, но всё же не остановилась. – Дункан и другие ребята встречали эту тварь на Глубинных Тропах. Эта тварь утверждала, что неподвластна Зову «Древних Богов» и была одержима какими-то совершенно безумными и маниакальными идеями освобождения всех своих собратьев от Зова. Среди прочих идей предполагалось массовое смешение крови Порождений и человеческой расы, в общем, какая-то чушь. Это омерзительное существо ещё и заключило договор с орлесианским Первым Чародеем Ремийе, и даже подчинило своему влиянию Стража-Командора Женевьеву. Но началось сражение в Круге Магов, где «силы добра» победили, и этот «Архитектор» сбежал. После этого его никто не видел. Такие вот дела, гм, Квентрит. Квентрит потрясённо смотрела на неё. Наконец, она сказала: - Тогда это многое объясняет. Вот почему мой маг сказал, что обнаружил в останках этой твари человеческую кровь… - У тебя умный маг. – сухо кивнула Флёр. - Это уж точно. – хмыкнула Квентрит. Поколебавшись, она вытащила записи Командора и протянула их Флёр. Та с удивлением воззрилась на неё. - Всё-таки, это принадлежит вашему Ордену, – промолвила Квентрит. – Я знаю, что в этих записях должно быть нечто проливающее свет на природу «разумных Порождений Тьмы». Этот Командор изучал этот вопрос. Мне очень нужны эти записи. Но всё-таки, они ваши. Ты достойна заглянуть в них первая. - Нет, – с силой выдавила из себя Флёр, и убрала её руку. – Оставь их себе. Я… они тебе сейчас явно нужнее. Ты абсолютно права, и тоже извини меня, ведь это мой долг спасать людей от Порождений, а в Амарантайне была ты, а не я. Не могу же я быть во всех местах одновременно, да и помощи из-за границы особо нет. Мы все ферелденцы, Орден или нет, но у нас одна страна, и кроме нас нам никто не поможет. Что-то не рвутся мои так называемые «собратья по Ордену» из всех стран мира помогать нам. И по-честному, у меня сейчас нет времени сидеть изучать записи, мы должны идти и закончить то, за чем пришли. А когда ты изучишь эти записи, я тебя прошу – просто пришли их мне в Лотеринг. На имя Командора. Наша штаб-квартира называется Южная Фортеция. А если я сгину на Глубинных Тропах, ну может же такое произойти, их получит Страж-Констебль Алистер. Тогда он станет новым Стражем-Командором. - Хорошо, – кивнула Квентрит. – Спасибо тебе, Флёр, за информацию об Архитекторе. Возможно, эта тварь и стоит за всем этим. Мы его выследим и убьём так или иначе, но его слабые стороны необходимо изучить. - Далеко идёте, кстати? – внезапно спросила Квентрит, когда они почти дошли до остальных. Флёр озадаченно повернулась, и, поколебавшись ответила: - В Мёртвые Рвы… а там, видно будет. - Я поделюсь с тобой припасами. – глядя на неё, проговорила Квентрит. У нас их очень много, нам столько просто не нужно, до выхода у Западных Холмов идти-то всего ничего. Вам явно нужнее. Флёр опять заколебалась, но на этот раз улыбнулась совершенно искренне и коротко кивнула. - Так значит, вы пошли в тейг Ортан от Западного Холма, – спросила она Квентрит напоследок. – Как Мэрик, Логэйн и Роуэн… до нашего рождения. Знаешь эту историю? - В общих чертах, – кивнула довольная Квентрит. – Их там почти сожрали эти треклятые пауки, а мы быстро их всех ухлопали. Флёр почувствовала, как невольно расплывается в улыбке. - Скажи мне, Маг, – негромко обратилась она к Артабану, когда все уже собирались в поход и никто не обращал на них внимание. Артабан воззрился на неё с удивлением, но превратился в слух. – Ты что-нибудь знаешь о запретных видах Магии? Я не говорю о всякой там Магии Крови, – скривилась Флёр. – Я совсем о другом. Церковь всё определяет в Малефикарум (запретное учение), но это совершенно разные вещи. Я про всякие виды Магии типа Оборотничества. Оно же существует, верно? - Верно… – медленно кивнул Артабан. – Оно существует. - То есть, если сидит рядом с очень важной персоной паук размером с полкулака и у тебя ощущение, что он внимательно прислушивается к вашему разговору, и важная персона будто ничего и не замечает, а ты, сосредоточившись, улавливаешь от этого «паука» исходящие от него лёгкие эманации… - То у твоей «важной персоны» совершенно выдающийся Магический Советник, – серьёзно сказал ей Артабан. – Выдающийся. Обычно, «Магические Советники» важных персон состоят в Круге. Этот же выдающийся по всем параметрам, владеющим чрезвычайно редким видом Магии. Важной персоне повезло, вот что я скажу. - Вот оно что, – с удовлетворением пробормотала Флёр. – Теперь точно всё ясно. Спасибо, э… - Артабан, – представился Маг. – Артабан Тревельян из Оствика. Прощай, Флёр. Рад был знакомству. Квентрит же явно позабыла и о Флёр, и обо всём остальном, как и Артемис Хоук. - Мы… мы… – как-то неловко начала Королева Севера, подойдя к «эрлу Лотеринга». Тот смотрел на неё тяжёлым взглядом. Стоявший рядом Карвер в изумлении воззрился на них и отошёл на всякий случай. – Мы… вечно будем терзаться этим вопросом… - Что ты предлагаешь? – спросил её Хоук, уже зная ответ. - Поединок. – Ответила Квентрит, довольно громко, привлекая к себе всеобщее внимание. Флёр посмотрела на них и тяжело вздохнула, особенно когда увидела в глазах Артемиса молчаливое согласие. Которое тотчас перестало быть молчаливым. - Какой поединок? – живо спросил он. – Если что, я согласен. - Создатель, до первой крови. – хмыкнула Квентрит. – Обойдёмся без трагедий.                                                            *** Люди отошли в сторону, чтобы у сражающихся было достаточно места. Стоя около разрушенного дворца тейга Ортан на Глубинных Тропах, Артемис Хоук мгновенно выхватил скимитары и вопросительно взглянул на Квентрит. Та неторопливо вытащила свой «Чудесный» и продолговатый кинжал, более напоминающий короткий клинок. Её «Чудесный» сразу полыхнул рунами, и в то же время она заметила по одной руне на каждом скимитаре Артемиса. - Без рун? – уточнила она у Хоука с приятной улыбкой. - Без рун! – твёрдо кивнул он ей, сразу поняв, что она имела ввиду. Хоук начал стремительную атаку, видимо, стремясь завладеть преимуществом внезапности. Да и он в любом случае всегда так делал. Сорвавшись с места и начав атаку со скрещивания, он резко развёл скимитары на уровне пояса Квентрит, вынуждая её отпрыгнуть назад и перехватить клинки кинжалом. - Неплохо! – ахнула «Королева Севера». «Чудесный» прорезал воздух справа от него, но Хоук легко отклонил его скимитаром. Навстречу ему немедленно взвился кинжал со слегка отклонившейся Квентрит вправо, но Хоук не поддавался на такие маневры и сам резко отскочил назад. Не отставая от него, Квентрит нанесла «Чудесным» такой удар, который Хоук был вынужден отражать обоими скимитарами. Не давая ему их развести, Квентрит силой пригнула их «Чудесным» чуть ниже и стремительно нанесла выпад кинжалом, от которого Хоук на этот раз едва ушёл, отпрыгнув назад. Он ещё никогда не дрался с таким противником, как Квентрит Кусланд. Защита его была почти идеальной, но против такого фехтовального монстра как Квентрит она долго не вытянет. Её движения были настолько стремительны отточены, что он и представить себе не мог, как эта девчонка такому научилась. Тем временем, Квентрит оттолкнулась