1 глава - Эхо Стали

Ночь была удивительно тихой. Тонкая луна медленно плыла за оконным стеклом, разрезая тьму холодным серебром. Где-то далеко, за чередой тёмных крыш, скулил одинокий ветер, пробегал по спящему городу, терялся в листве и снова исчезал. Широ не спал. Он лежал, не двигаясь, уставившись в потолок. Его глаза были открыты, но взгляд смотрел сквозь, мимо, куда-то вглубь — туда, где только что закончился сон. Или, может быть, только начинался. Он не помнил, как заснул. Всё началось... внезапно. Словно кто-то незаметно открыл дверь, впустил холод и закрыл обратно, прежде чем он успел заметить. Сначала — голос. Мужской, глубокий, глухой, словно отдающийся эхом внутри стали. > «Я — кость моего меча...» Он не понял, откуда это. Или кто это говорил. Но голос казался... знакомым. Пугающе родным. Затем — образы. Мелькали быстро, неуловимо. Как если бы кто-то листал книгу его будущего, не давая времени вчитаться. Пустынный пейзаж. Красное небо. Поле из бесконечных мечей. Силуэт в чёрном, стоящий один на краю обрыва, ветер развевает плащ. Город в огне. Крики. Боль. Окровавленный меч. Сражения. Бесконечные сражения. Сила, рожденная из отчаяния. Решимость, заточенная в сталь. > «Я стал героем ради других… но в итоге убивал по приказу.» Широ чувствовал, как сжимается грудь. Не от страха — нет. От тяжести. Как будто этот сон не просто показывал, а проживался — всей кожей, дыханием, телом. Как будто он был там. И самое странное — в этом не было чуждости. Каждая сцена, каждый миг — словно давно забытое воспоминание. Только он не помнил, когда это произошло. В одном из фрагментов он увидел себя — постаревшего, серьёзного, уставшего. Красные глаза, белые волосы. Броня цвета пепла. Он стоял в одиночестве, глядя на выжженный горизонт. Никого рядом. Ни друзей. Ни врагов. Ни спасённых. > «Вот так заканчивают герои, которых никто не помнит.» Он хотел отвернуться. Сказать: «Это не я. Я не стану таким». Но не смог. В другой сцене — яркая вспышка. Крик девушки. Меч пробивает сердце. И всё снова тонет в пепле. Широ вырвало из сна резко, почти насильно — как будто сам мир не выдержал веса сна и выбросил его обратно в тело. Он с трудом сел на кровати, тяжело дыша. Капли пота стекали по виску. Сердце билось слишком громко. В комнате было всё так же спокойно. Всё так же... по-прежнему. Но внутри — не было прежнего. Он провёл рукой по лицу. Стиснул зубы. — Кто ты?.. — прошептал он в пустоту, не надеясь на ответ. — Или... кем я стану? Он не знал. И это неведение пугающе манило. Потому что теперь он хотел знать. Он чувствовал эту связь. Существо что он видел в своих снах, было им. Эмией Широ. Это был он. Не было никаких сомнений. И это пугало.

