Глава 27

Поздним вечером на площади Гримо, Сириус сидел в кресле и читал опустив на нос очки. Камин вспыхнул зелёным пламенем и Блэк резко поднялся с кресла. В воздухе запахло золой и чем-то травяным, порох для перемещения всегда оставлял после себя странный аромат. Из пламени шагнула она. Марина. Он не сразу поверил глазам. Всё та же сдержанная, аккуратная, с той самой едва заметной морщинкой между бровей, которая появлялась, когда она старалась скрыть волнение. Только взгляд изменился, она смотрела настороженно. — Ты всё же пришла, — мягко сказал Сириус, опуская палочку. — Ты сказал, что знаешь где моя дочь, — её голос был тихим, но твердым. — Да, — он встал, приглашая её присесть на диван. — Я понимаю, после всего, что было, у тебя нет причин мне доверять, но я… я должен был рассказать тебе всё. Она молча опустилась на диван. Он сел напротив в кресло. — Ты скрывался в моём доме, — сказала она негромко. — Притворялся… собакой. Молчал, когда я думала, что схожу с ума. — Я не знал тебя, — Сириус не отводил взгляда. — Я не знал кто ты и можно ли тебе доверять. Марина опустила глаза, её пальцы крепко сжали подлокотник дивана. — Она… она действительно здесь? — В этом мире, да. Жива. Учится в Хогвартсе. Дружит с моим крестником, Гарри и встречается с моим племянником… — О, Боги, у неё что есть парень? — прошептала она. — Я забыла что время у вас идет иначе и ей уже почти семнадцать. Кто её парень? Стой, не говори, я должна все это переварить. — Мия, анимаг. Очевидно как и её отец, она обращается в ворону. Талантливая девочка, сама провела ритуал и научилась… прошлым летом ей нужна была помощь с улучшением навыков превращения и Гарри просил меня с ней поговорить, так мы и познакомились. — Гарри… это тот который Поттер, мальчик со шрамом? — уточнила Марина. — Да, он мой кресник. Летом он приедет сюда на каникулы, он дружит с твоей дочкой, будет не сложно пригласить её сюда в гости. К тому же… она член ордена… — Феникса? Моя дочь? Вы тут все чокнутые? Как дети оказались в ордене? — Волшебники рано взрослеют. Сила обязывает. Воландеморт… это такой волшебник… — Я знаю, кто это… — пребила Марина. — Она взяла сумку и выложила стопку книг перед Сириусом. — Мия попала в этот мир черз такую книгу… — Вы все книжные герои… Сириус ухмыльнулся: — Я скоро умру? Лицо Марины вытянулось… — Ясно… — вздохнул Блэк. — Так, с кем встречается моя дочь? — Марина попыталась перевести разговор в другое русло. — С моим племянником, Драко Малфоем. А его отец, Люциус и моя кузина Нарцисса её опекуны… — Что?! Ты шутишь? С мерзким, надменным, злым, избалованным слизеринским Хорьком? — выпалила ведьма. — О, как я жду вашей встречи. Позову-ка я их обоих в гости. — засмеялся Сириус. — На самом деле, моя кузина хорошо заботится о твоей дочери, а Драко… он на стороне ордена и защищает её. — Но в книгах все было не так… — Марина открыла первую попавшуюся. — Значит появление твоей дочери изменило ход событий… ну или книги не достоверно описывают события. — Слушай, давай ты мне все подробно расскажешь и мы выпьем чаю. Кикимер… Марина подпрыгнула как ошпаренная когда увидела домовика. — Принимают в этом доме всякую грязь… — бурчал эльф. — Кикимер. — грозно произнес Сириус. — Конечно, мастер Блэк. Уже несу чай для вас и вашей гостьи. — Эльф исчез за дверью. Сириус наклонился чуть вперёд. — Возможно теперь, ты понимаешь, почему я с радостью жил в твоем доме в собачьем обличьи. — он кивнул в сторону двери. — На меня идет охота и я не могу покидать этот дом, но моим единственным компаньеном уже долгое время есть лишь Кикикмер. Марина улыбнулась и покачала головой. Она снова подняла взгляд на Сириуса, и тот, будто уловив перемену, слегка