ногами от земли и молниеносно прыгнула вправо от Артемиса. Он среагировал достаточно чётко, не дав ей зайти ему за спину и мгновенно отпарировав описавший полукруг «Чудесный», но едва заметил, как при этом она перенесла вес тела направо до такой степени мастерски, что сократив дистанцию, атаковала его кинжалом под скимитар, который он не мог отразить левым. Он был вынужден ещё раз отступить, а она, нанесла ещё один хлесткий удар «Чудесным», который так же был отпарирован, хотя на этот раз почти в последний момент, и Квентрит уже не просто перенесла вес тела вправо, а толкнула его при этом, атаковав сверху. Хоук настолько сильно подался назад, что просто кувыркнулся, не выпуская из рук скимитары и отбежал от неё на пару ярдов, приходя в себя. Помимо начала боя, где он атаковал первым, он не нанёс ей ПОЧТИ НИ ОДНОГО удара, вынужденный полностью перейти к обороне. Он был мастером, его защита была высшего класса, реакция Хоука была просто выдающейся. Но Квентрит Кусланд всё время держала его в обороне. Такого противника он ещё не встречал. Возможно, зря он вызвался драться с ней. Карвер наблюдал за боем с растущим изумлением. Он кое-что слышал, как и все, про «Королеву Севера», которая дерётся как раненый Архидемон, но он хорошо знал своего братишку, «Старший Хоук» был настолько первоклассным бойцом, что несмотря на весь свой характер, Карвер прекрасно понимал кто здесь босс, да, если честно, особо и не отрицал. И сейчас от всей души болел за брата. Флёр же наблюдала за боем с растущим волнением. И беспокоилась за брата, но больше за его гордость. Она прекрасно понимала, что Квентрит его не убьёт. Сказала «до первой крови», значит так и будет. Какие бы чувства она не испытывала к этой суке, но Флёр понимала – своё слово она нарушать не будет, тем более на глазах у столь преданных ей людей, которые держат её чуть ли не за полубогиню. Когда Флёр подумала о последнем, её вдруг осенило, что в ней слишком сильно заговорила зависть. Возможно, пора чуть-чуть остыть. К чему приведёт это их противостояние. Да и завистливой она себя не считала. Так что на минуту ей даже стало стыдно. Подумать только, кто это заставлял её, великую Флёр рефлексировать?! Квентрит Кусланд… Новая атака Хоука не замедлила себя ждать. Он яростно бросился вперёд, накручивая круги скимитарами. Квентрит не стала защищаться от подобного приёма, чуть подалась назад, оставаясь вне досягаемости клинков. Но едва Хоук сместил акцент своих атак на руку с кинжалом, она тут же обрушилась на него с таким стремительным выпадом, от которого он вновь вынужден был перекатиться. Использовав силу инерции, он попытался обрушиться на спину Квентрит, но она крутанулась на пятках таким образом, будто ждала этой его попытки, его же силой отшвырнув его в сторону. Квентрит не дала Хоуку прийти в себя. Атаковав его колющим ударом «Чудесного», она остановила удар ещё до того, как он был отбит и скользнула им по скимитару вправо. Такое мог сделать только боец высшего класса, но Хоук прекрасно был знаком с таким маневром, и сам попытался атаковать её с силой развернувшись правым скимитаром, но заблокировав его мгновенно кинжалом, она воспользовалась его инерцией и отшвырнула в сторону, фактически использовав его же движение. Не давая опомниться, она выгнулась кошкой, подсекая ему «Чудесным» бедро. Едва отразив этот удар, ему пришлось отражать ещё и весьма сильный удар кинжалом от резкого сокращения дистанции из позиции Квентрит, заставивший его немного несобранно отлететь назад. Усилием воли взяв себя в руки, он лихорадочно думал, как бы ему перейти-то уже к атаке, но с Квентрит это было нереально. Она ему просто не давала атаковать. Он был заметно сильнее её, но вообще с трудом мог как-либо использовать свою силу. А его идеальная защита начинала давать всё большую брешь. Он подумал, что единственный чёткий его шанс – это удачная контратака. И действительно, когда следующим ударом Квентрит едва не снесла ему плечо, так, что он едва отпарировал этот удар, он применил отчаянный трюк. Свободным скимитаром он прорезал воздух справа от неё, вынуждая отпарировать кинжалом, и вывернул руку с левым скимитаром наоборот, ударяя ей эфесом в голову. Превосходная контратака, которая бы сработала на ком угодно, кроме Квентрит Кусланд, отскочившей назад с быстротой молнии. Пару секунд они внимательно смотрели друг-другу в глаза, после чего Квентрит решительно вложила оружие в ножны. Хоук ещё был на пределе концентрации, но решительно тряхнув головой, он будто прогнал с себя призрак наваждения и вложил в свою очередь свои скимитары в ножны. - Достаточно, – наконец, сказала Квентрит, переводя дух. – Мои поздравления, эрл Хоук. Подобного поединка у меня не было пока что за всю жизнь… Мастер, Мастер. - КОРОЛЕВА СЕВЕРА! – не удержался Пакстон, подкинув секиру вверх, по счастью, снова ни в кого не попав. Как же он достал с этим, подумала Квентрит. Однажды засуну ему эту секиру в… - КОРОЛЕВА СЕВЕРА! – громыхнули люди Квентрит, вскинув правый кулак вверх. Вопрос «кто лучше» просто перестал существовать для обоих персонажей. Их искусство боя было вне конкуренции для простых смертных, даже несмотря на доминирование Квентрит в большинстве.                                                            *** - Так вы с «Королевой Севера» теперь друзья или враги? – впился во Флёр неугомонный Карвер, когда они шагали по направлению к Мёртвым Рвам. - Я сама не знаю, – озадаченно ответила Флёр. – Возможно, ни то, ни другое. А может, и то и другое… - То есть, всё-таки может быть? - На данный момент враг только Логэйн, – чётко проговорила Флёр. – Что бы там у нас не произошло в дальнейшем, когда настанет время Собрания Земель – сейчас я не считаю Квентрит Кусланд за врага, и всё на этом. Друзьями же нас называть… – кисло произнесла она, но всё же продолжила. – А что там. Да, вполне. Можешь считать нас друзьями на сегодняшний день. - И всё же, ваш разговор… – не унимался Карвер. - Ну, друзья иногда ссорятся, – скривилась Флёр. – Так, всё, хватит с нас сегодня этой «Королевы Севера», а то я ещё передумаю. У нас с ней больше шансов остаться друзьями, то есть подругами, чем меньше мы о ней будем говорить. Квентрит Кусланд – воистину человек чести. Флёр бы даже спокойно дала ей кличку «человек-Справедливость», она её действительно уважала, особенно после встречи в тейге Ортан. Но отнюдь не любила. А до Собрания Земель ещё было далеко. Впереди маячил Архидемон, и он был куда важнее этих дрязг за трон, подточенный червями. Ну и, ещё она теперь знала, что несмотря на свою нелюбовь к Квентрит Кусланд, она не позволит никому дурно отозваться о ней в своём присутствии. Уважение было заслужено. - Да ладно тебе, Хоук. Такой, как эта ваша королева не стыдно проиграть, – пробасил Огрен, ткнув Хоука в спину. Тот вздрогнул от неожиданности. – В жизни не видел, чтобы так дрались. А ещё и баба, гыгыгы. Уж не знаю, откуда она такая взялась. Ваш бой выглядел как произведение искусства. Можешь поверить гному, который был одним из лучших в касте Воинов Орзаммара, и который своими глазами видел, как… выигрывают