Глава 15. Николас

16 ноября 2015 года (понедельник)

      Время только-только перевалило за полночь. Они собирались выйти где-то через полчаса, однако Николас уже находился в оружейной, в сотый раз перепроверяя всё необходимое. Его любимая винтовка блестела, идеально очищенная и отполированная. В этом совсем не было смысла. Он просто находил нечто успокаивающее в чистке оружия. Процесс позволял отпустить себя, совершенно не задумываясь о действиях и сосредотачиваясь на мыслях.        — Ты действительно собираешься взять её?       Блейк остановился на входе в оружейную, скрестив руки на груди. Его большие глаза покраснели из-за недосыпа, которым он часто страдал. Николас знал: его брату снился приют. Полтора года, проведённые там, оставили сильный отпечаток на нём, сделав практически безразличным ко многим вещам. После того, как их усыновили, Мишель старалась облегчить жизнь Блейка. Она оплатила ему сессии с психологом, прекрасно осознавая, что он мог запросто возненавидеть её за это. Однако Блейк исправно ходил на каждую. Возможно, ему самому надоело жить в сером мире, лишенном эмоций. За последние годы Блейк изменился, перестав быть настолько грубым, каким был прежде. По крайней мере с членами семьи, которых он уважал и любил. И Николасу это нравилось.        — Почему не должен? — ответил вопросом на вопрос Николас и пожал плечами, не отрывая глаз от ножа.         Лезвие затупилось и нуждалось в заточке, поэтому он наклонился к ящику в поисках бруска. Он спиной почувствовал движение. Блейк остановился прямо за ним, но молчал. Николас дал ему столько времени, сколько нужно для того, чтобы наконец выложить всё то, что крутилось в голове. У его брата была ужасная привычка накручивать себя без должной причины.       — Не испортит ли она всё? — Его голос был тихим, будто он делился тем, чего боялся. — Ты можешь убеждать меня в том, что она хороший боец и прочее. Но… Я знаю тебя. В случае чего, ты бросишься спасать её жалкую задницу и наплюёшь на опасность.       Николас знал, что сказанное было правдой лишь частично. Элисон могла постоять за себя и не раз демонстрировала это. Она смело отбивалась от зомби в переулке. Была готова наброситься с ножом на Френсиса, посмевшего оскорбить дорогого её сердцу человека. Элисон не боялась противостоять им всем, хотя прекрасно понимала, что они гораздо сильнее. Поэтому у Николаса не оставалось оснований для того, чтобы не брать её, а уж тем более терять голову и бежать спасать.       — Нет причин для беспокойства, брат. — Он развернулся и похлопал Блейка по плечу. — К тому же я знаю, что ты прикроешь мою спину. Независимо ни от чего.       Блейк родился в достаточно бедной семье и был самым старшим из четверых детей. Отец исчез сразу же после рождения сына, а мать работала в борделе. Блейку пришлось не просто. Особенно тяжело стало, когда женщина бросила их всех и ускакала с любовником куда подальше.        Дети попали в систему. Младших практически сразу забрали другие семьи, желающие дать пристанище и тёплый семейный дом. Блейка же брать не хотели. Он был несносным ребёнком, каждый раз попадающим в передряги. Где бы ему ни приходилось оказаться, надолго никогда и нигде не задерживался. Он влезал в драки, воровал в магазинах и не раз оказывался в полицейском участке, сбегая из детского дома. В четырнадцать Блейк загремел в колонию для несовершеннолетних за поджог небольшого ларька, хозяйка которого отказалась продавать ему булку, хотя деньги у него имелись. «Сволочь!» — так его назвала женщина, прибежавшая тушить магазинчик. Ей он и стал.        В колонии Блейк заработал себе неплохую репутацию, позволяющую ему больше, чем другим заключённым. У него имелось достаточное количество врагов, но союзников там было в разы больше. В тюрьме он был богом, способным спасти от разгневанных сокамерников. Но, выйдя через пару месяцев по условно-досрочному, Блейк столкнулся с жестокой реальностью мира. Не имея прежнего авторитета, он не смог собрать вокруг себя необходимых людей, поэтому большую часть времени проводил в одиночестве.        С Николасом они познакомились в детском доме, сцепившись в драке практически в первый же день. Однако через пару недель они уже были готовы стоять стеной друг за друга.       Блейк отступил на два шага назад, смотря на него из-под длинной чёлки. Теперь он напоминал обычного двадцатичетырёхлетнего парня, совершенно потерявшегося в этой жизни. Разбитого, грубого по краям и неспособного справиться с наплывом эмоций самостоятельно. Он выдохнул и развернулся, направившись к своему столу. Николас не стал лезть, прекрасно зная, что Алан или Руди смогут позже поговорить с ним и успокоить теми способами, которые однозначно работали. Их отношения были сложными, непонятными другим людям. Они образовывали складный организм, способный работать блестяще. Дружба, крепко сцепляющая парней, помогала им держаться на плаву.        