Извините, что?

Мы ехали в машине уже около часа, и я уснула. Мне снились те картинки, которые я видела, пока была мертва. Немного неуютно так о себе говорить, бр. Все было хорошо, картинки сменялись картинками, события - событиями, но после каждой сцены ко мне подходил отец и что-то пытался сказать - я не слышала. Сцена пропажи матери со мной на руках - я плачу. В этот раз отец смог ко мне подойти, он стоял рядом и смотрел, как событие постепенно мутнеет, а потом исчезает вовсе. Папа повернулся ко мне, заглядывая в красные от слез глаза. Может он искал там ответы на свои вопросы, а может нет, но это всего лишь сон. Может все эти события всего-навсего сон? Может я перегрелась на солнце или перепила, вот и снится всякая дребедень? Подруга бы посмеялась с меня. — Все таки... — заговорил мужчина, — Рано. Все резко помутнело, и я оказалась нигде. Тут было все и не было ничего. Я все видела и не видела всего. Я подскочила на пледе, распахивая глаза и пытаясь отдышаться. Огляделась по сторонам: все то же озеро, те же друзья, я на пледе, где сидела с Пэт, все как было. А почему должно было быть что-то другое? С чего я решила, что все не так, как надо? Что мне снилось? — Сэмми, — меня хлопнули по спине, — ты чего вскочила? — А, — помотала головой, морщась, — Что-то странное приснилось. — Что? — Не помню, — помассировала виски, — Пэтти, сколько времени? — Ты проспала всего полчаса, так что не волнуйся, — она посмотрела на часы телефона, — Сейчас всего двенадцать. Встала на ноги и прохрустела всеми конечностями, как же приятно. Раз не помню, что снилось, значит что-то не суть важное. Опять мозг какую-то фигню сморозил. Посмотрела по сторонам - все заняты своими делами - но что так гложет душу? Будто чего то не хватает, но при этом все есть, ведь я в компании друзей, дома ждет приехавшая за три версты мама, я получила диплом, что еще нужно? Нужно. Подошла к Рею, чтобы помочь ему поставить мангал для шашлыка и жареных сосисок, которые было трудно достать. — Проснулась? — не отвлекаясь, спросил парень. — Ага, помочь? — Да, подавай пожалуйста части. — Ок. Мы быстро вдвоём собрали мангал и положили туда угли, чтобы развести огонь. Когда пламя занялось, я прошествовала к Пэт, а Рей к пацанам, что-то обсуждая. Подруга поднялась с пледа, кряхтя словно бабка старая, я же как настоящая подруга стояла и ржала с того, как она упала при первой попытке поднять свою жопу с насиженного места. — Ну ты, — прошипела она, подходя ко мне, — Вот превращу тебя в... — Котенка? — подала ей идею сквозь смех. — Жабу! — Мне так мама угрожает, — помотала головой, — Так что давай что-нибудь другое. — В... — она огляделась по сторонам, — В пиявку! — Оо нет! — приложила руку к сердцу в притворном страхе, — Как страшно! — Так то! Мы посмеялись и двинули в сторону парней, жаль не наших. У меня был неприятный опыт в отношениях, узнала, что мой молодой человек изменяет мне, и мы без истерик разошлись, но потом та девушка, с которой он изменял, бросила его, он пытался ко мне вернуться, но я не согласилась, так он убил ту девушку, а потом убил себя, записанное видео отправилось мне. Я потом долго отходила, даже пришлось к психологу обратиться. У Пэт же было несколько парней, но после последних отношений она решила, что лучше будет с женским полом встречаться, призналась мне, и пыталась подкатывать ко мне, но тогда случилась та ситуация, и она прекратила это, понимая, что пока я сама не захочу отношений, то не надо лезть. Мальчики фотографировались на фотоаппарат, который оказывается был у Пэт, строя разные рожицы и смеясь с этого. — Хэй, — позвал нас Фин, — Улыбочку! Я запрыгнула Пэт на шею, чего та не ожидала, и улыбнулась во все тридцать два. — Сэм, это было не честно! — когда нас сфоткали, воскликнула подруга. — Было бы честно, если бы ты мне на спину запрыгнула? Мне она еще нужна... — Могла предупредить! — Тогда бы не было хорошего кадра, правда, Фин? — Да, — кивнул он, — Получилось просто прекрасно! Потом мы прыгали в воду, играли, брызгались, пили, ели, фотографировались, даже заставили поцеловаться Рея и Ника, чтобы потом от них убегать по всей поляне. День прошел просто замечательно, и мы с Пэт довольные поехали домой. Сегодня она переночует у меня, хотя уснем мы только под утро, нам надо ещё обсудить всех и вся. — Сэмми, — протянула подкатывающаяся подруга. — Ммм? — протянула я. — Как мама поживает? — Чего? — откуда такой вопрос, — Отлично. Мы подходили уже к дому, как я заметила просто офигенную машину, но внимания ей не уделила, мало ли у кого какие вкусы? Я открыла входную дверь и прошли внутрь, снимая обувь и кидая рюкзаки прям у двери. — Иди на кухню, там что-то найдёшь, а я скажу маме, что мы вернулись, — сказала я заплетающимся языком. Пэт угукнула и прошла в сторону кухни. Я же пошла на второй этаж в гостиную комнату, где обычно ночевала моя подруга, но сейчас остановилась мама. Подошла к двери и постучала, но ответа не последовало. Постучала еще раз, она обычно в это время еще не спит. Опять никто не ответил. Тогда я совершила ошибку, хотя мне все равно пришлось