Состязания. – Огрен явно хотел сказать, «как второй сын Эдукана выигрывал Состязания», но ему мешало отвращение, испытываемое им к королю. - Да я не стыжусь ничуть, – пожал плечами Хоук, наконец, подав голос. – Выиграл, проиграл или не проиграл – это здесь не играет никакой роли. Она настолько превосходный боец, что… да мы оба на вершине топа. И, думаю, для нас обоих уже абсолютно неважно, кто из нас лучше. Она правильно поступила, закончив бой в нужный момент. Но главное, в чём победили мы оба – для нас обоих перестал существовать вопрос «кто из нас лучше». Он… он просто не имеет смысла. - Отличный взгляд на вещи, – буркнул Огрен, отнюдь не привыкший раздавать похвалы. Тем было ценнее то, что он говорит. – Ты настоящий воин. - Действительно, произведение искусства, – тихо сказал Карверу, прислушивавшийся к их разговору сэр Перт. – Твой брат великий боец. Карвер вновь почувствовал вспыхнувшее в нём раздражение и отошёл в сторону. Они шли уже несколько дней, и по расчётам Огрена должны были вскоре добраться до крепости Бонаммар, которая, по её расчётам, должна была находиться где-то под территорией между Южным Пределом и Лотерингом. Сражения с попадавшимися отрядами Порождений Тьмы изрядно закалили её новобранцев. Сэр Перт потихоньку вырабатывал собственный стиль боя с каждым из видов Порождений, опираясь на чувство дистанции и рыцарскую выучку. Петре и Киннону несколько раз пришлось применить свои главные целительские умения по назначению, но их боевые навыки будто немного возросли. По крайней мере, молния у Киннона стала будто сильнее, нежели была. А Петра стала лучше замораживать целые группы Порождений Тьмы, выбирая для этого удачный момент. Флёр была очень счастлива. Рекрутов у неё пока немного, но каждый в итоге был на вес золота. Неожиданно, виновник торжества, а именно Архидемон резко дал ей о себе знать. Во время последнего привала, он возник в её голове во всём устрашающем обличье и будто был совсем где-то рядом. Она вскочила с диким криком, перепугав дежурящих Перта и Киннона и подняв всех остальных, уже слегка привыкших к её кошмарам. Но вместе с испугом пришло и удовлетворение. Их цель действительно была недалеко. Выступив из туннеля, они вошли в настолько огромную пещеру, которая была едва ли не размером с сам Орзаммар. Внизу текла, искрясь и шипя, всё та же лавовая река, через которую был перекинут длинный и очень широкий мост с величественным каменным ограждением. На другом берегу лавовой реки высились облицованные металлом стены, упирающиеся собой прямо в высоченные потолки. Внизу её находилось строение, похожее на захлопнутые металлические ворота. Это и была крепость Бонаммар, выстроенная Совершенным Каридином во время Первого Мора, ныне захваченная целой ордой Порождений Тьмы и называемая Мёртвыми Рвами. У Флёр просто перехватило дыхание. Если так выглядит его не самое значительное изобретение, то как же должна выглядеть пресловутая Наковальня Пустоты, из-за которой Каридин и был, в основном, так известен и почитаем? Ей вдруг безумно захотелось на неё взглянуть, но лишь на мгновение. Она не станет тратить время на праздное любопытство. Дело прежде всего. На другом берегу лавовой реки копошились десятки Порождений Тьмы. Флёр заметила, что несколько десятков ещё пересекают мост, и готовятся напасть на вооружённых до зубов гномов в характерных стальных латах. Судя по всему, это был один из форпостов Легиона Мёртвых, где он и должен был стоять по её данным. Довольно рослый и очень крупный гном поднял перед собой топор, и легионеры кинулись рубить Порождений, едва они вступили на их территорию. Они вклинивались в их ряд треугольником, и разбивались на единицы, кромсая гарлоков и гэнлоков, сбрасывая их в кипящую лаву. Флёр и её спутники были ещё далеко до сражения, а дальнобойная магия здесь бы не помогла. Во-первых, на такую дистанцию из них способна была разве что Флёр, во-вторых, это скорее повредило бы самим гномам, так что им оставалось только смотреть, как легионеры резво уничтожают остатки недобитых Порождений, и сбрасывают их с моста. Закончив свою работу, крупный гном, несомненно, их лидер, снял свой шлем, и Флёр рассмотрела его лысую голову с живыми чёрными глазами и аккуратной чёрной бородой. - Приветствую легионеров! – подняла вверх правый кулак Флёр, когда они подошли к ним ближе. Гномы же не были ничуть обеспокоены их появлением, ещё издалека их заметив. - Атраст вала, Серые Стражи! – угрюмо кивнул им лидер, осматривая каждого из них своими пронзительными глазами. – Меня зовут Кардол. - Ты сразу, однако понял, что мы Серые Стражи. – благосклонно кинула Флёр, впрочем, предвидя ответ. - А что тут не понять?! – буркнул гном, задержав пристальный взгляд на Огрене, но повернувшись обратно к Флёр. – Кто из наземников ещё СЮДА зашёл бы? Клуб путешественников? - И то правда, как-то и не поспоришь, – развела руками Флёр. – Я Командор Серых Стражей Ферелдена Флёр Амелл. Ты знал Дункана, гном?! - Знал, – уважительно кивнул Кардол. – Раз ты Командор, я так понимаю, он… - Да, – подтвердила Флёр. – Именно это самое. Погиб в битве с Порождениями Тьмы. У нас наверху идёт Мор. - Понятно, – без особых эмоций сказал Кардол. – Ну что же, надеюсь, вы справитесь. - А вы не хотели бы ко мне присоединиться и вместе выступить против Мора? – вдруг спросила Флёр. - Знаешь, Страж, я смотрю ты не так давно в вашем Ордене, иначе зачем бы тебе задавать такие вопросы? Мор – это у вас там наверху кошмар, а у нас это обыденная реальность. В перерывы между вашими Морами все эти твари набиваются сюда. У меня нет веской для гнома причины отправляться наверх. - Между Морами прошло не меньше четырех столетий… – задумчиво проговорила Флёр. – Куда они там набились, говоришь? Ты просто так это сказал, гном, будто Мор у нас каждую пятницу или четверг. Но забудь, я не настаиваю. Меня сейчас больше интересует другой вопрос. Вы бывали внутри Мёртвых Рвов? - Уже давно не бывали там, – буркнул Кардол. – Мы и раньше-то заходили разве что во на первую линию рвов внутри крепости, а теперь уже месяца три, как и близко к ней не суёмся, только вечно отбиваем их атаки с моста, когда эти твари сюда лезут. - Значит, нам придётся идти внутрь… – обречённо проговорила Флёр. – Ну ладно. - Ты что, ненормальная?! – покосился на неё Кардол. - А как ты думаешь, гном? - Я скажу, что ты рехнулась. Там же всё кишит этими тварями! Знаешь, вообще, я бы с радостью возглавил налёт на Мёртвые Рвы, если бы из Орзаммара мне прислали для этого достойное подкрепление. Но этого не случится, особенно покуда эти бесполезные деширы не знают кого там посадить на трон. Впрочем, теперь, даже если они посадят на трон пьяную мартышку, мне всё равно! Короля Эндрина больше нет, а эти… - Ты отстал от жизни, гном. – подняла брови Флёр. – В Орзаммаре уже выбрали короля. - Вот как? Потрясающе. – пожал плечами Кардол, не проявив интереса к дальнейшей беседе. Впрочем, по очевидным причинам он прекрасно понял, кто стал королём. Смотря на то, как Флёр и её спутники, решительно ступая по мосту, идут навстречу Порождениям Тьмы на другой берег к воротам Бонаммара, Кардол провожал