Часть 2

События раннего утра у троих подруг быстро забылись. Суета от сборов на церемонию открытия и первые пары полностью вытеснили размышления девушек о потенциальных кавалерах. Да и кого вообще волнует в современном мире что-то вроде любви? К примеру, мысли Дженны занимало сейчас то, что ей нужно выйти к тысячной толпе студентов, произнести речь, которая должна их приободрить и придать сил на новый учебный год. Это была почетная миссия, которой удостаивались далеко не все. И вот, в последний год своего обучения, Дженне поручили открыть год как успешному студенту и руководителю самой деятельной орг-группы. Она была уверена в себе, но ладони все равно вспотели. За кулисами был слышен гул собравшихся студентов, среди которых ее ждали Анна и Лея. Дженна планировала на сцене найти их взглядом, чтобы было не так волнительно. Эта стратегия всегда работала. Но, почему-то, она все равно чувствовала дисбаланс в душе и теле, будто вот-вот упадет в обморок. Начало. Фанфары. Свет. Первым выступает директор, дальше — она. Дженна поправляет свое прямое каре, легкий пиджак и проверяет шнурки на ботинках. Идеально. Она готова, но все как в тумане. Звучит ее имя, и она выходит с широкой улыбкой на сцену. Речь звучит уверенно, слова льются сами собой, но глаза бегают по залу. Она ищет свою группу поддержки, но не находит, и взгляд цепляется за светлую макушку. Ее новый знакомый сидит рядом с тем сердитым парнем. Хотя тот уже не такой уж и сердитый. Даже слегка улыбается и слушает ее. Как и блондин. Их взгляды пересекаются, и Дженна запинается и отводит взгляд. Секундная заминка — дежурная шутка про волнение, и вот, на ней еще большее внимание толпы. Она больше не смотрит никому в глаза, уверенно обращается к студентам и собирает долгие аплодисменты, а внутри все скручивается от мимолетной слабости. Почему она запнулась? Что выбило ее из колеи? Нет ничего странного, что она, увидев знакомое лицо, посмотрела ему в глаза. Скорее, это даже мило и дружелюбно с ее стороны, ведь новичкам всегда тяжело на новом месте. Социализация — важная вещь, особенно если ты здесь надолго. Знакомство с новыми студентами также в ее компетенции, ведь каждый год приходится кого-то набирать себе в группу на смену ушедшим. Она делала это сотню раз. Но почему-то именно сейчас ей не по себе, хоть Сону и был очень мил. Она чувствует, что что-то не так. Что те лисьи глаза выбивают ее из колеи. И ей это не нравится. — Отличное выступление! Ты молодец! — похвалила ее Лея после церемонии. Они направлялись на первую пару. Анна уже убежала к своему факультету, а Лее было с Дженной по пути. — Но как так получилось, что ты нас не видела? Ее круглые большие глаза светились непониманием, а Дженна не могла никак объяснить, как это произошло. — Наверно, просто не выспалась. — Уверена? — Лея явно заметила что-то в подруге, но никак не могла понять что. — Возможно, мне показалось, но, может, ты заболела? Выглядишь слегка рассеянной. Дженна бы нахмурилась от такого замечания, но ситуация не позволила. По пути в коридоре им то и дело попадались знакомые, с которыми девушка по привычке здоровалась с дежурной улыбкой. Лея всегда была очень доброй и чуткой, и раз уж она заметила, значит, Дженна действительно дала слабину. А она это ненавидела. Сначала замялась на сцене, теперь прокололась перед подругой. «Непозволительно!» — кричал ее внутренний критик. «Нужно что-то делать» — шептала неуверенность в себе. Они расстались у аудитории 204. Дженна остановилась перед дверью и глубоко выдохнула. Сейчас она окунется в привычную ей атмосферу, и все забудется. К концу третьего курса в ее группе осталось примерно в два раза меньше студентов, чем было в самом начале. Но сейчас аудитория казалась более заполненной, чем обычно, а ее любимое место вообще было занято человеком, которого она видела впервые. Пришлось занять место рядом. Звонок о начале лекции не дал ей осмотреться получше, зато привычка поглощать знания сработала на отлично, и смятение отступило. Половина пары пролетела в быстрых записях и внимании профессору, но в какой-то момент Дженна краем глаза заметила движение слева от себя. Парень, что занял ее любимое место, придвинулся к ней чуть ближе и с беззаботной косой улыбкой обратился к ней шепотом: — Пс-с, у тебя есть