1

Тихо, слишком тихо, отсутствие шума давит на мозг сильнее, чем любой громкий или неприятный звук. Её глаза застилают слезы. Она уже и сама не понимает, откуда у неё силы, чтобы плакать. Слишком холодно, слишком пусто, слишком одиноко, просто слишком много и слишком мало всего одновременно. По телу пробегает нервная дрожь. Сколько времени прошло с тех пор, как она что-либо говорила? Сколько времени прошло с тех пор как всё исчезло? Сколько времени она уже находится в этой бескрайней пустоте? Она помнит только боль, боль невыносимую. У этой боли нет причины и нет конца, она вызывает привыкание и преследует каждую клеточку тела и разума. Эта боль - свидетельство ее существования. В голове пусто. Ни одна мысль не бежит в её разуме. Они все мертвы, умерли вместе со способностью осознавать что-либо. Как внутри так и снаружи все пустое, и это странно: она не желает знать что-либо, она не желает ощущать что-либо, она не желает желать что-либо. Она вообще ничего не желает, или просто уже не способна желать. Она не способна, не способна ни на что. Она живет только ради самой жизни, и такая жизнь лишена своего смысла. Нет. Не так. Такое бытие - не жизнь, а простое существование. Многие говорят, что жизнь прекрасна, многие говорят, что жизнь - это дар, но никто из них не понимает страданий других, никто из них даже не пытается их понять. Их суждение - не помощь, их суждение - эгоизм, простой эгоизм, застилающий им глаза, чтобы они никогда не увидели правды. Их суждение - единственная причина, по которой они не могут жить в мире и гармонии. Бурным потоком в голову снова ударяют громкие звуки, и, на фоне них, прежняя боль теперь кажется незначительной. Мысли снова резвятся в голове, продолжая строить предложения, которые не имеют никакого смысла. Ощущения становятся всё сильнее с каждым мгновением. Она будто просыпается ото сна. Вокруг неё больше нет пустоты, вокруг неё что-то непомерно яркое. Она снова чувствует своё тело. Она снова ощущает пространство вокруг себя. Она снова рефлекторно пытается от чего-то спрятаться. Но ничего не выходит, и в голову успешно врывается чей-то голос, который она уже в состоянии распознать как конкретный звук. Вихрем врываются в скованный тревогой разум воспоминания. Вместе с памятью возвращается и чувство безысходности, причину которого она уже в состоянии понять, также как и причину своей недавней апатии. Ее отчаяние достигает предела, когда новая попытка спрятаться не получает ни малейшего успеха. "Ты вообще меня слушаешь?" - наконец слышит она, когда мозг возвращает себе способность распознавать слова. "Нет" - инстинктивно, почти срывается с её языка правдивый ответ, но мозг вовремя возвращает себе контроль и с её губ слетает такое уставшее и пустое, лживое "Да"