Часть 7. Бездомный ребенок больше не бездомный

Настал тот день, когда Монома должен был съехать. Тога с радостью помогала собирать его немногочисленные вещи, а Изуку скучающе наблюдал за ними. Он организовывал все это в течении двух недель, помогая детективу искать подходящую семью. Из проверенных вариантов были некоторые герои, а также опека UA. Но Изуку настоял на том, чтобы Моному именно усыновили. Это был долгий процесс. Хорошо, что у героев, работающих в UA, есть специальная лицензия, благодаря которой они могут в ускоренном режиме приютить ребенка. Детектив Тсукаучи спросить директора Незу, кто может взять ребёнка. Первой вызвалась Полночь. Изуку решил, что это вполне подходящий человек для Нейто, поэтому одобрил усыновление. И вот настал этот момент. Монома наконец-то съедет, а значит, жизнь вернется в привычное русло. Также Изуку уже предположил, что Тсукаучи захочет опросить Моному, ведь тот знаком с Вампиром и может помочь в расследование. Но он вероятно не сможет вытащить из Мономы хоть что-то. По крайней мере, Мидория на это надеется. Еще он надеется, что они с Нейто больше не пересекутся, ведь тот хочет поступать в UA на геройский курс. Тога и Шинсо тоже… Да у Изуку талант собирать вокруг себя будущих героев. – Мы все! – сообщила Тога, оказавшаяся рядом с Изуку. Он поднял голову и увидел готового Моному с сумкой в руках. Он был опрятно одет и причесан. Сегодня он выглядит достойно (впрочем как и всегда). Тога стояла рядом со счастливой улыбкой. Она была рада снова спать в своей кровати, ведь до этого ее занимал Монома. Химико больше всех радовалась переезду Мономы в другую семью. Мидория посмотрел на время, поднялся и устало вздохнул. Он потер глаза, подходя к Мономе. – Давай свою сумку, – сказал он, протянув руку. – Но я и сам могу, – начал было отнекиваться Монома, но под пристальным взглядом, Изуку смутился и молча отдал сумку. – Пошли, – бросил Изуку, закинув сумку на плечо. Монома послушно поплелся за ним, а Химико на прощанье помахала рукой. Мидория спускался по лестнице, попутно доставая их кармана телефон. Он договорился встретиться с детективом в том самом кафе напротив участка. Проще всего туда было дойти пешком, петляя между переулков, чтобы избежать слежки. Они вышли за двадцать минут до встречи, чтобы точно успеть. Мидория не спеша шел по знакомым улицам. На его лице красовалась та же черная маска, что и в прошлые разы. Толстовка и спортивные штаны скрывали руки и ноги. В кармане толстовки находился телефон, который он убрал, как только посмотрел время. Узнать его было сложно. Так почему же он продолжает скрываться, если Сотриголова уже видел его лицо? А все по той причине, что его не смогут найти, если видели один-два раза. Но если внимательно присмотреться, то у детектива Тсукаучи или Сансы могут возникнуть вопросы, ведь именно они расследовали дело, связанное с его матерью. Вот и показался полицейский участок. Изуку свернул налево. Они вышли напрямую к кафе. В окне здания Изуку увидел шляпу детектива Тсукаучи. Он сидел за дальним столиком – хотел, чтобы на них обращали меньше внимания. Мидория обернулся на Моному. Тот, на первый взгляд, стоял очень уверенно. Весь его вид говорил о том, что ему все равно на происходящее. Но так думали люди, незнакомые с Мономой. Изуку же прожил с этим человеком в течение двух недель и он точно знал о чем сейчас думает Монома. Он наверняка боится, что человек, приютивший его будет плохим, да и с Изуку прощаться не хотелось. Чтобы Монома не говорил, но Мидория знал, что он хорошо к нему относится. И Мидория понимал его. Он искренне понимал чувства и эмоции этого человека, потому что они были похожи. Проще говоря – родственные души. – Главное не сбеги. – Что? – встрепенулся Нейто, – Я спокоен как удав! Мидория на это заявление покачал головой и взял Моному за руку. Они не спеша зашли в кафе. – Здравствуйте, детектив, – поздоровался Мидория, как только они подошли к нужному столику. Тсукаучи незаметно вздрогнул – он, погрузившись в свои мысли, не заметил двух подростков. Детектив кивнул на приветствие. – Присаживайтесь. Нам есть что обсудить. Мидория и Монома сели напротив детектива. Изуку оставил сумку на пол, чтобы она не мешала. – Как я уже писал, все готово. Учительница из AU – Полночь – готова взять к себе Моному. Мы проверили ее квартиру и все документы. А она сама сходила на несколько сеансов с психологом, как ты и просил. (Как будто того, что она учитель не достаточно). – Благодарю, детектив. Надеюсь, она позаботится о нем. Вы же понимаете, что я обо всем узнаю. – Понимаем, Вампир. Поэтому мы старались, больше чем обычно. Нам пришлось привлечь много людей ради одного ребенка. – Я прекрасно это понимаю. Если бы детей всегда усыновляли нормальные люди, то вам бы не пришлось через это проходить – чуть ли не на прямую намекнул Мидория. Детектив Тсукаучи аж поперхнулся воздухом.