усмехнулся. — Знаешь, — сказал он, откидываясь в кресле, — я всё-таки скучал по тем дням… Когда был твоей собакой. — Ты однажды сгрыз мои тапки, — напомнила она с прищуром. — Только один. — Сириус поднял палец. — хотел быть похож на настоящую собаку. Марина искренне рассмеялась. — А ещё ты таскал мою одежду с сушилки. Я так и не нашла тот бюстгальтер. — Это был я. — Сириус пожал плечами. — У меня были веские причины. Я же был псом. Марина замерла на миг, а потом, совсем тихо сказала: — Ты лежал у меня у ног всякий раз, когда я плакала или грустила. — Да, — прошептал Сириус. — Я не мог сказать ни слова. Только голову клал тебе на колени от бессилия. Они оба замолкли. Тишина между ними была не неловкой, наоборот, наполненной воспоминаниями и недосказанными словами. Сириус встал, прошёл к буфету, налил себе немного огневиски, затем предложил ей. Она молча отрицательно покачала головой. — Здесь много спален, Марина, — негромко сказал он, осторожно ставя чашку на стол перед ней. — Я понимаю, если ты хочешь вернуться, но… я бы хотел, чтобы ты осталась. Она удивлённо вскинула брови. — Осталась? В этом доме со злым домовым эльфом? — В этом доме, где мы можем говорить до самой глубокой ночи, — мягко возразил он, глядя на неё. — Где ты можешь рассказать мне всё, что хочешь… А я могу тебе больше рассказать о своем мире и поучить тебя магии. — Ты собираешься обучать меня волшебству? — она усмехнулась, но уже без язвительности. — Я ведь… как ты сам видел, не много могу. — А разве это имеет значение? — Сириус наклонился чуть ближе. Марина, чуть опустив глаза, провела пальцем по краю чашки. — Или ты сейчас говоришь не про чары? Да? — Марина ухмыльнулась. — Возможно. — хитро прищурился Сириус. — Расскажи мне свою историю, Блэк. — Она будет долгой… возможно на всю ночь. — Блэк осторожно коснулся пряди её волос своими длинными пальцами с фамильными кольцами. Марина вздохнула, не скрывая лёгкой улыбки. — Сириус… завтра утром мне на работу в больницу. Я не могу остаться. Так что в другой раз. Он нахмурился, в глазах мелькнуло раздражение. — Значит, ты всё ещё лечишь маглов? — спросил он. — Конечно. Это всё, что я умею и знаю, — пожала плечами она. — К тому же, это мой заработок, я живу на эти деньги. Сириус кивнул и встал с кресла, подходя ближе. — Но ты придёшь завтра вечером? Марина подняла на него глаза. — Приду. После смены. С тебя ужин. Я готовила тебе каждый вечер, пока ты жил в моем доме и если бы я знала, что ты не пес, то не ставила бы тебе тарелку на пол. Сириус тихо рассмеялся, с той самой хрипотцой в голосе, от которой у неё задрожали колени. — Отлично. Я угощу тебя ужином. — Очень любезно с твоей стороны, — усмехнулась она, подходя к камину. — Камин будет ждать и я тоже. Спален тут много. А ночью мы можем… поговорить. Или я могу поучить тебя чему-то новому. Она обернулась, уже зачерпывая горсть летучего пороха. — Ты ведь про магию, да? Он прищурился и улыбнулся своей фирменной, тёплой и дерзкой улыбкой: — Конечно. Марина покачала головой, но не сдержала смеха. — До завтра, Блэк. — До завтра. Она бросила порошок в огонь, произнесла адрес, зелёное пламя вновь вспыхнуло, унося её прочь. Сириус ещё долго смотрел в камин, прежде чем выдохнул, обернулся и сказал в пространство: — Кикимер, убери чай. Домовик что-то раздражённо пробормотал, но принялся убирать со стола. Вернувшись к себе через камин, Марина приняла душ, одела пижаму, но не лягла спать, она сидела на краю дивана, босые ноги касались прохладного пола. В квартире стояла тишина, только старые часы на стене продолжали отсчитывать секунды, будто напоминая, что мир всё ещё движется, несмотря ни на что. Ведьма прошла босиком по холодному полу и заварила чай, но так и не отпила ни глотка. Постояла у окна, вдохнула тишину, вернулась. Несколько раз она открывала и закрывала кулинарную книгу, но вызывать Ольгу не стала. Он не удерживал, но она видела его взгляд … ждущий. Марина тихо выдохнула. — Да пошло оно всё к дьяволу, — шепнула она и взяла с полки порох и босяком в пижаме шагнула в камин. Сириус сидел в кресле у камина. Когда камин вспыхнул вновь, он на секунду прикрыл глаза, выставив вперед руку с палочкой. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. — Завтра я не работаю, — тихо сказала Марина. — Мне просто… нужно было немного времени, чтобы решиться. Он ничего не ответил, только сделал шаг к ней. — Я знаю, к чему это приведёт сейчас, — прошептала она. — Мне немного страшно, но я этого хочу. Блэк коснулся её руки и кивнул в сторону лесницы. Они поднялись наверх, в спальню. Она спокойно сняла с себя пижаму и села на его постель полностью обнаженная. Сириус спешно снял рубашку путаяся пальцами в пуговицах, поэтому остальную одежду он убрал просто взмахом палочки, затем отбросил её в сторону. Его ладони обвивали её талию и жадно скользили по коже. Он провёл пальцами вдоль позвоночника, медленно, с нажимом, заставляя её выгнуться навстречу. Она выгнулась ему навстречу, грудь коснулась его тела. Сириус припал губами к её груди, жадно, не терпеливо. Язык обвёл сосок, он стал твёрдым мгновенно, и она тихо застонала, хватая его за плечи, впиваясь пальцами в спину. Он ритмично втягивал сосок в рот, покусывая едва-едва, а затем отпуская и переходя ко второму, не давая ей отдышаться. Её ноги обвились вокруг его бёдер, и он почувствовал её, ладони скользнули вниз, по бёдрам, по внутренней поверхности, всё ближе к центру. Блэк чувствовал, как её дыхание сбивается, как она дёрнулась, когда он коснулся её самого чувствительного места. Пальцы нащупали точку, которая отзывалась в ней судорогой. Он касался её медленно, кругами, наблюдая, как дрожит её живот, как губы размыкаются в беззвучном стоне. Марина выгибалась под ним, вцеплялась в простыни, в его плечи, в его волосы. Блэк наклонился, провёл языком вниз, между грудей, по животу, всё ниже, чувствуя, как её тело откликается и когда его губы коснулись её, влажной, трепещущей, открытой, она вскрикнула. Её пальцы вцепились в его волосы, бёдра дрожали, напряжение росло с каждым мгновением. Он чувствовал, как её тело на грани, и именно тогда он остановился, поднялся, снова прижался к ней. Их взгляды встретились. — Готова? — Подожди… — прошептала она, проводя рукой по его щеке. — Я… забыла… У тебя есть презерватив? Он моргнул, нахмурился чуть-чуть, глядя на неё так, будто она произнесла слово на незнакомом языке. — Что это? Она растерянно рассмеялась сквозь волну желания: — Ну… штука такая, латексная. Чтобы… не было детей и инфекций. Надевается… ну… — Она запнулась, взгляд метнулся к его паху, потом снова вверх, в его глаза. — Презерватив. Он приподнялся на локтях, всё ещё тяжело дыша, але уголки губ чуть изогнулись в ухмылке. — Ты говоришь так, будто я из другого века. — Он откинулся, потянулся к комоду у кровати и открыл верхний ящик. — Мы принимаем в этом случае зелье. Он вытащил небольшую тёмную склянку с серебристой крышкой и поднял её, встряхнув. — Надёжнее любого латекса, против зачатия, против заражений. Употреблять перед или в течение часа после. — Он легко открутил крышку и одним глотком опрокинул содержимое. — Горькое, будь оно неладно. Она всё ещё лежала, приподнявшись на локтях, глядя на него затуманеным взглядом. — Ничего не бойся, — прошептал Блэк. Он снова накрыл её своим телом, касаясь губами её шеи. Он больше не сдерживался. Ладони сжали её бёдра, раздвинули их шире, и он вошёл в неё одним плавным