их странным взглядом с отображающейся в нём палитрой чувств. Наконец, он силой заставил себя оторвать от них взгляд, повернулся к своим людям и объявил привал. Дойдя до конца моста, они увидели, что по бокам на возвышениях стоят лучники Порождений Тьмы, впереди них же целых два огра и толпа рослых гарлоков, и небольшое количество гэнлоков. Руководил же всеми, очевидно, рослый гарлок-эмиссар с искривлённым посохом. - Лучники тварей нас перещёлкают как ворон, – скривилась Флёр. – Эй, Петра, бери на себя левых, а ты Киннон правых! Не надо сразу использовать огненные шары. На такой дистанции они выйдут не очень сильными, тем более они у вас и так не лучшие. Берите другое самое дальнобойное заклинание, например, огненную бурю, и пока эти твари там будут метаться, подходите ближе и разматываете их огненными шарами. Только защитные чары не забудьте. Ты, Огрен… - Флёр, я не умею творить огненную бурю. – виновато развёл руками Киннон. - Как это мило! – не удержалась Флёр. – Ну хоть морозную умеешь? - Это ещё более-менее. - Вот её и используй, только вместо огненных шаров тогда перейди на ледяные клетки. Огрен, ты врубаешься в толпу Гарлоков. Перт, ты защищаешь Петру, на неё ринутся со всех сторон Порождения. Не дай никому к ней подойти. Ты, Карвер, то же самое проделай с Кинноном. Хоук, ты у нас большой любитель огров. На этот раз тебе придётся завалить двоих, пока Огрен будет прорубать гарлоков. Не волнуйся, будет легче даже чем с одним, я их для тебя ослаблю. - А тебя кто будет прикрывать, Флёр? – озадаченно спросил Карвер. - А мне защита не нужна. – холодно улыбнулась Командор. Петра и Киннон уже готовили свои заклинания, но Порождения Тьмы уже вовсю приближались к ним. - Всем стоять на месте! – рявкнула Флёр. – Маги, продолжайте готовить заклинания! Заклинания, которые Флёр повелела им сотворить, требовали время на их подготовку. Это должно было занять ещё некоторое время. Тем временем, Флёр начертила на полу далеко перед ними несколько рун, а направив посох на стремительно приближающихся Порождений, произнесла ещё одно заклинание, и хлынувшая с неё волна энтропии едва не прервала заклинания Петры и Киннона. Но маги не прервались, а Порождения массово застыли как изваяния, только огры с трудом передвигали ноги. - Быстрее давайте! – бросила Флёр. Наконец, маги закончили и швырнули заклинание каждый в свою сторону. С левой стороны, где находились лучники Порождений, на них обрушилась с «небес», если можно так выразиться под землёй, огненная буря. Языки пламени метались между Порождениями, заставляя их отскакивать и визжать от ярости. Оказавшиеся в эпицентре твари пылали как головешки факела, остальные метались и искали укрытие. Петра же начала сокращать дистанцию и палить в них огненными шарами, разрывая их плоть на куски, и отправляя их в полёт. Сэр Перт неотступно следовал за ней, готовый к уничтожению проклятых Создателем тварей. Киннон набросил на «своих» лучников Морозную Бурю, но не слишком сильную. Буран опустился на них, но едва замедлил их движения. Карвер покачал головой, но проследовал за ним. Киннон же лихорадочно принялся обстреливать их морозными чарами, и в этом хоть более-менее преуспел. Флёр резко сняла «массовый паралич» и обратила внимание на Эмиссара Порождений. Он уже поднял посох, и, к сожалению, достал до сэра Перта. Зелёная вспышка влетела в рыцаря, повергнув его на колени, заставив кашлять и повергать на землю содержимое желудка. Не медля, Флёр сосредоточилась, и выслала в него Дробящую Темницу. С такого расстояния она не могла выйти слишком сильной, и она знала, что эта духовная, энергетически сотканная клетка не убьёт Эмиссара, но ненадолго вывела его из строя, и он принялся бороться с ней. Лишённые паралича Порождения встрепенулись и резко побежали в сторону Стражей, но наткнувшись на невидимые руны, повалились с ног и отлетели в стороны. В это же время в их ряды вклинился снаряд по имени Огрен, вертя двуручным топором как заведённый. Руки и ноги гарлоков уже начали летать в воздухе. Артемис же, не теряя времени, бросился на огров, которых Флёр собиралась ослабить, но отвлеклась на Эмиссара, спасая Перта. Пронзив насквозь скимитарами двух гарлоков по дороге, он оттолкнулся ногами от земли и прыгнул на правого огра. Тяжёлый кулак просвистел мимо него. Хоук проткнул обоими клинками бедро огра, вынуждая его завалиться на бок и сотрясти рёвом всю округу, отпрыгнул от него и отбил атаки двоих гарлоков, летевших на него. Он их быстро зарубил круговыми атаками и вернулся к огру, уже ждавшего его. Огр размашисто ударил его правой рукой, от которой Хоук едва отскочил, сделав при этом сальто назад. Молнией метнувшись прямо под ним он вонзил скимитары на этот раз в поясницу огра, затем взлетел и прорезал ему шею. Метнувшись в сторону, он прорвал ему острейшими скимитарами бок, и метнувшись ещё раз раненому огру за спину, пронзил ему лёгкие с двух сторон. Огр рухнул на спину, чуть не задавив Хоука, тот откатился в сторону в последний момент. Второму же огру было абсолютно фиолетово на Хоука, и побежал он прям на Флёр. Девушка снова отвлеклась от Эмиссара, и направила посох на огра. Монстр застыл как изваяние, оскалив зубы. Это можно было принять за страшную скульптуру какого-нибудь тевинтерского деятеля искусства, любящего сферу ужасов, и поставить в любом музее, если бы сотканные энергетические линии сохранились надолго. Далее, Флёр сконцентрировалась и направила посох парализованному огру в лицо, насылая в него очень опасное и страшное заклинание Ужаса. Огр бешено заморгал глазами, но заклинание паралича не давало ему двигаться, между тем как всё тело искало способ хоть как-то убежать от кошмаров, заполнивших мгновенно его разум. Видимо, психической устойчивости у огра оказалось не так уж много. Глаза начали бешено вращаться, мозг заработал на износ. Флёр ещё больше сконцентрировалась, и послала в мозг огра духовный импульс. Раздался оглушительный взрыв, голова огра лопнула как огромный спелый арбуз, забрасывая всё вокруг его разлетевшимися мозгами. Тело огра рухнуло вниз, сотрясаемое белыми энергетическими линиями ещё не прекратившего своё действие заклинания Флёр. Это было настолько потрясающее зрелище, что, если бы у спутников Флёр было время им насладиться, они бы помнили его до конца жизни. Флёр была потрясающе сильным Магом. И кошмарным. Но некоторые спутники Флёр были в беде. Прогнувшегося до земли под действием заклинания подлого Эмиссара сэра Перта вдруг окутало густое, голубое облако и он ощутил, как его силы восстанавливаются, а заклинание Эмиссара будто улетучилось. Это было сильное исцеляющее заклинание Петры. Он тут же вскинул меч и набросился на спешащих к нему гарлоков, точечно их ликвидируя. Отступил с линии атаки, проткнул, добил, и по новой. Так он расправился с уже пятью, спешащими к нему и Петра. В Петру же, которая оторвалась на исцеление, полетели две стрелы с выступа, где ещё надобились недобитые гэнлоки-стрелки. Её магический щит остановил эти стрелы, и они едва царапнули её мантию. Её щит был очень хороший, но не вечный. Она развернулась и добила их в упор