`

— Мистер и миссис Лестрейндж, добрый вечер, — учтиво поклонился юноша важным гостям на очередном светском мероприятии, устраиваемом его отцом, — рад, очень раз вас видеть, — в глазах его сверкнула недобрая искра. — Добрый, — кивнул Рудольфус, пожимая протянутую руку Крауча. — Шикарное убранство дома, — похвалил он скорее из вежливости. — Благодарю, стараемся, — елейный голос Крауча ответил из той же вежливости, в то время как он нагнулся поцеловать протянутую руку Беллатрикс. Рудольфус отошел на несколько шагов, — шикарно выглядишь, Белла. — Спасибо, мистер Крауч, — сделала акцент на обращении женщина, сухо кивнув. — Делаешь вид, что мы сегодня не проснулись в одной кровати? — ехидно усмехнулся юноша. — Заткнись. Или я испорчу тебе жизнь, — прошипела Беллатрикс, оглядываясь по сторонам на наличие любопытных ушей среди гостей. — Да вы опасная, мадам Лестрейндж, — Краучу стало ещё веселее. — Я серьезно, Барти, — понизила голос до минимума Беллатрикс, взяв бокал пунша у официанта. — Прекрати со мной говорить у всех на глазах ещё и в таком количестве. Если хоть кто-то узнает о нас, я тебя уничтожу. И твой папаша тебе не поможет. Он такая же министерская крыса как и ты. Этим миром правят другие люди. — Такие как твой муж к примеру. — Именно. — Видимо это ему удается лучше, чем удовлетворять свою жену. — Если ты не закроешь рот, я сама тебе его заткну. — Сексуально, — прикусил губу Крауч, оглядывая её декольте. — Пойдём наверх? — Берега попутал? Я вообще-то не одна здесь, — отпила пунша Беллатрикс. — И когда тебя это останавливало? Беллатрикс уже было собиралась сказать Краучу всё, что о нём думает, как к ним подошел хозяин вечера в лице Крауча-старшего и её собственный муж. — Всё в порядке, дорогая? — спросил у неё Рудольфус, приобняв за талию, в тот момент когда Краучи начали общаться между собой. — Разумеется. Я бы выпила чего-нибудь покрепче, — сказала она, поймав взгляд мужа на официантке, едва достигшей совершеннолетия. Она была похожа на серую мышь. — Всё как ты любишь, — выплюнула Беллатрикс. — Ммм, ты о чём? — притворился идиотом Рудольфус, — о, ты же знаешь, я люблю только тебя. И ещё десять малолетних шлюх на неделе. — Конечно, дорогой, — она удержалась от желания закатить глаза на откровенную ложь, — так что там насчет виски? — Вон там целая пирамида из стаканов с вишневым, — кивнул он головой, всё ещё провожая взглядом официантку. Отлично. Больше ты мне не для чего не нужен сегодня, — усмехнулась про себя Беллатрикс, направившись к любимому напитку. Один стакан виски за другим и притворные улыбки всем вокруг стали даваться проще, а безумные взгляды Крауча, бороздившие её изгибы в платье, переноситься всё сложнее и сложнее. — Прекрати так открыто пялится на меня! — зашипела она, подойдя к Барти вплотную, — ты меня буквально пожираешь глазами. — Я этого и не отрицаю. Как можно не смотреть на твои шикарные ноги? Скорее бы они оказались у меня на плечах, — совсем тихо прошептал он, почти ей на ухо, и уже собирался пройти мимо, как женская рука жестко схватила его за локоть. — Стоять, — прошипела Беллатрикс. — Воу, женщина, вы запрещаете с вами разговаривать, а сами трогаете меня при всех. Как вам не стыдно? — Милый, будь другом, прикуси язык, иначе сейчас будешь использовать его для других целей, с которыми он, кстати, шикарно справляется. — Это предложение? — Это факт, — отрезала Беллатрикс, потянув парня за локоть к выходу из торжественного зала. Крауч лишь смеялся. — А властный и строгий дядя Руди не накажет тебя за то, что ты у всех на глазах утаскиваешь молодых мальчиков в своё логово? — Логово как раз-таки твоё, а этого я уже минут двадцать не вижу, наверное трахает где-то вашу официантку, — выплюнула