движением, чувствуя, как она подается ему на встречу. Марина всхлипнула от ощущения полноты, потянулась к нему всем телом, обняла ногами. Его движения были медленными, но глубокими. Её пальцы гладили его спину, затем вцепились в неё требовательно, беспокойно. Она не хотела медленно, её тело просило быстрее. Он понял. Ритм стал напористым. Их тела сталкивались со звуком, влажно, откровенно. Его пальцы легли ей под ягодицы, притягивая ещё сильнее на себя. Она тонула в этом ощущении наполнености. Оргазм подступил быстро, накрывая, словно тёплая волна. Ведьма выгнулась, губы открылись в крике, и он почувствовал, как её тело сжимает его сильнее. Сириус вцепился в неё и догнал её, зарывшись лицом в шею и волосы, изливаясь глубоко внутри. Они лежали, мокрые, со сбитым дыханием. Он не спешил отстраняться, просто обнял её крепче. Её пальцы всё ещё дрожали, скользя по его спине. В комнате царила тишина. Воздух был наполнен теплом от камина, запахом табака и их недавнего секса. Марина лежала, укрывшись одеялом, волосы её растрепались по подушке. Сириус сидел рядом, не стесняясь своей наготы. Он смотрел на неё, но в этот раз без своей обычной насмешливой полуулыбки. — Ты ведь убежишь утром, — тихо сказал он, не спрашивая, а утверждая. Марина повернула голову, изучая его профиль в свете огня. — Ты говоришь так, будто я вор. — Вор, — он усмехнулся и кивнул. — Ты украла мой покой. Она на секунду задумалась, а потом, не отводя взгляда: — Я боюсь, что если останусь, это станет реальным. А всё реальное… больно. Сириус с минуту молчал. — Я знаю. Думал, что друзья не предают. Что меня не посадят. Что дом, это то место, где любят. — Он сделал паузу. — Все оказалось не правдой. Но ты… ты настоящая. Марина тихо рассмеялась, затем протянула руку и провела пальцем по его щеке. — Это было сладким безумием. — Всё, что хорошо, начинается с безумия. — Или заканчивается им, — тихо добавила она. На миг повисла тишина. — Скажи, — прошептала она, — ты тогда… в моём доме… ты специально ложился ко мне на кровать? — Нет, — ответил он. — Ты просто не закрывала дверь, а я… я чувствовал, что тебе одиноко. К тому же, даже в теле собаки, я люблю спать на удобном матрасе. Марина засмеялась и хлопнула его по плечу. Сириус коснулся её плеча. — Я тоже тогда был одинок. Больше, чем когда-либо. Они молчали. Она положила голову ему на грудь, а он провёл пальцами по её волосам, медленно, успокаивающе. — Я боюсь, что всё это исчезнет, стараюсь ни к чему не привязываться, — прошептала она. — Всё временно. Кроме настоящего. — Он поцеловал её в лоб. — А сейчас настоящее, это твои потрясающие сиськи под моими руками, он обхватил её грудь ладонью. — Ты хочешь повторить? — спросила Марина. Он лишь хитро взглянул на неё и вновь припал губами к её груди. — Только попробуй завтра исчезнуть, Блэк, — пробормотала она выгибаясь ему на встречу. — Обещаю. Если ты уйдёшь раньше, чем я проснусь, то я тебя укушу, — шепнул он ей на ухо. — По-собачьи, угадай за что… Следующим утром они вместе завтракали под бурчание Кикимера. Марина ушла к себе ближе к вечеру, так как ей на следующий день, действительно было нужно в клинику. К её приходу с работы, Сириус ждал её у неё на кухне, на столе стоял ужин, который явно приготовил домовой эльф, а не сам Блэк. С того вечера, они часто вмете ужинали, потом разговаривали, потом занимались любовью, потом вместе засыпали. Сириус решился познакомить её с Люпином, после чего попросил друга, сводить Марину в лавку к Оливандеру и помочь купить волшебную палочку. Блэк стал для неё не просто любовником, он учил её магии, поддерживал и рассказывал об устройстве и порядках своего мира. Она больше ничего не боялась… кроме пожалуй новых потерь.