Розово-красный.

Драко никогда не считал себя человеком, который может любить да и ещё хуже, быть зависимым от человека. Драко был одинок. Никогда до этого он не представлял себя с кем либо рядом, и уж тем-более не представлял, что способен кого то полюбить. Для него брак был не более, чем сделкой, а сердце билось лишь в пол силы. У него не было никого, кем он дорожил достаточно, кого он ценил настолько, чтобы назвать это любовью и…доверием. Любовь казалась ему чем-то глупым, бессмысленным — зачем кого-то любить, когда вверх по социальной лестнице надо подниматься зубами и когтями? Нет, любовь не для него… Он думал, что с возрастом подобная глупость из людей выходит. Ну сколько можно бегать и сюсюкаться из-за какой-нибудь мелкой девчонки, словно ты школьник в пубертатном возрасте, а? В этом мире только один человек может зависеть от другого — тот, кто слабее. Короче Драко был типичным самцом которому нахрен не сдалась эта ваша «любовь»       Любовь разрушает, любовь ослабляет, любовь влечет за собой только боль и горечь…сентиментальная чушь, ничего более. Никто никому не должен в этом мире, а все, кто думают по-другому — просто идиоты.       Но все его убеждения стёрлись в прах, когда он ощутил и попробовал небольшой кусочек этой самой «любви…»       И нет, это была любовь не к своему делу, не к музыке и не к своей драгоценной гитаре! Чёрт, к живому человеку! Было чертовски сложно понять, что с ним. Он словно был пленником своих чувств, но не мог понять, как это произошло. Как это так получилось, что его душу и сердце захватила соперница? Его заклятый враг, его блять, по сути, партнёр и коллега по музыке. Какая-то чсвшная дрянь, которой Драко бы даже руки не пожал. Но теперь он…любил…её…? И все что он ощущал теперь — это чувство которое пугало его, заставляло чувствовать себя растерянным, но это чувство так привлекало.       И эта невыносима боль, от того что он теперь в чужих руках, он не может думать, не может чувствовать себя тем, кого не сломить, тем, у кого…нет слабости.       Это чувство словно разрывало его на части. Он был к такому не готов, поэтому долго пытался убедить себя, что с ним не происходит ничего из ряда вон выходящего. Просто очередной случай в его жизни. Всего лишь секс, а не что-то святое и неземное, а то, что он ощущал после секса, это всего лишь последствия физических действий, не более… Ага, да, не удивляйтесь, Драко и Мелоди переспали всего лишь раз. Причина? Не смейтесь, но они проиграли спор. Что чувствовала Мелоди после перепихона с врагом? Ничего! Она лишь заплатила Драко огромные деньжища лишь бы это не выплыло наружу. А Драко и не собирался это кому то рассказывать… Что он, такой крутой, переспал с айдолом…        Но потом, спустя какое-то время, кое-кто не вылезал из его мыслей и тогда цинизм и отстранённость в его глазах сменились испуганным осознанием… Влюбился. Да-да, это была любовь. Не какая-то долбаная химическая привязанность, а именно любовь. Чувство, которое сводило его с ума. А ведь ему совсем не хотелось, чтобы все это происходило… Ему не хотелось влюбляться в эту чсвшную…сопливую, дерзкую, самоуверенную, но по-своему милую…певицу. Он не хотел чувствовать это, и одновременно он был зажат в тиски этой чертовой любовной ловушки. Она пленила его своей уверенностью, своей независимостью, своей страстью…а еще своим голосом.       Мелоди пленила его сердце и сама не догадывалась об этом. Каждый раз, когда Драко видел выступление Мелоди на сцене, его сердце билось как сумасшедшее. Раньше они всегда дразнили друг друга, мол «Как там дела на личном фронте, Драко? Ой, не нашёл себе никого? Оно и не удивительно, металюга.» А Драко и не знал что отвечать, ведь в его сердце уже поселилась Мелоди и никому не отдавала это почётное место. Мелоди обожала бесить его и говорить свои колкости, но в такие моменты ему хотелось только одно — стереть эту наглую ухмылку с ее лица, запереть ее в своей комнате и…в общем, да. Но нельзя этого было сделать. Она не принадлежала ему, да и не желала принадлежать.       