Часть 1

Если бы вы оказались в Хогвартсе в нужное время, вы могли бы застать эту крайне неприятную сцену. Коридор второго этажа, прямо напротив уродливых рыцарских доспехов. Сейчас они оцеплены кольцом школьников — те кричат, болеют кто за кого. — Врежь ей, Бродяга! — Мочи его! «Тысяча магических растений и грибов» просто создан для таких случаев. Итак, прямо сейчас этот фолиант с тяжёлым треском опускается на растрепанную чернявую макушку. Двое пятикурсников — гриффиндорец и слизеринка — сплелись к клубок, мутузя друг друга что есть сил. Точь-в-точь кошка с собакой. Лейла Гринграсс нисколько не сожалела о содеянном. Когда их «вызвали на ковёр» (так выразился этот чертов Блэк), Лейла только хмуро глянула на врага и плюнула ему на ботинки. Он ответил тем же, и так они и предстали перед профессорами Макгонагл и Слизнортом: растрепанные, оплеванные, в рваных мантиях. Над рассеченной бровью Сириуса расползался синяк — и Лейла опять же ни о чем не сожалела. Им обоим влепили нагоняй: заставили чистить котлы за второкурсниками. Вдвоём. Без магии. Вот сволочи. Неизвестно, на что был направлен данный урок совместной деятельности, но Лейла и Сириус прекрасно общались за эти три еженедельных часа: — Гадина. — Дебил. — Змеюка сраная. Тут Лейле было нечем крыть, так что она просто швырнула в Сириуса только что соскобленное со дна котла склизкое нечто. Тот рассерженно охнул и вывалил на Лейлу содержимое своего собственного котла. Завязалась драка. Вываренные глаза угря были надёжно запиханы Сириусу в рот, прекрасные блестящие косы Лейлы блестели теперь и от размазанной по ним желчи броненосца. Наказание было продлено им до конца года. — …Змеюка сраная. — повторил Сириус. — Не напрашивайся. — отрезала Лейла. — Львом я тебя не назову, достоинство не доросло… тоже мне, нашелся альфач ебанный. Дело уже шло к каникулам, на дворе стоял май (почти лето: солнце, тепло, а они, блять, в подземелье котлы чистят). Обмен любезностями стал в конце концов рутиной. Никто уже на него особенно не обижался и в драку не лез. Ядом плевались — без этого никак. Но лично Лейла будет скучать в следующем году: все-таки было весело безнаказанно поливать Сириуса грязью — после повторного инцидента они решили не усложнять себе жизнь и открытых драк избегали. Жаль будет забыть об этих прекрасных минутах… …Впрочем, Лейла так и не забыла. Все лето только и думала, что о ебанном Сириусе Блэке. Почему? А черт его знает. По возвращении в Хогвартс Лейла только и была занята тем, что высматривала своего ненавистного. Но как ни старалась — найти не смогла. Ни в поезде, ни на банкете по случаю начала учебного года, ни в первый день занятий. Конец второго учебного дня был ознаменован трансфигурацией совместно с гриффиндорцами. Профессор Макгонагл задерживалась (кажется, кто-то из младшекурсников попал в передрягу). Ученики столпились у кабинета, ожидая, когда их впустят, и, разумеется, устроили давку. Лейла споткнулась и не упала исключительно потому, что схватилась за что-то чёрное и тёплое. — Извиняюсь. — буркнула Лейла. — Сраная змейка. — откликнулись сверху. Лейла подняла глаза. — Нихуя-се… — вырвалось у неё. Потому что это было против всех правил. Нечестно быть таким блядски красивым рядом с ней, а тем более — гриффиндорцу. Тем более чёртову Сириусу Блэку. За лето он заметно вырос и, кажется, потрудился заняться своей физической формой. И вот теперь на Лейлу хищно усмехался высокий крепко сложенный красавец с длинными чёрными