Глава 18. Элисон

19 ноября — 20 ноября 2015 года (четверг — пятница)

      Люди странно смотрели на неё, когда Элисон пыталась пробраться к переговорной. Неожиданно ей стало некомфортно здесь. «Нора» оставалась безопасным местом на протяжении последних двух месяцев с момента её прибытия. Но сейчас она в полной мере понимала, что ей не нравился этот поток людей, собравшихся в узком коридоре. Их взгляды были направлены в спину, заставляя мурашки бежать по её коже. Элисон казалось, что они были готовы разорвать её прямо здесь и сейчас, поэтому она ускорила шаг.        Голова болела из-за отсутствия сна. Тот час, который ей удалось урвать, не смог возместить необходимого. Не помог и прохладный душ, если так можно назвать ведро с холодной водой, который она приняла перед выходом из комнаты. Мокрые волосы намочили ткань футболки, которая теперь прилипала к спине. Но она не собиралась жаловаться, поэтому, засунув все возмущения в задницу, продолжала шагать вперёд.         Элисон не знала, начали ли остальные обсуждение находки или нет. Она всё ещё не понимала, каким образом не смогла заметить цифры на своём же пистолете. Кто нанёс их? Зачем? Это были вопросы без ответов. Как и большинство из тех, что роились в голове изо дня в день.        Она вошла в переговорную тихо, подобно мыши. Обвела взглядом помещение и зацепилась за Николаса. Он выглядел не лучше: весь его вид кричал об усталости, но его глаза не переставали гореть огнём, даже несмотря на синяки под глазами и рассечённую бровь, которую ей удалось заметить только сейчас. Он напоминал непоколебимую скалу, к которой хотелось прислониться и отдохнуть.         Буря в груди замедлилась, как только она опустилась в кресло рядом с ним. Элисон всё ещё не знала, как относиться к чувствам, возникающим внутри каждый раз, стоило только оказаться рядом. Но она точно могла сказать, что отказываться от них не собиралась. Не после их находки, которая могла бы быть счастливым билетом в светлое будущее.        — Приступим, — подал голос Сантес, сидящий в центре стола. — Николас утверждает, что нашёл какие-то координаты на пистолете Элисон. — Она чувствовала взгляды всех присутствующих в комнате на себе, но не решалась посмотреть в ответ. — Если мы верно отметили точку на карте, то она приведёт нас к чему-то, спрятанному среди лесов.       Взгляд зацепился за карту. Ей никогда прежде не доводилось видеть её. Линии не имели ничего общего с линиями на хороших чертежах. Разбросанные тут и там, кривые, прерывистые, совершенно прозрачные местами. «Сделанные в спешке», — поняла Элисон. Любой уважающий себя картограф не выпустил бы такое безобразие в свет, значит, её сделал кто-то из «Крика».       Она совершенно не слушала того, что происходило вокруг неё. Всё внимание сосредоточилось на несчастном куске бумаги и его кривых линиях. Она не знала, действительно ли координаты значили что-то секретное? Если так, то Виктор скрыл от неё это. Почему? Куда вела эта метка на карте? И зачем вообще было нужно это?       Вопросы не давали покоя. Их было так много, что в голове образовалась каша. Элисон передёрнула плечами, сбрасывая напряжение, а затем подняла глаза и уставилась на Николаса, который уже смотрел на неё. Сердце в груди забилось быстрее, вытеснив любые вопросы из головы. Она успела забыть о том, какое влияние мог оказывать взгляд этих голубых глаз. Ей не хотелось отрываться от них, но на это можно было бы выделить время позже.        — Мы должны показать это на совете в ратуше, — произнёс Джексон, задумчиво надув губы. — Можно договориться с другими, собрать отряд и отправить на разведку.       Никто его идею не поддержал. Наоборот, вдруг стало слишком тихо.       — Про ратушу можно забыть, — прошептал Сантес и выругался себе под нос.       — Что? Почему?       — Жак умер, — подал голос Николас. — Сегодня ночью. Поэтому нам следует готовиться.       Готовиться? К чему? Элисон не осознавала, что задала эти два вопроса вслух, пока вновь не раздался голос Сантеса.       — «Клык» уже выбрали нового лидера. Тот парень поддерживает Френсиса, поэтому в скором времени другие отряды будут готовы напасть на нас. «Нора» слишком хорошее место для них. Пока есть время, вам стоит отдохнуть. Потом такой возможности вам не выпадет.       Конечно. Им действительно был необходим отдых, если они не хотели умереть из-за глупой невнимательности или недосыпа. Осмотрев парней, Элисон поняла, что никто сопротивляться не собирался. Поэтому она кивнула, когда это сделали остальные, и поднялась на ноги. Спина сама собой ссутулилась из-за накатившей заново волны усталости. Элисон собиралась вернуться в комнату и не выходить оттуда до вечера. Краем глаза она видела, как Николас сделал шаг в её сторону, но был ловко перехвачен Джексоном. Удивление на несколько секунд отразилось на её лице, когда парни пронеслись мимо неё. Ненормальные? Да, такими они и были. Она переглянулась с Мишель и пожала плечами, выходя из переговорной следом.        В коридорах уже не было такого количества людей, поэтому до комнаты Элисон добралась куда быстрее, что не могло не радовать. Грустно посмотрев на грязную одежду, девушка решила не заморачиваться и вновь упала на кровать, закрыв глаза.         

      ***

      Пробуждение было всё таким же дерьмовым делом, что и обычно. Элисон проклинала всех и вся, с ворчанием поднимаясь с кровати, когда по коридору разнёсся пронзительный звук сирены. Она подпрыгнула на месте, застигнутая врасплох, а затем резво поднялась на ноги. Бегло осмотрелась в попытках найти какое-либо оружие. Пистолета под рукой не оказалось: они слишком самоуверенно оставили их в оружейной. Однако Элисон всегда держала в комнате набор ножей, которым с ней так любезно поделился Руди. Кажется, пора было сказать ему спасибо.        Сирена продолжала верещать безостановочно, разносясь по всему коридору. Элисон заставила своё тело двигаться, быстро натягивая грязную форму. В ней она чувствовала себя лучше, даже несмотря на то, что теряла сейчас драгоценные секунды. Других сигналов не было. До этого времени ей не приходилось слышать этого звука здесь, в «Норе». А это говорило об одном: опасность была близко.        Элисон вставила последний нож в ножны и выскользнула в коридор. Она не успела и головы повернуть, как оказалась посреди всеобщего хаоса. Первые крики прозвучали отрезвляюще, заставив её инстинкты напрячься. А за ними последовали щелчки.        Чёртовы твари оказались прямо здесь. «Нора» всегда казалась надёжным местом, спрятанная под землёй и окружённая своим электрическим забором. Видимо, Элисон ошибалась. Сердце неприятно заныло от этого осознания, но она заставила себя двигаться. Стоять на месте не было смысла: ей необходимо было найти остальных, а затем решить, что всё-таки делать.        Несмотря на хаос, творящийся вокруг, Элисон старалась оставаться спокойной. Ей не впервой пришлось бы встретиться с тварями, поэтому она уверенно двинулась в сторону выхода на поверхность. Люди кричали, сбивали друг друга с ног, но она не обращала на это внимания. Сейчас они оказались в той ситуации, когда выбор вставал между собственной жизнью и жизнью других. Элисон, конечно, имела доброе сердце, однако она выживала не для того, чтобы вот так просто сдохнуть здесь. Она лавировала между ними, стараясь никак не задевать, и ни на кого не смотрела. Меньше всего ей хотелось запомнить чьи-либо глаза, которые бы приходили в кошмарах каждую ночь.         Первая сволочь появилась прямо перед ней, вынырнув из-за поворота. Элисон успела отскочить, одновременно с этим выхватив нож и метнув его в сторону противника. Конечно, так просто он бы не остановил тварь, но точно дал бы несколько секунд форы, которые были необходимы девушке.        