༺ 【 •⊱ Огонь. ⊰• 】Джон Дейви Харрис и Тильда ван дер Меер.

━━━━━━━》❈《━━━━━━━

【 •⊱ Огонь. ⊰• 】

                                   «Не всякий огонь есть свет. Ибо свет — истина, а огонь может быть вероломным. Вы думаете, что он освещает, а он испепеляет».

                            ©Виктор Гюго.

__________________________________________________________________ 2068 год до Чумы Фаро/За 5 лет до вылета к Сириусу.       Джон болел. И болел серьёзно. В простонародье эта болезнь называлась «звёздной», а по факту являлась обыкновенным нарциссизмом. Больной никогда не признает, что он болен, так и доктор Харрис не считал себя излишне высокомерным. Он просто был гением, был одним из тех редких огней, которые зажигаются раз в тысячу лет, но, увы, быстро сгорают. JDH же планировал гореть вечно. Так как доктор Харрис довольно давно является членом инициативы «Дальний Зенит» и самым близким человеком для Освальда Далгаарда, то у него есть некоторые преимущества перед остальными: больше доступа в некоторые помещения, большее количество информации и, конечно же, он первый, не считая Освальда, в очереди на «прививку от всех болезней и смерти», но последнее её достоинство Джона не особо и волновало. Мироходцы бессмертны — это факт, но всё равно уязвимы перед болячками вроде туберкулёза, сибирской язвы, рака или склероза, Альцгеймера и подобным им заболеваниям. С этой прививкой ничего Дейви страшно уже не будет. Но его нарциссизм она исцелить будет явно не в силах.       JDH сидел в кресле на базе «Дальнего Зенита» со, чтобы как—то спастись от тишины, вставленными в уши Airpods с орущим «Золотым петушком» да с чашкой кофия, чтобы не заснуть. Он сидел в этой лаунж—зоне уже минут двадцать, так как Освальд, к которому и пришёл Дейви Харрис, отчего—то решил прогуляться пешком, а не вызвать аэротакси. Когда JDH об этом сообщила Персефона Лацес, секретарь Далгаарда, то доктор чуть ли не, говоря русским языком, спалил к чертям контору, благо миленькой Персефоне удалось утихомирить доктора Харриса, напомнив, что если парень это сделает, то уничтожит и сыворотку от болезней. Дейви сжигать ничего не стал, но сказал, что если подобное ещё раз повторится, то он спалит точно всё.       Джон Дейви Харрис отпил из чашки и запрокинул голову назад. Очки чуть сползли. Мироходец цокнул языком. Нет, ну сколько ему ещё ждать? Минуту, пять, десять?! Куда пропал Осви! Дейви мог бы сидеть и пользоваться этим временем для разработки автоматонов, да, но ему было так лень этим заниматься именно сейчас, поэтому парень и пытался думать о другом, опьянённый творчеством русских классиков. Они всегда его на что—то вдохновляли. В этот раз с пьянством было туговато. Ни в каком состоянии эйфории Дейви не пребывал, следовательно, думать тоже не получалось. Вот здесь и сейчас ему бы очень пригодился Саванна. Чесать его за ухом было приятно и довольно успокаивающе.       JDH резко встал, отбросил чашку на пол и сделал колесо. Потом ещё одно, постоял на голове. Его начал раздражать «Золотой Петушок».       «— Искра, включи «Лебединое озеро» Чайковского».       Теперь в наушниках играл Пётр Ильич.       «— А, нет, выключи, выключи!» — замахал руками Джон. Балет Чайковского замолк. Дейви встал на ноги, выпрямился и поправил шарф.       В ту же секунду дверь в лаунж—зону распахнулась и в неё вошёл ещё один предполагаемый посетитель Освальда Далгаарда.       — Ба—а—арби, какая встреча! — Дейви улыбнулся во все белоснежные зубы и раскинул руки в приветственном жесте. — Узнала, что я тут, и решила проведать? О, это так мило с твоей стороны, куколка. — мироходец подскочил к Тильде, оказался позади и приобнял её за плечи. Доктор ван дер Меер оскалилась.       — Scheer de schapen, maar vil ze niet, John. — сквозь зубы проговорила женщина, осторожно сбросив с плечей чужие руки.       — На английском повторить слабо?       — Ты всё прекрасно понял. — ответила Тильда ван дер Меер, немного отойдя и повернувшись, сложив руки на животе. — Вынуждена признать, на этот раз твоё самомнение оправдано. Я пришла к тебе.       — И с чего такому гениальному мироходцу, как я, тратить время на ничтожество, подобное тебе? — доктор Харрис скрестил руки на груди и серьёзно, брезгливо произнёс эту реплику.       — Мы оба можем поиметь выгоду. — легко сказала Тильда, пропустив колкость JDH мимо ушей. — Такую возможность ты точно упустить не захочешь.       — Если ты про сыворотку, то не прокатит. Я и так её получу. Тильда шумно выдохнула и подошла к креслу, села в него и закинула ногу на ногу. Дейви больше никогда туда не сядет. Доктор ван дер Меер жестом пригласила мироходца занять противоположное. Джон Дейви ухмыльнулся, наколдовал себе мешок в чёрно—оранжевую клетку и плюхнулся в него.       «Упрямец». — подумала Тильда, но доброжелательно улыбнулась.       — Всё же мне удалось тебя заинтриговать.       — Не будь столь самоуверенна. Ни черта тебе не удалось, Барби, но, так как мне скучно, я готов тебя выслушать. — пожал плечами Джон, сняв очки.       — Хорошо. Перейдём к сути. — кивнула женщина, сложив руки на колене. — Освальд говорил тебе об отсеивании?       — Ага. Мол желающих много, а места не особо.       — И тебе известно о том, что твой брат попал в этот список?       — Не неси ерунды! — прыснул Харрис, однако, немного напрягся. Всё же у Тильды больше возможностей достать подобную информацию. — Я же чётко выдвинул требования, разве нет?       — Не ты один. — выдохнула голландка, посмотрев на свои ногти. Она снова подняла глаза. Взгляд стал гораздо серьёзнее. — У меня тоже на «Одиссее» было припасено местечко для кое—кого, но этот кое—кто упёрся и отказался лететь...       — И это доктор Собек. — смекнул Джон, сложив руки в перпендикулярный земле треугольник.       — Не она. — Дейви удивился. — Жаль, конечно, что Элиз остаётся здесь, но не настолько, как Кристель. Да, пусть я и не пылаю к ней особой любовью и привязанностью, но, — Тильда усмехается и чешет подбородок. — она единственный дорогой мне человек. Кристель любит меня, но Землю любит больше. Я хочу, — доктор ван дер Меер странно—умоляюще взглянула на JDH. Парень фыркнул. — чтобы ты сделал её копию, как делал прежде со своей сестрой...       — Не смей. — разозлившись прошипел Джон, вскакивая с кресла и подлетая к Барби. Он готов был её придушить прямо здесь и сейчас. — Не смей упоминать Сашу, особенно равняя её с кем—либо из твоих поганцев!       — Виновата, признаю. — немного скучающе произнесла Тильда ван дер Меер. Внутри у неё всё сжалось от страха. — Я не должна была говорить подобное.       — Но сказала, Барби. Что ты можешь сделать такого, чтобы вытащить Ло из списка отсеивания? — Джон отстранился и скрестил руки на груди.       — Взломать систему, переписать данные и вот, твой драгоценный брат летит с тобой к светлому будущему.       — Идёт. — мрачно отвечает доктор Джон Дейви Харрис и, разверачиваясь на носках, покидает женщину.       Доктор ван дер Меер, нисколько не угрызённая совестью, ухмыляется.       Она поняла, как можно делать огонь ручным.