огненными шарами. Тем временем, Эмиссар, которого опять не добила Флёр из-за мерзкого огра, наконец, сбросил с себя её «Дробящую Темницу», у которой не было её впечатляющей мощи, благодаря слишком большому расстоянию. В ярости, он снова направил свой посох на Перта, и последнего объяли два зелёных магических обруча, стягивающих его. Перт страшно закричал и принялся с ними бороться, а Эмиссар зашёлся в подобии кошмарного хохота, держа посох направленным в его сторону. Обручи неуклонно сжимались, и скоро должны были нанести Перту страшные раны, затем уничтожить его в адских муках. Гарлок-Эмиссар оказался каким-то очень сильным и нетипичным колдуном для Порождений. Гэнлоки-эмиссары не имели и половины такой мощи. Гарлоки-эмиссары встречались почему-то довольно редко, но некоторые из них, очевидно, имели неслабый потенциал. Петра вскрикнула и послала в двоих подбегающих к ним гарлоков по «каменному кулаку», сбивая их с ног и впечатывая в камни. Не теряя времени, она сконцентрировалась на эмиссаре, и послала в него довольно сильную молнию. Тот убрал концентрацию с Перта и с трудом отбил её молнию. Перт рухнул без сил, тяжело дыша, но зелёные обручи с него спали, и он с силой пытался привстать, но не смог и рухнул на землю без чувств. Между Эмиссаром и Петрой начался магический поединок. Порождение Тьмы посылало в неё заклинание за заклинанием, которые Петра умело отбивала, и в конце-концов между его выпадами сумела набросить на него «ледяную клетку», которую Эмиссар не сразу смог сбросить. Чуть сконцентрировавшись, он-таки сбросил её с себя, но тут же в него влетела молния, пригвоздившая его к камню, разошедшаяся по его телу искрами. С трудом шевелясь, могучее Порождение Тьмы пыталось прийти в себя, но не смогло, следующим его настиг прямым попаданием огненный шар, разорвавший его, наконец, на куски. Хуже всего в этом бою сражался Киннон, который не смог создать достойное массовое заклинание, благодаря чему чуть не словил в свою сторону кучу стрел. Карверу повезло лишь потому, что он завяз в бою с подоспевшими гарлоками, и несколько стрел попали в этих самых гарлоков. Киннон же упорно бил всех стрелков «ледяными клетками», и когда сражение уже кончилось, всё ещё добивал оставшихся, тем самым закончив сражение последним. - С ним всё в порядке?! – спросила с бешено колотящимся сердцем Флёр, указывая на Перта. Петра неопределённо мотнула головой и послала в Перта сильнейшее голубое облако, окутавшее его с ног до головы. Перт моргнул, потряс головой и открыл глаза. - Он попал под сильное заклинание этого черного колдунишки, – пояснила Петра. – Думаю, с ним всё будет в порядке. К его «лечению» присоединился Киннон, и вскоре сэр Перт встал и обнаружил, что может нормально ходить. Силы потихоньку возвращались к нему. Он жадно приложился к бурдюку с водой, отпив половину. Заклинания мерзкой твари будто обезвоживали его. - Что за безумцы! – потрясённо пробормотал Кардол, внимательно наблюдая, как Флёр и её отряд жестоко расправились со всей выставленной на оборону крепости стражами в лице Порождений Тьмы, среди которых были стрелки на выступах, два огра и колдун, и проскользнули в ворота. – Нам бы десяток таких отрядов, уже бы отвоевали кучу тейгов… Крепость Бонаммар изнури потрясала видавшие виды воображения. Она будто вся по краям состояла из странной формы каменных домов, более всего напоминавших какие-то мавзолеи. Большинство её «стен» составляла естественная преграда из земной коры. Внизу протекала обширная лавовая река, через которую было перекинуто вдоль аж три моста, ведущих на какое-то плато, из которого вниз уходил извилистый путь в какие-то пещеры. Перед мостами находилось величественное каменное строение, судя по всему, некое подобие центрального замкового помещения крепости. Весь внутренний двор был довольно огромен. По периметру и вдоль реки с лавой стояли полуразрушенные сторожевые башенки. Если бы только эта крепость была в руках крупного вооружённого отряда гномов с припасами на долгий срок – Порождения могли бы очень долго безрезультатно осаждать её. Как жаль, что такая великолепная твердыня пала! Во время Первого Мора или какого-то ещё, Флёр уже сама не знала, или путалась, но это было и неважно. Важно то, что можно вернуть эту крепость в руки Легиона Мёртвых. Важно то, что можно было вернуть её Орзаммару, и новый король, который и сам тот ещё неплохой воин, смог бы отвоевать для своих подданных несколько тейгов. Часть Глубинных Троп под Ферелденом патрулировали бы усиленные гномьи патрули, снующие между восстановленными тейгами, ведущими активную торговлю с Орзаммаром и поверхностью, мечтала Флёр. Остановившись на минутку и рассматривая шедевр творения Совершенного Каридина во всей красе, она позволила себе придаться мечтаниям. - О чём думаешь, Флёр? – спросил её Хоук. С трудом оторвавшись от созерцания великолепия, она ответила: - Ты посмотри, как же тут красиво, как величественно! В жизни такого не видела, и представить себе не могла! Эта крепость – её создавали будто мастера с любовью к искусству! Ничего подобного сейчас нет и в Орзаммаре – ты посмотри только на эту резьбу, Хоук! Алмазные Палаты же отдыхают! Я преклоняюсь перед тобой, Совершенный Каридин! Хоть ты и жил тысячу или около того лет назад, твои творения переживут конец света! И ни одно Порождение Тьмы их не уничтожит! Ошеломлённые этой тирадой спутники вертели головами во все стороны, пытаясь получше рассмотреть это великолепие. Огрен же, услышав про Совершенного Каридина, угрюмо молчал, напустив на лицо маску безразличия. - Да, это мавзолеи, – выдавил, наконец, из себя он, показав рукой на каменные строения по краям. – Это был долбаный Город Мёртвых, идеальное место для Легиона. Надеюсь, однажды оно вернётся к нему. - Однажды может наступить быстрее, чем ты думаешь, – загадочно пробормотала Флёр. – Вот бы осмотреть мавзолеи, – с жаром продолжила она. – Нигде больше такого не встретить! Вы уж простите мое неуёмное восхищение, во мне говорит моя тонкая натура и любовь к искусству. - Мы заметили, о впечатлительный Командор. – буркнул Карвер, осматривая окрестности. Его взгляд задержался на ещё одном величественном каменном строении, в котором он после некоторых колебаний узнал кузницу. От одного строения к другому вели вымощенные тёмно-красным кирпичом дорожки, вдоль которых стояли полуразрушенные арки. Очевидно, несмотря на то, что крепость строилась во славу каких-то знаменитых мёртвых, когда-то здесь активно кипела сама жизнь. Странные звуки прервали их размышления. Флёр усилием воли оторвалась от них и прислушалась. - Со стороны реки что-то движется… внизу. – Удивлённо пробормотала она. – Ну-ка посмотрим! Они подбежали к краю вымощенной камнем ограды заглянув вниз. И ахнули от безмерного потрясение и сакрального ужаса. Взору их предстал сам Архидемон. Справа от кипящей лавовой реки находилось громадное ущелье, уходящее далеко под землю. По нему шагали строем всевозможные Порождения Тьмы. Гарлоки, гэнлоки, огры, эмиссары, вожаки… Их омерзительные рожи можно было разглядеть даже с позиций, где находились наши друзья. Они шли в