Глава 76

Увидев это, Муссу оставалось лишь подойти к Пероспероо и тихонько поделиться своей догадкой: — В психологии людей, особенно детей, существует механизм самозащиты, который запечатывает страшные воспоминания глубоко в сознании, чтобы избежать травмы. Если событие особенно ужасающее, то человек может даже сразу заснуть, как мама сейчас... На самом деле, если бы это был единичный случай, Мусс вряд ли осмелился бы делать такое утверждение. Но в его голове то и дело всплывали несколько сюжетных линий из манги. Например, после того как Линлин учинила погром в деревне Эльбафа, она также впала в глубокий сон, а проснувшись, уже ничего не помнила. Ещё был случай с исчезновением Матушки Кармель и её подопечных, о котором спорили годами до перерождения Мусса в этом мире. И ситуация была похожей. По мнению большинства фанатов до перерождения Мусса, такое состояние должно было быть характерным симптомом приступа голода. Но он ещё тогда заметил, что после того, как вызванный беспорядками Луффи приступ голода, случившийся на Пирожном Острове, был разрешён, не последовало ни глубокого сна, ни потери памяти. И вот теперь, когда он сам пережил опасную ситуацию, которая чуть не стоила ему жизни, то также не произошло ничего подобного. Поэтому он считал, что "глубокий сон + амнезия" на самом деле не имели прямого отношения к приступу голода. Так, исключив приступ голода, если внимательно проанализировать те два случая, нетрудно заметить, что оба раза Линлин совершала непоправимые ошибки. Учитывая хрупкость детской психики, нежелание или неспособность столкнуться с этим было неизбежно. Поэтому активация подобной реакции, или скорее защитного механизма с её стороны была вполне логичной. Однако, поскольку судьба Матушки Кармель не была ясно указана в манге, Мусс раньше не мог быть полностью уверен в этой идее, — до сегодняшнего происшествия. Ведь сейчас, Линлин чуть не убила двух своих любимых сыновей, и вероятно, она думала, что действительно убила их. Так, когда условия для срабатывания механизма были выполнены, последующая реакция не заставила себя ждать, подтвердив догадку Мусса. Так что его теория, если не абсолютно верна, то по крайней мере с вероятностью девяносто процентов. Впрочем, хотя Мусс был почти в этом уверен, Катакури вряд ли обладал такой же сильной уверенностью... К тому же Мусс не мог быть уверен, будет ли у Линлин бурная реакция после пробуждения, поэтому Катакури всё же решил сперва вылечить свои раны. — Я вызову врача, — Мусс достал свой Дэн-Дэн-Муши, чтобы сделать звонок, но Пероспероо показал ему, что в этом нет необходимости. Оказалось, что Катакури уже освоил технику Сэймэй Кикан. И если раны не были настолько серьёзными, чтобы угрожать жизни или вызвать инвалидность, достаточно было хорошенько поесть, чтобы полностью восстановиться — гораздо удобнее, чем обращаться к врачу... Хотя ранее в разговоре с Овеном Катакури говорил, что ему всё ещё нужно поддерживать образ совершенства и непогрешимости, все присутствующие братья и сёстры уже знали его "истинное лицо". Поэтому он решил больше не скрываться. Передав Мусса старшему брату, Катакури мгновенно увеличил свой огромный рот до диаметра четырёх-пяти метров, быстро проглатывая бесчисленные моти, созданные им самим. А его внутренности, также расширенные до предела, под действием Сэймэй Кикан переваривали пищу с невообразимой скоростью, превращая её в различные питательные вещества, необходимые телу для восстановления повреждений. Только после того, как он съел несколько тонн моти, он восстановил нормальную форму тела и встал. К этому моменту на его теле не было видно никаких ран, и эффективность Сэймэй Кикан вызвала всеобщее восхищение. Как раз в этот самый момент, Мусс наконец перестал считать, что повторяющиеся отжимания Луффи в манге некоторым преувеличением силы техники от автора. Потому что он своими глазами увидел, что чудом тут была не сила Луффи(хотя и она тоже), а сама техника Сэймэй Кикан, позволяющая преображать своё тело. Фактически, благодаря способности создавать еду из ничего, обладатели Дьявольских Фруктов пищевого типа, такие как Катакури, могли использовать эту технику для лечения даже удобнее, чем Луффи... Однако это также вызвало у Мусса вопрос: если Сэймэй Кикан настолько чудесна, и Катакури мог сам производить и потреблять пищу. То почему в аниме, когда он и Луффи оба упали после битвы, он не использовал этот метод для лечения своих ран, хотя и встал первым? К счастью, болтливость Пероспероо в этот момент оказалась достоинством — даже без вопроса Мусса он сам рассказал о серьёзном недостатке этой техники... — Больше есть, быстрее переваривать — разве это не просто ускорение обмена веществ? Вероятно, это должно сокращать продолжительность жизни! — узнав об этом, Мусс естественно понял, что никто не будет использовать эту технику для лечения без крайней необходимости. А в аниме Ван Пис Катакури и Луффи к концу битвы уже уважали друг друга, поэтому, конечно, не было необходимости бороться до такой степени, чтобы использовать Сэймэй Кикан для лечения... После восстановления Катакури всё ещё беспокоился, поэтому потратил некоторое время на создание десятиметровой стены из затвердевшего моти, чтобы защитить братьев и сестёр. И только потом осторожно подошёл, чтобы разбудить мать. Но к его удивлению, когда Линлин проснулась, она не узнала его — своего сильнейшего сына. И не только Катакури — даже Мусс, её самый любимый ребёнок, тоже стал для рнеё незнакомцем, которого хоть она и чувствовала близким, но не могла назвать по имени... Катакури был ошеломлён, но Мусс, напротив, выглядел спокойным, поскольку такое изменение как раз подтверждало его предположение... Хотя, если так сказать, то это будет вранье, всё же он был немного удивлён тем, что Линлин забыла всё так полностью. Хмм... возможно, таковы правила этого мира? Тогда способность фрукта Хоби Хоби стирать воспоминания всех людей, возможно, не была такой уж "багованной", как он думал, когда читал мангу в прошлой жизни? Память, стёртую фруктом Хоби Хоби, было нетрудно восстановить — достаточно было оглушить Шугар. А вспомнить воспоминания, запечатанные защитным механизмом Линлин, было ещё проще... После этих размышлений, собравшиеся дети Линлин рассказали ей об их личностях и о том, что произошло раньше. Однако затем, эта безответственная мать лишь воскликнула "А!" и снова заснула. А когда она проснулась во второй раз, все её воспоминания вернулись, как будто она никогда и не теряла память... Мусс был озадачен этим, но также смутно догадывался о фундаментальной причине, по которой психологическое развитие Линлин остановилось в детстве и не могло повзрослеть: "Каждый раз, когда она совершала большую ошибку, она теряла память. Это, конечно, защищало её психику от травм, но если это происходило постоянно, у неё никогда не было возможности столкнуться со своими ошибками. А не зная, что нужно нести ответственность за свои действия, её психика так и не смогла созреть, из-за чего она навсегда осталась тем проблемным ребёнком..." Чтобы решить эту проблему, обычный подход заключался бы в том, чтобы дождаться, пока ребёнок станет немного старше и психологически устойчивее, а затем заставить его встретиться лицом к лицу со своими ошибками, вынуждая его повзрослеть. Но к сожалению... Если вы хотите ознакомиться с другими моими работами, то можете перейти на мой Boosty: eximend или же по ссылке boosty.to/eximend