Часть 88

Больно. Чертовски больно, раз уж воительница вышла из оффлайн от критических ошибок, что безостановочно выдавал её процессор. Противный, яркий свет не даёт понять ей, где она находится. Может, фем и вовсе умерла от полученных ран и сейчас сливается с великой искрой, но нет, ей не могло так повезти. И вот, когда оптика привыкла к освещению, воительница поймёт куда попала, в грязную, сырую камеру, где лишь одна лампа освещает её покареженный корпус. «Кхе…», — тихо откашливала пыль фем из своих вентсистем, бегая по своей серой камере взглядом, пока не заметит на пороге Зету, чей облик сильно затуманен в окулярах пленницы, оттого его обожженный, уродливый фейс останется для неё секретом. — Она должна дожить до вечернего выпуска новостей. Не хочу чтобы она сдохла здесь. — голос лорда отдавал хрипотцой, после ранения в шею. — Состояние критическое. Если вы не позволите оказать ей помощь, то она не дотянет до следующего утра. — мех из медперсонала не решался взглянуть ему в лицо, боясь вызвать его гнев. — Нет, пусть будет, как есть. Хочу, чтобы он видел её во всей красе. — Ааа… — слабый стон сорвался с её губ, будто она наконец поняла куда попала. Сложно сказать, что сейчас было больнее, вспоминать события произошедшие накануне или пытаться двигаться, когда твоя центральная ось рассыпалась в труху. — Тише, милая. — уродливый фейс наконец попал в фокус её оптики, заставив её ужаснуться. Черный доспех схватит её за фейс, прежде вновь начать говорить. — Я бы хотел позабавиться с тобой, вот только боюсь ты этого не выдержишь, а я хочу чтобы он видел всё. Ты только не думай, что я во всём виноват. В конце концов, это Саундвейв не смог тебя защитить. — Хрр… — беспомощно хрипела фем, пытаясь снять со своего фейса его ладонь, доказать себе в первую очередь, что ещё не сломалась. — Забавно, я сломал твою ось, но не твой дух. Признаю, ты крепкая. — Зета не позволял ей отвернуться от него, вынуждая смотреть в его оптику, видеть его злобу. — Вот только его прошлая подружка тоже была не из робкого десятка, жаль у нас с тобой нет столько времени. — С… Саундвейв придёт. — почти шепотом говорила она, превозмогая боль, что сопровождала каждое слово. — Да! Он придёт, и увидит, как ты умрёшь, прежде чем сдохнет сам. — Идиот… Ты так и не понял? После всего того, что ты увидел, ты правда веришь в то, что он смертный? — её тело воет от этой невыносимой пытки, но она не могла остановиться и замолчать, почувствовав страх с его стороны, хоть и на мгновение. — Чтож, значит будет мучаться вечно. — Хах… В главном зале цитадели сейчас было не сладко. Многие потеряли близких, много кто был тяжело ранен, а один Шоквейв едва справлялся с работой почившего Рэтчета, над чьими останками скорбили его друзья. Хот Род, к чьей улыбке все уже успели привыкнуть, сегодня не мог её себе позволить, тихо, сидя на коленях, он склонил голову, надеясь на то что его слезы никто не увидит, и Слипстрим постарается, чтобы так оно и было, крепко обняв его, скрывая фейс за своим плащем. Бамблби же стоял позади, крепко сжимая кулаки от наполняющей его злобы, он жаждет мести, как и многие здесь. — Саундвейв? Ты меня слышишь? — Прайм был первым, кого увидит кассетник. Свет его голубых окуляров на фоне яркой лампы прямо над платформой заставлял прикрыть оптику. — Прайм. — раздраженно отвечает мех, касаясь пальцами своей криво заваренной челюсти. Всё-таки Шоквейв это не Рэтчет, медицина не основной его профиль. — Это сон? Вы все должны были умереть. — Может и должны были, но всё-таки мы живы. Помощь пришла оттуда, откуда не ждали. — всё ещё раненный Оптимус взглянул на Эйрахниду, что сидела рядом с диноботом, над которым трудился Шоквейв, пытаясь собрать этого зверя по запчастям. — Хромия? — немного испуганно спрашивал Саундвейв, боясь