༺ 【 •⊱ Полный. ⊰• 】Тед Фаро/Ольга Фаро.

━━━━━━━》❈《━━━━━━━

【 •⊱ Полный. ⊰• 】

                                   «Достаточно и малого словца,

Чтоб страсти грозным вспыхнули пожаром, И одного хватает подлеца,

Чтоб жизнь для многих сделалась кошмаром».

                            ©Гамзат Цадаса.

__________________________________________________________________ 2074 год после Чумы Фаро/Через 2 месяца после начала Апокалипсиса.       Тед сидел на своем стуле с высокой спинкой с унылым, задумчивым выражением лица. Казалось, он был чем—то занят, глядя на стол серьезными глазами. Он не обращал внимания на голографическую проекцию жены, которую проецировала станция на столе. С момента звонка она не проронила ни слова, а просто стояла и жалостливо смотрела на мужа. Теду это надоело, и он резко поднял глаза. Ольга невольно вздрогнула от столь тяжёлого взгляда.       — Зачем ты позвонила, если ничего не говоришь? — яростно прошипел Теодор, впиваясь нестриженными ногтями в дорогую чёрную кожу. — Ради чего ты мучаешь меня уже несколько минут, Оля?       — Я...не знала, как сказать...как начать разговор... — заикаясь, пролепетала женщина, обнимая свои плечи и опуская взгляд. — Ты ведь знаешь, что я в командировке...       «Пекин. — молнией бьёт название в голову Фаро. Вся его злость мигом проходит, выворачивается наизнанку, становясь страхом. Обыкновенным страхом, ужасом. — Миротворцы... Нет!»       Он и так не видел любимую несколько месяцев из—за её вечных отъездов и его бумажек, а теперь Тед понял, что, похоже, не увидит её никогда. Теодор Фаро увидит Ольгу лишь на фото, да и то, если его Визор не сломается. Новый взять будет уже неоткуда — опасно. Тед сгорбился, расслабил тело. Ему не было так больно с тех пор, как умер отец.       «— Оль,... — мужчина медленно вытянул руку к щеке Ольги, но коснулся лишь воздуха в проекции. По щеке Фаро прокатилась скупая слеза. Ольга же, казалось, готова была разрыдаться. — Оль,... Оль, прости пожалуйста! Прости, прости, прости идиота!»       Теодор свалился с кресла, сильно ударился челюстью о столешницу, но всё же встал на колени, не дотрагиваясь до больного места, и в молящем жесте сложил руки. То место, где болело гораздо сильнее Теодор Фаро не мог погладить.       Ольга всхлипнула, но ни одной слезинки не выкатилось. Ей было больно так же, как и ему, если не больнее. Мало того, что она умрёт не самой приятной, ужасной, смертью, так не сможет увидеть мужа и никто даже праха её похоронить не сможет. Это было сложно принять, признать, но Ольга не показывала слабости. Рядом с ней на военной базе сотни людей, и она не хочет наводить на них ещё большую апатию. Начнёт плакать она — станет ещё кто—то, а затем ещё и ещё, пока вся база не заполнится криками и плачем тысяч выживших, которым суждено умереть.       — Тш—ш—ш. — тихо прошипела Ольга, так же садясь на корточки. — Не надо, милый. Ты сделал всё, что мог, чтобы не допустить этого. Военные заставили тебя удалить бэкдоры, наняли человека, создавшего «Чёрный Кварц». Ты лишь сделал оболочку, любимый, а остальное сотворили те, кому наплевать на человеческую жизнь... Ты предупреждал, что так будет.       — Мне нет оправдания. — сокрушительно произнёс Теодор, утерев слёзы. Глаза он стыдливо опустил, как нашкодивший пёс. Только поджатого хвоста и прижатых к голове ушей не хватало. — Мне нет прощения. Я не достоин твоей любви и заботы, Оль. Такие кретины не заслуживают вообще ничего!... — Тед притих. — А ведь меня через пару дней транспортируют в «Фивы», в этот дурацкий бункер, где я буду жить остаток дней без тебя, в полном одиночестве и боли. Я это заслужил, а ты подобного ужаса — нет.       — Не переживай, Тедди. Мы в любом сл...учае встретим...ся в ин...ом мире...       Связь прервалась. Проектор погас. Фаро в тихом ужасе взирал на потухшую лампочку. Всё. На этой ноте и закончила существование Ольга Фаро, которую никогда не похоронят по—человечески.       И во всём этом виноват он, что бы она не говорила. Имя Теодора Фаро останется в памяти потомков, как имя человека, уничтожившего мир...