Волки - одиночки. Но так ли это?

Под жёлтым тусклым светом уличного фонаря, бросающего неуютную тень на облупленные стены, Морана стояла у запасного входа в старый завод. Снаружи — тишина и пустота. Изнутри — сквозняки, металл, и запах страха, который она уже умела узнавать на интуитивном уровне. В ухе — наушник. Голос Ены тихий, почти шепчущий: — Дверь вскрыта. Чисто. Можешь заходить. Морана не ответила, только кивнула — больше себе, чем кому-то. Лёгким движением прижала ладонь к двери, та с лёгким скрипом подалась. Внутри было темно. Дышалось глухо. Она шагнула внутрь, мгновенно меняясь — в её движениях появилась хищная точность, в руках пистолет, в глазах — холод. Каждый её шаг был продуман до миллиметра. Она знала: здесь держат десятерых девушек, пропавших за последнюю неделю. Полиция молчала, СМИ врали. Как всегда. Голос Агаты прорезал тишину: — Восемь вооружённых. Распределены по периметру, на третьем уровне двое спят. Девушки — на нижнем складе. Камеры почти слепые, но я подглушила их на две минуты. Двигайся. — Приняла, — тихо прошептала Морана, затаив дыхание. Она знала, что времени у неё немного. И тут… движение. Слева, за металлической стойкой, она заметила силуэт. Мужчина, высокий, уверенный, двигался не как охрана — слишком тихо. Не заметил её. Проскользнул дальше, в поворот, и буквально через пару секунд Морана услышала глухой удар — он кого-то вырубил. — Анна, — шепнула она почти беззвучно. — Проверка. В здании только мы? — Подожди… — в ответ голос с лёгкой нервозностью. Щелчки клавиш, короткое напряжённое молчание. — Нет. Кто-то ещё внутри. Сигнализация отключалась дважды. Один не из нас. Морана тихо выругалась, её пальцы крепче сжали оружие. — Значит, не одна. А значит, нужно торопиться. Она шагнула в коридор — её глаза метались, дыхание было ровным. Впереди — тьма, бетон, и, возможно, десятки судеб. И теперь ещё один незнакомец, действующий так же скрытно, как и она. Морана шла бесшумно, ступая по бетонному полу, будто тень. До нижнего склада оставалось всего пара поворотов. Она уже собиралась свернуть, когда из ниоткуда перед ней возник чёрный силуэт. Они едва не столкнулись лбами — мгновенная реакция с обеих сторон. Он успел схватить её за плечи, почти прижав к стене, прежде чем она инстинктивно нажала бы на курок. — Тсс… — незнакомец быстро приложил палец к губам и, не дав ей возразить, втянул в узкую боковую комнату, больше напоминающую технический отсек. Пахло ржавчиной и пылью. Свет слабо пробивался сквозь вентиляционные прорези, отбрасывая на стены неровные тени. Морана замерла. Не потому, что испугалась — скорее, её тело инстинктивно решило подчиниться, пока разум пытался осознать: кто он такой и какого чёрта здесь делает. Она прижалась к стене, а он стоял почти вплотную, заслоняя её своим телом, всё ещё храня тишину. И тут в коридоре раздался плач. Приглушённый женский голос — истеричный, дрожащий. Следом — грубый мужской: — Давай быстрее! Не заставляй меня силой! Покупатель уже приехал, у нас нет времени на твои сопли. Морана сжала зубы, пальцы сильнее обхватили пистолет. Она подняла взгляд — и встретилась с глазами незнакомца. Тёмные, внимательные… знакомые? Он опустил маску на лице, подмигнул — и всё стало ясно. Алай. Она узнала его. Тот самый, о котором Агата говорила, как о призраке в сети. Преступник, который