Николас покачал головой и вернулся к оружию. Вес винтовки в руках успокаивал. Дыхание выровнялось, хотя он даже не заметил, что с ним было что-то не так. Он вновь сосредоточился на чистке, хотя в этом уже не было необходимости: металл блестел как новый.        Остальные вошли в оружейную за полчаса до выхода. Джексон проскользнул мимо, едва коснувшись его плеча ладонью в молчаливом приветствии. Руди тихо переговаривался с Элисон перед своим столом, а Алан оказался рядом с Блейком, на фоне которого выглядел до смешного крохотным. В тихом скрежете оружия и перешёптываниях они продолжили готовиться к патрулю, однако это не помогло напряжению, скопившемуся в теле Николаса, пропасть.       — Всё в порядке?       Элисон появилась прямо за его спиной, заставив вздрогнуть. Тихая и скрытная. Такая, каким и должен быть солдат. Николас обернулся и столкнулся с мягкой синевой её глаз, напоминающей серый пасмурный день. Они не были яркими, как его собственные. Нежные и грустные. Такие, как небо перед дождём. Она смотрела на него, заспанная и уставшая, и он ничего не мог сказать. Весь её вид заставлял его замирать на месте в желании лишь наблюдать и рассматривать, пока глаза не устанут. Николас прежде не замечал за собой подобного. Многое изменилось с тех пор, как Элисон оказалась здесь. В лучшую или худшую сторону — пока однозначно ответить нельзя.        — Да… да, всё нормально, — запоздало сказал он и кивнул, проморгавшись.       Элисон улыбнулась и прошла к своему месту. Оно появилось у неё совсем недавно, и располагалось прямо рядом со столом Николаса. Ему хотелось держать её как можно ближе к себе. И будь он проклят за то, что потакал собственным желаниям.        Николас заставил себя отвернуться. Снова проверив всё своё оружие, направился в комнатку поменьше, где находились шкафчики со снаряжением, чтобы осмотреть и его на возможные дефекты. Костюм выглядел хорошо, несмотря на небольшие потёртости, образовавшиеся на коленях. Крепкий материал наколенника, вшитый внутрь, всё ещё держался, что не могло не радовать. Раздобыть новые у них не было возможности.        — Эй, Элли, давай пари? — послышался голос Руди, а за ним и глухой стук металла. — Кто быстрее соберёт СВД.       — Что ставишь? — голос Элисон звучал насмешливо.       — Ответ на один любой вопрос.       Николас развернулся и подошёл ближе к выходу, чтобы посмотреть на это. Руди был хорош в сборке оружия, как и он сам. Снайперская винтовка Драгунова славилась своей сложностью и множеством нюансов сборки. Предложить именно её — глупо. Николас сомневался в том, что Элисон сможет собрать её без ошибок, так как ему самому в академии пришлось ночами сидеть с этой штукой в руках в попытках запомнить последовательность действий.       Джексон, подорвавшись с табурета, встал между ними. В его взгляде блистал азарт.       — Сборка на время. Кто первым дёрнет затвор, тот и выиграл.       Элисон закатила глаза и молча сняла кожаный ремешок с запястья, чтобы обмотать им ладонь, защищаясь тем самым от травмы. Джексон беглым взглядом осмотрел сначала её, а затем и Руди. Дождавшись их кивка, он подбросил гильзу. Медный цилиндр, едва поблёскивая в свете керосиновой лампы, с глухим стуком упал на пол.       Николас следил за быстрой и ловкой работой рук Элисон. Левой рукой она подхватила затвор, пальцы скользнули по пазам — она не смотрела, но чувствовала. Точно так же, как и он сам. Правая рука вогнала ствольную коробку на нужное место, удар ребром ладони — точный, как выстрел, — зафиксировал её. Элисон внешне выглядела спокойной, однако вздувшаяся вена на правом предплечье выдавала её напряжение. Руди следовал прямо за ней. Его щёки раскраснелись, пока он пытался совместить шептало. На открытом лбу образовались капли пота.       Два щелчка раздаются один за другим.       — Чёрт! — выругался Руди и отбросил собранную винтовку на стол. Его палец застрял в спусковой скобе.       Элисон всё также молча отошла в сторону, приблизившись к Николасу. Её СВД лежала идеально ровно: приклад, ствол, прицел составляли одну линию, будто никто и не разбирал оружие.       Джексон, хлопнув в ладоши, взял винтовки в руки на проверку. Его брови сошлись к переносице, но ненадолго: яркая улыбка показалась на губах минутой позже.       — Ты забыл стопорный штифт, — с лёгким хихиканьем сказал он, бросив винтовку обратно Руди.       Тот посмотрел на него, как на идиота, однако повторная проверка показала то же самое. Николасу уже было неинтересно. Он смотрел на Элисон, не понимая, откуда в ней столько скрытых талантов. Ни один новичок в военной академии не смог бы так быстро и точно собрать винтовку. Значит, она должна была знать её устройство заранее. Но откуда? Вопрос, который он собирался когда-нибудь задать Элисон.       — Ладно, заканчивайте цирк. У нас не так много времени, — сказал он и снова скрылся в маленькой каморке.       

