Глава 41: Разговор Двух Женщин

Но ​с ​этим ​действительно ​ничего ​нельзя ​было ​поделать. ​ ​Кири ​внутренне ​вздохнула. ​У ​них ​все ​еще ​не ​было ​возможности ​выяснить, ​что ​за ​человек ​на ​самом ​деле ​Рюдзи. ​Кто-то ​должен ​был ​проверить, ​действительно ​ли ​у ​него ​есть ​способность ​- ​или ​намерение ​- ​отправить ​их ​обратно ​в ​их ​изначальные ​миры. ​ ​Этот ​мир, ​конечно, ​был ​интересен ​сам ​по ​себе, ​но ​дома ​ее ​ждало ​незаконченное ​дело. ​ ​Месть. ​ ​Да, ​месть. ​ ​Когда ​Кири ​провела ​пальцами ​по ​шрамам ​на ​своем ​теле, ​ей ​не ​нужно ​было ​думать ​дважды. ​Потеряв ​и ​себя, ​и ​Каату ​- ​а ​предательство ​этого ​изменника ​посеяло ​раздор ​в ​рядах ​- ​Арден ​Хейтс ​никак ​не ​мог ​удержать ​свои ​позиции. ​Даже ​если ​она ​не ​была ​военным ​стратегом, ​она ​достаточно ​хорошо ​знала, ​что ​внутренний ​хаос ​в ​такой ​момент ​будет ​разрушительным. ​ ​Но ​важнее ​всего ​было ​то, ​что... ​еще ​до ​того, ​как ​она ​упала ​в ​Небесное ​Море, ​она ​уже ​начала ​подозревать, ​что ​среди ​ее ​людей ​есть ​предатель. ​Если ​бы ​ей ​удалось ​каким-то ​образом ​вовремя ​вернуться ​в ​Арден ​Хайтс, ​возможно ​- ​только ​возможно ​- ​она ​все ​же ​смогла ​бы ​помешать ​армии ​Каллета ​захватить ​это ​место. ​ ​А ​цена? ​Всего ​лишь ​ее ​девственность ​- ​то, ​что ​она ​хранила ​в ​неприкосновенности ​более ​двадцати ​лет. ​ ​По ​сравнению ​с ​жизнями ​ее ​товарищей, ​по ​сравнению ​с ​возможностью ​перерезать ​горло ​этому ​предателю ​своими ​руками... ​это ​было ​ничто. ​ ​Ее ​первоначальное ​недоверие ​к ​Рюдзи ​было ​вызвано ​тем, ​что ​он ​был ​слишком ​откровенен ​- ​до ​такой ​степени, ​что ​это ​было ​подозрительно. ​Что ​это ​за ​человек, ​который ​случайно ​признается ​в ​том, ​о ​чем ​большинство ​людей ​не ​осмеливаются ​говорить ​вслух? ​Трудно ​было ​не ​заподозрить, ​что ​именно ​он ​стоит ​за ​их ​вынужденным ​перемещением ​- ​возможно, ​чтобы ​поиграть ​с ​ними, ​поработить ​их ​или ​еще ​чего ​похуже. ​ ​В ​конце ​концов, ​на ​своем ​веку ​она ​повидала ​немало ​подобных ​мерзавцев. ​ ​Но... ​ ​Завтра ​будет ​пятый ​день. ​ ​Она ​застряла ​в ​этом ​мире ​уже ​на ​пять ​дней ​- ​и ​кто ​знал, ​когда ​силы ​Каллета ​нападут ​на ​Арден ​Хайтс? ​Если ​она ​не ​поторопится, ​то, ​даже ​если ​ей ​удастся ​вернуться, ​может ​оказаться ​уже ​слишком ​поздно ​что-либо ​спасать. ​ ​Она ​не ​забыла, ​в ​каком ​состоянии ​находилась, ​когда ​прибыла ​сюда ​- ​упав ​с ​неба. ​А ​чтобы ​вернуться, ​ей ​пришлось ​бы ​пробираться ​как ​минимум ​через ​один ​или ​два ​лагеря ​Каллета. ​ ​«Но... ​неужели ​есть ​необходимость ​так ​торопиться?» ​- ​спросила ​Цунаде, ​нахмурившись. ​«Не ​безопаснее ​ли ​будет ​понаблюдать ​за ​ним ​подольше?» ​ ​Цунаде ​могла ​понять ​отчаяние ​Кири. ​Если ​дома ​ее ​все ​еще ​ждала ​семья ​или ​товарищи, ​и ​если ​переспать ​с ​Рюдзи ​действительно ​было ​единственным ​способом ​вернуться... ​то ​непорочность ​точно ​не ​была ​бы ​приоритетом. ​ ​Особенно ​для ​ниндзя. ​ ​Кроме ​того, ​она ​была ​ниндзя-медиком. ​Восстановление ​так ​называемых ​физических ​признаков ​девственности ​было ​для ​нее ​детской ​забавой. ​Она ​могла ​легко ​восстановить ​эту ​часть ​женского ​тела ​- ​даже ​без ​хирургического ​вмешательства, ​даже ​просто ​активировав ​один ​раз ​свою ​Силу ​Печати, ​она ​бы ​справилась ​с ​этой ​задачей. ​ ​Но... ​она ​больше ​не ​планировала ​возвращаться. ​ ​В ​Конохе ​для ​нее ​ничего ​не ​осталось ​- ​только ​болезненные ​воспоминания. ​Единственным ​человеком, ​который ​мог ​быть ​ей ​по-прежнему ​дорог, ​была ​Шизуне, ​племянница ​Дана. ​И ​даже ​если ​бы ​Цунаде ​полностью ​исчезла, ​старик, ​вернувшийся ​домой, ​наверняка ​хорошо ​позаботился ​бы ​о ​Шизуне. ​Он ​всегда ​был ​неравнодушен ​к ​некоторым ​вещам. ​ ​«Я ​бы ​тоже ​хотела ​остаться ​и ​исследовать ​этот ​увлекательный ​мир», ​- ​сказала ​Кири, ​беспомощно ​раскинув ​руки. ​«Но ​я ​не ​могу. ​Слишком ​много ​людей ​ждут ​меня ​дома... ​и ​мне ​нужно ​закончить ​кое-что ​важное». ​ ​Она ​усмехнулась, ​полушутя-полусерьезно. ​«Кроме ​того, ​мне ​всегда ​было ​любопытно ​узнать ​о ​подобных ​вещах ​- ​о ​том, ​приятно ​ли ​это ​на ​самом ​деле ​или ​нет ​- ​так ​что, ​думаю, ​этим ​я ​просто ​убью ​двух ​зайцев ​одним ​выстрелом». ​ ​Цунаде ​замолчала. ​Честно ​говоря, ​ей ​очень ​нравилась ​личность ​Кири ​- ​прямолинейная, ​дерзкая, ​не ​похожая ​на ​ее ​собственную ​молодую ​фигуру. ​В ​другое ​время ​или ​в ​другом ​месте, ​если ​бы ​ее ​настроение ​было ​лучше, ​а ​мир ​- ​чуть ​менее ​мрачным, ​она ​бы ​с ​удовольствием ​села ​и ​выпила ​с ​ней ​как ​следует. ​ ​Но ​не ​сейчас. ​ ​И ​все ​же ​Цунаде ​не ​могла ​не ​предложить ​что-нибудь, ​пусть ​даже ​немного ​нелепое. ​ ​«Когда ​соберешься ​уходить, ​- ​медленно ​произнесла ​она, ​- ​найди ​меня. ​Если ​тебя ​это ​беспокоит, ​я ​могу ​все ​исправить ​- ​сделать ​так, ​будто ​ничего ​и ​не ​было». ​ ​Кири ​моргнула, ​искренне ​удивившись. ​ ​«Что, ​разве ​это, ​по ​сути, ​не ​измена?» ​Она ​хихикнула. ​«Неа, ​это ​совершенно ​необязательно. ​То ​есть... ​конечно, ​это ​немного ​прискорбно. ​В ​идеале ​я ​бы ​хотела, ​чтобы ​мой ​первый ​раз ​случился ​после ​какого-нибудь ​романтического ​свидания ​или ​чего-то ​в ​этом ​роде, ​но ​раз ​уж ​все ​так ​сложилось, ​то ​больше ​нет ​смысла ​об ​этом ​беспокоиться». ​ ​Она ​отмахнулась ​от ​этой ​идеи ​без ​колебаний. ​ ​«Кроме ​того, ​фальшивка ​есть ​фальшивка. ​Ложь ​все ​равно ​остается ​ложью. ​Если ​кто-то ​действительно ​любит ​меня, ​то ​его ​все ​равно ​не ​будет ​волновать ​что-то ​подобное, ​верно?» ​ ​Кири ​снова ​пожала ​плечами. ​ ​«А ​если ​честно? ​Не ​похоже, ​что ​мужчины ​приходят ​с ​очевидным ​ярлыком, ​показывающим, ​сколько ​у ​них ​было ​любовниц. ​Если ​люди ​так ​заботятся ​о ​подобных ​вещах ​для ​женщин, ​то ​как ​насчет ​мужчин? ​Мы ​что, ​должны ​избегать ​любого ​парня, ​который ​хоть ​раз ​был ​влюблен? ​Ха! ​Если ​бы ​это ​было ​так, ​то ​в ​этом ​мире ​вряд ​ли ​остался ​бы ​хоть ​один ​мужчина, ​который ​мог ​бы ​жениться». ​ ​Она ​рассмеялась, ​немного ​беспомощно. ​ ​«Что ​действительно ​бесит ​мужчин, ​- ​добавила ​она, ​- ​так ​это ​не ​женское ​прошлое ​- ​это ​женщины, ​которые ​ведут ​себя ​так ​высокопарно, ​словно ​они ​какие-то ​неприкасаемые ​богини ​, ​добившиеся ​всего ​за ​кулисами, ​и ​используют ​это, ​чтобы ​выжать ​из ​мужчины ​побольше». ​ ​Кири ​гордо ​ткнула ​большим ​пальцем ​в ​собственную ​грудь. ​ ​«Я ​не ​такая ​женщина. ​Мне ​нечего ​скрывать, ​не ​о ​чем ​врать. ​Если ​это ​произойдет, ​то ​это ​произойдет. ​Любовь ​и ​настоящие ​отношения ​- ​это ​не ​про ​такую ​ерунду. ​Если ​парня ​так ​сильно ​волнует, ​девственница ​женщина ​или ​нет, ​то ​он ​либо ​незрелый, ​либо ​это ​просто ​часть ​комедии ​любви ​- ​то, ​над ​чем ​обе ​стороны ​могут ​потом ​посмеяться, ​а ​не ​то, ​что ​должно ​их ​разлучить». ​ ​«Кроме ​того, ​- ​сказала ​она, ​широко ​ухмыляясь, ​- ​возможно, ​я ​даже ​не ​выйду ​замуж. ​Может, ​умру ​где-нибудь ​в ​приключении. ​Так ​что ​я ​не ​собираюсь ​зацикливаться ​на ​подобных ​вещах. ​И ​если ​до ​этого ​дойдет, ​я ​буду ​честна ​во ​всем ​- ​никаких ​сожалений». ​ ​Цунаде ​из ​своего ​полудревнего, ​консервативного ​мира ​могла ​лишь ​молча ​смотреть ​на ​нее ​в ​течение ​долгого ​момента. ​ ​Наконец, ​она ​покачала ​головой ​с ​горькой ​улыбкой. ​ ​«...