Он уже ни на кого кроме нее не мог смотреть, ни к кому кроме нее не чувствовал влечения. Его постоянно дразнил Сту насчёт любви, Джанет про отсутствие девушки, а теперь, когда он уже не мог отвести свои мысли от красавицы-карьеристки, ему оставалось отмалчиваться и хрипеть «у меня все хорошо, отвали, Сту…» А дальше…а дальше Драко пытался убедить себя, что всё это просто влечение и ничего более. Ему хотелось урвать кусочек чужого тепла, а ещё он был в какой-то степени зависим от этого. По большому счету Драко мог легко увести Мелоди и заполучить себе этого айдола…но он был чертовски упрям, и упрямо отказывался влюбляться в эту дуру. Драко был упертый как баран и не хотел рушить свою гордость признанием в любви. У Мелоди росла популярность, она стала настолько знаменита, что каждый второй парень мечтал быть с ней, камооон, даже девушки мечтали быть с ней!       Это раздражало Драко, до чертиков. Ему не хотелось чувствовать ревность, но она его захватила. Ему хотелось увести Мелоди куда-то подальше, чтобы ни один потный мужик не посмел подойти к ней на расстояние ближе трех метров. Ему хотелось заявить во всеуслышание — она моя! Но Драко, конечно, этого делать не стал. Ну, а что поделать, Драко не хотел признаваться в любви, вот и терпи, дорогой. Мелоди начала появляться на телеканалах, у неё было куча контрактов. А Драко кусал локти, он желал забрать её себе, защитить от всех этих извращённых парней, которые вьются около нее как пчелы около цветов, и хотят отхватить себе кусочек той Мелоди, которую Драко сам хотел…но не имел.       Раньше Мелоди была куда более…доброй. Если её можно было описать как кошку, то сейчас это скорее барсук. Она осталась чертовски милой, но сейчас все это омрачалось эгоизмом. И Драко понимал — мировая слава взбудоражила ее душу и сердце, и теперь Мелоди считала себя центром вселенной, и никто не мог убедить ее в обратном. Но Драко всё еще любил ее. К несчастью. Они встречались на обеде в небольшой кафешке. Джанет словно не замечала всего, что творилось вокруг. Сидя за столом она без умолку щебетала о своей работе, а Драко сидел и смотрел на Мелоди, пытаясь понять, что же происходит с его прекрасной певицей. Почему она стала такой…словно отчужденной? В её глазах не проскальзывал больше тот блеск, который был до, теперь она сидела надушенная и красивая, и смотрела в пустоту. Мелоди старалась не обращать внимания на Драко, она убедила себя, что не замечает его острого взгляда, направленного на нее.       Айдол пыталась делать вид, что до конца не понимает, зачем он сидит с нею там же, где и она, а не в компании своего фан-клуба, который не оставляет его в покое и преследует везде, где он появляется. Но на самом деле Мелоди была рада, что Драко не бросил ее, что он и сейчас рядом с нею… Хоть и не разговаривает с ней. 26 октября. По новостям только и делали, что крутили новости о том, что Мелоди была замечена на прогулке в центре города со своим новым парнем, который ласково держал её за талию и целовал. На интервью Мелоди призналась что это её будущий жених, и что контракт возможно оборвется, ведь она хочет ощутить любовь и завести семью. Драко сидел дома, уставившись в телевизор, и старался держать под контролем бурю эмоций, что рвались изнутри. Он…ревновал? Все оборвалось как нитка, которая держалась на божьем слове. Было противно думать, что кто-то другой будет касаться Мелоди. Да что там противно, скорее больно… Он больше не увидит Мелоди и не услышит её звонкий смех и голос. Драко с отвращением выключил телевизор. Она нашла себе парня. И почему-то ему было отвратительно это осознавать. Почему-то ему хотелось уничтожить черта, который посмел предложить Мелоди себя в качестве жениха. Но ему ничего не оставалось, как смириться. Такова жизнь. Все по закону природы. Не ему досталась любовь. Драко пытался утопить в алкоголе все чувства, а они не утопали. Драко страдал от ревности, ему до чертей хотелось вырвать язык у этого мудака. Как ему легко все досталось… Но не время сдаваться решил Драко. Он попросту отдался музыке, думая что это поможет. Популярность росла, а любовь к Мелоди не исчезала. Драко понял, что он однолюб. Он всегда отшивал девок что лезли к нему и пытались флиртовать… он не мог предать любовь к Мелоди. Драко начал писать песни, больше песен, в основном любовной тематике. Сту удивлялся, что это нашло на лучшего друга? Почему он стал таким? Раньше ненавидел сопливые мотивы, а сейчас… Когда у него появлялось вдохновение, Драко просто садился за гитару и думал о Мелоди, и строчки как по волшебству ложились на бумаге. Слава росла, популярность росла, но сердце не заживало.       