***

      Они покинули «Нору», как только бледная луна поднялась высоко в небо. Николас шёл позади остальных и не мог заставить зерно беспокойства, поселившегося в груди, успокоиться. Холодный воздух царапал горло при каждом вдохе, а при выдохе образовывал густой пар, убегающий высоко вверх, подальше от тревоги и неуверенности. Ему хотелось верить в то, что всё пройдёт по плану. Привыкший держать многие вещи под контролем Николас сейчас чувствовал себя крайне глупо.        Элисон шла рядом. Большую часть её лица скрывала плотная чёрная маска, которую ей дала Мишель. Мама, видимо, действительно прониклась теплом по отношению к ней, считая практически дочерью. Костюм пришёлся в пору, значительно облегчив ситуацию со снаряжением, которого у них не хватало.        Алан привычно крутился возле рубильника, тихо ругаясь на летящие в разные стороны искры. Видимо, прибор начинал выходить из строя и нужно было время на то, чтобы восстановить его. Алан ловко опустил рычаги вниз, тем самым отключив подачу электричества на ворота, и с громким хлопком закрыл ящик.        — Нам стоит поторопиться. Я не уверен в том, будет ли эта штука работать правильно сегодня, — сказал он и, разбежавшись, запрыгнул на сетку.        Николас лишь кивнул и бросился следом. Остальные были уже высоко, поэтому ему следовало поторопиться. Он заставил себя сосредоточиться на происходящем и не давать мыслям уплывать в другое русло. Руди и Алан вновь устроили перепалку, пытаясь наперегонки забраться вверх. Но ничего у них не вышло, потому что Элисон, словно самый настоящий акробат, обогнала их всех и уже сидела на балке, готовая спрыгивать. Она была спокойна, когда смотрела вниз, и видела лишь отблески инея на земле. Луна отбрасывала свой мягкий свет на аккуратные черты её лица.       Добравшись до самого верха, отряд переглянулся. В их глазах пылал азарт, словно они выходили не в патруль, а играли в игру. Может быть, выживание и было игрой, однако её правила порой казались слишком жестокими.        — Стреляй громче, беги быстрее, — тихо произнес Николас фразу, которую говорил каждый раз. Опустив глаза к земле, он почувствовал, как сердце забилось быстрее, словно давая начало обратному отсчёту.        — Громче и быстрее! — отозвались его товарищи и, схватившись за тросы, прыгнули вниз.        Приземление было мягким, а натренированное тело Николаса уже знало, как действовать. Он оглянулся, осматривая остальных, а затем, сделав жест рукой, двинулся вперёд. Маршрут был выбран один из недавних: Джексон составил его пару дней назад, вернувшись с патруля. Он пролегал через тихие районы города, где было разбросано приличное количество небольших ларьков, которые ещё никто не обчистил. На их руках снова лежал приличных размеров список всего необходимого, поэтому оставалось лишь надеяться на то, что им удастся найти перечисленное.        Улицы, тихие и мёртвые, были делом привычным и в какой-то мере успокаивающим. Тишина отзывалась во всём теле, заставляя его быть настороженным. Какой бы замечательной она ни была, однако терять бдительности не стоило. Николас, вышагивая впереди своего отряда, прислушивался к каждому шороху, чтобы быть готовым ко всему. Теперь мысли отошли на задний план, оставив вместо себя лишь солдатские инстинкты. Не было сейчас ничего важнее выполнения миссии, поставленной перед самим собой.        Переулок сменялся переулком. В воздухе витал тошнотворный запах гниющей плоти. В последние дни он усилился, прямо обозначая увеличение зомби, бродящих по улицам. Где-то вдалеке закаркали вороны — единственные выжившие животные. Они днём и ночью кружили над разрушенными высотками города и о чём-то громко переговаривались на своём языке.        