Глава 2

— Мое желание… ммм… — Одри сделала вид, что задумалась, хотя уже давно все просчитала и точно знала, чего она хочет — иметь еще 5 желаний! — Ведьмочка, это против правил! Я ведь не джин. — Каких еще правил? Стоять в 3 часа ночи в комнате коллеги-женщины и так на нее смотреть тоже против правил, Давид. Давид вступил в эту шутливую перепалку, пытаясь объяснить Одри, что это нечестно, хотя точно знал, что не сможет ей отказать, даже если у нее будет тысяча желаний. Он готов выполнить каждое. Нет, не готов, он мечтает об этом… Тем более, если она будет так на него смотреть… Одри смотрела на него словно котенок — круглыми глазами, которые сверкают от нетерпения и нежности. Ее глаза словно проникали в самую душу, казалось, что кроме нее больше ничего не существует в этом мире. Что такое 5 желаний в сравнении с этими глазами? Это самая малая плата, которую он готов заплатить за этот взгляд. — Хорошо, кошечка, давай попробуем. Я согласен с твоим желанием. — Кошечка? Я больше не ведьма? — О, нет, Одри, ты навсегда останешься для меня ведьмочкой… Околдовала меня, не иначе. Кошечкой ты будешь только сегодня. Давиду казалось, что он выпил по крайней мере половину бутылки виски, хотя он был абсолютно трезв — сегодня был ужасно скучный день, целиком проведенный в суде. Единственное, что помогло ему прожить этот день и не удавиться от тоски — это мысли о его новой властительнице снов, целиком поглотившей его разум. Давид наконец взял ее за талию, нежно огладил так горячо желанные изгибы. Прижал к себе вплотную, так, чтобы он мог чувствовать ее сердцебиение. Остановился в сантиметре от ее губ, и, касаясь кончиком носа ее щеки, заговорил с легкой хрипотцой в голосе: — Кошечка, либо ты сейчас же озвучишь свои желания, либо я начну выполнять свои. — Это, конечно, тоже заманчиво, но сегодня я предпочту, чтобы все было так, как я хочу. — Одри сделала паузу, подняв взгляд на его глаза, походящие на невероятной красоты минералы, — поцелуй меня. Давид знал, что это будет первым желанием, ничего другого он и не мог ожидать от этой соблазнительной кокетки. Одной рукой он крепко прижал ее к себе, держась за ее талию, а второй приподнял ее подбородок. Провел большим пальцем по ее нижней губе, оттянув ее вниз, и впился в губы такой прекрасной девушки. Одри с радостью ответила на поцелуй, они оба ждали этого со дня их знакомства. Казалось, они могут вечность наслаждаться этим моментом. Поначалу он был нежным, даже целомудренным, но стоило Одри податься вперед и вжаться в пах мужчины, как Давид не выдержал, укусив ее за нижнюю губу, оттянул ее зубами, а после по-собственнически проник в ее рот своим языком. Одри издала короткий стон, и когда им обоим стало нечем дышать, они наконец разорвали этот поцелуй, который они точно не забудут. — Я слушаю твоих указаний, сладкая Одри. — Позволь мне тебя раздеть. Давид явно был удивлен этим желанием, и не особо хотел стоять перед Одри голым, пока она в одежде, но ничего не поделаешь, он согласился выполнять все ее желания. Сегодня. — Что ж, играем по твоим правилам, Ведьмочка. Начинай. Своим желанием Одри хотела смутить мужчину, однако с его лица не спадала ухмылка, и, казалось, это только больше раззадорило его. *ну ничего, сегодня я обязательно вгоню тебя в краску* — подумала Одри. Мысленно Одри благодарила Давида за то, что он в поло, а не в рубашке. Она бы не справилась с таким количеством пуговиц и точно разорвала бы ее. А вот с поло проблем не возникло. Одри провела руками под футболкой Давида, огладила его напряженный пресс, подняла руки на грудь, а вместе с ними и задралось поло - Одри нетерпеливо взяла его и подняла выше, Давид послушно поднял руки и освободился от ненужного сейчас верха. Кончиками пальцев Одри гладила тело Давида, периодически впиваясь в него ногтями. Они оба никогда не были так возбуждены. Одри опустилась на колени перед Давидом, а он следил за ней пожирающим взглядом. Он сам не понимал, как до сих пор держится. Девушка подняла руки на его ремень, с трудом справившись с тяжелой пряжкой, расстегнула его. Игриво провела по паху мужчины, услышав в ответ то ли рык, то ли мурчание. Давид гладил ее по голове, не властно, не подталкивая, нежно проводил по волосам. Он был уверен, что еще одно такое