Она вытащила второй клинок и бросилась на Скитальщика, метко попадая в голову. Для большего результата Элисон эффектно провернула лезвие, заставив тварь зарычать, а затем упасть на бетон. Замечательно. Они действительно проникли в «Нору». Оставался вопрос: каким образом?        — Элисон!        Собственное имя заставило её обернуться. Алан стоял на помосте с ружьём в руках. Лицо было испачкано в крови, которая, как она надеялась, не была его собственной. Парень махнул ей рукой, подзывая к себе ближе. Однако она не успела ступить и шага, как слева послышалось громкий вопль.       Элисон застыла на месте, медленно повернув голову. Мерзкое существо двигалось прямо в её сторону. Сморщенная кожа тут и там обвисла, покрылась дырами, открыв обзору белые кости. Когти были такими огромными, что напоминали лезвие меча, способного за один удар отрубить ноги. Вместо глаз у него оказались две чёрные дыры с вытекающей из них жидкостью. Скорнаид. Так «Крик» называл этих тварей.       Элисон захотелось блевать от одного только вида. Запах был ещё более отвратительным, поэтому она задержала дыхание, стараясь не издавать ни звука. Алан также застыл, чтобы не спровоцировать тварь, реакция которой могла быть непредсказуемой. Он не спускал прицела, готовый выстрелить в любую секунду.        Скорнаид двигался медленно, подкрадываясь к цели, которую он уже выбрал. Он перебирал своими нелепо длинными конечностями, капая вязкой слюной на бетонный пол. Зрелище было абсолютно отвратительным. Элисон бесшумно вытащила короткий нож из рукава и вздохнула, что больше напомнило лишь лёгкое колыхание воздуха, которого бы могло едва хватить для того, чтобы создать более громкий звук.        Она перевела взгляд на Алана, оставшегося таким же бесшумным, а затем резко отвела ногу назад. Шарканье её ботинка оказалось слишком оглушительным. Оно эхом разнеслось по всему периметру помещения, заставив существо зареветь в ответ.        Они двинулись друг на друга одновременно. Элисон замахнулась, в то время как Скорнаид выставил свою лапу, готовый к нападению. Элисон бросила быстрый взгляд в сторону Алана и кивнула. Она нанесла удар вслепую и вильнула в другом направлении, прижавшись к стене.        Выстрел прозвучал не менее громко, однако после него всё затихло. Горячая кровь брызнула в разные стороны, залив собой всё вокруг. Элисон почувствовала, как она сгустками капала на пол с её лица. Кто-то другой явно поморщился бы от отвращения, но девушка вместо этого сдвинулась с места. Лестницы, ведущей к помосту, не оказалось рядом, а на поиски времени не было. Поэтому ей пришлось принимать решение быстро, без колебаний.         Алан, видимо, поняв её намерения, упал на живот и вытянул руку. Расстояние было не таким уж и большим, поэтому Элисон разбежалась и прыгнула изо всех сил, вложив как можно больше энергии в свой прыжок. Он ловко перехватил её и потянул на себя, помогая подняться.         Они оба тяжело дышали, когда упали на спину на железный пол помоста. Адреналин в крови бурлил, вынуждая всё тело в буквальном смысле вибрировать. Им нужно было бежать, чтобы как можно скорее найти остальных и понять уже наконец, что, чёрт возьми, произошло. Элисон заставила себя подняться на нетвёрдые ноги и протянула руку Алану, помогая подняться.        — Неплохой ход, — со смешком сказал парень.        — Спасибо, — ответила она, а затем они рванули с места.        Люди сходили с ума. Слишком напуганные, готовые броситься на любого, лишь бы защититься. Элисон знала, каково это быть застигнутой врасплох и поддаться собственной панике, которая в этот момент играла с ними плохую шутку. Всем пора было бы уже научиться выживать, а не прятаться за чужими спинами, надеясь на спасение. Она усвоила это уже давно, поэтому сейчас полагалась лишь на себя и свои инстинкты.        