такт, словно маршировали. Флёр внезапно вспомнила ту женщину-барда из Джейдера. Интересно, какую песенку она смогла бы про них сочинить? Флёр навскидку прикинула, что маршируют Порождения в сторону… Запада? Да, должно быть куда-то на запад. В западной части страны было три выхода на Глубинные Тропы. Один недалеко от Западного Холма, куда и отправилась Квентрит Кусланд. Второй в баннорне Кинлох, недалеко от Круга Магов. Третий в баннорне Дыхание Зимы, рядом с эрлингом Эджхолл. Ну или же они могли отправиться в Орлей… Да нет, вряд ли. Преодолев шок, Флёр разглядела более-менее количество марширующих Порождений. Эта Орда была не бесконечной. Тысячи…две, три? Ну да, где-то пару тысяч, не больше. Ущелье, раскинувшееся под ними было достаточно большим и более-менее Флёр представляла себе количество перед её глазами, на секунду отвлёкшись от главного момента. А главным моментом здесь был собственной персоной Архидемон. Огромнейший, чёрный, чешуйчатый дракон. Его чешуя состояла словно из какого-то темного металла, покрывая всю его шкуру вздувшимися бугорками. Каждый взмах его могучих крыльев сопровождался шумным рассекаемым воздух свистом. Длинная продолговатая морда была усеяна острейшими зубами, и могла запросто перемолоть огромного человека. Из чёрных ноздрей валил клубами серый дым. Зелёные глаза на его голове полыхали ярким огнём. Он завис над своей ордой, и будто бы направлял её… Загипнотизированные этим зрелищем люди молчали, потеряв дар речи. Первым опомнился сэр Перт: - Это что…это… Архидемон? Создатель Милосердный…  – он вытащил из кармана оберег и сжал его в исступлении, глядя на дракона расширенными от ужаса глаза. - Клянусь… – начал было Огрен, готовый явно поклясться чем-то непотребным, но звук его голоса потонул в диком рёве, который издал Архидемон. Порождения Тьмы, марширующие на Запад, ответили ему приветственным рёвом, похожий на пронзительное гиканье. Выглядело это, признаться, на редкость жутко. Внизу под их ногами шагало тысячелетнее проклятье мира Тедаса. Погибель человечества, которое до сих пор имело шансы уничтожить в этом мире всё живое. А направлял их Пятый из Древних Богов – Пробуждённый бог-дракон Уртемиэль. Флёр стояла будто загипнотизированная. Она не могла заставить себя отвернуться, скрыться, просто не могла. С ней это случилось впервые в жизни. С сильнейшим магом, искушённым в магии Духа и Энтропии. В её голове будто замелькали различные образы. Сама того не желая, она смотрела вниз на орду глазами Архидемона. Его ужасными зелёными глазами. Она махала крыльми, разминала когтистые лапы и готова была издать очередной дикий рёв. Щёлкнула какая-то искра и она вернулась в своё тело, оторвав, наконец, взор от Архидемона. Это выглядело для неё как наваждение, она даже с силой потрясла головой. На лице её написано было глубочайшее потрясение. Но она не успела отдать ни один приказ. Глаз Архидемона метнулся в сторону Флёр и её друзей и резко задёргался. Он будто весь сжался, распрямился и страшно заревел. Он их заметил! Этот рёв отражался от стен, и будто потряс сами основы мироздания. Флёр начала в ужасе резко отбегать от ограждения. Её спутники поступили так же. Архидемон раскрыл свою огромную пасть, и из неё вырвался заряд фиолетового пламени. Эта субстанция полетела туда, где только что стояли Флёр и вся честная компания. Куски камня, смешанного с металлом и щебнем полетели в разные стороны, хоть ограда и устояла. Совершенный Каридин строил на совесть. Архидемон же резко подлетел к потолкам Города Мёртвых и попытался влететь в сам Бонаммар, но понял, видимо, что явно не пролезает. Просунув голову через ограду, он выпустил в сторону наших друзей ещё один заряд фиолетового пламени, от которого они укрылись за главным строением Мёртвых Рвов. Разочарованно рыкнув, он стрелой полетел вниз прямо в лаву, но не долетев до лавы, расправил крылья и полетел вдоль реки. Ещё раз поднявшись вверх, он раскатисто заревел, и Флёр даже почудилось, будто он отдал какие-то приказы… Флёр привалилась к стене, тяжело дыша, и закрыла лицо руками. Никогда, никогда она больше не станет недооценивать ЭТО после встречи с Архидемоном лицом к лицу. Это было нечто. Как, как ЭТО вообще можно победить? Четыре раза в истории человечества искусные маги, воины и герои повергали вот ТАКОЕ, а теперь, она чувствовала, что это предстоит сделать ей. Она вспомнила диалог под Остагаром, где Дункан сообщил царственному павлину, что стоит учесть возможность появления Архидемона, а тот ему ответил «Дункан, зачем здесь Серые Стражи?». Какие же они все были глупцы, теперь уже и кости их небось истлели, а они так и не поняли, о чём они вообще говорили. Вот об ЭТОМ они говорили. ЭТО – погибель гномьей и человеческой рас. Погибель всего живого. Он огромный, превышающей размерами любую высшую драконицу, хоть она их никогда и не встречала. И он ужасающий. И… ну, великолепный, да. Несмотря на весь внушаемый ужас. Но ужас обуял их снова, несмотря на то что Архидемон уже улетел. Со всех сторон вокруг раздавался топот ног, и становился всё сильнее. Обладавшая «чутьём» Серого Стража Флёр хорошо понимала, что это означает. Её друзья, пока не обладавшие этим чутьём, как минимум, не были дураками, и не питали иллюзий. - Порождения Тьмы идут к нам… – помертвевшими губами произнесла Флёр. – Они везде. Они нас окружают. Их много… много… – взяв себя в руки, она проревела как Архидемон. – УБЬЁМ ЖЕ ИХ ВСЕХ, ТВАРЕЙ! - Только бы выжить! – мрачно думала она. – Только бы выжить! – если она умрёт, в Лотеринге останется… Алистер. Он что ли остановит ВОТ ЭТО? Да гарлока с два, мрачно плюнула она. Нет, я обязана выжить, ради себя, тебя, его, её, всего человечества. Спутники Флёр уже стояли во всеоружии. Страх ушёл из них, словно его вырвали из их груди щипцами. Осталась только ненависть, клокочущая ненависть к извечному врагу человечества. Они убьют столько сколько надо врагов, чего бы это не стоило. В этот момент здесь все были первозданными Серыми Стражами, и не прошедшие Посвящение Рекруты, и не имеющие отношения к ордену братья Хоуки. А жалкий, ничтожный чиновник из Вейсхаупта Первый Страж им не был. Впрочем, на это ничтожное создание и так все давно положили арбалетный болт. Уже не менее шести сотен лет мало кому интересны были «приказы» этого никчемного павлина. Легко быть первым среди туповатых лизоблюдов, а ты сюда ко мне в Бонаммар приди тварь, в ярости подумала Флёр, и твёрдо решила когда-нибудь в жизни сделать ему «сюрприз». Посетить этого горе-командующего и…  оторвать ему голову. Если, конечно, она сегодня выживет. Первые группы Порождений уже подбегали к ним, разметанные огненными шарами Петры и Киннона. Третью группу, довольно большую, возникшую будто из воздуха, взяла на себя Флёр. Высоко подняв посох, она опять чуть не сбила всех с ног волной энтропической энергии, опуская на этих тварей облако. Завертев кругом эту падаль, она начала пить их энергию, пока они кружились, непрестанно вопя. Она упивалась их энергией, впитывала её в себя, и была в этот момент похожа на мини-Архидемона. Закончив высасывать из них жизнь, она наставила на них посох