Часть 1 Заблудившийся.

2 год н.э., Тевтобургский лес Легионер Стивас Рэмбиус пробирался по тенистому лесу, излюбленному месту засады проклятых германцев. Ему было всего 13 лет, когда мать сдала своего сына на службу легиону. Сам мальчик, по понятным причинам, не хотел покидать родительский очаг, а воевать так тем более, но матери было всё равно на капризы собственного сына, а потому через неделю он познал тяжесть легионерской жизни. У Стиваса была не богатая, но обеспеченная семья, где вместо отца его воспитывал дедушка. Мальчик никогда не знал где был его отец, и при попытке выяснить это у родной матери, она всегда, с задумчивыми и грустными глазами, говорила то, что отец погиб при реке Везере, воюя с варварами из лесов. Стивас чувствовал, что его мать что-то не договаривает, но он не придал чувству подозрения значения, оставляя только гнев. И со дня этого откровения Стивас вознамерился отомстить за смерть своего отца проклятым галлам. И вот миновало 3 года, с тех пор как он попал во второй Августов легион. Его отряд разгромили, когда те потеряли свою бдительность во время сна, и этим воспользовались Германцы. Стивас был одним из счастливчиков, успевших взять оружие и припасы во время нападения. Он понимал, что эту битву ему не выиграть, и потому убежал в лес, дабы скрыться. На улице была ночь, и поэтому он не мог видеть куда он бежит. Он бежал… час? Или три часа? Ему было не важно, он просто хотел выжить. Через какое-то время ноги стали уставать, и легионер позволил себе остановится и оглянутся, в поисках врагов. Начало светать, и потому меж деревьев, он мог хоть кого-то увидеть. Но к счастью, или к сожалению, никого не увидел. И так он стал бродить по утреннему лесу, в поисках своих, или чужих. Шёл он долго, чувствуя голод и усталость. Поблизости он не видел ничего, кроме земли, травы и деревьев, сквозь стволы которых пробивались лучи утреннего солнца. Так бы и ходил Стивас по лесу с безмятежностью в глазах, если бы он не заметил устремляющейся к небу дым. Стивас понял, что дым без людей образоваться не может, а потому стремглав побежал в сторону предполагаемой цивилизации. Он понимал, что скорее всего он встретит в этом лесу варвара, нежели римлянина, поэтому он, заранее, достал свой гладий. Всё ближе и ближе становился источник дыма, и легионер видел отдалённую постройку. Он не мог определить с далёкого расстояния в лесу кому может принадлежать постройка, и поэтому держал своё оружие всё крепче и крепче. Приблизившись на достаточное расстояние, для того чтобы нормально хоть что-то рассмотреть, он понял, что приблизился к простой палатке, сооружённой из веток и листьев. Возле палатки ещё горел костёр, окружённый маленькими камнями. Значит, кто бы не жил в этой палатке, он относительно рядом. Стивас начал искать вокруг, потенциального врага. Вскоре обходя очередное дерево, легионер встретил лысого мужчину, который что-то делал обоими руками ниже пояса. Стивас успел заметить, что неизвестный мужчина всего лишь разделывал маленького зайца. - Ох чёрт, я извиняюсь! – испуганно сказал Стивас, не ожидая, что он так скоро заметит хоть какую-то живую душу. - Извиняешься за что? Разве твой отец не учил тебя разделывать мёртвую дичь? Особенно, если она такого размера. – сказал лысый незнакомец. Он разговаривал на латинице без акцента, что могло не радовать, но в то же время вызывало недоумение. Мужчина холодно отреагировал на появление легионера из леса, казалось, его это мало беспокоило. - Да я вижу это. Твой отец дал тебе хороший урок. – Стивас, расслабился, так как это был явно земляк, хоть и находившийся в необычном месте. - Да я могу лучше, если поднапрягу пальцы. – Указывал взглядом незнакомец на разделывание туши. - Ммм. – Издал довольный звук Стивас, представляя этого зайца уже запечённым и у себя во рту. - Знаешь, однажды я так увлёкся резкой, что порвал кожу. – Немного жалобным голосом промолвил мужчина. - О, мой отец как раз научил меня как не ранить свои пальцы, используя ещё одну пару рук. – Стивас не стал говорить о том, что у него было отца. Он посчитал это ненужной информацией. - Ты мне покажешь? - С превеликим удовольствием. – Гордясь сказал легионер, направляясь к мужчине. Их руки слились, описывая танец над дичью. Нож проникал ровно под кожей, не задевая само мясо. Искусство, переданное дедом Стивасу изливались его руками. Руки мужчины же стали вторым целым, дополняющим искусное мастерство легионера. Это был поистине интимный момент, затмевающий на своём фоне все другие чувства. Они бы и продолжали вместе разделывать зайца, если бы не ошибка германского стрелка, воплотившееся в промахе по легионеру и мужчине. В то же мгновенье, они перестали заниматься разделкой мяса и спрятались за деревьями. К лучнику, подошла подмога из ещё двух бойцов, сразу же набросившихся на легионера и мужчину. Стивасу помогал гладий и армейское мастерство легионера, мужчине (которого, как оказывается зовут Брэдас Макгиринас, но Стивас об этом не знал) помогал нож в его руке. Боец с топором и второй воин набросился на легионера, лучник же старался прикончить Брэдаса. Первый и второй попытались оба, одновременно, срубить голову, но легионер уклонился вниз, одновременно гладиусом проколов бок второго бойца. Пока второй берсеркер вопил от боли, первый с ором снова набросился на Стиваса, описывая широкий размах топором. Блок гладиусом и удар в нос помогли ненадолго отвлечь противника. Пока Стивас был занят первым, раненый берсеркер с неумолимой яростью набросился на Стиваса со спины. Стивас сразу же обернулся и блокировал удар тем же гладиусом и таким же образом нокаутировал второго бойца… если бы у него было побольше реакции. А так через секунду топор легко вошёл в незащищённую голову легионера, вызвав сперва шок, а затем смерть легионера. Брэдас же убежал совсем далеко от лучника, и скрылся в лесу. Брэдас же и рассказал историю о легионере, не забыв упомянуть и разделанного зайца. Стивас, в свою очередь никогда не узнает, тайну своей матери. Тайна о том, что его отец не был римлянином…