В один из дней Драко начал замечать странное чувство. Точнее, это начал замечать не он, а близкая подруга — Джанет. Драко часто кашлял, в абсолютно любой ситуации. Сту и Джанет переглядывались с вопросами «а что это с ним? Болеет? Уже как месяц кашляет!»       Драко кашлял каждый день и даже ночью. В груди словно клочок горел, а горло жгло как в аду. Странная, неприятная боль, которую хотелось вырвать с корнем. Все вокруг удивлялись, что это с ним. Драко не мог адекватно выступать. Таблетки от простуды не помогали. Кашлял…кашлял…кашляя он думал о своей любви… Джанет это надоело и она решила спросить.– — Драк, что это с тобой? Ты заболел.? Не пробовал ходить к врачу? Он хмыкнул, нехотя посмотрел на неё и ответил: — Просто кашель. Видимо, аллергия. К врачу обращаться не стоит, скоро пройдет…       Болело до ужаса, это была не та простуда, от которой просто выкашливаешь всё за три дня. Это не та боль, от которой можно просто вылечиться. А в мыслях он желал, чтобы эта боль никогда не проходила, потому что тогда он мог вспоминать Мелоди… Джанет закатила глаза, да что это за аллергия такая, что ни встать ни пернуть? — Ты просто незажжённый балбес, Драк. К врачу надо! Сту тебе тысячу раз говорил! Она обиженно фыркнула и ушла из студии, оставив Драко одного, кашляющего в полной тишине. Его горло жгло, легкие садило…и вот он кашлял уже не просто. Теперь он кашлял целыми цветами, срываясь в кашле. Они ложились на пол и на его ладони, а каждый цветок был алый-алый, ярко алый, ярче красного. Цветы похожи на мак. Цветы росли из легких, из его ноющего сердца. Это была жестокая ирония, которая в прямом смысле сжирала его изнутри. Драко кашлял, у него на губах выступила кровь. Но он не умирал — цветы просто росли на легких и в самом сердце и душили как мокрый, липкий плющ.       Драко осознал, что с ним. Он почувствовал это сам. Он не мог это не почувствовать, потому что это больно. Металлист ощущал сердце, которое разрывало болью, и которое кипит любовью. Любовью, которую уносит ветром, как и эти цветы. Теперь это стало очевидно. Ханахаки. Болезнь, от которой не было таблеток…и не будет. Ведь ханахаки питалось…любовью. И Драко кормил его этой любовью. Эти цветы не могли уйти просто так, и поэтому, как паразиты, уничтожали тело Драко.       У него не было сил, чтобы вырвать их. Он словно сам сдался им. Сдался неразделённой любви, которую раньше всегда отрицал. Больно было, но жить как-то получалось. Драко пытался не чувствовать, не вспоминать мелоди, отчаянно старался игнорировать боль. Ему хотелось избавиться от этой хрени в груди, но он уже не был уверен, что хочет этого. Ведь, если это исчезнет, исчезнет и любовь…       Врачи. Они не могли вылечить, ведь это болезнь, которая не имеет лекарства. Это не насморк! Но боль унимали, но ненадолго. Доктора разводили руками, никто не мог помочь Драко. «это твоя любовь, мы тут бессильны.» Было нельзя вырвать цветы, потому что они, словно сосуды, были связаны с сердцем. Ханахаки – это болезнь отчаявшихся и одиноких, болезнь тех, кого сердце не слышит. Он жил с этим, пытался бороться, прятался, а потом просто слился с цветами. Ему даже понравилось это, потому что цветы приносили ему напоминания о давно потерянной им любви. Ему уже не хватало сил и желания искать врача. Зачем же, когда эти цветы прекрасны и так? Они растут у него в сердце. И пока они растут, его отчаянное сердце бьётся. Любовь к Мелоди убивает Драко, но не сразу. Цветы медленно проедают его внутренности, забирая жизнь, чтобы насытиться ею и забрать все у своего хозяина. Он писал песни. Пишет, кашляя