Глава 1 Новенькая

      Очередной школьный день не предвещал ничего нового. По крайней мере, Марике так казалось. Небо было затянуто низкими облаками. Снег, лежа немощными, грязными кучками, уже почти растаял и постепенно превращался в ручьи, стекая в огромные лужи, превращался в зыбкую кашу, хлюпающую под ногами. На деревьях ещё не распустились почки; на проталинах виднелась жухлая прошлогодняя трава. В воздухе витал запах земли, напитанной влагой, который обещал скорое пробуждение природы. Легкий ветерок нежно колебал ветви деревьев, и казалось, что сама природа вздыхает, готовясь к новому витку жизни.       Вдоль тропинок уже можно было заметить первые весенние цветы, смело пробивающиеся сквозь остатки снега и траву. Их яркие лепестки радостно контрастировали с серыми тонами, покрывающими землю всего несколько дней назад.       И Марике почудилось, что она чувствует этот переходный момент, придающий особую магию всему вокруг, так и приглашая всех насладиться скорым приходом мая и следующего за ним лета. Она предвкушала экзамены и выпускной, которые, казалось, ещё так далеко, но уже так близко.       Но все её раздумья улетучились, когда она подошла к пешеходному переходу. Автобус «Икарус» с шумом ворвался на перекрёсток, рассекая пространство и осыпая окрестности веером водяных брызг. Марика вздрогнула и отпрыгнула дальше на тротуар. Она осмотрела свою куртку. Несколько грязных капель все же попали на неё. Марика недовольно проворчала себе под нос и отряхнулась, бросая вслед «Икаруса» недовольный взгляд.       Она перешла дорогу, пересекла бульвар и прошла по прямой мимо детского сада. От дороги его территорию отделяла разноцветная сетка с облупившейся за год краской. Дети играли под присмотром воспитателей и их совсем не касалась суета внешнего мира. Марика ускорилась, посмотрев на время на дисплее телефона.       Пройдя дальше, она вышла к детской площадке, где её уже ждали подруги — сестры-двойняшки Агатка и Агнешка. Первая была на полголовы выше и собирала волосы в хвост, вторая же заплетала их в косы. На улице было уже достаточно тепло и девочки не надели шапки. Они болтали о чем-то своём, кажется, обсуждали сериал, который смотрели по телевизору.       — …если не заладиться с универом, пойду в училище на повара. Буду всех гонять и называть огузками и инвалидами, — рассмеялась Агнешка.       — Похоже на тебя, — Агатка пожала плечами, её взгляд выхватил знакомую куртку и макушку высветленных волос Марики.       Она помахала ей рукой, а Агнешка спрыгнула с качели. Как только Марика поравнялась с ними, девочки, обменявшись приветствиями и объятиями, пошли вместе.       — У вас есть салфетки? — спросила Марика. — Один кривоглазый водила обрызгал меня на светофоре.       Агатка передала ей пачку влажных салфеток.       — Спасибо. — Марика стала с брезгливым выражением лица стирать грязь. — Наехал прямо на лужу и заляпал мне новую куртку, — недовольно ворчала она.       — Может это знак свыше, что эта куртка тебе вообще не идёт, — усмехнулась Агатка и тут же попыталась оправдаться, когда Марика бросила на неё недовольный взгляд: — Что? Я серьёзно. Ты выглядишь в ней как беременная.       — Хорошо, что ты ещё была в куртке. Пани Бабинцева убила бы тебя на месте, если бы ты заляпала форму, — усмехнулась Агнешка.       — Не напоминай мне об этой карге, — нахмурилась Марика. — Старая кошёлка завалила меня на контрольной и теперь меня могут отстранить от участия на танцах. Я себе такое красивое платье присмотрела, шифоновое в цветочек, зеленого цвета.       — Где ты его нашла? — заинтересованно спросила Агатка.       — У нас в ТЦ, в «Кокосе».       — Да ну. Там прошлогодний ширпотреб продаётся. Ты б ещё в секонд сходила. Лучше сходим в новый магазин, который открылся на втором этаже. А то мне придётся пойти в мамином брючном комплекте, брр… — Агатка сморщилась и поёжилась.       — Да, ты бы видела её в нём, — рассмеялась Агнешка, ткнув сестру в бок. — Там у блузки полы свободные и такое чувство, будто она сама с беременным пузом.       — Она просто висит на мне, — ответила Агатка. — Выгляжу как огородное пугало.       — Главное, что не как плевальщица из «Left 4 dead», — усмехнулась Марика. Двойняшки тут же замолкли, не понимая, в чем шутка. Они с недоумением переглянулись.       — Нам это ни о чём не говорит, — вдруг сказала Агнешка.       — Мы кажется просили тебя про свои дурацкие игры не говорить, — сказала Агатка, слегка нахмурившись.       — Ой, да ладно вам, — отмахнулась Марика. — Что уже и пошутить нельзя?       — Шути так, чтоб нам было понятно. И не про эту мерзость с зомби. И вообще, играла бы ты во что-нибудь… не такое жестокое.       — И это говорит мне человек, который топит персонажей в «Симсе», — закатила глаза Марика.       Девочки стали обсуждать будущие занятия по танцам. Почему-то тема видеоигр и других «стереотипно-мальчишеских» увлечений стояла в их компании остро и всегда вызывала у подруг споры.       Скоро показалась школа — старое здание, в котором учились ещё родители, если не дедушки и бабушки нынешних учеников. Когда трио подруг прошло через ворота, школа приветливо подмигнула им одним из сотни глаз-окон отражённым солнечным светом, показавшимся на пару мгновений из-за пелены облаков.       Марику вдруг посетило странное чувство, будто кто-то за ними наблюдает. Когда они поднялись на крыльцо, она задрала голову и проследила взглядом по изгибу, словно старалась кого-то там отыскать.       — Что ты ищешь? — спросила Агнешка, открывая тяжёлую деревянную дверь.       — Ничего. Показалось, что у нас тут под крышей ласточка гнездо свила, — ответила она и вошла за подругой.       В коридорах было привычное оживление. Гомон нескольких десятков учеников сливался в один шумный поток, поднимался к высокому потолку и отскакивал эхом от закругленного свода, словно резиновый мяч.       Троица подруг прошла мимо группы спортсменов. Парни что-то обсуждали, пока не заметили в коридоре девочек.       — Эй! Марика! — помахал ей рукой Абель, капитан их школьной футбольной команды. — Вы придёте в пятницу посмотреть нашу игру?       — Ну конечно, почему бы и нет. Я как раз свободна в это время, — она мило улыбнулась.       — Здорово! Мы очень надеемся на вашу поддержку. У нас есть шанс на победу, — добавил он, стараясь звучать уверенно.       Марика кивнула, её губы снова расползлись в улыбке.       — Я всегда вас поддерживаю, — сказала она. — И жду не дождусь вашей игры!       — Будет непросто. Но мы сделаем всё возможное, чтобы не подвести вас, — ответил он.       — Верьте в себя, и всё получится! Я уверена, что вы можете выиграть, — Марика подмигнула ему.       — Хэй, а вы же будете выступать на конкурсе?       — Ну конечно! Вы победите в футбольном матче, мы — принесём школе первое место на конкурсе танцев.       Девочки пошли дальше. То и дело они обменивались по дороге фразами с другими группами ребят из параллельных классов. Смех и разговоры заполняли коридоры школы. Девочки смеялись, игриво подшучивая друг над другом и знакомыми.       Вдоль стены тянулся ряд деревянных шкафчиков. В прошлом, когда школа была ещё закрытым пансионатом для девушек, воспитанницы хранили в них форму для прогулок и зонты. Нынешние ученики также держали в них уличную и сменную обувь, учебники с тетрадями и верхнюю одежду, если не сдавали ее в гардероб. Девочки подошли к своим шкафчикам, продолжая весело щебетать, и стали складывать свои вещи.       — Кстати, я вчера слышала, как пани Ковальски говорила, что к нам, вроде как, перевели новенькую, — между делом сказала Агатка.       — Да ну?! В наш класс? — удивилась Агнешка.       — Как будто что-то поменяется, — закатила глаза Марика. Делая вид, что ей всё равно, она стала расчесывать осветлённые локоны. Хотя на самом деле от этой новости у нее почему-то затрепетали поджилки и засосало под ложечкой.       — Ну, по крайней мере будет кому сидеть за первой партой первого ряда, — усмехнулась Агнешка.       — Ага, будет за кем прятаться на контрольных по алгебре, — рассмеялась Марика, закрывая дверцу шкафчика.       Стоило ей сделать несколько шагов, как она тут же столкнулась с кем-то и отшатнулась назад. Двойняшки застыли позади неё. Марика поправила волосы и недовольно фыркнула.       — Эй, смотри, куда идешь!       Она бросила на виновницу раздраженный, полный отвращения взгляд и, казалось, ждала, что та извинится. Она смерила её оценивающим взглядом и отметила, что девчонка ей незнакома. Видит она её впервые. Сразу было видно, что выданная ей школьная форма сидит не по фигуре.       — Ох, прошу меня извинить, — сказала виноватая ученица, слегка кивая.       Марика приподняла бровь, снова оглядывая незнакомку с ног до головы, прежде чем скрестить руки на груди. Гнев немного поутих и в голове Марики промелькнула мысль, что возможно девчонка перед ней — та самая новенькая, о которой подружки только что говорили. «Вспомнишь лучик — вот и солнце», — подумала Марика и снисходительно ответила:       — Так-то лучше. Постарайся быть осторожнее в следующий раз, хорошо?       — Эм… Ну… Хорошо, — ответила новенькая. — Я просто искала свой шкафчик? Можешь подсказать, где двадцать первый?       Марика закатила глаза, явно не в восторге от того, что ее попросили о помощи.       — Иу, ты серьезно? Он прямо здесь, — она показала пальцем за спину на пустующий шкафчик с наклейкой «№21». — Так значит ты новенькая, так? Я раньше тебя не видела тут.       — Ну да, мой первый день. Это так заметно? — она снова неловко улыбнулась.       Марика слегка усмехнулась, выражение ее лица по-прежнему оставалось снисходительным.       — О, определенно. Ты выглядишь как рыбка, которую запустили в чужой аквариум. — Она прислонилась к шкафчику рядом, слегка прищурив глаза, когда говорила. — Итак… как тебя зовут, новенькая? Или мне следует называть тебя просто «свежее мясо»?       — Ох, нет, меня зовут Аня. А тебя? — простодушно ответила та, держась за лямки рюкзака.       Марика издала легкий смешок, снова глядя на неё. Вид Ани, одетой в полную школьную форму из рубашки, кофты с короткими рукавами и форменные брюки, казался ей слегка нелепым. Особенно забавно смотрелся на новенькой фирменный бант прямо под подбородком с эмблемой школы на нижней ленте. Большая часть учеников школы не носила этот бант в будние дни и надевала только на официальные случаи. А когда мероприятие кончалось, спешили побыстрее его снять. И Аня сильно выделялась в общей массе.       — Я Марика. Ударение на «и»! — она сказала это прямо, как будто ожидала, что она уже знает, кто она такая. Она представила подруг: — Это Агатка и Агнешка. Не путай. Итак, А-ня… — произнесла Марика слегка насмешливым тоном, — Откуда ты переехала? Ты ведь явно не местная, не так ли?        — Брата направили сюда по работе, а раньше мы жили в Магнитошахтинске.       Выражение лица Марики изменилось, в глазах появился намек на любопытство.       — Да неужели? Ещё один детёныш военного?       — Нет, он просто на заводе работает. Оператор какого-то навороченного станка. Но он был в армии.       — Фабричный работяга, да? — усмехнулась Марика. — И какой он? Он, типа, супер крутой и страшный или что-то в этом роде?       Теперь она будто поддразнивала. Аня же только растерянно захлопала глазами и подошла к своему шкафчику.       — Он обычный.       — Ну, это скучно. — Марика выглядела слегка разочарованной, явно ожидая более драматичной реакции. — Я думала, что ты опишешь его, как в боевике, или что-то в этом роде…       — Жизнь отличается от фильма. Но он действительно довольно сильный.       Аня всё ещё отвечала очень сдержанно, пока доставала учебники и тетради из рюкзака. Марика же снова приподняла бровь и на этот раз казалась слегка заинтригованной.       — Да неужели? Какое он получи звание, пока был в армии?       — Я не помню. Вроде бы младший сержант, — Аня слегка поджала челюсть.       — Хм, так он не такой уж важный или что-то в этом роде. Просто немного ниже офицерского уровня, так? — Марика пыталась казаться невозмутимой, но на самом деле была удивлена. Она замолчала на мгновение, пытаясь придумать, что еще сказать, но потом просто покачала головой. — Ну, просто не хвастайся своим братом перед людьми, хорошо? Это не принесет тебе никаких очков. И не жди особого отношения только потому, что он суровый работяга. У нас тут не принято хвастаться роднёй.       В ее голосе слышались язвительные нотки, она явно пыталась изобразить превосходство. Хотя интерес, который Марика пыталась отрицать, не давал ей покоя.       — Но ты сама меня о нём начала спрашивать, — удивлённо заметила Аня. Марика закатила глаза, раздраженная тем, что ее окликнули.       — Да, я спрашивала о нем, я просто поддерживала разговор. Вообще-то мне плевать или что-то в этом роде. — Сказала она, пренебрежительно махнув рукой, но потом спросила: — Насколько сильный? Типа, сколько отжиманий он может сделать или что-то в этом роде? — спросила она и наклонилась ближе, теперь уже с неподдельным любопытством.        — Я не знаю, правда. — Аня слегка нахмурилась. Неуместный, как ей показалось, интерес к её брату постепенно начал её раздражать.       Видя это, двойняшки постепенно стали отходить в сторонку для собственного блага. Марику замешательство и раздражение новенькой только забавляло сильнее. Ей стало любопытно — насколько далеко она сможет зайти.       — Ой, не надо так ревновать, — поддразнила она, легонько ткнув Аню в руку. — Мне просто интересно, что за страшный у тебя брат-заводчанин.       — Он вовсе не страшный.       — А судя по тому, как ты реагируешь, всё наоборот, — сказала Марика и на ее лице появилась ухмылка. — Это так? Боишься, что он тебя накажет или что-то в этом роде?       Аня захлопнула дверцу шкафчика. Звук получился глухой, будто без удара, и совсем не произвёл желаемого ей эффекта. Марика хихикнула, удивленная ее реакцией.       — О, похоже, я задела за живое. Он строгий, не так ли? — всё не отставала она, словно надеялась, какую ещё штуку выкинет эта странная новенькая, чтобы потом дразнить её ещё больше.       Аня развернулась к ней лицом. Она была довольно близко. В карих глазах блеснуло что-то опасное. Её брови были сдвинуты и Марике казалось, что она может увидеть каждую складочку на ее лице.       — Тебе какая в жопу разница? — отчеканивая каждую согласную, процедила Аня.       Глаза Марики расширились от шока из-за такой внезапной смены тона, она часто заморгала. У неё чуть не отпала челюсть. По лицу пошли красные пятна от возмущения. Она не ожидала, что с ней будут разговаривать подобным образом.       — Эй, следи за своим языком! Ты не можешь так разговаривать со мной просто потому, что тебе захотелось… — Сказала она обиженным тоном, явно не привыкшая, чтобы с ней разговаривали свысока. — Я вообще-то одна из лучших учениц школы! Меня каждая собака знает!       — Почему мне не должно быть плевать? — спросила с вызовом Аня, вскидывая бровь и набрасывая рюкзак на плечи.       — А то, что тебе лучше быть со мной в хороших отношениях, если хочешь дожить до выпускного, — уставив руки в боки, ответила Марика.       Аня шагнула ближе, слегка наклонив голову.       — Угрожаешь мне? — полушёпотом спросила она.       У Марики вдруг по спине пробежался холодок. Непонятное чувство тревоги перед новенькой было совершенно незнакомо ей и непривычно, тем более, что в школе большая часть учеников и учителей чуть ли не боготворила её.       — Смотри у меня, — бросила ей на последок Аня и встряхнула рюкзак.       Пару мгновений Марика стояла на месте и пыталась осознать, каким образом смогла подействовать на неё новенькая, что она ощутила дрожь в коленях. Но придя в себя, она отбросила всё в сторону и присоединилась к подругам, которые оглядывали проходящую мимо них Аню.       — Да уж… Вот тебе и новенькая, — сказала Агнешка, подталкивая Марику локтем в бок.       — Свежее мясо… — фыркнула Марика.       — Она выглядит как настоящая ботаничка… — с усмешкой добавила Агатка. — Видела, как она одета?       — Спорим, она думает, что она думает типа, типа она «не такая как все», — продолжила Агнешка.       — Да, это точно, — усмехнулась Агатка. — Она похожа на персонажа из старого учебника по биологии.       — Скорее на нашу биологичку, пани Зотову? — добавила Агнешка, зная, что это поднимет настроение подругам.       — Спорим, она будет плакать в туалете уже через неделю, — сказала Марика.       — Через пару дней.       — Завтра же.       Девочки весело рассмеялись, украдкой бросая взгляды на отдаляющийся Анин силуэт. Но хоть Марике и было весело, глубоко внутри неё что-то зашевелилось, вспоминая новенькую. Что-то с ней было явно не так, но что конкретно, она пока не могла для себя объяснить. Она невольно посмотрела в окно. Высокая рама уходила далеко в потолок. На голых ветках сидела стая ворон. В этом году их было непривычно много. Даже больше, чем грачей и скворцов.