Часть 1

Олимпийская деревня. Февраль 2022 года. Пекин холоден, но внутри — душно. Не от температуры, а от напряжения. Внутри сборной — ни улыбок, ни шуток, только стиснутые зубы и взгляды, в которых читается одно: “осталась одна попытка”. Анна не спит. Уже третью ночь. Лежит с открытыми глазами в тёмной комнате и слушает, как дышит соседка по комнате — кто-то из пар, неважно. На телефоне — новости. Ещё одна волна комментариев. Кто должен выиграть, кто не заслуживает. Кто — фаворит федерации. Анна выключает экран. Ложится на спину. Пытается вспомнить ощущения от прокатов, которые катала в Таллине, в Москве, в Японии. Но в Пекине ничего не чувствуется. Только в груди — спрессованный ком, который никак не рассасывается. Саша тоже не спит. В её голове — не новости, а прыжки. Каждый — на повторе. В слоумо, как в трансляциях: заход, толчок, приземление. Четверной лутц. Сальхов. Флип. Флип. Флип. Потом — сбой. Сломанный ритм. Паника. Снова — флип. Снова — падение. Она резко садится на кровати, сжимает колени. В ушах стучит кровь. «Я должна. Я не имею права провалиться. Опять». Утром они встречаются в коридоре. Говорят сквозь улыбку: — Доброе утро. — Доброе. Но ни одна не смотрит в глаза. На тренировке Саша прыгает как в огне. Один четверной за другим, падает, встаёт, снова идёт. На бортике — крики тренера. Дёрганые движения рук. Всё на пределе. Анна тихо отрабатывает вращения. Иногда — смотрит на Сашу. Без злобы. С тревогой. Они почти не говорят. Но вечером, уже в столовой, когда Саша встала со стола и прошла мимо, Анна едва слышно сказала: — Я знаю, как это. Когда кажется, что никто не верит. Даже ты сама. Саша остановилась. Обернулась. Секунду просто смотрела. Потом — кивнула. Без слов. Просто — я поняла.