Воскресить тебя из мертвых?

Томми сел прямо, широко раскрыв глаза, в отчаянии оглядывая комнату. Его взгляд сосредоточился на дверях, ища какие-либо видимые повреждения, но он ничего не смог найти. Он взглянул на окно рядом с собой, также не заметив никаких повреждений или маски, которые могли бы означать, что кто-то вломился внутрь. Почувствовав некоторое облегчение, он позволил себе сделать глубокий вдох, чтобы успокоиться и замедлить сердцебиение. Все еще потрясенный кошмаром, он спустил ноги с кровати и закрыл лицо руками. Несмотря на хороший и достаточно долгий сон, кошмара было достаточно, чтобы разбудить его в полной мере. Секундой позже зазвонил знакомый будильник, и он немедленно выключил его, почувствовав нарастающую боль в голове. И как бы ему ни хотелось лечь на спину и остаться в теплой постели, он знал, что не может. В конце концов, сегодня был понедельник и, к сожалению, для него первый день в школе. Конечно, это началось некоторое время назад, но из-за его ситуации он присоединяется к этому сейчас. Кроме того, UA все еще нужно было подготовить его документы, и ему пришлось запомнить некоторые части истории. И боже ещё запомнить его историю. Казалось, что это большая работа, и Томми действительно не хотелось ничего делать, кроме как лежать в постели и время от времени расправлять крылья на прохладном ветру. Тем не менее, он заставил себя встать с кровати и подойти к шкафу, чтобы взять какую-нибудь одежду. К счастью, сегодня ему не пришлось надевать форму, поскольку для него это была скорее экскурсия по школе, чтобы завтра не заблудиться. Чего он боялся, так это того факта, что Айзава не сможет сопровождать его большую часть времени, поскольку ему приходится заботиться о своем классе, который он и так оставил в покое меньше чем на две недели из-за Томми.  Без сомнения, Томми схватил единственную толстовку с маленькой гитарой спереди и пару брюк, прежде чем бросить последний взгляд на свое отражение в зеркале, которое висело у него на стене. Открыв двери в главный зал, он не мог не соскучиться по удобной кровати, которая ждала его в его, о, такой любимой комнате. Почему Айзава заботится о нем? Он был достаточно ответственным, чтобы позаботиться о себе. Большую часть времени. Войдя на кухню, он заметил Айзаву, все еще в своем странном спальном мешке, который лениво посмотрел на него, прежде чем что-то проворчать. — Приготовь себе завтрак, чай уже ждет, — сказал Айзава, получив короткий кивок в знак благодарности, прежде чем Айзава застегнул молнию на своем спальном мешке до самого верха. Томми усмехнулся, сделав глоток чая, в результате чего обжег язык и зашипел от боли. Он поставил кружку, поднес руки ко рту и вскрикнул, все еще чувствуя жар на своем бедном языке. — Будь осторожен, чай горячий, — сказал Айзава, но в его голосе был заметен намек на веселье. — Я был бы признателен, если бы ты сказал это раньше, — пробормотал Томми, прикусывая язык в надежде избавиться от боли. Айзава ухмыльнулся в свой шарф, качая головой при виде невежественного ребенка на своей кухне. Конечно, родители научили его всему этому дерьму, верно? Тем не менее, было довольно забавно наблюдать, как парень пытался побороть желание обругать Айзаву. Не обращая внимания на живую гусеницу, Томми достал миску и решил просто приготовить немного хлопьев, потому что понятия не имел, что еще можно сделать. — Ты опять ешь мои хлопья? — Спросил Айзава, тишина заполнила комнату, когда Томми не ответил ему. — ...