бы это увидеть. — Мам? — тихо отворила дверь, заглядывая внутрь. Первым делом взгляд упал на кровать, там никого не было. Тогда я открыла дверь полностью и увидела это. — Аааааа! — закричала, что есть мочи, — Мама! На одном из крючков для гамака висела верёвка, а на ней моя мать. Глаза были открыты в немом ужасе, рот тоже, а на пол падала кровь с ее живота, рядом на стене была какая-то надпись. — Сэмми? — в гостиную вбежала Пэт, — О боже... Я как завороженная смотрела на когда-то еще счастливую маму, вспоминала, как она вчера радовалась моему получению диплома и значка FBI, как мы вместе кушали, разговаривали, а теперь этого всего не будет, ничего не будет. — С.. Сэ... Сэм! — меня схватили за плечо, разворачивая к себе, — Идем на улицу, я позвоню в полицию. Меня накрыла безудержная истерика, тело не хотело двигаться, никак, оно будто окаменело. Я смотрела в одну точку за спиной Пэт, но потом все же развернулась и опять посмотрела на маму. Надпись на стене гласила: "Нашел". Кого нашел, что, в смысле? — Саманта Шэбиан! — меня насильно начали толкать в сторону выхода, — Сейчас ты ей ничем не поможешь! — Ей уже никак не помочь! — вспылила я. Но на улицу мы все же вышли. Прямо так, не накидывая никакой верхней одежды, обуви, тапочек, одеял, просто так и вышли. Я уже была трезва, как стёклышко. Алкоголь выветрился, как только я увидела мать, подвешенную под потолком. По щекам текли неудержимые слезы, нос заложило, дышать было трудно. Даже через такой заложенный соплями нос я почувствовала запах гари и обернулась на дом - горел. Огонь распространялся из гостиной комнаты. Истерика окатила меня с новой силой, теперь даже хоронить не чего. — Аааааааа! — закричала с новой силой, сдерживаться не могла, — Мама, мамуля! — Сэмми, не смотри, не надо, — пыталась отвлечь меня подруга, утягивая в свои крепкие объятия, — Скоро приедут нужные службы... — Мама...нет, пожалуйста, за что?! — продолжала кричать я, — Она же ничего никому не сделала! — Это самоубийство, Сэм, — сказала какую-то чушь Пэт. — Нет, нет, нет и еще раз нет! — оттолкнула ее от себя, — Ты не видела? Почерк на стене не ее, табуретка справа, хотя она левша, надрез она бы никогда не сделала, ей незачем совершать это, а поджог? — Следов взлома не было! Я вздрогнула и посмотрела на нее как на предателя. Она же училась вместе со мной, она должна понять... И да, на двери действительно не было следов, но окно, его я не проверяла, да и сейчас уже бесполезно. — Тебе не понять... — тихо мотала головой из стороны в сторону, — У тебя все живы! У меня сначала убили отца, когда мне было пять, пять лет! А теперь маму... Ее тоже убили, а потом что? Потом убьют вас? Из моего рта вылетали бессвязные слова, я сама не понимаю, что несу, с чего я решила, что потом убьют и моих друзей? — Сэм, это было самоубийство... — продолжала настаивать на своем Пэт. — Нет! — не желаю ее и слушать, — Это не самоубийство! Почему ты мне не веришь? — уже тише добавила я. — Потому что ты сейчас не в себе... — Это ты не в себе! — снова закричала я, — Со мной все в порядке, и это было не самоубийство! Пэт посмотрела на меня с сочувствием в глазах, как будто я псих, сбежавший из отделения для буйных. На какую-то долю секунды мне показалось, что её глаза стали прям черными без намёка на белок. — Что произошло? — к нам подбежала двое мужчин, лиц которых я не видела из-за слез. — А вы кто? — настороженно спросила Пэт, заводя меня себе за спину. — Агенты FBI, — они достали значки, — Купер и Смит. — Мама моей подруги совершила самоубийство, — ответила им Пэт. — Это было не самоубийство! — крикнула я, смахивая слезы с лица. — Что вы имеете ввиду? — спросил тот, что повыше, Смит, вроде. — Не слушайте ее, — проговорила Пэт, — Она сейчас не в себе. — Ты не в себе! — оттолкнула ее в сторону, — Говорила, что вызвала нужные службы, а их нет, хотя приезжают они быстро, утверждаешь, что не было следов взлома, хотя видела только дверь, утверждаешь, что это самоубийство, хотя я тебе уже объяснила, почему это не так, а теперь еще и глаза стали чёрными на долю секунды, и это я не в себе?! — Отойдите от нее, — низкий указал на меня, показывая, чтобы я отошла от Пэт. Я возмущаться не стала, все равно на Пэт я сейчас обижена, из-за нее у меня дом сгорел, так как она никого не вызвала. Как только я отошла на приличное расстояние, около двух метров, глаза подруги почернели полностью и теперь больше не возвращались к прежнему виду. — Винчестеры, — пропела она, — вечно вы там, где не нужны... — Пэт? — тихо спросила я, — Что ты делаешь? — Это уже не твоя подруга, — прошипел Купер, хотя... Я уже лучше пригляделась к двум агентам, насколько это возможно в темноте. Винчестеры? Те самые? Но как... В смысле? Голову прошибло болью, и я упала на колени. В голове стали мелькать картинки, как я прыгнула в воду, выплыла в море, потом все закрутилось, белая ткань, звонок, машина, папа... Меня резко отбросило в сторону, к дереву, прибивая к стволу и не отпуская. — Эх, — ко мне начала подходить Пэт, — Саманта, Саманта... Твой отец хорошо постарался, пряча тебя.