запасная ручка? — Ручка? — Она не ожидала, что ее выдернут из своих мыслей. — Да... Кажется, я свою забыл дома. — А... Держи. — Девушка отложила в сторону парня ручку, но внутри себя уже отметила, что этот студент ей не нравится. Уже половина пары прошла, а он только сейчас решил начать что-то записывать?! Возмущение внутри нее вспыхнуло как спичка, но она постаралась сразу его потушить. Какое ей дело до того, кто как учится? Главное, чтобы ей не мешали. — Спасибо. — прошептал парень и отодвинулся. Дженна записала у себя в подкорке не брать этого кадра в свою группу, если он подаст заявку, и на этом все закончилось. По крайней мере, она так думала. Но после пары ее задержали ребята, с которыми она занималась благотворительностью в прошлом году, и к следующей паре уже в другой аудитории ее любимое место было снова занято тем же студентом. Скрипя зубами, Дженна снова села рядом с ним. Ну просто потому, что странно было бы резко развернуться и пересесть. — О, мы снова соседи. — Довольно дружелюбно заговорил он первым. Теперь они могли говорить не шепотом, и его голос раскрылся по-новому — довольно приятный для кого-то, кто так легкомысленно относится к учебе. — Эм, да. Просто обычно я сидела на месте, на котором ты сейчас сидишь. — Девушка не сдержалась. Ну правда, и так день начался странно, а тут еще и это. — Оу, извини. Хочешь поменяться? — Он сделал вид, будто озабочен ситуацией, но не очень убедительно. — Нет-нет, все в порядке. Я не видела тебя раньше, значит, ты из переведенных, и не мог знать, что это место занято. — Не очень понятно, кого она пыталась успокоить больше, себя или его. Но попытка быть вежливой была принята ее нутром как способ сохранить достоинство, а не скатиться в капризного ребенка. — Ты действительно умная, как о тебе и говорят. О Дженна, верно? — Его улыбка снова проявилась на его губах. Очень симпатичных губах. — Ли Хисын. — Он протянул руку для рукопожатия. — Приятно познакомиться. — Она пожала большую теплую руку. Это заставило ее задуматься: может, она накручивает? К чему это внутреннее сопротивление внутри? — Ты какая-то напряженная. Что-то не так? Ну вот, он заметил. У Дженны был выбор: вежливо соврать или сказать правду. И чтобы держать ложь в голове, нужно тратить слишком много энергии. — Ну... Встала не с той ноги. И, к тому же, как-то так получилось, что меня сегодня окружают новые знакомства. Хисын засмеялся, и она тоже не смогла сдержать улыбку. Напряжение спало, хотя во взгляде парня что-то изменилось. — Понимаю. — Кивнул он. — На четвертом курсе новые люди — это не то, что ты ожидаешь. Он действительно понял? Дженна не знала, но ее подкупило, что он смог сформулировать то, что дестабилизировало ее с самого утра. Кажется, главным успехом ее душевного равновесия при такой нагрузке все эти годы было постоянство. И вдруг это постоянство нарушено. Новая лекция не дала им продолжить разговор, но вот после, в коридоре, Хисын нагнал ее. — Слушай, если ты не против, как насчет того, чтобы отметить знакомство за чашечкой кофе прямо сейчас? — Он обворожительно улыбнулся, а Дженне стало не по себе от того, что ее поведение и желание отказать становилось все менее дружелюбным без причины. Да, отказать можно всегда. Но в современном мире дела так не делаются. Никогда не знаешь, как может повернуться жизнь за год, если вдруг с самого начала запороть новое знакомство с человеком, которого будешь видеть каждый день. Раздираемая сомнениями, девушка стушевалась, и пауза затянулась. Но как только она все же решила ответить (в ущерб для себя и своего свободного времени), из другого конца коридора Хисына окликнул жизнерадостный знакомый голос: — Хён! Я тебя искал! — Сону со слегка растрепавшимися волосами направлялся к ним почти вприпрыжку, а Дженна смогла выдохнуть. Младшекурсник появился очень вовремя. — О, Дженна, ты тоже здесь. Надо же, какое совпадение! Но нам пора, хён, мы уходим! — Парень потянул за руку другого куда-то в противоположном направлении, оставляя девушку одну, а Хисын в это время, ничего не понимая, хлопал глазами и даже не успел ничего сказать в ответ. Проблема решилась сама собой. Бывает же. Теперь, наконец, можно встретиться с подружками пообедать, затем забежать к студсовету, составить объявление о сборе ее орг-группы