исчезает до прибытия полиции. Тот, кто ломает подпольные сети, которых даже ФБР боится тронуть. Она никогда не видела его лично, но Анна и Агата добыли его лицо — и она его запомнила. Но что он делает здесь? Алай склонился ближе, голос был почти не слышен, но уверенный: — Та же цель. Те же враги. Хочешь — убьём друг друга. Хочешь — спасём этих девушек вместе. Сейчас так будет проще. Морана на секунду застыла. Она не доверяла. Никому. Тем более таким, как он. Но её взгляд скользнул в сторону двери, откуда всё ещё доносился женский плач, и… голос Ены в ухе: — Мо, одна из машин уже подъехала. Девушку выводят. Надо торопиться. Морана резко выдохнула, перевела взгляд на Алая и кивнула. Решение принято. Алай одобрительно улыбнулся и натянул обратно маску, отступая на шаг. — Пошли. Будет весело. Морана сжала оружие, на её губах появилась еле заметная ухмылка. — Только встань не на пути. Грохот. Вскрик. Первый выстрел — точный, в плечо охраннику, потянувшемуся к рации. Второй — в колено того, кто держал девушку. Пистолет в руках Мораны двигался с филигранной точностью, каждая пуля была вложена с упрямством и гневом. — Твоя меткость — на зависть, — раздался голос сбоку. Алай появился из-за металлической колонны, за его спиной повалился без сознания очередной из охраны. — Почти подумал, что ты спецназ. Или просто злая фея. — Ты тоже не промах, — кивнула Морана, и в следующий миг с разворота ударила по лицу мужчину, подбежавшему сзади. — Фея, говоришь? Скорее ведьма. Но с идеальной прицельной. Алай усмехнулся, не теряя ни секунды: подняв пистолет, он одним движением свалил двух бегущих на них противников. Тот же ритм, та же точность. Они действовали синхронно, словно давно тренировались вместе — и никто из врагов не успевал понять, что произошло, прежде чем оказался на полу. — Ещё трое у западной стены, — бросила Морана, прячась за обломком балки. — Уже бегут к нам, — Алай скользнул вперёд, ударил одного ногой, выстрелил в другого, а третьего Морана обезвредила выстрелом прямо в бедро. Через пару минут гул мотора раздался снаружи. — Это наши, — коротко бросил Алай .— Мои приятели прибыли. Готовим эвакуацию. Взрывом открылись задние ворота. Водительское кресло занял Северин, рядом с ним Аарон уже спрыгивал, отворяя двери фургона. Они быстро ориентировались, помогая испуганным, но живым девушкам выйти из тьмы завода к свету фар. — Быстрее, живо! — Аарон крикнул, принимая одну из девушек на руки. — Всё будет хорошо, с вами всё будет хорошо! А в стороне, где гремели последние шаги по полу, стояли Морана и Алай. У каждого — оружие в руке. У обоих — лёгкая испарина на лбу. И странное, еле уловимое чувство облегчения. — Знаешь, — Морана оглянулась на валяющихся противников, — я почти начинаю верить, что ты и правда не такой уж и преступник. — А я вот впервые не действую в одиночку… и не жалею, — ответил Алай, глядя на неё в упор. — Кто бы мог подумать. Два «преступника» с одной целью на двоих, — усмехнулась она, убирая пистолет за пояс. — Может, ты и не такой уж и плохой напарник. — А ты — пугающе хорошая, — серьёзно сказал он. — Спасибо. Это я стараюсь. — Слушай, Морана… если ты когда-нибудь решишь не быть волком-одиночкой… Она повернулась к нему боком, шагнув к уезжающей машине с девушками, но посмотрела через плечо: — ...То позови меня.

