Пролог?

С ног до головы скрытый скафандром, отличаемый от остального экипажа лишь по его расцветке и обмундированию, Джон Дейви Харрис осторожно присел на корточки, исподтишка оглядываясь по сторонам. - Вот же обделённые... Зажатая меж тонких пальцев колба осторожно опускается к бурлящей чёрной жиже, маслянистым пятном вытекающей из заваленной его "товарищами" местной тварюги. Он отвлекается на секунду, окликнутый со стороны корабля, и, не отворачивая головы от силуэтов нервничающих сокомандников, поспешно закрывает потяжелевшую склянку пробкой, одновременным быстрым движением выуживая из небольшого внешнего кармана спички. Короткий "чирк", и тёмная, модифицированная некогда лично им деревяшка падает из рук. Местная атмосфера хоть и не пригодна для дыхания им подобных, но огонь, как выразилась около-шутливо Прайм, "держит весьма бодро". Поднявшийся на ноги Джон разворачивается, даже не глядя на труп, и направляется в сторону их корабля, уже подготовленного ко взлёту. Экспедиция практически подходит к концу, и если он хочет как следует изучить всё то, что успел собрать вопреки воле "капитана и Ко" до прилета на Землю, ему стоит начать пораньше. Возможно, снова придется не спать несколько ночей, а возможно- лишь потратить впустую несколько часов до обеда, смотря что из себя представляет собранный с планет материал.

***

- Чёрт возьми-.. С болезненным стоном ученый буквально рухнул на стоявшее позади него кресло, слегка откатившее назад под действием его веса. Перед глазами всё плыло. Почему так плохо? Почему... Он здесь? Голова болела так, словно по ней микроскопом вломили(был опыт), причем не раз, а после ещё и-.. ㅤㅤㅤㅤㅤРезкая волна боли заставила практически зарычать, забывая мысль. По телу прошлась неестественная дрожь, оставившая после себя ощущение вязкости и непослушности решительно каждой мышцы организма. Боль слегка притупилась, и на смену ей пришла нестерпимая тошнота. Правая нога вдруг как-то сама по себе дёрнулась, а после словно с ума сошла, шаря по полу и извиваясь как нечто отдельное. ㅤПоневоле возникла ассоциация с червями-гельминтами, недавнее исследование по которым лежало, как он помнил, как раз на том столе, около которого ученый стоял в момент первой вспышки боли. Чётко увидеть что либо на его поверхности он сейчас конечно не мог, в своём-то состоянии, но всё же и прогнать теперь образ извивающегося вместо его ноги глиста также не получалось. Попытки утихомирить конечность на первый взгляд не привели абсолютно ни к чему, однако уже через через секунду стало совершенно очевидно что он сделал хуже. Вторая нога тоже дёрнулась, дыхание перехватило так, словно она походя еще и вдарила ему по чревному сплетению, и теперь уже два паразита шерстило по полу, лишь изредка отрывая от него подошву туфель. Кое-как собравшись в кучку и уперевшись друг в друга, ноги оттолкнулись от поверхности, пытаясь поднять неожиданно несогласного с ними владельца. Трясущиеся, слабые как после долгого сна или отключки руки цепляются к подлокотникам кресла, и весь он, как может, невольно вжимается в мягкую спинку, словно пытаясь отпрянуть от собственных ног. Своевольные конечности уже спустя пару секунд самозабвенно катали его по всему помещению, периодически путаясь в самих себе и оттого сворачивая то в одну, то в другую сторону, лишь таким образом избегая столкновений с окружением. Через какое-то время, впрочем, везение закончилось, в следствии чего и без того раскалывавшейся голове достался удар о шкаф. Тихо булькнув многочисленными склянками, гироскопические полки внутри прикрученного, между прочим, ко всем прилегающим поверхностям шкафа покачнулись, однако сейчас точные значения силы этого удара были едва ли не последним, что волновало Джона Судя по всему, уткнувшись в неожиданное препятствие, неведомая болезнь решила что ей нужны глаза и спустя одну резкую вспышку боли Джон потерял зрение. Шутка про что-то там решающую болезнь тут же выскакивает из гудящей головы, заменяясь телевизионным шумом. Он всё ещё ощущал свое тело - чувствовал и затихшие ноги, и вращающиеся в орбитах глаза, однако двинуть пораженными странной болезнью частями не мог. Правда не мог. От напряжения всех ближайших мышц глаза заслезились, отчего забегали еще активнее, словно в панике. Прикрытые на пробу веки вызвали тот же эффект, но лишь на секунду, после тоже перестав подчиняться. Снова ожили ноги-паразиты. С силой они упирались в поверхность, однако лишь двигали кресло, да приподнимали слегка его край. Заслуженный исследователь по прежнему сопротивлялся непонятным заскокам собственного разума, не поддающимся никакому объяснению вне теории о его невменяемости. Да и даже если это диссоциативное, то он, блять, штук пять премий получит за такой частный случай!..ㅤ Перешедшая на сторону врага левая рука, впрочем, быстро переубедила его. Премия если и будет, то явно только одна, да и та- Дарвина. Уже заранее возненавиденная конечность разжалась, поднялась, потом опустилась обратно... Словно управляемая каким-то очень неправильным водителем, испытывающим возможности выданных ему неподписанных рычагов, конечность за короткий промежуток времени стянула с шеи шарф, несколько раз въехала ему по лицу, облапала все до чего только могла дотянуться, а после уперлась в подлокотник и, на удивление слаженно работая с ногами, распрямилась. Оказавшийся в практически стоячем положении Джон не сдался, похуже нильского крокодила вцепляясь в невинный подлокотник последней оставшейся в его распоряжении рукой. Не вынесшее такой неравномерной нагрузки кресло таки рухнуло набок, увлекая за собой и потерявшего опору мужчину. Сразу после легкой вспышки боли(теперь каждая не вызванная ёбаной напастью боль казалась "лёгкой") у него отнялся корпус. Шея. Лицо. Разум на короткое мгновение захлестнул буквально первобытный, животный страх. С ним осталась только одна рука. Почему-? Нет, неважно. Она осталась. Он сможет. Ведь если столь внезапная и страшная болезнь окажется заразной... Он не может допустить. Нет, Нет, Нет, Нет,Нет, Нет,НетНет,НетНетнеТнетнетttетнетнет Последняя рука резким, насколько это возможно, движением поднимается к сокровенному карману на груди. Все еще зачем-то ощущаемая голова болит и липнет прядями волос к полу. К горлу подступает тошнота. Жидкость выплескивается в хаотично открывающийся и закрывающийся рот. Рефлекторный глоток. Болезнь не распространится. ЭкиnA-.. A-. A-! A-!!ㅤAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAАААААААААААА ㅤㅤㅤего рвёт. его скрючивает, сжимает. разум отслаивается- кричат на два голоса. тело в разных местах пронзают иглы. шипы. k0рllи?,... .. . растворяющиеся органы перекручивает и терпко обволакивает. во рту снова оказывается рвота, кровь и ещё. не новые. старые. втекающая в горло вязкость вызывает новые рвотные позывы.ㅤего рвёт.