нет? — Нерешительно сказал Томми, прикусив нижнюю губу, чтобы сдержать расползающуюся по губам улыбку. — Ты уверен на все 100, малыш? —  Айзава спросил еще раз. Томми на мгновение замолчал, решая, что ему сказать. — Нет... — пробормотал он, уже набивая полную ложку хлопьев. — ... — ... — Ты ужасно лжешь, — сказал Айзава, расстегивая молнию на своем спальном мешке. Томми с трудом удалось проглотить оставшиеся во рту хлопья, не подавившись ими. — Ты сукин сын! Я отлично умею лгать, большое тебе спасибо? Большой Томми, правда, великолепен во всем! —  Крикнул он, падая в кресло. — Уверен, ты проблемный ребенок, — Айзава похлопал Томми по спине, прежде чем приготовить себе кофе. Томми мгновение наблюдал за ним, анализируя глазами каждое малейшее движение Айзавы. И когда он, наконец, посмотрел на Томми, тот только пожал плечами и поднес горькую жидкость к губам. — Как ты думаешь, я им понравлюсь? — Спросил Томми, но на этот раз вместо громкого и жесткого голоса у него был такой тихий и хрупкий, что сердце Айзавы смягчилось. Но только на мгновение. Он не питал слабости к парню. Никогда. — Ты имеешь в виду проблемных детей? — Спросил он, снова получив кивок вместо обычного ответа. — Возможно. Они могут быть странными и глупыми временами, но они довольно милые и терпимые. Один из них может показаться суровым, но я уверен, ты прекрасно с ним справишься. Теперь, когда я думаю об этом, у тебя действительно знакомый характер — Томми посмотрел на Айзаву, ожидая услышать что-нибудь еще. Через мгновение он нарушил молчание. — Я чувствую, что это был не комплимент, — пробормотал он, на что Айзава остался невозмутимым. — Конечно, это было не так, за кого ты меня принимаешь? — Томми проигнорировал странный взгляд Айзавы, вместо этого опустив глаза, чтобы посмотреть на наполовину полную миску. — Кого-нибудь мне следует игнорировать? Или просто остерегаться? — Спросил Томми. Айзава на минуту задумался. Не было никого, кто мог бы доставить Томми такие большие неприятности, особенно учитывая его горячий темперамент и то, как он себя вел. Конечно, некоторые из них поначалу были не очень милыми, но он был уверен, что на Томми они не сильно повлияют. За исключением одного. — Один из моих учеников - как бы это сказать? В основном извращенец, как сказали девочки, — сказал Айзава. Томми ошарашенно смотрел на черноволосого мужчину около минуты, прежде чем прочистить горло. — Так у тебя в классе есть извращенец? — Айзава кивнул, прежде чем спросить Томми, не случилось ли чего. — Ничего особенного, я просто не терплю таких людей или тех, кто отпускает сексистские шутки. — Почему? — Спросил Айзава, слегка приподняв брови. — В Л'Манбурге был один человек, очень милый и всегда добрый. Проблема заключалась в том, что люди часто говорили о нём гадости из-за его сексуальности. Что касается меня, я по сей день обожаю его, потому что он действительно храбрый и может стоять на своем. Ему, по сути, было наплевать, что думают о нем другие и что он делает, — объяснил Томми, и знакомое лицо мелькнуло у него перед глазами. — Некоторые люди иногда становятся занозой в заднице. — Томми усмехнулся, прежде чем допить чай и убрать кружку в раковину. Айзава сделал то же самое мгновение спустя, прежде чем схватить ключи со стойки и направиться к дверям. Томми последовал за ним, быстро обулся и направился к знакомой машине. Он настоял на том, чтобы включить музыку, чтобы поездка в школу не была такой тихой. И у Айзавы не было слов для этого. ･.｡.:* *.:｡.･ Нэдзу оживился, когда услышал, как открылись и закрылись двери его кабинета, когда кто-то вошел в него. Заметив Томми, одиноко стоящего в дверном проеме, он кивнул ему и указал на стул перед своим столом. Томми тихо поблагодарил его, прежде чем сесть, поигрывая пальцами друг с другом, когда он снова встретился взглядом с директором. — Доброе утро, Томми! Рад, что ты снова здесь, — поприветствовал Нэдзу, на его лице появилась мягкая улыбка. — Доброе утро, — сказал Томми, бросив взгляд в сторону окна. — Ты уже знаешь, что присоединишься к классу 1А Айзавы, который является курсом героя. Я надеюсь, ты не возражаешь, что я выбрал этот курс, это в основном для твоего же блага и защиты на случай, если кто-то