Они не останавливались. В этом совершенно не было смысла. Может быть, с их стороны это было бы слишком лицемерно, ведь «Крик» всегда был тем отрядом, который спасал выживших. Однако времена менялись, вынуждая меняться и их. Они дали этим людям всё, что могли. Теперь же становилось ясно лишь одно: невозможно спасти всех, не пожертвовав собой. И никто из них не собирался умирать за просто так.        Жестоко, грубо. Возможно, бесчеловечно. Но в их время ни о какой человечности не могло быть и речи. Они хотели жить, поэтому ради жизни сейчас готовы были пожертвовать кем угодно, кроме самых близких.        Элисон вздрогнула, когда кто-то резко схватил её за руку и поволок в сторону. Она была готова отбиваться, но увидела перед собой грязное лицо Николаса. Его щеки покрылись чем-то чёрным, похожим на грязь или сажу. Местами на бледной коже можно было заметить мелкие капли крови, но она знала, что та не принадлежала ему. От одной этой мысли тело расслабилось от облегчения.        Теперь их было трое. Алан молчаливой тенью следовал за ними, в то время как Николас вёл их куда-то вперёд. Щелчки раздавались с разных сторон, заставляя каждый раз застывать на месте. Патронов было не так уж и много — это Элисон знала ещё до этого. Им пришлось потратить приличное количество во вчерашнем патруле, а в запасе оставалось ещё меньше. По одной полной обойме на каждый автомат и винтовку. Не так много, как хотелось бы, но всё же что-то.        Никто из них не спешил говорить. Нарываться на тварей сейчас было бы опрометчиво: из винтовок они имели лишь ружьё Алана. И что-то подсказывало Элисон, что зарядов в ней осталось мало. Поэтому приходилось продвигаться в полной тишине, чтобы вовремя услышать приближение существ.        Тепло руки Николаса позволяло Элисон держать себя в руках. Она чувствовала ещё большую усталость, чем прежде. На один короткий миг ей почудились те семь лет, полные голода, холода и душевного одиночества. Эта мысль оказалась такой отрезвляющей, что девушка невольно сильнее сжала мозолистую ладонь парня и ускорила шаг.         Каким-то образом им удалось обойти наиболее опасные места. Кругом всё ещё были слышны крики и мерзкое щёлканье. В воздухе пахло кровью и гнилью. На стенах встречались красные отпечатки ладоней и разводы. Красный, казалось, был повсюду. Кровь хлюпала под их ногами, когда они проходили мимо главной комнаты, устланной теперь мёртвыми телами, изогнувшихся в неестветвенных позах. Элисон была уверена, что через некоторое время это место будет кишеть тварями.        — А вот и вы!       Элисон застыла. Никогда бы она не забыла этого отвратительного голоса. Френсис был прямо за ними. В окружении своих людей. Теперь становилось очевидным то, почему твари вошли в «Нору».       — Почему же вы бежите? Не хотите говорить со мной?       Элисон развернулась быстрее, чем кто-либо успел её остановить. И лучше бы она этого не делала. Когда-то ей уже приходилось смотреть в эти чёрные глаза, но Элисон надеялась, что спустя годы смогла забыть их. Но нет. Они с Максом дружили около трёх лет, и у неё никогда бы не хватило смелости стереть все воспоминания о нём.       — Элисон? — подал голос он, заставив её плечи напрячься сильнее. На его лице появилось растерянное выражение, будто Макс не ожидал увидеть Элисон. — Я не знал, что ты здесь.       — Не хочу разговаривать с тобой, — ответила она, приложив усилия к тому, чтобы голос не дрожал. — Не о чем говорить.       Макс сделал шаг в её сторону, однако остановился, когда Алан снял свою винтовку с предохранителя и направил на него. Френсис бегал глазами между ними, а затем залился громким хохотом.       — До чего же это мило! Макси, давай сделаем то, ради чего ты впустил нас.       Улыбка моментально слетела с губ Френсиса, когда шаговцы подняли оружие и направили прямо на них. Элисон понимала: их убьют. Поэтому резко присела и вытащила пару ножей. Метнула. Попала точно в голову одного из них. Алан уже стрелял. Им открыто объявили войну, в которой они изначально были проигравшими.       Элисон быстро продвигалась вперёд. Она знала свою цель. Френсис медленно отходил назад, но от неё ему было не убежать. Удар. Лезвие ножа блеснуло в тусклом свете коридора. Хрип. Шаговец, дёргаясь, упал на пол. Она двинулась дальше. Френсис был прямо перед ней. Элисон не собиралась ждать. Прыгнула прямо на него и повалила на пол.       — Ой, поймала, — хихикнул Френсис и попытался схватить её за волосы, но Элисон полоснула его по руке ножом.       — Пошёл ты, кусок дерьма, — прошипела она и приставила лезвие к шее. Элисон наклонилась к нему ближе. — Я обещала убить тебя. Не думай, что пожалею.       Она не дала ему сказать и слова. Вонзила нож точно посередине. И провернула. Френсис забился под ней, пытаясь скинуть, но Элисон не сдвинулась с места. Вытащила нож и полоснула им по горлу, а затем поднесла лезвие к губам и кончиком языка попробовала кровь. Она не была глупой, поэтому сплюнула ему на лицо и вскочила на ноги.       Николас появился рядом в этот же момент. Бегло осмотрел тело и, кивнув, потащил за собой. Больше никого не осталось. Но теперь им приходилось уходить, потому что убийство барона им не простят. К тому же отряды уже объявили войну за стадион. Оставаться не было смысла.       Признаться честно, ей здесь нравилось. «Нора» стала первым местом, которое она могла бы приравнять к понятию «дом». Именно местом, а не человеком. Пусть это было лишь на короткое время, но именно здесь Элисон начала чувствовать себя лучше. Может быть, дело было в людях, окружающих её, однако безопасность этих стен также имела важность. Теперь же этого не было, а им приходилось сбегать.        Подъём по тёмной лестнице нельзя было назвать лучшей частью сегодняшнего дня. Они открыли дверь и вышли в солнечный прохладный день. Солнце высоко стояло в небе, словно насмехаясь над ними. Слишком яркое и жизнерадостное, оно нисколько не передавало атмосферу того, что происходило внизу.        Элисон легко дёрнула руку, всё ещё находящуюся в захвате Николаса, и подошла к перилам комментаторского балкона. Она неотрывно смотрела на жёлтый шар в небе, пытаясь понять, что хорошего в нём видят люди. Глаза обжигало от яркого света, но девушка не отворачивалась. В чём был смысл? Почему солнцу радовались, если оно было той ещё сволочью, вот так открыто насмехаясь над всеми?         Ответов никто давать ей не собирался, поэтому, бросив последний взгляд на светило, Элисон показала ему средний палец, дерзко усмехнувшись. Возможно, она сходила с ума.        — Идём, — тихо, практически в самое ухо прошептал Николас и вновь крепко схватил её за руку.        Они неспешно спустились вниз по трибунам и, нырнув под них, вышли через чёрный ход. Кругом никого не оказалось. Скорее всего, большая часть этих тварей сейчас находилась под землёй, выискивая ещё выживших. Гадать уже не было смысла.        Николас издал что-то вроде чириканья. Этот звук «Крик» часто использовал для того, чтобы собрать отряд в одном месте. Элисон несколько раз доводилось услышать и увидеть его в действии. Через минуту после этого из-за кустов появились остальные. Сантес крепко прижимал к себе Мишель, а Джексон и Руди держали носилки, на которых лежал Блейк. Все в разной степени помятости. У каждого было по два больших рюкзака, набитых припасами, необходимыми для выживания. Этого бы едва хватило на месяц, но лучше так, чем не иметь ничего. Теперь Элисон могла сказать точно: они покидали «Нору», оставляя прошлое позади.