возбуждающее движение девушки, и он не сдержится и трахнет ее в рот прямо в этой позе. Но Одри это понимала и торопиться не собиралась. Она продолжала гладить его сквозь брюки, нежно, неторопливо, но в какой-то момент сама не сдержалась и быстро расстегнула пуговицу на брюках, спустила молнию и резким движением оставила Давида в одних трусах. — Я хочу сделать тебе приятно. От этих слов Давиду сорвало крышу, его глаза, кажется, стали красными? Или Одри показалось? Сейчас думать об этом совершенно не хотелось. Давид часто пользовался другими женщинами, чтобы снять свое напряжение. Его никогда не заботило, получают ли они от этого удовольствие, но с Одри все было по-другому. Он не хотел, чтобы она ублажала его всю ночь, в его голове были мысли только о ней и о том, как он делает ей приятно. Но ничего не поделаешь, он уже согласился играть по ее правилам. Придется подождать, когда она позволит коснуться ее в самых желанных местах. Это ожидание было томительным и очень приятным. Одри проследила за его реакцией, она походила на настоящую ведьму прямо сейчас, такой у нее был властный взгляд. Не дождавшись ответа от Давида, она стянула с него боксеры, аккуратно оттянув их от препятствия на пути. Казалось, время остановилось. Она смотрела на его член с вожделением, она и так была уверена, что он хорош, но что настолько… Одри даже не думала, что такие идеальные члены бывают. С приоткрытым ртом Одри посмотрела в глаза Давида, показательно сглотнула слюну, наблюдая за его реакцией. Увидев, как в нетерпении подергивается его член, она наконец прильнула к нему губами, прижав язык к головке, тщательно смачивая ее. Одри подалась вперед, медленно начала поступательные движения, помогая себе рукой. Слышать его глубокие вдохи и громкие выдохи было невероятно приятно. Он все так же держал ее за голову, но не позволял себе грубости, не направлял ее, лишь гладил волосы, периодически сжимая их. Движения Одри были такие уверенные и страстные, будто она знала все его желания. Она обсасывала его головку, крепко сжимая губы, пока ее руки быстрым темпом скользили по члену, а дыхание обжигало и так разгоряченную плоть. Давид был очень близок к пределу, пытаясь предупредить девушку, он хотел оттянуть ее за волосы назад, чтобы кончить ей на лицо, но она не дала ему это сделать – сразу же прильнула обратно, насаживаясь ртом на его член так глубоко, как могла. Поняв, чего она хочет, он не стал сопротивляться и позволил себе расслабиться. Такой желанной разрядки не пришлось долго ждать – он кончил прямо ей в рот, с протяжным низким стоном, после чего наклонился к ней, приподнял за подбородок и поцеловал без капли нежности – страстно сминая ее губы, проникая в рот теперь уже языком, и желая ее еще больше. Отдышавшись, он сказал: — С нетерпением жду последних двух желаний, кошечка. Надеюсь они будут направлены на твое удовлетворение, иначе я уже не смогу себя сдерживать. Одри не смогла сдержать хитрой усмешки, все было именно так, как она планировала. Когда они наконец смогли немного отвлечься друг от друга, оба заметили рассвет, который означал одно – через пару часов им обоим нужно просыпаться, хоть заданий на завтра у них и нет, но коллеги точно заподозрят что-то неладное, не увидев ни Давида, ни Одри утром за завтраком. — Останься со мной, хочу уснуть в твоих объятиях. — Одри! Так не пойдет. Я не могу закончить эту ночь так, мне не позволят мои манеры. — Кажется ты забыл, что сегодня выполняешь мои желания? Давиду ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Он взял ее на руки, одна рука крепко держала ее за поясницу, вторая находилась под коленками. Он сделал это с такой легкостью, как будто Одри весит не больше пушинки. Аккуратно положил на кровать и лег рядом, повернувшись к ней. — Хорошо, кошечка. Но у тебя осталось еще одно желание. — Я помню, Давид. Его я оставлю на потом. — Одри, ты настоящая ведьма! Как мне теперь уснуть, если все мои мысли заняты тобой и предвкушением? — Крепко и быстро, Давид. Я ставлю будильник на 9 утра. — Ты так жестока. – Давид постарался сказать это с максимально обиженным тоном, но у него не вышло скрыть улыбку. Они заснули очень быстро, крепко обнимая друг друга. Это была первая ночь, когда ни Давида, ни Одри не мучали кошмары.