с отвращением Беллатрикс и отпустила локоть Крауча, когда они оказались в тёмном коридоре. Однако их контакт прервался ненадолго. Сильные руки юноши тут же схватили женщину, прижимая её к холодной стене. — Ммм, кому-то не терпится, — почти промурлыкала Беллатрикс. — Ты издеваешься надо мной весь вечер, я чуть с ума не сошел. — Я? Издеваться? Нет, никогда, — глубоко выдохнула Белла, когда губы Крауча коснулись шеи, покрывая её настойчивыми поцелуями. — Чертовка. Ты сводишь меня с ума, — прошипел Барти, сжимая её грудь сквозь платье и жадно целуя шею всё ниже, переходя на ключицы. — Может всё же дойдём до спальни? — тяжело дыша Беллатрикс откинула голову назад, руками немного отталкивая парня. — Боишься, что твой ненаглядный найдет нас здесь? — усмехнулся Крауч. — Не хочу трахаться в сыром коридоре, — отрезала Беллатрикс. С нежеланием, но Бартемиус отстранился от загнанной в угол Беллы и быстрым шагом устремился наверх. Через две минуты перед парой показалась дверь в спальню Барти. — Только после вас, — учтиво поклонился он, пропуская вперед Беллу. Скользнув следом, он попросту не удержался, и вновь прижал её к стене, гуляя руками по тонкой талии. — Секс на кровати — явно не твой конек, да? — засмеялась Беллатрикс, но ровно до того момента, юноша не скользнул в длинный разрез юбки рукой, кладя её четко на намокшее нижнее белье. — Ммм, кажется, я не один мучался весь этот чертов вечер. Ты так возбуждена… — он закусил губу, пальцами лаская её сквозь стринги. — Да… знаешь, остаток вечера я как раз проговорила с твоим отцом. Он… весьма ипозантный мужчина… — она с удовольствием наблюдала, как лицо Крауча искажается от ненависти. — Тебе меня не обмануть, ты не любишь стариков, предпочитая им молодую горячую кровь, — он наклонился ближе к её уху, — скажи мне, когда последний раз ты была такой мокрой для Руди? — Заткн… — пальцы Крауча скользнули под белье. Он ввел два прямо в неё, заставив забыть все слова, оставив только ругательства и глубокие вздохи. Пальцы скользили по большому количеству смазки, с каждым разом входя всё грубее, — черт… черт… — Да вы ещё и ругаетесь, леди Лестрейндж? — продолжал издеваться Барти, хоть и сам был уже на пределе, прижимаясь к телу Беллатрикс напряженным центром своего желания. — Ненавижу тебя, — прошептала она, пока руки Барти вели её к кровати, стягивая лямки платья с плеч. — А мне кажется наоборот, любишь, — голос Крауча приобрел характерную для возбуждения хрипотцу. Руки его расстегивали платье на женщине. — И не мечтай, мальчик, — огрызнулась Белла, помогая ему снять с себя платье и повернувшись лицом, быстро расстегивая рубашку, с которой она справилась неприлично быстро. — Но вот хочешь ты меня точно. Неприлично сильно хочешь, — руки парня легли на ремень брюк, и поверх них тут же появились женские, расстегивая ремень, а затем проходя кончиками пальцев по прессу и опускаясь прямо на разгоряченную плоть. — Не стану спорить, кажется, это бесполезно в данной ситуации, — усмехнулась Белла и легким толчком в грудь заставила парня упасть спиной на кровать, элегантно садясь сверху и с легкостью направляя его член в себя. Она прикусила губу и выгнулась, начиная медленно двигаться вниз-вверх, в то время как руки юноши легли на её грудь, грубо сжимая, и перебирая пальцами соски. — Черт, как же ты хороша… — практически простонал Крауч, когда движения её бедер стали быстрее. — Самоконтроль, милый, — коварно улыбнулась Белла, — я не прощу тебя, если мне придется травить свой организм проклятыми зельями из подпольных лавок. — Поверь, я трачу весь свой самоконтроль на тебя. Ты слишком хорошо двигаешься, — он тяжело дышал, сжимая её большую грудь и заставляя нагнуться сильнее, дабы у него