***

Когда Морана подъехала к дому, в лёгком облаке пыли, откинула визор шлема и резко заглушила мотор, на пороге её уже ждали Ена, Агата и Анна — как три верные ведьмы на шабаше… только вместо метёл у них в руках были энергетики и телефоны, а глаза горели так, будто они только что лично остановили мировой заговор. — О, героиня прибыла, — протянула Ена с театральным вздохом. — Легенда в чёрной коже и с тенью за спиной… — С какой тенью? — фыркнула Морана, слезая с мотоцикла. — Ну как же, — хором отозвались Анна и Агата, — тень по имени Алай! — Мы всё видели, между прочим, — Ена помахала телефоном. — Все камеры завода. Ты, он, эти синхронные движения, прикрытия друг друга, фразочки. Это просто сериал, а не операция! — Вы неисправимы, — выдохнула Морана, закатывая глаза, но лёгкий румянец всё же тронул её щёки. — Это мы и не отрицаем, — с довольной миной подтвердила Агата. — Эти двое, — кивок на Анну и Ену, — могут даже тостер и микроволновку зашипперить. Что уж про людей говорить. — У тостера и микроволновки была химия, — обиженно буркнула Анна. — У них просто был жаркий роман, — вставила Ена, и все прыснули от смеха. Морана устало покачала головой, но улыбнулась. — Вы все невыносимые. Но… спасибо, что прикрыли сегодня. — Всегда, Мо, — хором. Пару минут все стояли, просто дыша прохладой ночи. Девушки обнимались, перебрасывались шутками, пока не начали разбредаться по домам. Одна за другой попрощались, скрываясь в переулках. Морана вздохнула, открывая дверь своей квартиры. — …и ведь точно скажут, что у меня типо пара, — пробормотала она себе под нос, заходя внутрь. Но почему-то от этой мысли на лице задержалась улыбка.

***

В клубе грохотала музыка, ритмы пробирали до костей, разноцветные огни мелькали, словно пытались ослепить. Воздух был пропитан алкоголем, духами и глянцевой фальшивой роскошью. Всё это раздражало Морaну до глубины души — как и красное платье, плотно обтягивающее её тело, и высокие каблуки, к которым она так и не привыкла. Но иногда миссия требует жертв. Она уверенно прошла по залу, не обращая внимания на жадные взгляды. Глаза — холодные, прищуренные, сканировали пространство. Вот он — Владислав. Блондин, тридцатник, костюм с идеальной посадкой, в руке бокал дорогого виски, на лице самодовольная улыбка. Он смеялся, окружённый девушками и такими же самодовольными друзьями. На нём была печать власти — той самой, прогнившей, которую Морана давно мечтала разнести до основания. У служебного входа в вип-зону стоял охранник, но, завидев Морaну, он лишь коротко кивнул и отступил в сторону. Было очевидно — их что-то связывало, или кто-то заплатил. В нескольких метрах, у одного из столиков, мелькнула фигура с подносом. Ена. В парике и униформе официантки, с наклеенной родинкой над губой. Она незаметно повела глазами — сигнал: «всё под контролем». У неё была своя роль: принести в нужную комнату вино, которое станет последним бокалом Владислава. Морана не заметила, как в глубине зала, где свет был рассеян, а лица прятались в тенях, кто-то встал из-за барной стойки. Взгляд — пронзительный, чуть настороженный. Алай. Он узнал её почти сразу — невозможно было не узнать. Эта походка, это выражение лица, когда она входит в роль, словно надевает маску. Он сделал шаг вперёд, хотел окликнуть, но она уже исчезла за бархатной занавесью вип-зоны. Алай остался стоять в полумраке, сжав челюсть. Он знал, что она делает. Знал, на что идёт. Но не знал — почему внутри всё сжимается от какого-то необъяснимого беспокойства. А Морана в это время приближалась к цели. Она уже знала, что сказать, каким тоном засмеяться, как