узнает о твоей ситуации. — Я знаю, и мне на самом деле все равно. Пока никто не знает, мое прошлое. В конце концов, я не останусь здесь навсегда, — сказал Томми, скрестив руки на груди. — Кто знает, может быть, тебе здесь понравится. Но выбор за тобой, и если ты когда-нибудь захочешь вернуться домой, все в порядке, — сказал Нэдзу. — У меня там остались мои друзья и семья, я не могу просто оставить их вот так. — возразил Томми, уставившись на Недзу. — Я понимаю это, но мы были бы более чем счастливы приветствовать тебя здесь. Ты упомянул о твоем старом доме, что, в конце концов, прозвучало не так уж радостно. Томми еще больше откинулся на спинку сиденья, склонив голову набок, пока разглядывал существо перед собой. — Я упомянул и что? То, что Дрим все испортил, не означает, что другие такие же. Конечно, мой лучший друг изгнал меня и заменил, но ему все еще небезразлично... — Я уверен, что твой друг заботится о тебе, но безопасность моих учеников - моя главная ответственность, — сказал Нэдзу, складывая руки и закрывая глаза. — Сейчас я не буду заставлять тебя говорить, но мне нужно, чтобы ты знал, что UA - безопасное место, и ты всегда можешь попросить кого-нибудь о помощи. В том числе, если ты когда-нибудь почувствуешь желание излить кому-нибудь душу. Я почти уверен, что Айзава был бы более чем готов выслушать тебя. — Айзава? Почему его это должно волновать? — Спросил Томми приглушенным голосом. — Ну, может, он и не самый открытый и прямолинейный человек, которого я знаю, но я знаю, что он заботится обо всех своих учениках, и тебя это тоже касается, — сказал Нэдзу, одарив Томми улыбкой. — Никогда не сомневайся в нем. Томми не мог не кивнуть, надеясь покончить с этим разговором. — Теперь позволь мне показать тебе кое-что, что тебе понадобится в будущем. Вскоре в руках у Томми оказалась стопка бумаг, и его заставили сесть в углу и просмотреть их. Это было чертовски скучно, но всякий раз, когда он пытался пропустить одну из них, Нэдзу, казалось, всегда замечал это и торопил его вернуться к работе и убедиться, что он прочитал каждую из них. И поверьте, когда я это говорю, их было чертовски много. Его теперь звали Томми Канеи. Странно, и, вероятно, потребуется некоторое время, чтобы привыкнуть, но он сделает все, чтобы не произносить свою настоящую фамилию. Его причуда? Крылья и алхимия, как они это называли. Довольно мило, не будет врать. И все же Томми знал, что скрывать свою настоящую личность будет непросто, и он, вероятно, допустит несколько промахов. Но, эй, это действительно может быть весело. И Томми никогда не говорит "нет" рискованной игре.     Когда Томми, наконец, просмотрел все бумаги и Нэдзу в конце концов освободил его, он вылетел из своего кабинета быстрее, чем вы успели моргнуть. Нэдзу мог только улыбаться, наблюдая, как парень в такой спешке выбегает из комнаты с улыбкой на лице. Он выглядел таким счастливым, но его сердце было наполнено болью и сомнениями. Одна из главных причин, по которой Томми поместили в класс 1A, заключалась в том, что он верил, что ученики смогут помочь ему покинуть оболочку, которую он построил вокруг себя, и помочь ему осознать, что он в безопасности. Ребенку не помешало бы немного любви, он стал бы увереннее в себе и, возможно, заменил бы всю боль и плохие воспоминания новыми и счастливыми. И когда он остался один в своем кабинете, готовый вернуться к своим бумагам, Томми уже спускался по лестнице, которую нашел дальше по коридору от кабинета директора. Боже, как он был рад выбраться из этой комнаты. Не поймите его неправильно, директор Незу казался милым и не сделал ничего такого, что заставило бы Томми задуматься о его намерениях, но ему никогда не нравились замкнутые пространства, где он не мог чувствовать ветер на своей коже. Ему больше нравилось снаружи, что было неудивительно, когда дело касалось его