Два с половиной года

Дневник Такемичи Ханагаки Запись №2 Привет, дневник… снова. Это я — Такемичи, путешественник во времени. Прошло много времени с тех пор, как я написал свою первую запись. За эти более чем два с половиной года произошло многое. Но самое главное — я стал сильнее. Возможно, сильнее, чем когда-либо был. Мой Учитель, тот, кто обучал меня всему, был довольно странным человеком. Он часто смотрел на меня так, будто перед ним какая-то нелепая, смешная вещь. И внезапно, прямо во время тренировок, начинал смеяться. Без причины, без повода. Просто смех. Никакой радости в этом не было — скорее, нечто тревожное, нервное. Да, людям свойственно смеяться. Но смеяться просто так, когда ничего не происходит, — это странно. Очень странно. Сначала я не придавал этому значения. Ну, мало ли — возможно, такой характер. Но со временем я начал замечать нечто куда более пугающее. В его взгляде было что-то... нечеловеческое. Сначала я думал, что мне это просто кажется. Галлюцинации от усталости, от переутомления, от боли. Но потом это начало повторяться всё чаще и чаще. Его зрачки — я не знаю, как это объяснить — становились белыми. А склера, наоборот, чернела. На долю секунды, как будто вспышка. Но я видел это. Несколько раз. И каждый раз по телу проходил холод. Я не решался спрашивать. Вряд ли получил бы ответ. И всё же — эта жуткая перемена в его глазах… Она запомнилась мне куда сильнее, чем его странный смех. Я не знаю, кто он на самом деле. Или что он. Но именно он сделал из меня того, кто я есть сейчас. Недавно я вернулся домой. Бабушка и дедушка были в шоке. Бабушка не сдержалась и расплакалась, дед молчал, только смотрел долго, изучающе. Я сказал, что всё это время жил в другом городе, мол, поступил в другую школу с хорошим образованием и с общежитием. Очередная ложь. Но как бы я мог рассказать правду? Они и так многое пережили. Пусть лучше думают, что я просто учусь в хорошем заведений. Иногда мне тяжело смотреть им в глаза. Я будто больше не их внук. Я уже совсем другой. Но они не говорят об этом. Просто принимают. Без упрёков. За это я им бесконечно благодарен. За это время рядом со мной оказался человек, которого я раньше ненавидел. Кисаки. Мы с ним прошли многое. Он изменился, или, может, я научился видеть в нём не только врага. Не знаю. Но сейчас он рядом. Не как враг. Даже не просто как союзник. А как друг. Он стал для меня кем-то вроде Чифую. Тем, кто не бросает. Кто идёт рядом, даже если всё рушится. Я часто вспоминаю Чифую. Его взгляд, полуприкрытый чёлкой, его хмурое лицо и вечную верность. Он был тем, кто держал меня, когда я падал. И мне бы очень хотелось увидеть его ещё раз. Просто услышать, как он скажет: «Ты справишься». Просто знать, что он где-то рядом. Пусть даже в другом времени. Иногда, когда я остаюсь один, в полной тишине, я думаю — зачем оно вообще пришло ко мне? Зачем помогает? Оно говорит: «Ты слишком долго страдал». Говорит, что устало смотреть, как я умираю, как я всё теряю. Но я не верю просто словам. Слишком много раз мне врали — и друзья, и враги, и я сам. Если бы это был настоящий ангел… он бы не пришёл в виде шёпота во тьме. Он бы не наблюдал за мной молча во всех временных линиях, не ждал, пока я окончательно сломаюсь. Он бы спасал. А не изучал. Оно знает обо мне всё. Больше, чем я сам. И каждый раз, когда оно говорит, я чувствую — оно не врёт. Но и не говорит всей правды. Я всё чаще ловлю себя на мысли, что это не ангел вовсе. Что я не избран. Я просто — удобный. Оно выбрало меня, потому что я — упрямый, сломанный, и мне уже нечего терять. Потому что я пойду на всё, если будет шанс спасти хоть кого-то. Оно не просит ничего. Но я знаю: рано или поздно, цена прозвучит. Она уже где-то рядом. Я не знаю, кто оно такое. Но я знаю — мы теперь связаны. И я приму это. Даже если мой ангел — не свет. Даже если он — тьма. Плевать. Я всё равно пойду до конца.