коснуться рукой плеча, чтобы он сам предложил уединиться. План шёл безупречно. Пока что. Морана знала, как играть эту роль. Она накинула на себя образ лёгкой, весёлой девушки, будто бы случайно оказавшейся в вип-зоне. В реальности же — всё было просчитано до секунды. Её походка была мягкой, изящной. Когда она ловко поймала взгляд Владислава, тот тут же кивнул официанту, вставая, чтобы подойти к ней. — Куда такая красавица забрела одна? — проговорил он, уже пьяный, но ещё не настолько, чтобы не различать формы тела. Морана фальшиво улыбнулась, взгляд чуть стеснительный, голос обворожительный. — Забрела случайно, — соврала она. — Подруга сказала, что здесь весело. — А ты? Тебе весело? — Он уже коснулся её талии, слишком быстро, слишком самоуверенно. — Думаю, будет, — её улыбка осталась такой же мягкой, но глаза на миг вспыхнули холодом. На каждый его пошлый комплимент она отвечала лёгким смешком. На каждое приближение — будто бы стеснительным вздохом. Она даже позволила ему приобнять её — зная, что скоро этот мерзкий тип за всё ответит. — Ты, кстати, как зовут-то? — — Лана, — быстро придумала Морана, отмахнувшись рукой. — А тебя? — Владислав. Но для тебя можно просто Влад. Морана вновь засмеялась. Мысленно: Фу... Господи, как же ты мерзок. Но внешне — всё идеально. Они уже выпили по бокалу. И Влад был доволен. Очень доволен. В это время за бархатной драпировкой вип-зоны зашёл Алай. Он заплатил крупную сумму охране, даже не попытавшись торговаться. Ему было всё равно. Он знал, что она здесь. Почувствовал ещё у входа. Как только зашёл, взгляд тут же нашёл её. Она... в его объятиях? Его тело моментально напряглось. Видеть её в этом красном платье — уже было непривычно. Она выглядела иначе. Не как та, что спасала девушек с пистолетом в руке. А как женщина, играющая роль. Но её лицо — его не обмануть. Алай сел за столик в тени, не приближаясь. Заказал бокал вина. И продолжал смотреть. Что это за игра, Морана? Он видел, как Владислав касался её. Как она позволяла, словно флиртовала с интересом. И где-то внутри всё закипало. Ревность жгла изнутри. Он сжал бокал, но не тронул вино. Но разум подсказывал: это план. Она не просто так здесь. Только вот, как бы он ни пытался успокоить себя — внутри всё равно стучало одно: Ты хочешь сорвать эту маску с её лица. Забрать её прямо сейчас. И не позволять никому так прикасаться к ней. Но он ждал. Наблюдал. И что-то подсказывало ему — развязка будет скоро. Лёгкие шутки, бокалы вина, и вот Владислав сам, самодовольно хмыкнув, предложил уединиться. — Хочешь чего-то поинтереснее, милая? — его рука уже легла на талию Мораны. Она улыбнулась, отводя взгляд чуть в сторону, словно смущённая. — А почему бы и нет? — игриво подмигнула она. Пора начинать игру. Вместе они направились в сторону одной из комнат для «гостей». Смех Владислава был громким и раздражающим. Он уже представлял себя победителем вечера. А Морана — победителем миссии. Алай сидел в тени, стиснув зубы. Он видел, как она ушла с Владиславом. И не выдержал — пошёл следом, скрываясь в полумраке. Дверь, за которой скрылись двое, захлопнулась. И спустя несколько секунд туда вошла официантка с подносом. Алай сразу заметил странность: один бокал — немного отличается по форме. Легче, тоньше. Не для клиента. Что за черт? Он затаился рядом, настолько тихо, что его не могли услышать даже охранники. Его сердце грохотало в груди. Всё было слишком подозрительно. Морана, во что ты ввязалась? Внутри комнаты Морана села на край кровати, закинув ногу на ногу. Её взгляд — полный фальшивого ожидания. — Ну что, котёнок... — Владислав начал