и сузила глаза. Воздух прорезали несколько энергетически сотканных лезвий, прошедшихся прямо по ослабевшим Порождениям, отсекая им черепа или головы (тем, кто повыше). Флёр называла это заклинание «Духовный Клинок», и когда она подпитывалась у толпы энтропией – он был необыкновенно силён. Раздался характерный свист и вой. Артемис Хоук скрестил скимитары и прыгнул в сторону, внезапно разведя клинками. Тем самым он буквально рассёк надвое подлетевшего к ним Крикуна. С Квентрит Кусланд эта атака у него не сработала, впрочем, эта милая девушка и не была Крикуном. Второго Крикуна он тоже достал на подходе, как и третьего, метаясь из стороны в сторону. Он был великолепен, и Квентрит не зря назвала его Мастером Оружия. Хоть он и… немного уступал самой «Королеве Севера», но он взаправду был им. Пока Хоук разбирался с крикунами, Флёр обрушивала «Духовные Клинки» на новую группу Порождений, раскалывая им черепа. Высокому бронированному гарлоку, ведущему эту группу не иначе как из глубин загробного мира, её «клинок» снёс буквально грудь вместе с доспехом… Порождения Тьмы лезли отовсюду с воплями, свистом и гиканьем. Они выскакивали из мавзолеев. Из полуразрушенных строений, из каких-то неведомых нор. Многие выпрыгнули из пещеры на той стороне реки и сейчас массово бежали по мосту. Этими решил заняться Киннон, и запустил прямо в мост свой лучший огненный шар. В ужасе Порождения взлетели в воздух и попадали в кипящую лаву, пронзительно вопя… К нему немедленно присоединилась Петра, добавив свои огненные шары. Немного подумав, она принялась готовить «огненную бурю», чтобы уничтожить как можно больше Порождений Тьмы на той стороне реки. Это заклинание было как нельзя в тему. Огрен не жалея себя орудовал обоюдоострым топором, направо и налево расшвыривая лезущих к ним Порождений со стороны мавзолеев. На минуту остановившись, он яростно взвыл глядя вверх, глаза его подёрнулись мутной пеленой. И тут он бросился очертя голову в только что выбежавшую из ещё одного мавзолея уродов-гарлоков и увлёк их в свой танец смерти, отсекая им круговыми движениями конечности. Он впал в состояние Берсерка. Это умение было доступно только лучшим из касты Воинов Орзаммара. Избранным. Карвер и Перт вовсю орудовали своими мечами, не подпуская к Порождений к магам. Сэр Перт методично отбивал атаки чёрных тварей, вовремя контратакуя, и ему это удавалось. Он не терял головы и бился хладнокровно, рассчитывая каждый манёвр. Это был его стиль боя, и сейчас он был на его пике. Карвер же напротив, всё больше зверел. Он ненавидел каждое Порождение всей душой, и в каждый удар вкладывал частичку души. Так вбил очередному гарлоку его же клинок прямо в череп. А насадив на меч другого гарлока, он яростно на него надавил и таким же образом смог проткнуть следующего, тем самым насадив на свой длинный меч сразу двоих. Опомнившись, он быстро вырвал оружие из тел тварей и перерубил пополам гарлока, который уже приближался к Петре. Артемис тем временем уже увидел своего огра. На этот раз он не дал ему время для маневров, и, разбежавшись, воткнулся молнией ему в бок, прорезав его обоими скимитарами. Не сбавляя темпа, он вогнал их силой ещё больше, налегая всем телом, так что уже смертельно раненый огр даже пошатнулся. Резко поворачиваясь и вырывая скимитары, он погрузил их огру под колено, заставив его упасть и воткнул оба лезвия в затылок. Опаснейший огр был повержен. Он обезопасил от этой громадины своих друзей. Флёр опять задействовала энтропическое облако, и вовремя! На этот раз под него попал огромный отряд Порождений, выбравшийся из расщелины в горе. Грязные твари опять завертелись, подпитывая Флёр энергией. Среди них были целых два огра, от которых Флёр получала немало сил. Несколько пустых склянок из-под лириума уже валялось под её ногами. Именно ради этой битвы и подобных она и становилась тем, кем является. Именно ради неё она и изучала столь сильные заклинания, неподвластные в такой силе даже Первому Чародею… какое там. Вряд ли Великая Чародейка из какого-то там орлесианского Круга её превзойдёт в ЭТОМ. Определённо нет, с ужасной улыбкой подумала Флёр, выпуская в захваченную ею группу Порождений сильнейший выплеск концентрированной духовной энергии. Вопя от ужаса, гарлоки и гэнлоки взлетели над землёй и попадали в кипящую лаву… с огромным усилием, но через несколько секунд к ним присоединились и два ослабленных огра. Один из них с огромным усилием вцепился в ограду, жутко ревя и отчаянно пытаясь как-то подтянуться. Флёр с диким оскалом направила на него посох, и он полетел вниз, ударяясь о стены… - Ты никогда не повторишь ЭТО, Великая Чародейка, тьфу как тебя там, НИКОГДА! – в исступлении заорала Флёр. Она была пьяна. Такое количество энтропической энергии немного воздействовало на её разум. Она взяла чуть больше пирога, чем смогла откусить, а битва тем временем всё продолжалась. Отряд Крикунов миновал Артемиса, успевшего на ходу зарубить двоих из них, но на него самого накинулась стая гарлоков. Разрубив по дороге ещё одну вопящую тварь, отвлёкся на гарлоков, которых начал уничтожать в смертельном танце скимитаров. Остальные пронеслись мимо него и устремились к Карверу и Петре. Карвер в это время расправлялся с очередным отрядом гэнлоков, яростно добивая каждую ненавистную тварь. Петра же в это время уничтожала приближающийся к Перту и Киннону отряд гарлоков молниями. Трое выживших Крикунов разом бросились на Петру. Вскрикнув, она упала на мягкое место и не глядя выстрелила из посоха «Каменным Кулаком», попав в одного из них, буквально раздробив его в полёте. Карвер понёсся ей на помощь, и вогнал с силой меч в одного из них, когда он уже буквально приближался к Петре. Последняя же тварь была прямо за ним, и вместо Петры вонзила свою руку-меч в спину Карвера. Карвер упал на колено. Он взорвался болью и яростью. Грязная тварь выдернула из него клинок и собиралась добить, но он, поднимаясь разрубил её напополам движением своего меча вверх наискосок и снова упал на колено, чувствуя глубокую и неприятную рану. Его окутало бешено-сильное голубое сияние. Он почувствовал, как даже такая страшная и опасная рана потихоньку закрывается. Силы возвращались к нему, хотя он по-прежнему был тяжело ранен, но был вне опасности и даже мог ещё драться. Петра использовала на него самый сильный заряд духовного исцеления из её арсенала. И вовремя. Новые группы Порождений из мавзолеев и со стороны пещер уже не лезли к ним, видимо, иссякли, но с боковых проходов вывалилось к тому времени не меньше пары с лишним сотен с одной стороны, и не меньше сотни с другой, и понеслись на них с разных сторон. Возможно, это были последние. Осталось только продержаться. Но это уже был перебор… Флёр вне себя от ярости крушила, рвала и метала. Мчащуюся прямо на неё сотню она встретила лицом к лицу, в ярости стукнув посохом о пол, она послала им навстречу выплеск духовной энергии прямо по полу, чуть не убив при этом своего брата Артемиса, которого сбило с ног отражением от этой волны. К счастью, он вовремя сгруппировался, даже во время поединка с великой Квентрит Кусланд он в большинстве