Мне ​очень ​жаль», ​- ​тихо ​сказала ​она. ​«Я ​просто ​не ​могу ​согласиться ​с ​твоим ​образом ​мышления. ​Для ​меня... ​когда ​ты ​любишь ​кого-то, ​ты ​хочешь ​дать ​ему ​все, ​что ​можешь ​- ​все, ​что ​у ​тебя ​есть. ​Будь ​это ​твой ​первый ​раз... ​или ​что-то ​еще». ​ ​Цунаде ​обняла ​себя ​руками. ​Это ​казалось ​почти ​смешным ​- ​что, ​несмотря ​на ​то, ​что ​она ​старше ​Кири, ​несмотря ​на ​все, ​через ​что ​ей ​пришлось ​пройти... ​она ​все ​еще ​не ​могла ​сравниться ​со ​взглядами ​этой ​женщины ​на ​жизнь. ​ ​И ​вот, ​почти ​бессознательно, ​она ​спросила: ​ ​«Ты, ​наверное, ​очень ​любишь ​свою ​семью, ​да?» ​ ​Иначе ​она ​не ​могла ​понять, ​почему ​Кири ​готова ​пожертвовать ​даже ​своей ​чистотой ​ради ​возвращения. ​ ​Но ​ответ ​Кири ​был ​строгим. ​Спокойным. ​Почти ​пугающе ​спокойным. ​ ​«Они ​все ​мертвы». ​ ​«Когда ​я ​была ​маленькой, ​я ​видела, ​как ​мою ​мать ​застрелили ​прямо ​у ​меня ​на ​глазах», ​- ​сказала ​Кири ​непринужденно, ​словно ​говорила ​о ​погоде. ​«Если ​бы ​не ​крутой ​старик, ​который ​взял ​меня ​к ​себе ​и ​вырастил, ​я ​бы, ​наверное, ​закончила ​как ​многие ​другие ​женщины ​в ​Каллете ​- ​была ​вынуждена ​продавать ​свое ​тело, ​чтобы ​просто ​выжить». ​ ​Она ​сделала ​секундную ​паузу, ​а ​затем ​игриво ​сжала ​свои ​мягкие ​изгибы. ​ ​«Хотя, ​давай ​будем ​честны. ​С ​такой ​внешностью, ​как ​у ​меня, ​я ​бы ​добилась ​неплохих ​результатов». ​ ​Кири ​усмехнулась, ​дразняще ​покачивая ​своей ​внушительной ​грудью. ​ ​«В ​конце ​концов, ​как ​бы ​ты ​на ​это ​ни ​смотрела, ​по ​обычным ​меркам ​они ​довольно ​впечатляющие». ​ ​Пока ​она ​говорила, ​ее ​взгляд ​не ​мог ​не ​переместиться ​на ​Цунаде ​- ​и ​с ​этим ​просто ​невозможно ​было ​поспорить. ​На ​несколько ​более ​низкой ​и ​компактной ​Цунаде ​эти ​возмутительно ​большие ​активы ​выглядели ​еще ​более ​сюрреалистично. ​ ​Если ​бы ​не ​зрелое, ​утомленное ​миром ​лицо ​Цунаде, ​любой ​принял ​бы ​ее ​за ​одну ​из ​тех ​вечных ​лоли ​с ​большими ​сиськами ​из ​фэнтезийных ​историй. ​ ​«Кхм...» ​ ​Цунаде ​инстинктивно ​скрестила ​руки ​на ​груди. ​Она ​уже ​давно ​вышла ​из ​того ​возраста, ​когда ​ее ​заботили ​подобные ​вещи ​- ​или, ​по ​крайней ​мере, ​так ​она ​себе ​говорила. ​Но ​все ​же, ​когда ​другая ​женщина ​открыто ​завидует ​ей? ​Это ​всегда ​вызывало ​крошечную ​гордую ​ухмылку ​на ​ее ​губах. ​ ​Это ​было ​похоже ​на ​классическую ​мужскую ​одержимость ​- ​конечно, ​длина ​- ​это ​еще ​не ​все, ​выносливость ​и ​мастерство ​имели ​большее ​значение, ​но ​мужчины ​все ​равно ​хвастались ​размерами. ​Это ​была ​старая, ​почти ​первобытная ​гордость. ​ ​И ​такая, ​как ​Цунаде, ​с ​ее ​более ​традиционным ​мышлением, ​все ​равно ​гордилась ​своей ​фигурой. ​ ​Хорошие ​детородные ​бедра. ​Красивая ​внешность. ​ ​Во ​времена ​ее ​молодости ​это ​были ​главные ​качества. ​ ​Честно ​говоря, ​если ​бы ​не ​ее ​характер... ​и ​не ​ее ​решение ​стать ​ниндзя... ​она, ​наверное, ​могла ​бы ​выйти ​замуж ​за ​благородного ​человека. ​Не ​за ​даймё ​из ​Страны ​Огня ​- ​ее ​род ​был ​слишком ​тесно ​связан ​с ​их ​родом ​- ​но, ​возможно, ​за ​кого-то ​из ​Страны ​Молнии ​или ​Страны ​Земли. ​ ​Не ​то ​чтобы ​у ​этих ​народов ​были ​хорошие ​отношения ​с ​Конохой, ​так ​что ​это ​было ​бы... ​сложно. ​ ​Но ​больше ​всего ​ее ​внимание ​привлекло ​не ​прошлое, ​а ​сама ​Кири. ​ ​«Ты ​действительно... ​крутая», ​- ​сказала ​Цунаде, ​наблюдая ​за ​Кири ​с ​чем-то ​близким ​к ​восхищению. ​ ​Если ​бы ​только ​она ​могла ​жить ​так ​же ​свободно, ​как ​эта ​девушка ​- ​возможно, ​она ​не ​чувствовала ​бы ​себя ​все ​время ​такой ​потерянной. ​ ​Кири ​пережила ​гораздо ​более ​суровую ​жизнь, ​чем ​она, ​и ​все ​же ​она ​была ​здесь ​- ​смеялась, ​шутила, ​пила, ​как ​будто ​все ​происходящее ​было ​просто ​одной ​большой ​вечеринкой. ​ ​По ​сравнению ​с ​ней ​Цунаде ​чувствовала ​себя... ​маленькой. ​ ​Кири ​тем ​временем ​просто ​пожала ​плечами. ​ ​«Крутая? ​Не-а. ​Я ​просто ​делаю ​все ​возможное, ​чтобы ​остаться ​в ​живых, ​как ​и ​все ​остальные. ​И ​если ​уж ​я ​собираюсь ​жить, ​то ​могу ​наслаждаться ​каждым ​чертовым ​днем, ​верно? ​Кто ​знает, ​увидим ​ли ​мы ​вообще ​завтрашний ​день? ​Тратить ​время ​на ​то, ​чтобы ​утонуть ​в ​печали, ​просто ​чертовски ​скучно». ​ ​С ​этими ​словами ​она ​опрокинула ​пивную ​бутылку ​и ​выпила ​ее ​одним ​махом, ​а ​затем ​схватила ​полотенце ​и ​принялась ​небрежно ​вытирать ​свое ​великолепное, ​хорошо ​подтянутое ​тело. ​ ​Цунаде ​тоже ​наконец ​вылезла ​из ​ванны ​- ​и ​когда ​она ​слегка ​наклонилась, ​что ​ж... ​ ​Даже ​Кири ​залюбовалась. ​ ​Капельки ​воды ​скользили ​по ​невероятно ​полным ​изгибам ​Цунаде, ​собираясь ​у ​самых ​кончиков, ​а ​затем ​падали, ​как ​крошечные ​ручейки, ​с ​ее ​розовых ​сосков. ​ ​«...» ​ ​Честно ​говоря, ​такой ​размер ​был ​просто ​смешным.