***

Утро пришло не сразу. Сначала был полумрак. Расплывчатое посеревшее небо за занавесками. Потом — мягкий свет, пробирающийся сквозь щель в окне, касающийся стен, как первая кисть художника по холсту. Широ проснулся медленно, будто из глубины. Сон, который казался таким явным ночью, начал растворяться — но не исчезать. Он оставался где-то под кожей, будто тонкий след ожога, о котором нельзя забыть, даже если уже не чувствуешь боли. Он сел на постели, провёл рукой по лицу. Вздохнул. В комнате было тихо. Лишь тикающие часы и далёкий шелест ветра за стеклом. Всё было по-прежнему — но ощущалось иначе. Как будто за ночь что-то сдвинулось. Незаметно. Внутри. Он встал, накинул рубашку и вышел на кухню. Запах дерева и немного прохладный воздух встретили его, как старый друг. Привычный утренний ритуал начал свою неторопливую симфонию — вода, наливаемая в кастрюлю; легкий скрежет ножа по разделочной доске; шелест пакета с рисом. Его движения были точными, почти машинальными. Он не думал — готовил. Словно еда могла упорядочить мысли, навести порядок в беспокойном сердце. Тонкий пар поднялся из чайника, начал обвивать лампу, словно пряча утро в молочной дымке. Запах соевого бульона, рыбы и зелёного лука постепенно наполнил дом теплом. И в этот момент — раздался стук в дверь. Мягкий, почти осторожный. Широ даже не удивился. — Входи, — сказал он спокойно, не оборачиваясь. Дверь скрипнула, и в прихожей раздались легкие шаги. Через мгновение в кухню заглянула Мато Сакура — сдержанная улыбка, слегка потупленные глаза, аккуратно собранные волосы. — Доброе утро, Сэмпай, — тихо произнесла она, чуть кланяясь. — Утро, Сакура, — ответил он, почти тепло. — Как всегда, пришла слишком рано. Она слегка покраснела. — Я не хотела мешать... Просто подумала, может, помочь с завтраком. — Как будто ты когда-нибудь не помогаешь, — с усмешкой ответил он. Сакура вошла на кухню, уже снимая куртку, ловко подхватила полотенце и начала вытирать овощи. Между ними воцарилась уютная тишина. Та, в которой не нужно слов. Только звук ножа, стука посуды и лёгких движений по комнате. Сны начали отступать ещё дальше. Словно они и не были реальными. Словно он просто плохо спал — и всё. Но где-то внутри, в уголке разума, всё ещё жила тень меча на пустынном поле. — Ты выглядишь уставшим, Сэмпай, — вдруг сказала Сакура, не глядя. Он замер на мгновение, потом тихо выдохнул сквозь нос. — Просто спал беспокойно, вот и всё. — Сны? — Наверное. Он не стал вдаваться в подробности. И сам не знал, как рассказать об этом. О человеке, похожем на него. О жизни, от которой веет сталью и одиночеством. Сакура, похоже, поняла, что он не хочет продолжать. И промолчала. Вместо слов — снова движение, забота, присутствие. И тут раздался хлопок. Громкий, как выстрел. За ним — голос, полный энергии и жизни. — Шиииро! Я снова чуть не проспала! В коридоре пролетел вихрь, и на кухне появилась Тайга — в свитере, с растрёпанными волосами и лениво болтающейся сумкой через плечо. Она будто приносила с собой собственное солнце. — Доброе утро, Фудзимура-сенсей/Фуджи-нээ, — почти хором сказали Сакура и Широ, — Мм, вкусно… - и так же быстро как появилась, она тут же украла небольшой кусочек рыбы. Она села, по-хозяйски разложив ноги и растянулась, как кошка на солнце. Широ чуть улыбнулся. Только в такие моменты он вспоминал, насколько важны простые вещи. Запах еды. Ранний свет. Голос друга. Жизнь, где всё по-настоящему. Сны всё ещё сидели внутри, где-то в глубине — но уже тише. Они сели за низкий стол, как и каждое утро. Тайга заняла своё обычное место — прямо напротив чайника, ближе к рису, — с той же наигранной грацией, с которой, пожалуй, только она и умела хлопнуть дверью, вскочить в дом и тут же почувствовать себя как дома. Сакура села чуть тише, по другую сторону от Широ, аккуратно сложив руки на коленях, будто всё ещё стеснялась. Хотя это утро ничем не отличалось от сотен предыдущих. Ароматы — соевый бульон, поджаренная рыба, свежий рис и немного имбиря — уже наполнили комнату мягким паром. Он поднимался в свете окна и растворялся в лучах, словно вся кухня дышала теплом и покоем. — Итак! — с победным видом воскликнула Тайга, ловко прихватывая палочками кусочек омлета. — Широ, ты снова приготовил мою любимую версию тамагояки! — и без промедления отправила его себе в рот. — Мммм… ммм… н-наконец-то я живу, а не существую... — Фуджи-нээ ты каждый раз говоришь одно и то же, — с усмешкой заметил Широ, перекладывая себе рис. - А потом съедаешь половину всего, прежде чем мы с Сакурой даже сядем. — Эй, я учитель! Мне нужно питаться, чтобы наставлять молодые умы! Сакура тихонько хихикнула и подала ей соус. Тайга сразу смягчилась, словно кошка, которой дали молока. Широ ел молча, глядя в чашу, но не совсем сосредоточенно. Где-то внутри него всё ещё крутились обрывки сна. Красное небо, силуэт на краю поля, горечь чужих — или своих? — воспоминаний. Он словно смотрел на реальность сквозь тонкое стекло. Она была рядом, но будто немного в стороне. — Сэмпай? — Сакура осторожно коснулась его рукава. — Всё в порядке? — А? Да, конечно, — он встрепенулся. — Просто задумался. День обещает быть длинным. — Вот и не зевай на уроках, — хмыкнула Тайга, откидываясь на подушке. — Хотя... зевать ты точно не будешь! Сегодня у нас — контрольная по классической литературе! — она прищурилась. — Широ, ты же не забыл? Он только вздохнул. Контрольная. Конечно. Будто он мог забыть. — Я готов, не волнуйся. — И ты, Сакура? — спросила Тайга, уже с чуть меньшей уверенностью. — Я... постараюсь, — Сакура покраснела, но слегка улыбнулась. Тишина вновь ненадолго вернулась за стол. Только лёгкий стук палочек, глотки горячего чая, и едва слышное покашливание Тайги, которая, кажется, внезапно что-то вспомнила. — Ах! Часы! — воскликнула она, вскакивая. — Я ж опять опаздываю! Широ, ты почему не напомнил?! Какой ужас… если я прибегу после звонка, директор снова будет смотреть, как будто я у него из холодильника последние моти украла! Она уже металась по комнате, наскоро собирая сумку и одновременно засовывая в рот последний кусок риса. — Ты взрослая женщина, — спокойно сказал Широ, отпивая чай. — Не моя вина, что ты живёшь по принципу “если не торопиться, можно успеть”. — Предатель! — закричала Тайга с набитым ртом и, надев обувь наспех, вылетела за дверь, словно буря. Снаружи раздался её голос: — Увидимся в школе! И Сакура, не позволяй ему слишком много думать — это для него вредно! Дверь захлопнулась. На кухне воцарилась тишина. Сакура посмотрела на Широ — немного с улыбкой, немного с тревогой. — Тайга-сенсей все такая же как и всегда да? — сказала она. — Это приятно видеть. Он кивнул, собирая остатки завтрака. — Иногда кажется, что без её шума дом был бы слишком... тихим. Он замолчал. Слова вдруг отозвались внутри неожиданной тоской. Сакура встала, начала помогать убирать. Её движения были мягкими, спокойными — как и всегда. Широ смотрел на неё, как будто хотел запомнить этот момент. Простую, тихую сцену — чайник, посуда, свет, лицо девушки, склонённое к столу. Мир, в котором никто не плачет. Мир, который он хотел бы сохранить. Пусть даже ради этого придётся бороться. — Пора идти, — сказал он, взяв сумку. — Мы уже и так немного задержались. — Да. Идём, Сэмпай. Они вышли в утро, наполненное звуками птиц и запахом свежести. Сны остались позади. Впереди — день, школа, люди, реальность.