***

Монома все это время с удивлением смотрел на Мидорию, не понимая о чем идет речь. Он все это время жил с известным линчевателем? Почему этот ребенок вообще стал линчевателем? Что за чертовщина творится в этом мире? Классика жанра: много вопросов, но ни одного ответа. А спрашивать при детективе он не решился бы даже при большом желании. Монома понимал, что Мидория скрывает свою личность, раз пришел в маске. Да и детектив ни разу не назвал его по имени. Все это очень странно, но Монома просто подождет, пока это все закончится. Скоро у него будет хорошая семья. Точнее, он на это надеется. Может это и опрометчиво, но никто не запрещал мечтать. К тому же Монома верит Мидорие. Мидория искренне старался для него, поэтому Нейто не подведет. Он будет стараться, чтобы все это было не напрасно. Но его все же кое-что интересует. Можно ли ему будет видеться с Мидорией? Словно прочитав его мысли, Мидория мгновенно отозвался: – Нет, Монома, мы не будем видеться. Думаю, ты и сам понимаешь, что моя личность должна остаться в тайне, поэтому никаких встреч. – Понятно, – разочарованно протянул Монома, опустив взгляд. – Мы еще встретимся. Не вижу смысла расстраиваться. Монома на это не ответил, он задумался. Что значит «встретимся»? Они увидятся? Когда? Где? Почему все настолько непонятно. Почему Мидория не может просто сказать? Он же точно знает, что произойдет. Нельзя быть таким скрытным! Это просто несправедливо! Он никогда никому ничего не говорит. И не понятно весело ему или грустно. Почему он не хочет делиться своей жизнью с друзьями? Что с ним не так? Почему из-за него страдают другие? Он не должен справляться со всем. Нейто просто хочет – Все мысли в одно мгновение перестали бегать в голове, словно их заморозили. Монома понял, что на его затылке лежит чья-то рука. Он сфокусировал свой взгляд, отчего рот приоткрылся в удивление: лицо Мидории, скрытое маской, находилось всего в паре сантиметров от его собственного. Не мог же он настолько погрузиться в себя… или мог? Что только что произошло? И снова они – сплошные вопросы. Похоже Монома скоро станет их лучшим другом. – Успокоился? – прошептал Мидория. Его теплое дыхание можно было почувствовать даже сквозь маску. Монома невольно начал краснеть. Эта ситуация казалось ему просто абсурдной. Еще и детектив сидит напротив них. Черт, они забыли про детектива. Монома немного скосил глаза в сторону детектива. Тот с легким шоком наблюдал за ними. Дойдет ли он до дома в шоковом состоянии? Слишком много событий для одного человека. Но с другой стороны, он ведь детектив. Монома может поставить свою прекрасную голову на то, что были случаи и хуже. Когда Нейто перевел взгляд обратно, то встретился с изучающими глазами Мидории. Почему время шло медленне? Мидория отстранился, и, Монома был готов поспорить на все что угодно, под маской ухмыльнулся. – Все в порядке, детектив. Можете забирать его, – сказал он, повернувшись к детективу. У того не осталось сил на разговоры, поэтому он кивнул. Все трое одновременно поднялись со в своих мест. Мидория подтолкнул Моному ближе к детективу. Напоследок он коротко сказал ему: «Детектив может определять говоришь ты правду или нет. Будь осторожнее», а после этого снова пропал. Как и куда – никому неизвестно. Может он делает это с помощью причуды? Монома ведь так и не спросил, что у него за причуда. Вот болван. Монома слышал, как детектив пробормотал что-то про проблемного ребенка. Это связано с Мидорией? – Ну что ж, – неуверенно начал детектив, – пошли. Нам нужно многое сделать. Монома, не зная, что ответить, просто пошел вслед за этим человеком. Он не хотел ляпнуть то, о чем в последствие пожалеет. Не просто так ведь Мидория сказал ему о причуде детектива? Или это на тот случай, что Моному будут опрашивать о линчевателе? Так непривычно называть Мидорию линчевателем. Кажется, Монома никогда не сможет к этому привыкнуть. *** Следующие несколько часов было тяжелыми. Моному постоянно водили в незнакомые места, просили разговаривать с неизвестными людьми, спрашивали о Мидории, точнее Вампире, ну и конечно спрашивали о его приемных семьях. Теперь Монома понимал, почему детектив выглядит таким уставшим. Он и сам хотел спать после такого. Хуже всего был разговор с самим детективом Тсукаучи. В основном было трудно, потому что Монома знал о его причуде. Детектив даже объяснил, как именно она работает. Мономе приходилось постоянно коверкать свои слова, насчет Мидории. Например он сказал, что Мидория сказал ему только свою фамилию. Фамилия