цветами. Эти цветы были единственной вещью, что приносит ему успокоение. Драко всё чаще кашлял, но всё равно старался скрыть это. Он понимал, что умирает, потому что его любовь была неразделённой. Но это даже не отчаяние, а скорее…безразличие. Цветов, что с таким трудом откашливал, становилось всё больше… Из них можно было собрать целый красный букет и подарить Мелоди, мол, дорогая, мое сердце создало это для тебя! Но Мелоди уже не было рядом, у нее давно есть муж. Сту ненавидел что Драко так быстро сдался, что он позволяет победить этой болезни. Приходил к Драко домой и заботился о нем, спрашивал как дела и как самочувствие… Он старался быть рядом с другом в этот тяжёлый момент. Сту пытался его вытащить, не давал ему сдаться, но в ответ слышал хриплое: «я в порядке. Не надо меня жалеть. Мне и так херово. Я справлюсь» Сту всё равно за ним приглядывал, как за младшим братом, если можно так сравнить. Но сколько можно смотреть, как мучительно умирает твой лучший друг? Драко и сам не ожидал, что сдастся так быстро. Ему просто было больно, все усилия, что он прилагал, чтобы скрыть болезнь, приводили в никуда. Всё чаще ему приходилось прятаться от зрителей, ведь на сцене не будет красиво, если он будет блевать цветами и кровью. Сту оставалось только поддерживать своего друга, а Драко с каждым днем становился всё бледнее.       Было трудно сказать, сколько ещё осталось жить Драко. Он не мог нормально питаться, постоянно кашлял, да ещё и таблетки влияли на состояние здоровья. На гастролях Драко все чаще исчезал на несколько секунд с концерта, чтобы спрятаться за сценой и выкашлять целые цветы, которые он тут же выбрасывал. Это выматывало его сил, да ещё и концерт, да ещё и репетиции, да ещё и подготовка нового материала… он устал, безумно устал. Дикий морок бился в его груди, как олень, которому не сбежать от охотника. Ему хотелось умереть, но в то же время и нет. Умирать было страшно и не хочется, но боль и безграничное желание освободится от этих цветов сводили с ума.        А ещё он устал от попыток Сту заботится о нем, как о ребенке. Он понимал, что Сту пытается помочь, но Драко просто хотелось, чтобы его оставили в покое, ибо это…будто лишнее напоминание о том, что он обречен… Драко было больно видеть что Джанет иногда плачет, когда видит ужасное состояние Драко. Его бледное лицо, усталый взгляд… Джанет становилось плохо когда она видела его таким, она утыкалась в грудь Драко и ревела, а тот лишь слабо гладил ее по голове.       Потом Драко просто стало всё равно. Он перестал прятаться, кашлять, блевать. Цветы теперь постоянно висели на его губах, и это уже никого не удивляло. Певец начал принимать свою болезнь с удивительным спокойствием и не старался больше скрывать всё от своей группы. Сту часто садился с ним рядом и просто молча обнимал его, ведь знал, что эти объятия могут стать последними. Драко почти не реагировал на внешние раздражители, всё же ханахаки сильно влияло на его психическое и физическое состояние. С каждой секундой было всё меньше времени, и цветы все больше пробирались в его легкие и внутрь сердца, мешая ему жить. Жить с этой болью было невыносимо, и Драко сжимался от этих пронзающих спазмов в груди, но эти болевые ощущения были лишь напоминанием… о его любви… О любимой Мелоди.       Драко дома, кашлял кровью в раковину. В ванной пахло железом и больницей. Драко прислонился к стене, жмурясь от слабости и боли. Ему больше не хотелось жить. Хотелось просто лежать и не шевелиться. Хотелось, чтобы все его оставили в покое. Хотелось не чувствовать боли. Во входную дверь постучались. Драко был занят тем, что кашлял всю эту кроваво-красную, вязкую жидкость, перемешанную с цветами. Все в нем болело с такой силой, что невозможно было шевелится. Драко попытался успокоить свою нестабильную дыхалку и вышел из ванной, открывая дверь. Это были Сту и Джанет. Они принесли Драко таблетки, в надежде, что хоть как-то облегчить боль в груди. Увы, это уже было бесполезно… Они выглядели довольно счастливыми… В руках у них были гостинцы и всякие вкусняшки. Улыбка Джанет немного