расстёгивать пуговицы рубашки, когда в дверь постучали. Он, чертыхнувшись, пошёл открывать, недовольно буркнув: — Кто там ещё?.. На пороге стояла Ена в образе официантки. — Ваш заказ, — сказала она мягко и прошла внутрь. Морана подалась вперёд, взглядом встретилась с Еной. Та едва заметно кивнула на левый бокал. Именно его и надо было взять ей. Морана улыбнулась, подошла ближе к Владиславу и обняла его, легко взяв нужный бокал. — Ну, за приятный вечер? — спросила она. — За тебя, детка, — усмехнулся Владислав, поднимая свой. Они выпили. До капли. Меньше чем через минуту он начал кашлять. Сперва едва заметно, потом резко и тяжело. — Ч-что?.. Ч-чёрт… — выдавил он, хватаясь за грудь. Его тело шатнулось, лицо покраснело. Он упал на колени, задыхаясь, кровь проступила у губ. Морана с холодным спокойствием наблюдала за этим. Сидела всё там же, на краю кровати. — Приятно было познакомиться, Влад, — сказала она тихо, поднимаясь. Он упал. Захрипел. Несколько секунд — и тишина. Морана подошла, коснулась шеи. Пульс отсутствовал. Она поправила платье, вздохнула, подошла к двери. На прощание взглянула на безжизненное тело. — Прости, Влад. Но ты не тот, кого стоит жалеть. Открыв дверь, она спокойно вышла. Снаружи её уже ждали люди — те, кто займутся телом. Всё было рассчитано до минуты. В коридоре, чуть в стороне, в тени, стоял Алай. Он всё видел. Всё слышал. И внутри него всё перевернулось. Она убила его… так хладнокровно… и в то же время — так правильно. Он не пошёл за ней. Просто смотрел ей вслед, и впервые — по-настоящему почувствовал, что они с ней — одинаковые.

***

Морана легко скрылась с места, словно тень. Через задний ход, дверь которой для неё заранее приоткрыли свои, она выскользнула в переулок. Шаг — и свежий ночной воздух ударил в лицо. Только она сделала несколько шагов, как внезапно перед ней возник Алай. Он был спокоен, чертовски уравновешен, но глаза его горели. Не говоря ни слова, он шагнул ближе и резко прижал её к стене, не грубо — твёрдо. — Как прошёл вечер? — тихо, почти шепотом, но в голосе было напряжение. Морана прищурилась, не пугаясь, но с явным возмущением: — А ты всегда так встречаешься после свиданий? — Это было свидание? — он чуть усмехнулся, глаза блеснули. — Тогда у меня серьёзные вопросы к твоему вкусу. — Всё прошло великолепно, — с лёгкой ухмылкой ответила она, не отводя взгляда. — Правда? — Алай наклонился ближе. — А в его объятиях тоже было… великолепно? Морана закатила глаза: — Ты серьёзно? — Более чем, — сказал он тихо. — Жаль только, что ты убила его так быстро. После клуба я бы устроил ему очень долгую ночь, за каждое его прикосновение к тебе. Она приподняла бровь: — Ты что, ревнуешь? А он не отвёл глаз, не пошутил, не увёл разговор. Просто кивнул. — Да. Ревную. Её губы дрогнули в усмешке, но голос был спокоен: — Очень жаль. Но я волк-одиночка. Не забывай. Она оттолкнула его — легко, как будто не злилась, а играла — и уже собиралась уйти, бросив через плечо: — Так что — не надейся. Но он не позволил. Алай резко схватил её за локоть, не давая уйти, и развернул к себе. Его взгляд был уже не тенью — пламенем. — Волк-одиночка, говоришь? — его голос стал ниже. — А если два волка-одиночки объединятся? Морана замерла. — И что тогда? Ответа не было. Вместо слов — поцелуй. Глубокий, уверенный, жаркий. Но не навязчивый — он знал, что может быть оттолкнут. Но Морана не отстранилась. Мгновение длилось, как вечность. А потом именно он отстранился первым. Посмотрел в её глаза и сказал тихо, почти торжественно: — Таких волков больше ничто не разлучит. И ночь вдруг показалась не такой холодной.