Часть 3

      Когда всё идёт по п…., приходится подстраиваться под обстоятельства. То есть, идти следом. Вот и сигареты Оля заменила на лёгкие. Успела, блин, тихушница. Нельзя в открытую, надо обязательно исподтишка, внезапно, как… Ай, да похер. Ещё эти однокашники нарисовались. Нет у меня времени развлекаться. И вообще, я не пью. На репетициях. Там же надо марку держать. Совсем другая публика, всё по-настоящему. Б…., кто там ещё звонит? Ну, конечно, куда же во время проблем без него?       — Да, бать, привет, что хотел?       — Я слышал, ты на пьянку намылился. Лучше бы с дочками к нам в гости пришёл.       Чтоб ты и внучек строил? Ни фига, я их в обиду не дам. Оля, блин, ну нах.. было ему рассказывать?       — Хочешь меня снова поучить? Я не в настроении.       — Эти встречи — ярмарка тщеславия, где каждый будет петушиться своими достижениями.       — Так и мне есть, чем похвастаться, отец.       В динамике тяжёлый вздох.       — Михаил, ты — обеспеченный человек. Тебе не стоит ходить в места, где люди беднее.       А вот это уже интереснее.       — То есть, ты считаешь, что даже если б мы с Князем доучились, всё равно путной работы бы не нашли?       Б….! Я совсем забыл, что он мой одногруппник. Надо срочно придумать причину, чтобы отказаться. Но отцу я об этом не скажу.       —… помочь проводку на даче поменять, за вашей бешеной кошкой обои переклеить…       — Найми людей.       — А вы с братом — не мужики, что сами руками поработать не можете?       Пытаюсь не завестись, а то это очень плохо кончится.       — У меня операция недавно была, не могу я пока, ё-моё, тяжести…       — И ты собрался бухать! Мозги к сорока так и не сформировались. А если уйдёшь опять в свой штопор? Кучу бабла привлекли со стороны, людей. Так тебя и грохнуть могут.       — Бать, я, б…., ничего ещё не сорвал, во все сроки уложился…       — Или засудить.       — Ты меня слышишь? Я всё сделал! Всё! Только твои чёртовы розетки на даче не поменял.       Я слышу сначала вдалеке вопросительное «Мишка?», а потом прямо в ухе мамин голос:       — Мишутка! А я хотела сама тебя набрать. Я откопала в кладовке ещё банку клубничного варенья. Заедь, а то Лёшка найдёт и себе заграбастает.       — Мусь, ну и на здоровье. Я на диете.       — Куда тебе худеть? Скоро меньше Оли будешь, прозрачный совсем.       На заднем фоне раздаётся бухтение отца:       — На кефире он худеет, как же. Не надо было дрянью всякой себя травить.       Мама отвечает отцу прямо в трубку:       — Ну, Юрочка, Миша не виноват, что по твоей линии плохая наследственность и все мужчины крупненькие. А наши мальчики ещё и рослые.       — Кабаны они седые уже, а не мальчики.       Мама вспоминает, что говорила со мной:       — Так, Миш, подскочишь? Ведь скоро же опять туда. А я хоть тебе домашнего немножко с собой…       — Ну, может, на неделе.       А батя не унимается:       — Он со своими одношаражниками пересечётся раньше, чем с тобой.       — Юр, а ты с сослуживцами ни разу никуда не ходил? И с одноклассниками мы не встречаемся?       — Мусь, я, это, пойду сейчас, надо ещё успеть на базу заехать.       — Да, конечно, Мишенька, целую тебя и Сашеньку крепко-крепко. Ой, что это я говорю? И Настюшу с Оленькой, конечно! Все мы — родня.       — И мы тебя целуем, мусь. Пока!       Собираюсь отключиться, но слышу, как мама зовёт:       — Миш! Подожди, Мишут, я хотела спросить…       — Ну, что ещё, мамуль?       — Сашка из Америки не объявился?       — А что ты про него вдруг вспомнила?       — Так, ничего, просто он же мартовский у вас. Позвонил бы ему, поболтали.       А Князь февральский. Как долго можно поздравлять с прошедшим?       — Нет, мусь. Он где-то затаился.       — Не страшно, Миш, Шура управится с делами и обязательно сам наберёт тебе. Все сейчас в заботах. Это вы раньше целыми днями у нас пропадали, всё просили: мы ещё пару минут порепетируем. Как же у меня в ушах от вас звенело! Зато я точно могу сказать, у нас ваша группа и начиналась.       Б…., может, реально набрать Балу? Пересечься, потрындеть. Нет, мы фигово разбежались. Ну так виделись же потом, вроде тёрок не осталось…       — А Андрей тоже придёт на встречу?       Ё-моё, я что-то не подумал, что Князь может и не прийти. Тогда и напрягаться нечего.       — Не знаю, мам. Мне, правда, пора, целую, пока.       — Пока, Мишутка. Ой, забыла же совсем, а как твоя рука?       — Нормально, мусь. Я после хирурга ношу специальный бандаж.       — Хорошо, целу…       Отключилась. Блин, может, правда, смотаться на точку? Ещё и времени полдня, успею. Нет, этот явно припрётся качать права. Или наоборот всех пошлёт. Чёрт, почему я у Полины не спросил, будет ли Князь? Они-то не в курсе наших дел. А я бы с Рябчиком перетёр, со Славкой Степановым... Хоть ты монетку бросай. Ладно. Достаю из кармана мелочь гербом вверх, подкидываю большим пальцем, ловлю и кладу на тыльную сторону левой ладони. Б.…, я забыл загадать, что на орла. Не понял. С каких пор у нас людей на монетах печатают, ещё и по двое?