была возможность целовать её, языком лаская соски и заставляя стонать. Вскоре её стоны стали совсем несдержанными, а спина непроизвольно выгнулась, ногтями царапая бледную грудь юноши. Первый оргазм накрыл её достаточно быстро и слишком мощно. Она немного свела бедра, в то время как мышцы внутри сокращались, а изо рта вырывались только стоны и ругательства. — Черт, тише, — Крауч подождал пока оргазм хоть немного отпустит Беллу и практически скинул её с себя, — так я точно долго не продержусь. Аккуратнее. Беллатрикс же упала рядом с ним на спину, коснувшись холодных простыней и блаженно улыбаясь, кусала губы. — Тебе весело? — приподнялся на кровати Барти, снова начав целовать женщину в шею, на этот раз пробираясь выше. Поцелуями прошелся по острому краю челюсти, но как только приблизился к губам, Беллатрикс отвернула голову вбок. — Почему? — Ммм, ты о чем? — Не строй из себя дуру, тебе не идет. Почему ты не разрешаешь себя целовать? — Потому что я замужем, малыш, — хищно улыбнулась она, — приличная леди целуется только с мужем, — в голосе её слышалось веселье. — А, да? — Барти почти мгновенно оказался сверху, — поиздеваться надо мной захотелось? Я ведь тоже могу, — он достаточно резко вошел в неё на всю длину, от чего Беллатрикс громко застонала. Улыбка с её лица была стёрта мгновенно. Теперь была его очередь нахально улыбаться. Он каждый раз ускорялся, подводя её к самому пику, и как только ей становилось нереально хорошо, он сбавлял темп до минимума, повторяя эту процедуру до тех пор, пока она чуть ли не начала бить его ладонями в грудь. — Я прибью тебя, если ты сделаешь так ещё хоть раз! — Ну-ну, ты ведь любишь издеваться. Я тоже, — снова начал наращивать темп Барти. Беллатрикс практически сразу начала выгибаться ему навстречу и громко стонать, царапая спину ногтями и с силой сжимая его плечи. — Блять… да… только попробуй остановится сейчас, и я тебя… — она не договорила. Просто не смогла. Ведь он не стал останавливаться, и второй оргазм прошелся по всему телу волной наслаждения, заставляя и вовсе позабыть все слова. — Мерлин, какая ты узкая… Я не могу, — простонал Барти, и резко вышел, кончив на живот женщины, разбрызгивая горячую сперму. Беллатрикс тяжело дышала, смотря на него снизу вверх до тех пор, пока тот невербальным заклинанием не стер с неё следы собственной страсти. — Хороший мальчик, не зря окончил Хогвартс с отличием. — Ты опять издеваешься? — Не опять, а снова. И вообще, ты слишком много грубишь мне сегодня. Давай мы все же используем твой язык в более полезных целях? — Серьезно? Тебе не хватило? — Мне всегда мало, ты же знаешь, — усмехнулась Беллатрикс, сексуально раздвигая ноги в стороны. — Ненасытная, — ухмылка на губах, и вот уже её рука вплетается в соломенные волосы, заставляя его наклониться ещё ниже и прильнуть к разгоряченному лону. Язык начинает ласкать клитор сквозь скользкую смазку. Теперь она дышит рвано и неровно. Длинный язык иногда опускается ниже, обводя вход и проталкиваясь внутрь, после чего вновь возвращается к комочку нервов, неистово лаская его из стороны в сторону, заставляя женщину наслаждаться им снова и снова. Она достаточно расслаблена, ровно до того момента как два пальца не проскальзывают внутрь, входя на всю длину и сгибаясь, а затем повторяя это снова и снова. — Вот так… да, — ловит она себя на моменте наибольшего удовольствия, — хороший мальчик, — откровенная издевка, — быстрее. Ещё. Да… — она снова немного сводит ноги, рука её прижимает его голову, притягивая за волосы и перекрывая кислород, а мышцы судорожно сокращаются, даря моменты нереального наслаждения. Скрип. Полоска света падает на пол темной комнаты из приоткрытой двери. Блять. — Белла? Какого черта?!