довольно распространенная, поэтому ничего не случится. И на самом деле Монома не соврал! Изуку и вправду при встрече сказал ему только фамилию, поэтому Монома его так и называл. Его имя Нейто услышал от Шинсо. С помощью таких хитростей получалось очень хорошо обводить детектива вокруг пальца. Монома был горд собой. Он надеялся, что Мидория узнает об этом и тоже будет горд. Но Нейто хитрил только тогда, когда спрашивали про личность Мидории. В остальных случаях он старался отвечать максимально честно – ему же нужно было попасть в семью. В детских домах обычно хуже, чем в семьях. Такие дети, как он постоянно страдают из-за издевательств других детей. Это сложно терпеть, но приходится, ведь воспитатели тоже боятся детей со «злодейскими» причудами. Монома и сам думал, что у него плохая причуда, пока не встретил Мидорию, Шинсо и Тогу. Эти трое были странными, но очень хорошими. К тому же они совсем не стеснялись своих причуд. Монома и сам сразу посчитал их крутыми, но Тога и Шинсо сказали, что над ними раньше смеялись. И с родителями у обоих проблемы (как будто это не очевидно). Насчет Мидории он не был уверен. Монома не спрашивал, а Мидория не рассказывал. Теперь Монома корил себя, что даже не пытался его расспрашивать, когда была такая возможность. Когда все проверки закончились, Монома выпросил у детектива Тсукаучи кофе, сказав, что иначе пожалуется Изуку. Ему было совсем не стыдно за эти слова, ведь его до этого весь день таскали на разговоры со странными людьми. В этот раз Монома сидел на диванчике в коридоре ближе к входу, попивая свой кофе. Ему сказали ждать здесь. А вскоре за ним должна была прийти Полночь. Монома немного знал о ней, но был уверен, что она хорошая, ведь Мидория ей доверял . Хотя "доверял" – неподходящее слово. Скорее, он достаточно хорошо знал ее, чтобы доверить ей Моному. Кажется она опаздывала, потому что Монома успел выпить кофе, который к тому же остыл. Зато теперь у него есть вкусно пахнущий стаканчик. Вдруг дверь открылась. Монома посмотрел на красивую женщину, что вошла в участок. У нее были шикарные длинные волосы, очки для зрения, свитер и обтягивающие джинсы. Это и была сама Полночь? Кто носит свитер в такую погоду? – Привет. Это ты Монома? Такой милашка! – пропищала женщина, что никак не сочеталось с ее образом. Нейто и не заметил как она подошла. – Здравствуйте. Да, это я, – вежливо кивнул Нейто, стараясь показать себя с лучшей стороны. – Прелесть! Будешь теперь жить со мной. Ох, ну мы и повеселимся, – сказала она, потрепав Моному по голове, – я сейчас схожу до детектива Тсукаучи. Доложу ему, и мы пойдем, – она подмигнула ему напоследок и ушла. – И вот я снова один, – пробурчал Монома, откидывясь на спинку дивана. – Не нравится быть одному? – спросил скучающий голос где-то рядом с ним. Монома вздрогнул от неожиданности. Он повернул голову к месту, откуда доносился голос. Там стоял человек в черной мешковатой одежде. Вокруг его шеи был обмотан шарф. Волосы были чуть длиннее чем у Мидори, но прямыми и полностью черными. Конечно, Монома сразу его узнал! – Сотриголова! – вскрикнул он, подскочив со своего места. – Так ты меня знаешь? – он наклонил голову, изучающе посмотрев на Моному. – Видел несколько видио. А еще мой друг сказал мне, что вы преподаете в UA, поэтому я зашел на страницу и нашел немного информации и... Я сказал слишком много? Сотриголова слегка кивнул. – Ох, простите! Я действительно не хотел. Просто я и мои друзья вами восхищаемся... – Так вас несколько? – Ой, – окончательно сдавшись, Монома упал обратно на диван. – Ты планируешь поступать в UA? – спросил Сотриголова спустя несколько минут тишины. – Откуда вы?... Ах, точно. Да, хотелось бы. – Посмотрим, исключат тебя в первый день или нет. Монома обиженно надулся и больше не предпринимал попыток начать разговор. Но он просто не знал, что Сотриголова человек с трудным характером. Он сказал эти слова лишь для того, чтобы понять как Монома отреагирует. На самом деле у него было хорошее чутье на будующих героев, и Монома являлся одним из них. Но он никогда не скажет это вслух. Моному спасла Полночь, только что вышедшая из кабинета Тсукаучи. – Ну что ж, мой милый принц, пойдём! – Какой я принц? – хмуро посмотрел на нее Нейто. – Ну похож же! Весь такой блондинистый и красивый. Кстати, – протянула Полночь, – меня зовут Немури Каяна. Можешь обращаться ко мне так. Монома кивнул. Он хотел обернуться на Сотриголову, но того уже нигде не было. Он что – призрак? Всё-таки Мидория похож на него больше, чем Шинсо...