вида. Он вспомнил, как Фил выводил его на улицу и сидел там с ним, уютно щебеча, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Тогда он был маленьким мальчиком, проводившим большую часть вечеров в объятиях отца и любующимся своими перьями. Тогда он знал, что будет цел и невредим, особенно когда его прятали за этими прекрасными черными крыльями, которые так сильно напоминали ему воронов. Отогнав мысли, он сделал последний шаг и посмотрел вперед. Если он правильно помнил, это было перед обедом и все ученики должны были быть на занятиях, а это означало, что была небольшая вероятность, что он с кем-нибудь столкнется. Тем не менее, длинные залы выглядели довольно жутко, все были пусты. И слепящий белый свет совсем не помогал. Это было похоже на долбаный фильм ужасов, и ему это не нравилось. Правило номер один: никогда не оборачиваться. Поэтому он пошел вперед, сканируя глазами все стены и двери, мимо которых проходил. Боже, почему эти двери были такими огромными? Может быть, некоторые люди здесь выше нас. Томми помнил, что Бад был довольно высоким, в основном потому, что он был демоном, и он часто ловил себя на смехе, когда упомянутый демон ударялся головой, когда проходил через двери. Тогда было весело, когда все было мирно и они могли свободно шутить и веселиться. Но эта дверь? Она была в два раза больше Бэда. От этого по спине Томми пробежали мурашки, и он продолжил идти дальше. Что он искал? Одному богу известно. Он вроде как надеялся найти Айзаву, но тот, вероятно, обучал других студентов, которые оставили его в покое. Еще раз. — Куда мне пойти? — Томми спросил себя приглушенным тоном на случай, если рядом был кто-то. — Может, в столовую, это звучит как лучшая идея, чем бесцельно бродить. Помня об этом, он развернулся и пошел искать столовую. Надеясь, это будет быстро. ･.｡.:* *.:｡.･ Боже, он на мгновение оставил эту кучку идиотов, и они все равно умудрялись создавать проблемы. Войти в класс было моментом, которого он боялся больше всего. И когда его ученики узнали его, они почему-то казались взволнованными, а взгляды, которыми они одарили его, только заставили его еще больше пожалеть о том, что он взялся за эту работу. К черту Нэдзу. — Доброе утро, класс, — сказал Айзава, прежде чем продолжить. — Как вы, наверное, заметили, меня некоторое время не было здесь, чтобы учить вас из-за личных дел, но сейчас я здесь. К сожалению, я не забыл о вас. Краем глаза он видел, как один из его учеников взволнованно машет рукой в воздухе, практически подпрыгивая на своем месте, да помилует его Бог. — Да, Мина? — Он позволил ей выговориться, готовый начать переосмысливать свои жизненные решения в нужный момент. — Тааак мы слышали, что к нам присоединится новая студентка, и я хотела узнать, правда ли это, — сказала розововолосая девушка, ее рука покоилась на столе, когда она наклонилась вперед. Почему он вообще стал учителем? Да, у него действительно не было выбора, когда Недзу позвонил ему. Подлый маленький ублюдок. — Кто тебе это сказал? — Спросил Айзава, пристально глядя на своего ученика. Мина заметно напряглась, но, к ее большому облегчению, ее сокурсник попытался поддержать диалог. — До нас просто дошли кое-какие слухи, — Киришима неловко рассмеялся, глядя на других своих друзей, просящих его помочь. — Сущий мик сказал вам, — сказал Айзава, наблюдая, как его ученики вспотели и начали пытаться солгать ему, прежде чем он заговорил снова. — И да, это правда. Он присоединится к нам завтра. Вскоре комнату наполнили несколько стонов и вздохов, в основном девушек, которые смотрели на Айзаву с болью, написанной на их лицах. — Неееет! Я надеялась, что это девушка! — Крикнула Мина, театрально положив руку прямо над сердцем. — Ну, это обострилось довольно быстро — сказал Каминари, глядя на Мину, которая начала громко скулить и выплакивать глаза. Айзава странно