дернулась. — Драк, ты…ты в порядке? Ты как? — слова рвались из её горла вместе со свистящим вдохом. Как можно было не видеть, в котором Драко состоянии?!.. Вся эта забота, зачем?.. Он просто хотел лежать и молчать, а не говорить о том, что ничего не изменилось и ничего не помогает. — Э, да я в порядке. Не стоит так волноваться. Это ничего серьезного, ребят. Очевидная ложь. Его голос хрипел, ломался, иногда прервавшись кашлем. Было видно, что слова даются ему с трудом, и он буквально задыхается, говоря это. Сту посмотрел на друга с печалью, но промолчал. Внутри у него скручивался клубок тревоги, боль от этого зрелища была острой и режущей, как сталь. — Драк, ты ужас просто. Выглядишь страшно, а кашель… Твоё состояние хуже, да? Так не может продолжаться… Джанет не сдержалась.– — Драко, мы нашли отличного хирурга. Он вырежет эту заразу! Прошу, не упрямься, мы не хотим терять тебя! Подумай о себе! Драко выдохнул и посмотрел в пол. Эти цветы сделали свое дело до конца: они добрались до его души, они уничтожили его отчаянность и наростили отвращение к жизни. Жажда жить, желание сражаться, всё было потеряно. Это была только боль, боль, и…вау, боль. А ещё любовь к Мелоди, которая уничтожила его. Что он мог ещё сказать им? — Как хотите, я согласен… Они были в шоке. Такое быстрое согласие поразило их. Сту и подошёл к Драко и сжал его в своих объятиях, стараясь не причинить боль. Джанет обняла их обеих, рыдая от счастья. — Я люблю тебя, дружище, — прошептал Сту ему на ухо, не желая отпускать друга из своих железных объятий. — Я тебя не брошу, — повторял он тихо, словно стараясь убедить в этом и собственную душу. Терять друга, очень не хотелось… Странно, но это было похоже больше на предсмертное желание, нежели на желание жить. Но у Сту и Джанет мелькнула надежда…что с Драко все будет нормально, что все наладится… Ничего не наладилось. Драко лежал в больнице, весь исхудавший, бледный и потрёпанный. Сту разговаривал с хирургом, который с печалью в голосе высказал о том, что Драко уже ничего не поможет. Цветы съели его уже на половину. У Драко не было шансов. Слишком поздно.       Ханахаки — табу на любовь, которая сводит с ума. Когда цветы уже прорастают из легких, значит, они уже почти достигли сердца. И когда они вгрызаются в нежную плоть сердца, все кончено. Не помогут уже таблетки, ни хирургическое вмешательство. Сту больно, страшно, одиноко. Он подумал, что это конец, что их дружба подошла к концу. Но Сту не мог допустить, чтобы всё так закончилось. Он слишком любил своего друга, чтобы позволить ему умереть. Стоя у больничной койки, он гладил плечи Драко и утешал его, стараясь не расплакаться. — Тебе станет легче Драк, обещаю… Ты выберешься, как и всегда… – Сту нежно улыбнулся. Драко бледен как смерть. Ему уже становилось сложно дышать. Было трудно говорить. Но Сту был рядом, и это давало ему силы. — Сту, прости меня, — он кашлянул в платок и почувствовал вкус крови и гнилых цветов. Сердце било, как бешеное. — Я наверное не был хорошим другом для тебя, но ты для меня — да. — Ты, скорее, идиот, Драк, но ты — это ты. А от своих друзей, какими бы они идиотами не были, не отворачиваются. Мы до конца. Он улыбнулся, не без грусти посмотрев на больного друга, добавил. — Если…ты…если я увижу, что тебе хуже, я…я вырежу эти цветы из твоего сердца сам. Они тебя не достанут. Ладно? — Сту отвел взгляд, печально глядя на кровавые цветы, которые были на полу. Он попытался выдавить улыбку, но вместо этого, опять принялся кашлять густой кровавой массой, которая была смешана с желтыми, огромными цветочками. — Договорились, приятель…— хрипнул Драко. Кашель не желал проходить. Он словно не в силах был остановиться, и с каждой секундой все больше и больше крови смешивалась с цветами, которых становилось все больше. — …ты хороший друг, Сту. Ты стал для меня братом. Сту вытер слёзы с лица, сжав челюсти. Его руки дрожали от жалости и гнева, направленных на всё это несправедливое существование. — Ты тоже, Драк…ты такой же идиот, как и я, но я ценю тебя… Пожалуйста, живи. Мы с Джани не пожелаем видеть тебя