На соседней улице заскрипели мусорные баки — любимое место ночлега у Скитальщиков. Они были медлительными и в некотором роде бесполезными, так как действовали лишь на уровне инстинктов. Убежать от них — плевое дело. Однако никогда не стоило расслабляться. Скитальщики, пусть и были слепыми, но нападали чаще всего стаями, что нельзя было игнорировать. К тому же всегда неподалёку от них носились и Криптозоиды — отвратительные существа, представляющие собой кости, покрытые шерстью и перьями. Иногда их называли собаками. Твари были быстрыми и проворными, а их острые ногти легко могли оставить шрамы. Николас слишком хорошо это знал.        Где-то около двух лет назад они, находясь в патруле, наткнулись на стаю таких. Пули пролетали мимо, пока собаки оттесняли их в узкий переулок, ведущий в тупик. Бросившись врассыпную, парни смогли сбежать, но Николасу повезло меньше. В тот день он столкнулся с вожаком стаи, который в отличие от остальных остался на месте, а не бросился за добычей. Пёс смотрел точно на него и злобно рычал, капая зелёными слюнями на землю. Патронов у Николаса не было, поэтому пришлось лишь сильнее стиснуть в руке острый нож. Они бросились в атаку одновременно. Как и нанесли удар. Ноготь собаки оставил глубокую рану на ключице, а парень вогнал лезвие в глотку существа. Только убедившись в том, что он больше не встанет, Николас бросился бежать.         Воспоминания заставили его поёжиться. Джексон бросил на него обеспокоенный взгляд, но Николас лишь отмахнулся и снова двинулся вперёд. Руди и Алан шептались позади, но он не спешил их затыкать, слишком привыкший к такому положению дел. Тихие смешки парней позволяли его нервной энергии находиться на допустимом уровне спокойствия, что позволяло сосредоточиться.        Снова послышался скрежет, который заставил отряд немного прибавить скорости. Первый ларёк показался из-за поворота. Он находился на отдалённом пустыре и стоял здесь совершенно один. Вокруг не было ни домов, ни других магазинов. Может быть, именно поэтому ему удалось уцелеть и не подвергнуться разрушению. Даже витрины остались в первичном состоянии, не имея ни единого скола. Через запылённое стекло легко различались заполненные припасами полки и холодильники.        Джексон и Николас привычно остались на улице, чтобы сторожить у входа. Остальные же отправились внутрь наполнять рюкзаки и сумки всем необходимым. Они старались забрать даже больше, потому что никто не знал, когда ещё подвернётся такая удача. Вдалеке, за высотками, щелкали твари. Скорее всего, слишком оголодавшие зомби не могли спать и теперь рыскали по улицам в поисках ночной закуски. «Крик» находился на приличном расстоянии от них, поэтому переживать было не о чем. Пока.        — Чувствую, сегодня будет жарко, — прошептал Джексон, стиснув автомат в руках. Было видно, как сильно парень напряжён. От его обычного спокойствия не осталось и следа.        — Патронов хватить должно, — только и ответил Николас, понимая, что сейчас стоит немного помолчать.         Собрав всё, что помещалось в сумки, ребята вышли из магазина. Отряд двинулся дальше, вдоль границы, надеясь таким образом избежать прямых столкновений с зомби. Рюкзаки Николаса и Джексона всё ещё были пустыми, поэтому, верные себе, они направились к другим ларькам. По пути нашлась маленькая аптека, в которой им удалось вычеркнуть весь список Мишель. Медикаментов оказалось даже больше, чем указано, поэтому «Крик» попытался уместить всё, что можно.       Им понадобилось ещё некоторое время на то, чтобы зачистить ближайшие точки. В итоге все рюкзаки и сумки оказались заполненными до отвала, а на лицах отряда сияли улыбки. Руди и Алан вновь начали шептаться, что заставило Джексона присоединиться к ним в обсуждении смелости Элисон, как только тема зашла об этом. Девушка действительно показала себя замечательно на своей первой вылазке. Она тихо фыркнула на комплименты и продолжила вышагивать рядом с Николасом, словно повторяя его шаг, который был в разы шире её собственного. Атмосфера перестала быть такой гнетущей и удушающей как прежде.         Всё разрушилось в один миг. Блейк, идущий чуть в стороне от остальных, не заметил капкана, спрятанного в темноте переулка. «Крик» никогда не устанавливал их, что значило лишь одно: в городе есть кто-то ещё, занимающийся таким. Металлические зубцы плотно обхватили ногу парня, впившись в неё. Блейк закричал, заставив отряд застыть и медленно повернуться.        