после пар, чтобы обсудить набор новеньких и первый проект, отправить его и провести само это собрание. И, конечно, библиотека. Некоторую литературу можно было достать в удобном формате только там. Короче, дел невпроворот, и неловкая чашка кофе точно выбила бы ее из нужного состояния. Дальше все пошло по плану, разительно отличаясь от первой половины дня. Дженну не только не беспокоили посторонние мысли, но даже на парах ее никто не смущал и не злил. Хисын просто испарился на весь остаток дня, так и не появившись на двух последних лекциях, но девушка решила не придавать этому значения. Вечером — собрание. Лея взяла на себя распечатку объявления о наборе волонтеров на первый проект, Анна стала ответственной за отбор резюме, другие ребята (к слову, их было девять человек) обещали провести мозговой штурм и вернуться с конкретикой через два дня. Дженна знала: стоит торопиться. Ее первая группа всегда по баллам идет практически ноздря в ноздрю со второй группой. Но если оставшиеся пять наберут в этом году талантливых новичков, то конкуренция за баллы от доп. деятельности растекутся сильнее обычного, и всем не хватит. Вообще, система работала так: Комплектуются организационные группы из активных и способных студентов; Каждая группа участвует в создании общих мероприятий, разделяя обязанности, или организуют свои. Это может быть что угодно: от фестиваля в университете до благотворительного концерта в пользу детдомов или социальная помощь нуждающимся; Каждая группа оценивается деканатом и студсоветом по итогу каждого мероприятия и получает баллы за свою работу; Чем больше успех группы, тем выше оценка на выходе из университета в рекомендательном письме, которое расценивается работодателями как неопровержимый знак качества рабочей единицы, пришедшей к ним на собеседование. Если хочешь работать в хорошей компании, получать выше среднего и не затеряться в потоке таких же молодых и красивых, то участие в орг. группах Себёк — отличный буст. И Дженна сразу вступила за него в борьбу для себя и своих ребят. Отличная учеба, работа на свое будущее и прокачка себя как профессионала в любой сфере, до которой она может дотянуться, были для нее единственными целями с самого первого курса. Кто-то бы сказал, что она потеряла себя в этом всем занудстве, ведь на хобби или отношения абсолютно не оставалось сил и времени, но Дженна давно смирилась с этим. Ей была нужна хорошая работа любой ценой. Но такая одержимость была у нее не всегда. В школе Дженна мечтала стать писателем или журналистом, много читала, обожала смотреть сериалы вместе с подругами, гулять вечерами и росла вполне здоровым ребенком. Но в пятнадцать лет ее настиг страх и разочарование. В один прекрасный момент все в ее жизни изменилось. Отец Дженны стал при любом удобном случае напоминать ей, что она — нахлебница, которая только и тратит его деньги. Для него она стала обузой и кем-то презренным. Никакой любви, никакой защиты, никаких карманных денег, а только эксплуатация и «предмет для хвастовства» перед друзьями-собутыльниками. Мать молчала, и это разбивало Дженне сердце еще больше. Для нее стало очевидно то, что никакой помощи в становлении ее взрослой жизни она не дождется. Ее благополучие и безопасность будет зависеть только от интенсивности ее работы. И она это приняла. Но не сразу. Однажды Дженна, все же, оступилась. Это была ошибка, которая стоила ей нервного срыва и обнуления всех ее достижений. Она влюбилась. В выпускном классе ее сердце дало сбой, и чувства воспылали к одному из мальчиков параллельного класса. И оказалось, что это взаимно. Счастье от обретения любви затмило все невзгоды в учебе или семье. Дженна поверила — он ее судьба, он защитит ее, теперь у нее есть за спиной стена, на которую она может опереться в трудную минуту. Но через полгода он изменил ей, и мир рухнул. До экзаменов оставалось совсем недолго, отец давил на нее все сильнее, вынуждая выйти еще и на подработку, а она была мертва внутри. Если бы не Анна и Лея, то Дженна никогда бы не выкарабкалась. Но она сделала это. Ради себя, ради своих подруг, ради будущего, вопреки всему. И теперь, если ей что-то преградит путь, она без раздумий это разрушит и пойдет дальше. Даже на пределе своих возможностей, не обращая внимания на искры вокруг.