в гробу, чувак, — хрипло, с грустным смешком добавил он. Цветы душили его, они пробивались сквозь его легкие, прорезав грудь наружу, желая распуститься. Быть может он хотел жить… Но он хотел жить с Мелоди. — А если… Если будет очень плохо, — начал Драко. — Я хочу…я хочу чтобы Мелоди была рядом. — Что?! — перешепнулась Джанет, которая только что зашла в палату. — Что ты сказал? Он поднял взгляд на них. Лицо его было бледно, глаза покраснели и налились кровью. Кашель не прекращался, но он не останавливался. Он задыхался, но все рвения не терял, хотя каждый вздох и причинял боль. — Я хочу, чтобы она была здесь… Не хочу умирать в одиночку… Я прошу, позвони…ей, исполните мое последнее желание. — попросил он. Джанет плакала и закрывала лицо рукой, чувствуя, как её сердце разбивается на миллион осколков при виде такого зрелища. — Конечно, Драк, мы позвоним… Но ты должен жить… — Обещай, что ты будешь жить и сразишь эту чертову боль! — Крикнула Джанет, совсем скоро её это все доведет… — Обещаю, — сдавленно пробормотал Драко, слабо улыбаясь им. ***Из особняка доносились крики и громкая ругань. Мелоди с её супругом ссорились по какому то пустяку. Этих ссор стало так много, что Мелоди уже начала сомневаться…а любит ли она этого человека?.. Она так устала… Мелоди тихо сидела в углу гостиной и потирала свои виски, стараясь унять свою головную боль. Была на грани своего предела, её брак был словно на иголках. Николас был прекрасным мужем, чутким, заботливым…но они постоянно ругались, потому что им было…не комфортно вместе. У них мало общего. Они так и не нашли общий язык в постели… Мелоди помнит что единственный парень который мог доводить её до оргазма, это был Драко… Мелоди вздохнула, вспоминая как они работали вместе. Мелоди не выдержала. Она попросила у Николаса развода, ведь она не может больше так жить. Девушка пыталась любить его. Но не получалось. А все потому что любовь не выбирают и не контролируют, любовь появляется, и это не от себя, а от чувств и обстоятельств. Они поддались своим чувствам. Но Мелоди не любила Николаса. Пыталась и была благодарна ему, но она не испытывала к нему ни капли того, что должна. Мелоди не бросила карьеру айдола, просто стала появляться на сцене реже. С Драко она больше не работала, она не знала и не знает что с ним.       На телефон Мелоди пришло сообщение. От Джанет… Бывшая соперница… Та, которая никогда не писала ей и даже не здоровалась с ней. Мелоди удивленно подняла брови, открыла сообщение, ожидая чего то плохого или насмешливо… Ведь она была ее врагом… Но не было ничего подобного. Больница. Запах спирта. Мелоди ненавидит это всё. Приходилось появляться в таких местах из-за ремиссии. Было больно. Тела людей были в тумане и в сумраке, а она видела лишь Драко. Он был в кровати, подключен к тоннам приборов и трубок. Мелоди старалась не думать об этом. Она медленно подняла взгляд на его бледное лицо. А он все кашлял и кашлял цветами, которые были такими красными, что казалось будто бы он выпил пол-бутылки красного вина. Мелоди не знала что говорить, металлист, который плевал в лицо болезням, был уверен что его ждёт крутое будущее, прикован к кровати… Было видно, как с каждым вздохом ему становилось все хуже и хуже, и кашель не утихал. Он был так слаб, так безжизнен, но все ещё красив, хотя в груди виднелась часть из ран. Мелоди не знала что сказать, да и что тут можно, когда человеку настолько плохо, так что она просто села рядом с ним, будто бы надеясь что он заметит ее и посмотрит. Цветы заполонили легкие, а кровь выступала у его губ. Драко открыл глаза, его взгляд затуманился, лицо было бледным. Его руки холодели. — Мелоди?.. — хриплый голос с трудом вымолвил имя девушки. Ее взгляд наполнился слезами, глаза покраснели от слез, а на губах появилась улыбка. Он ведь ее узнал! — Да, Драко, я здесь… – быстро ответила она с тонким голосом, слезы скатились с ее глаз на постель. Драко слабо улыбнулся, пытаясь поднять руку к ее лицу. Хотелось коснуться, убедиться, что она не плод его помутневшего сознания. Она тоже хотела его коснуться, но боялась. Но Драко такой хрупкий, словно стекло. Казалось, коснись его и его переломишь. В горле неприятно все сжалось. Его взгляд… Боже, Мелоди отчаянно хотела его обнять… — Драко.