Топот раздался справа. Их было много. Каждый понимал это. Но бросать товарища никто не собирался. Алан и Руди бросились к Блейку. Они быстро усадили его на землю, закрыв рот ладонями, и прижали к себе. Было видно, что боль, охватившая Блейка, была слишком сильной для того, чтобы сдерживать её. Джексон присел на корточки, чтобы лучше осмотреть капкан. Модель была старой. Покрытая ржавчиной она всё ещё исправно выполняла свою функцию. Нога оказалась крепко зажатой зубцами, покрытыми алой кровью. Джексон, закусив губу и тихо извинившись, схватился за дуги и потянул в разные стороны. Блейк снова закричал, но руки Алана и Руди заглушили этот звук, полный боли и отчаяния.        Николас посмотрел на Элисон. Она, словно заворожённая, стеклянными глазами наблюдала за происходящим. Девушка выглядела напуганной. Времени на то, чтобы узнать, в чём дело, у них не было. Действовать нужно было незамедлительно.        — Элли! — громко позвал Николас, подойдя ближе.        Он грубо схватил её подбородок пальцами и заставил смотреть на себя. Туман серо-голубых глаз столкнулся с его собственным морем, заставив рассеяться.        — Соберись. Прямо сейчас, — отдал приказ Николас. Она была нужна ему незамедлительно. — Поднимай оружие и стреляй.        Элисон пару раз моргнула и кивнула. Резко отбросив его руку, она схватилась за автомат, висящий на плече. Отработанным движением подняла дуло и застыла, ожидая тварей. Николас поспешил сделать то же самое, задержав дыхание. Позади них Блейк тихо стонал, пока Джексон прикладывал все силы, чтобы разжать капкан. Им нужно было лишь несколько минут форы. И Николас собирался обеспечить их.        Первая тварь появилась из-за поворота слишком быстро. Элисон же среагировала быстрее. Выстрел рассёк воздух, заставив воронов вновь громко закаркать. Вестники смерти — так их иногда называли. Они сидели на каменных колоннах и наблюдали за ними, словно настоящие зрители, пришедшие посмотреть спектакль. Чёртовы птицы.        Топот и щелчки усилились. Они приближались с каждой секундой всё быстрее и быстрее. Зомби окружили их. Твари хлынули со всех сторон. Голодные и бодрые. Им хотелось разорвать добычу на кусочки.        Николас чувствовал, как по спине стекал пот. Джексон был прав: здесь слишком жарко. Ему приходилось крутиться, чтобы успевать отстреливать зомби с разных сторон. Элисон справлялась не лучше. Её выстрелы становились менее успешными по мере того, как она начинала уставать. Волосы, выбившиеся из косы, прилипли к лицу, покрытому грязью. Скорее всего, он сам выглядел не лучше.        — Элли! — снова позвал Николас, заставив её вздрогнуть. — Спина к спине!       Приказ был прост. Они одновременно бросились друг к другу и прижались спинами, облегчая себе работу. Пока Николас мог отстреливать тварей по одной стороне, Элисон занималась другой. При таком раскладе им не приходилось постоянно вертеться, что помогало хотя бы немного сэкономить силы. Выстрелы разрезали воздух, звуча так непривычно громко. Давно «Крик» не встревал в такие передряги.        — Ник!        Голос Джексона прозвучал достаточно отрезвляюще. Николас обернулся на него и заметил, как Алан помогал Блейку забраться на спину Руди, а сам Джексон отбрасывал сломанный капкан в сторону. Лёгкий кивок, а затем ещё один выстрел, предвещающий приказ.       — Беги!       И они бросились врассыпную. Николас схватил Элисон за запястье и потащил за собой. Он знал, что вместе им не удастся добежать до «Норы». Кто-то должен был отвлечь большую часть тварей на себя. Именно это он и собирался сделать.        Убедившись в том, что Элисон следовала за ним, Николас вытащил из кармана гранату. Им удалось раздобыть несколько штук в полицейском участке, куда они наведывались несколько дней назад. Выдернув чеку, он бросил её назад, а затем ускорился. Ему удалось схватить девушку за руку и завернуть вместе с ней за угол, чтобы укрыться за грудой мусора.        