случаев отлично группировался, и его защита была почти идеальной. Перекатившись перед остатком из стаи недобитых гарлоков, он вонзил в них свои скимитары поднимаясь с земли, и раскромсал их резкими движениями, ринувшись добивать оставшихся. Он был почему-то уверен, что с целой сотней тварей его бешеная сестра справится и спешил на помощь Карверу, который будто с трудом отбивался уже от наседавших на него уродов. Сбив сотню разномастых тварей с ног, Флёр быстро создала в их сторону бурю из молний. Мало у кого бы это заклинание получилось столь быстро, его надо было готовить, но с некоторыми из подобных Флёр умела обращаться таким образом после долгих и упорных тренировок. Молнии начали бить в вопящих Порождений Тьмы во всех сторон по большому периметру. Жутко и потрясно улыбнувшись во весь рот, настолько, что на её потемневшем от избытка энтропической энергии лице её улыбка начала напоминать реально оскал мини-Архидемона, Флёр создала в их сторону небольшой порыв ветра, и пока он их держал на некотором расстоянии, отбросила посох, начала готовить прекрасное заклинание, предвкушая массу удовольствия. Наконец, с её рук взлетел вверх сильнейший сгусток энергии и опустился на огромный периметр, обхватив сотню Порождений Тьмы, исключая, конечно, уже мёртвых из них. Их объяло высокими языками пламени. Порождения Тьмы горели заживо без шансов выжить. Огненная Буря Флёр – это было произведение искусства. Возможно, у её новой завербованной в Орден магессы Кары и было нечто подобное, но Флёр пока не видела её в деле за пределами Круга. Да и вряд ли она могла усилить себя таким огромным приливом энтропии. Взлетающие на множество ярдов языки пламени просто пожирали Порождений, отбрасывая отблески пламени на искажённое сильнейшей яростью лицо Флёр. Всю крепость наполнил запах гари, горелой скверны, горелой мёртвой плоти. Все живое в радиусе заклинания Флёр было уничтожено, сгорая дотла… Не меньше сотни Порождений Страж-Командор Флёр Амелл только что уничтожила в одиночку. Остальным, увы, повезло меньше. Хлынувшая сотня слева буквально смяла совершенно уставшего сэра Перта, и ему не помогли уже никакие приобретённые умения. Его тупо задавили массой. К тому времени, как Порождения добрались до кричащего от страха Киннона, сэр Перт, один из лучших рыцарей эрла Эамона в прошлом, и нашедший своё призвание в уничтожении мерзких Порождений Тьмы во славу Создателя, был уже мёртв. Киннон, крича от страха, косил набросившихся на него Порождений молниями с двух рук, уже выронив посох. Его молнии выходили сильнее чем обычно. И немало Порождений пало с прожженными дырами в теле насквозь. Возможно, его последняя предсмертная молния и смахивала чем-то на молнию Ульдреда, хоть и отдалённо, но она лишь отсрочила его гибель на пару секунд. Подскочивший к ниму гарлок-вожак разбил его защиту чем-то похожим на громадный тесак и одним движением снёс ему голову. Подхватив голову Киннона с земли, он поднёс её к своим глазам и утробно зарычал… Потерявшая голову Петра, визжа от ярости и боли, обрушила на Порождений не меньше десяти огненных шаров, пока они её не настигли. Артемис в это время кружился в танце смерти с многими десятками рослых гарлоков. Карвер, только что расправившийся с ещё десятком, попытался ей помочь, но не смог. Его теснил к Артемису смешанный отряд из гарлоков и гэнлоков. Прижатая к каменной ограде Петра поняла, что отступать ей больше некуда. Посмотрев последний раз в ненавистные глаза Порождений Тьмы, она создала последний огненный шар в своей жизни, лучший и прекрасный. И кинула его себе под ноги. Взорвав вместе с собой не один десяток мерзких тварей. Закончив уничтожать целую сотню Порождений из последней нагрянувшей к ним в гости группы по приглашению Архидемона, Флёр обернулась как раз для того, чтобы увидеть гибель друзей. Она подбегала, перебирая в уме нужные заклинания. Думала, как помочь Артемису и Карверу, кружащимся в танце смерти. Огрена нигде не было видно… обезумев, и приложившись губами к очередной плошке с лириумом, она опустила на тех, что были дальше всех от Карвера и Артемиса тварей новое энтропическое облако, закружив их… Но тут раздался звук, похожий на рожок. И вслед за ним из бокового прохода вылетели десятки гномов в стальных полных латах. Влетев всей компанией в занятых битвой Порождения Тьмы, они врубились в их ряды трёмя чёткими треугольниками, активно работая топорами и мечами, уничтожая всё на своём пути. Прорезав таким маневром их как масло, они привычно рассредоточились и принялись методично добивать врагов. Узревшая их появление Флёр остановила готовое было сорваться с рук духовное заклинание. Вместо этого, она начала косить точными молниями Порождений, окружавших Артемиса и Карвера, сильно облегчив им задачу. В скором времени, последняя тварь была уничтожена, и выжившие в бойне братья Хоуки ошеломлённо глядели друг на друга, не в силах произнести ни слова. Флёр же усилием воли сдирала с себя остатки энтропической энергии, которые теперь ей только мешали. Она даже не могла произнести ни слова, только мотала головой из стороны в сторону. Наконец, выпив целую фляжку с водой она прочистила горло и взглянула на Хоуков более осмысленным взглядом. Без сил она опустилась на каменный пол и прислонилась к стене. Братья Хоуки подошли к ней. К ней так же приблизился Кардол, снимая шлем. В его глазах была целая палитра чувств из смеси недоверия, удивления и безмерного уважения. - Увидев, как вы расправились со всеми тварями у ворот, я понял, что вы действительно способны взять Мёртвые Рвы. Я тут же кинул клич и собрал ребят с ближайших постов. Мы как раз успели помочь вам. Жаль, если поздно. Я так понимаю, вас было больше… Кардол оглядывал поле битвы не в силах поверить в увиденное. Бонаммар был просто завален трупами Порождений Тьмы. Не одна сотня тут погибла, и не две. Да какие ещё сотни? Он с благоговейным ужасом смотрел на эту картину и прикидывал в уме, не тысячу ли уничтожили эти интересные ребята? Нет, быть такого не может… хотя… - Петра погибла, и Киннон, – наконец, проговорила Флёр, не слыша себя. – Сэр Перт? - Тоже, – мрачно отозвался Карвер. – Ещё раньше.   - Проклятие, – поднялась с трудом с пола Флёр. – Огрен, где Огрен?! - Его…. Нигде нет, – уныло сказал Артемис. – Кажется, нет… нужно поискать. - Да… нужно. – отрешённо ответила Флёр, и повернулась к гному: - Кардол, – впервые она назвала его по имени. – Мы тут уничтожили очень-очень много этих тварей… - Я вижу, – кивнул он с благоговейным ужасом. – Я не могу только понять, сколько сотен. Тысячу или больше?! - Возможно… – устало ответила Флёр. – Знаешь, мы увидели внизу самого Архидемона. Они и наслал на нас всех этих тварей. Все что были в крепости Бонаммар во всех закоулках ринулись на нас со всех сторон. Мы едва уцелели, некоторые мои друзья погибли, но крепость очищена. И она ваша, Кардол. Она принадлежит Легиону Мёртвых и всем гномам. - О, Страж… – молвил впечатлённый Кардол. – Забудь то, что я говорил ранее. Я хочу сражаться на твоей стороне. Только что я нашёл достойную гнома причину выйти на поверхность. И эта причина – ты.