ты такой…бледный… — неуверенно начала она, и тут он прервал ее. — Мел, прости… Я.я… – кашель прервал его речь. Ему было сложно держать глаза открытыми. Но он не хотел закрываться, он не имел права. Хотелось видеть её, хотя бы последние секунды. — Мелоди, я хотел тебе сказать.– слова застыли на языке, боль сдавила горло. Цветы заполнили легкие. Мелоди видела его, слышала, но не верила происходящему. Это казалось сном… — Я любил тебя все эти годы. Безумно любил, но, я знал, что возможно, я тебе противен. Я тянул с признанием, ты нашла себе жениха. От этих слов все внутри неё будто замерло. Не верив, она протянула свою руку и прикоснулась к Драко, который вытянул руку навстречу к её ладони. Она сжала в своей его слабую руку, стараясь передать всю свою любовь и поддержку. Но она не могла вымолвить ни слова. Только смотрела на него с некой обреченностью и любовью в глазах. Внутри все сжалось. Как он посмел? Как он мог?! Все эти годы, все эти чувства не давали ему жить, а теперь он говорит такое! И так еще и в таком состоянии! Ей хотелось одновременно убить его за то, что не сказал этого сразу, и обнять так, будто больше никогда не отпустит. — Как же ты глуп, Драко, — выдохнула Мелоди, не скрывая слез. — Это все…истина. Я любил тебя, любил, как никого… Да, ты права, я был крайне глуп. — кашель не давал ему говорить так, как он хотел, а только прерывал фразу. — Ты первая, кого я полюбил, Мелоди. — Боже, Драко! Да, ты такой глупый, — едва слышно пробормотала она, пряча лицо в ладони. В комнате было тихо, слышался лишь стук сердца Мелоди, больной кашель Драко и и жужжание приборов, которые пытались поддерживать жизнь Драко. Он уже не мог держать глаза открытыми, и поэтому они были закрыты, а его рука ослабела в руках девушки. Цветы не прекращали прорастать наружу, заполняя все вокруг. Мелоди резко приподнялась с кровати, и крикнула куда-то в сторону, прося врача придти. Мелоди взяла его в свои объятия, надеясь, что это поможет.– — Прошу, Драко! Я люблю тебя, я любила тебя все эти годы! Не оставляй меня одну в этом гнилом мире, Драко! Огромный цветок вырос там, где находилось сердце. Розовый… Красный… Снова розовый… а затем красный… Прошел год и пару месяцев с того момента. Драко больше нет в живых. Фанаты и другие артисты снимали ролики на эту тему, желая ему мягких облаков. Фан-база устраивала прощания, собираясь в общественных местах и оплакивая любимого певца. И вот теперь у могилки Драко толпились не только обычные люди, но и некоторые известные личности. Мелоди, вся в чёрном, стояла в стороне и смотрела на огромный памятник из белого мрамора с букетом красных роз в руках. Слезы текли по ее розовым щекам. Она утирала их, смотря на памятник, а в мыслях прокручивала моменты, что были между ними. Прошел год… И она до сих пор не оправилась. Она не могла простить его за то, что он не признался ей раньше, не могла простить его за его дурацкую, глупую гордость. — Драко, я так скучаю,— едва слышно прошептала она.       Джанет посмотрела на Мелоди сквозь слезы. Она была раздражена на них, на то, что они не сообразили, и на то, что ей придется теперь жить дальше с этой невыносимой болью. Джанет подошла к Мелоди и протянула ей красный лепесток. Это все, что осталось от Драко. Мелоди ничего не говорила и смотрела на памятник. В её груди жгло и щипало, словно кто-то медленно сжимал её сердце. Но вот она наконец обратила свой взгляд на лепесток. Она подняла его и аккуратно прикрепила к своей одежде, и с горечью, а затем и с решительностью подняла взгляд на могилу. Ступая, словно неуверенно, она подошла к памятнику и коснулась его холодного камня. — Я люблю тебя, Драко. Ханахаки, сжигает тебя изнутри. Она словно разъедает тебя, уничтожая, как кислота. Травит, выедает до кости, от того и болит. Превращается в цветы, которые пробираются к самому сердцу дабы выйти из своего хозяина, почему именно к сердцу? Сердце — самое хрупкое место.