уставился на них, спрашивая себя, как, черт возьми, ему удавалось выживать с ними так долго. — Можем ли мы узнать его имя? — Спросил Иида, подняв руку в воздух. Айзава секунду смотрел на него, прежде чем ответить. — Томми. — сказал он. Его встретили молчанием, поскольку они странно посмотрели на него, как будто увидели привидение или что-то в этом роде. — Он вырос в Америке, но переехал сюда из-за семьи и школы. Вы можете задать ему несколько вопросов завтра, а теперь вернемся к уроку, — проинформировал Айзава протестующих и начал сам урок. Его ученики собирались угробить его в любой момент. Тем временем, пока он был сосредоточен на объяснении урока, некоторые из его учеников решили, что было бы неплохо поговорить о новичке. — Не могу дождаться встречи с ним, — прошептала Мина Киришиме, который ухмыльнулся в ответ. — Я тоже! Я уверен, что он мужественный, раз они позволили ему присоединиться, даже несмотря на то, что ему придется наверстывать упущенное, — прошептал в ответ Киришима, наблюдая, как Каминари подъехал к ним на своем стуле. — Я надеюсь, что он присоединится к нашей команде, так как давненько не случалось ничего крутого, — сказал он, указывая на Бакуго. — И, может быть, он присоединится к нам в дразнении Бакуго. Бакуго, казалось, услышал, потому что вскоре в его руках заискрились маленькие взрывы, но он не обернулся. Каминари осознал свою ошибку, его глаза немного расширились, когда Бакуго склонил голову набок, чтобы послать ему свирепый взгляд. Мина только похлопала его по плечу, прежде чем хихикнуть про себя. — Может быть, он будет достаточно добр, чтобы спасти тебя от Бакуго, — хихикнул Киришима, быстро прикрывая рот, в то время как Айзава сердито посмотрел на них через плечо. — Тебе лучше послушать, или я сделаю твои тренировки в два раза тяжелее обычных, — пригрозил он, продолжая то, что говорил до этого. Киришима и Мина рассмеялись, толкая Каминари ногами обратно к его столу и, наконец, сосредотачиваясь на текущем уроке. ･.｡.:* *.:｡.･ Томми был шокирован, когда получил еду бесплатно? Черт возьми, да. Знал ли он почему? Очевидно знал, Айзава обеспечивал его едой на некоторое время, чтобы ему не пришлось платить или что-то в этом роде. И теперь он сидел за одним из столов в полном одиночестве, медленно жуя рисовые шарики, которые у него были. По правде говоря, это было восхитительно. Он не мог вспомнить, когда в последний раз ел что-то вкусное и не было отравлено. Какой приятный возврат к тому времени, когда он был моложе. Но всему хорошему когда-нибудь приходит конец, потому что, когда он был на полпути к еде, прозвенел звонок. И это означало, что для студентов настало время обеда. Томми только раздраженно застонал, откинувшись на спинку стула и надеясь, что к нему никто не подойдет. Однако у Бога, похоже, были на него другие планы. Несколько секунд спустя многие студенты вошли в кафетерий и либо заняли места за пустыми столами со своей едой, либо встали в очередь, чтобы ее получить. Насколько Томми мог спокойно есть, и никто ему не мешал, настолько он вздохнул с облегчением. Вскоре, конечно, его удача закончилась, когда большая тень упала на его стол. Он выругался себе под нос, прежде чем медленно поднять глаза. Его глаза расширились, когда он увидел четыре фигуры, стоящие перед его столом и странно смотрящие на него. — Д-да? — Пробормотал он, тут же пнув себя в голову за то, что его голос надломился. — Мы хотели спросить, можем ли мы присоединиться к тебе. Все столики заняты, и нам вроде как негде сесть, — сказала единственная девушка, одарив Томми доброй улыбкой. В тот момент он чуть не сошел с ума. Его разум внезапно наполнился мыслями. Скажи что-нибудь, тупица. — Э-э-э, — он не смог заставить себя ответить, получив обеспокоенный взгляд от одного из мальчиков. Не согласен, не согласен, не согласен, не согласен- — К-конечно. Черт.