Взрыв оказался оглушительным. Он яркой вспышкой осветил улицы всего на несколько секунд, пропав так же быстро, как и появился. Щелканье и топот прекратились. В воздух пробрался удушающий запах горелой плоти, смешанный с запахом рвоты.         Элисон. Николас открыл глаза и повернулся, наблюдая за тем, как девушка упала на колени, выплёвывая на мокрую землю свой ужин. Он поспешил отвернуться, вместо этого выглянув из-за угла. Тут и там валялись тела, отброшенные ударной волной. Они не шевелились, поэтому парень надеялся, что твари так и останутся лежать.        Позади послышались шаги, заставившие его вновь развернуться. Элисон стояла перед ним, вытирая рот рукавом кофты, надетой под бронежилет. Она выглядела бледной и уставшей, но на ногах стояла вполне себе твёрдо. Николас знал, что и сам устал не меньше. Больше всего он надеялся на то, что остальному отряду удалось убежать.        — Ты в порядке? — всё-таки решил спросить Николас.        — Бывало и хуже, — призналась Элисон и прижалась к бетонной стене. Она закрыла глаза и обняла себя за плечи. Видимо, силы были на исходе.        Они замолчали. Говорить не хотелось. Да и не нужно было. Твари могли всё ещё ходить где-то неподалёку, а привлекать их внимание — дело гиблое для них сейчас. Николас привалился к бетону рядом с Элисон. Казалось, словно она заснула прямо здесь — в грязном переулке в компании своего командира. Хотя последним он бы себя не назвал.        — Если ты думаешь, что мне нужно твоё плечо для рыданий, то забудь об этом, — вдруг сказала она, не открывая глаз.       Николас фыркнул. Её язвительность никуда не делась. Любой другой на его месте, возможно, начал оправдываться. Но Николас был собой.       — Второй магазин ты сменила на три секунды медленнее, чем следовало. Если бы их было вдвое больше, тебя бы давно покусали.       — Так ты считал мои выстрелы? Мило. — Она крепче обхватила свои плечи.       — Это моя работа. Так сказать. Ты же хотела в патруль — вот и получай полный разбор полётов.       Она ничего не сказала. По лёгкому наклону её головы Николас понял, что Элисон о чём-то размышляла. Поэтому он тоже молчал, давая ей время. Ему самому сейчас хотелось бы оказаться в «Норе», чтобы упасть лицом вниз на кровать и забыться в тревожном сне. Следовало также зайти и проведать Блейка. Брат был невнимательным идиотом, но Николас не винил его.       — Когда они выбежали… — произнесла Элисон, наконец повернувшись к нему и открыв глаза. В первых лучах солнца её лицо казалось почти хрупким. — Я на секунду оказалась в том лесу. Три года назад я и… мой наставник оказались в засаде. Нам пришлось бежать, чтобы спастись. Тогда было страшно.       — Но сегодня ты не сбежала.       Она резко подняла на него глаза, чтобы, возможно, заметить улыбку или смех. Но Николас смеяться не собирался. Он не пытался жалеть её или хвалить. Лишь сухая констатация факта. По себе Николас понимал, что иногда люди нуждались в холодных ответах. Лёгкий поток ветра стал очередным облегчением. Он холодил разгорячённую кожу и трепал волосы, застревая в их беспорядке. Шальная прядь волос выскользнула из косы Элисон и повисла на плече. Николас, не думая, потянулся следом за ней, но остановился.       — Спасибо. За то, что не дал мне струсить, — сказала она едва слышно, когда их взгляды пересеклись.       — Да брось. Ты бы и сама справилась. Просто… не торопись доказывать это всем подряд. Особенно нам, — ответил он, не заметив того, как его голос на последних словах смягчился.       Николас опустил руку, но затем, вспомнив, запустил её в карман. Найдя нужную вещь, он вытащил её и протянул Элисон. Медная оболочка гильзы — той самой, от первого её удачного выстрела, — блеснула на солнце.       — В следующий раз оставь все сомнения здесь. Они только мешают.       Он вложил гильзу в раскрытую ладонь Элисон, а затем развернулся и, бросив громкое «идём», направился в сторону «Норы».