***

Широ расстался с Сакурой по пути, так как она училась в другом корпусе. Широ медленно шагал по длинному коридору школы, ощущая каждый звук — от лёгкого скрипа подошв до еле слышного шороха бумаги, что где-то затерялся в тишине классов. Шум вокруг казался одновременно далеким и близким, словно погружал в мягкий водоворот повседневности, который то уносил его мысли, то возвращал обратно. В голове всё ещё крутились обрывки тех снов — образы чужого, но в то же время своего «я». Тени Арчера Эмии, горечь его поражений, огонь его стремлений — они плавно вплетались в ткань настоящего, словно невидимая нить, соединяющая настоящее и возможное будущее. Внезапно откуда-то сбоку донёсся знакомый голос. — Доброе утро, Эммя — Иссей Рюдо, глава студенческого совета и одновременно старый друг, подошёл с лёгкой улыбкой, держа в руках пару ключей. — Иссей, — Широ едва заметно улыбнулся, — Доброе утро. Иссей слегка почесал затылок и посмотрел немного виновато. — Извини, что опять достаю тебя с этими мелочами, но кондиционер в актовом зале сломался. Завтра там важное собрание, и без тебя никак не обойтись. Широ кивнул, чувствуя, как простой школьный день вдруг обретает небольшой смысл. Он был рад помочь. Всегда. — Понимаю. Я посмотрю что могу сделать. — Спасибо, — произнёс Иссей чуть тише и на миг задумался. — Ты в порядке? Широ сжал руки в карманах, оглядываясь по сторонам. Толпа учеников, их голоса, смех — всё казалось одновременно таким реальным и одновременно — будто отдалённым эхом из другой жизни. — Да, все хорошо, не стоит волноваться. Иссей внимательно посмотрел на друга и, мягко улыбнувшись, сказал: — Знаешь, если хочешь — всегда можешь поговорить. Или просто молчать, я рядом. Эти слова словно согрели что-то внутри Широ, и он поблагодарил его лёгким кивком. Пока они разговаривали, из глубины коридора появилась Тосака Рин. Она шла уверенно, сдержанно, и их взгляды встретились на мгновение. — Добрый утро, Эмия-кун — сказала она, она говорила с милой улыбкой на лице. Отчего Иссей рядом с ним тут же встрепенулся и зашипел как кошка. — Доброе утро, Тосака, — ответил он, стараясь сохранить спокойствие. В этом кратком обмене словами для Широ прозвучало что-то большее — та сила и одиночество, что он видел во сне, отражённые в её глазах. Она была дорога ему. Или же Арчеру. Он уже не понимал точно свои же мысли. Это ощущение усилило тяжесть в груди, но он постарался отвести взгляд, пытаясь не дать прошлому завладеть собой. После уроков, как и обещал, Широ отправился к актовому залу. Кондиционер, действительно, нуждался в ремонте. Открыв панель, он медленно провёл пальцами по проводам, выискивая причину неполадки. Пока работал, в голове снова мелькали видения: огонь, лед, битвы и решения, которые уже были сделаны кем-то, кто мог быть им… или кем-то другим. — Спасибо, — вдруг прозвучал голос Иссея рядом. — Ты правда спаситель. Даже не знаю чтобы мы делали без тебя. Широ улыбнулся, рад что смог помочь, хоть и немного. — Хоть завтра он и будет работать, но он снова может сломаться. Так что его все равно стоит заменить. Иссей кивнул и хлопнул друга по плечу. — Да, все равно спасибо. Я подниму этот вопрос. Широ вздохнул, прежде чем посмотреть на окно, через которое было видно вечернее солнце, которое уже склонилось к закату. На секунду он испугался, что сегодня тоже он увидит сон. Но одновременно с этим, пришло некое искушение, желание увидеть больше.