волосами. Лицо Лейлы было теперь на уровне его груди — блядской груди, на которую слизеринка имела неосторожность опереться. Под пальцами ощущались перекаты мышц. — Воу, Бродяга, у тебя ещё одна красотка? — Джеймс Поттер нахально усмехнулся, появившись из ниоткуда. — Может и так. От взгляда Сириуса по телу Лейлы побежали мурашки. Девушка ощутила приятный жар между ног — и, кажется, её трусики только что промокли насквозь. — Ебанатики. — процедила Лейла и поспешила скрыться в толпе однокурсников. В голове гудел набат. Тем вечером Лейла не явилась на ужин. Спальня, которую она делила с четырьмя однокурсницами, опустела. Она осталась одна, совершенно усталая и растерянная. Ни на что, кроме «распластаться на кровати в позе морской звезды» фантазии не хватало. И все-таки, что этот Блэк себе позволяет? Лейле, должно быть, снесло крышу. Не так ли выглядит сумасшествие? На кончиках пальцев словно сохранилось фантомное тепло, как будто она все ещё касается Сириуса, чувствует жар его тела и твёрдые изгибы мышц… Лейла свернулась в клубок на постели и просунула руку под юбку. Перед глазами все ещё стоял образ Сириуса, когда она осторожно дотронулась до чувствительной кожи. Внизу живота свернулось какое-то жадное огненное существо. Оно заворчало и утробно мурлыкнуло, когда Лейла гладила свой клитор. Осторожно — вокруг, вверх до чувствительного кончика. Интересно, больно это в первый раз? Палец Лейлы медленно двинулся вниз, пока не нащупал влажную упругую щель. Лейла задержалась на мгновение, дыхание сбилось. Сириус, Сириус, Сириус. Палец чуть надавил, так что от него по всему телу разлилась сладкая дрожь. Лейла застонала. Палец медленно проник во влагалище с едва слышным хлюпаньем. Лейла текла. Сириус, Сириус, Сириус. Влажные стенки мягко обволакивали палец. Одного мало. Лейла осторожно просунула второй, тихо охнув от нахлынувших ощущений. Низ живота слегка подрагивал, Лейла закусила губу — хотелось кричать, но нельзя, услышат. Третий палец вошёл с трудом, растягивая упругое влагалище. Было непривычно чувствовать присутствие чего-то между ног, непривычно и чертовски приятно. Ощущение наполненности отдавалось в клитор волнами тепла. — Блять… — простонала Лейла. Врали те, кто говорил, что первый раз — это больно. Ничего подобного. Это охуительно. Лейла стыдилась своих чувств. Всю неделю при появлении Сириуса она опускала взгляд — боялась, что взглянув ему в глаза опять раскраснеется и потеряет дар речи. На следующей недели они опять подрались. Это вышло случайно, просто Сириус уже конкретно нарывался, и не ответить было нельзя. В процессе Лейла чуть не кончила, но этот позор, к счастью, остался незамеченным. Итак, снова кабинет зельеварения. Но теперь это было для Лейлы пыткой. Она старалась не смотреть на Сириуса, но уже того, что он был здесь, рядом, оказалось достаточно. — Молчишь, змейка? — Заткнись, псина. Сириус на мгновение замер. На его лице промелькнул страх. — Что ты сказала? — Сказала, что ты — псина. — буркнула Лейла. — Самая настоящая, осталось только отрастить хвост и залаять. Или будешь спорить? — Н…нет. — Вот и заткнись. Уебок. Сириус облегчённо вздохнул, а затем расплылся в коварной улыбке: — Шлюха. — Ого. Лейла замерла. Казалось бы — за предыдущий год они перебрались все возможные ругательства. А вот нет же: шлюхой её ещё не называли! Возможно, дело было в остатках криво сваренной амортенции, присохших к котлу, а может — в чем-то другом, но Лейла внезапно для себя спросила: — Откуда ты знаешь? — Так я прав? — …Возможно. Сириус залился смехом — ну точно собачий лай. — Знаешь, Джеймс утверждал, что ты отсасываешь за три кната в час. — Врал. Бесплатно. Но только красивым. — И прибавила после секундной паузы: — Вроде тебя. Сириус резко вскинул голову, тряхнув своими ебанными длиннющими волосами, и от этого простого жеста в трусиках Лейлы вдруг стало мокро. Она неловко встала, её ноги дрожали, а с языка почему-то сорвалось: — Блять, ещё раз ты так сделаешь… — Так? — Сириус откинулся волосы на спину, наслаждаясь реакцией Лейлы. А затем — затем, чтоб его черти отымели, Сириус подошёл к ней. Лейла отшатнулась, пытаясь сохранить дистанцию, и наткнулась на стену. Сириус был прямо перед ней — высокий, красивый. Горячий. — И что мне будет? — негромко спросил Сириус. Хриплые лающие нотки его голоса проникали в Лейлу точно волны горячего алкоголя. Наверное, она была пьяна. Да, определённо. Все, на что хватило сил Лейлы, — это ткнуть Сириуса в плечо. Жест получился неубедительным, и, черт возьми, зря она это сделала. Их разделяли какие-то сантиметра. Сириус был намного выше, Лейла отчаянно старалась не замечать, что его ладонь твердо схватила её за подбородок — но поднять голову все же пришлось. Ей внезапно стало жарко, несмотря на прохладный камень стены за спиной. Сириуса пах тёплым металлом и кострами… чем-то звериным. Лейла почувствовала, как внизу живота скручивается тугая горячая спираль. Она стиснув зубы уставилась на Сириуса, но затем поняла: эта битва проиграна. Все он понял. Лейла стиснула ладонь на плече Сириуса и медленно, точно во сне, склонила голову. Сириус, кажется, обхватил её за талию и осторожно прижал к себе. Ладонь скользнула под её юбку и осталась там, на её животе. Еще бы на пару сантиметров ниже… Лейла привстала на цыпочках, подалась бёдрами вперёд, так что пальцы Сириуса коснулись её там. Лающий смех был ей ответом. — Да ты все мокрая! — Возьми меня. — тихо прохрипела Лейла. Сириус не спешил с ответом. А затем… затем тёплые пальцы опустились ниже, коснувшись клитора, и горячая волна наслаждения накрыла Лейлу. — Ах-х-х… — вскрикнула она, дрожа всем телом. Сириус развернул её лицом к стене, точно куклу, и только твёрдая хватка на талии не дала Лейле осесть на пол. Горячие пальцы задрали её юбку и медленно, почти ласково, отодвинули промокшие насквозь трусики. От мягких прикосновений у Лейлы подкашивались ноги. — Давай уже! — простонала она. — Не могу… — Как знаешь, змейка. — он резко убрал ладонь от неё. — Не прекращай! — взвизгнула Лейла. Она замерла в ожидании. Рука Сириуса все ещё держала её за талию, но распаленная Лейла хотела большего, ей было мало… Резкий толчок заставил её вздрогнуть. Что-то горячее заполнило её влагалище — совсем не похоже на те жалкие попытки в спальне. Сириус двигался резко и порывисто, казалось, он совсем не заботился о том, каково ей, с головой отдавшись процессу. Лейла дергалась, пыталась извернуться, чтобы он проник в неё ещё глубже. Ещё… ещё… ещё… Дрожащее от возбуждение существо в животе Лейлы точно развернулось, заполняя её. С громким стоном Лейла прогнулась в пояснице, и тот же момент Сириус резко вышел из неё. Что-то тёплое и вязкое залило спину и бедра Лейлы. Вот так закончилась послушная милая Лейла Гринграсс: со стонами отдавшись гребанному Сириусу Блэку. Она нисколько не жалела. — Мог бы и в меня кончить. — пробормотала Лейла. — Успею ещё. — Ты псина, Сириус Блэк. — О. — он хитро усмехнулся. — Ещё какая.