услышать не тот ответ, что ему был нужен. Опасения подтвердились, когда Прайм огорченно повертел шлемом. — Шлак! — Мы вернём её, Саундвейв. Я тебе обещаю. — Твою искру! Где мои серво? — мех продолжал ругаться и его можно понять, имеет на это полное право. Его подключили к системе подачи энергона, а вот нижнюю часть его туловища приварить времени не нашлось. Но вряд-ли тут можно винить ученого, у него хватает пациентов чьи ранения вынуждали его так торопиться. Например, Дрифт, что получил опасные колотые раны в грудь, что чудом не задели искру, а после вмешательства ученого он и вовсе ходит по цитадели тут а своих двоих, хоть и с ужасным шрамом на всю грудь. — Шоквейв! — Не логично тратить время на травму, что не требует экстренного вмешательства. — отвечал учёный, копаясь во внутренностях вождя, пока охотница сидели рядом, нервно перебирая свои пальчики, в ожидании его вердикта. — Успокойся, Саундвейв. Без паники, мы спасём Хромию, нам нужно немного времени и… — Нет у неё времени! Нет, твою искру, у неё времени! — связист чуть ли не в истерике бился, привлекая всеобщее внимание. Прайму приходится прижимать его грудь к платформе, лишь бы тот не свалился на пол. — Прошу тебя, дружище, успокойся. Ты всех пугаешь. — Отпусти меня, я должен идти! Мне нужна коляска, принеси мне её сейчас же. — Прости, но нет, Саундвейв. Сейчас ты способен совершить непоправимую глупость. — как бы не было тяжело это сделать, но Оптимусу приходится просить помощи у Ультра Магнуса, что отключит связиста одним разрядом электричества. Крики Саундвейва были слышно, даже на нижних этажах, в сыром подвале, без источников уличного света, где сейчас находилась Виндблейд, в компании их нового пленника. Старскриму крепко досталось во время их последней встречи, отчего процессор жутко сбоил, а эти недовольные вопли связиста лишь сильнее нарушали его работу. «Ммх», — с трудом мех включает свои окуляры, пытаясь разглядеть мутную крылатую фигуру напротив. — Виндблейд? — спрашивал сикер, мотая головой, пока не понимая что он весит вниз шлемом. — Почему я ещё жив? Пытать меня будешь? Хах. — Может и буду. — сикерша выглядит крайне недовольной. Неудивительно, ведь её лучшая подруга сейчас в плену самого опасного… Точнее второго самого опасного засранца на этой планете, ведь первый сейчас лежит наверху, сгорая от собственной злости в своём разума. — Я сохранила тебе актив, не заставляй меня об этом пожалеть. Как нам попасть в темницу башни? — Не замеченными? Ахахах, никак, идиоты. — фем не понравился его смех, оттого её большой палец стал забираться в пулевое отверстие, что она же и оставила. Видимо это было настолько больно, что даже самодовольный Старскрим не смог сохранить каменной мины. — Старскрим, прошу тебя, не усложняй. — Хм, ты знаешь, после того, как ты сбежала, все стало сложно. — мех на мгновение отвёл взгляд в сторону, не желая показывать свою обиду ей. — Ну вот зачем ты это сделала? У нас было все… Беззаботная жизнь, где мы могли наслаждаться друг другом в богатстве и роскоши. — Скрим, я… Я бы не смогла так жить. Обычные трансформеры погибали под его гнётом. Как можно наслаждаться жизнью, когда живёшь за счёт страдания других? — Мы не были виноваты в их несчастье. Мы сумели поступить в академию, мы пробили себе путь навершину, а они… — А они просто собраны по-другому, Старскрим. Любой бы хотел быть начальником эскадрильи Иакона, вот только не всем так повезло. — Повезло?! Я дентами выгрыз место под солнцем! Я… — Ты был собран для этого, Старскрим. Все твои усилия ничего бы не принесли, если бы за твоей спиной не было мощных крыльев. Чтобы ты делал, если бы трансформировался не в мощный истребитель, а в какой-нибудь самосвал? Работал бы на стройке, загибался от нищеты точно также, как и остальные. — Ну, тогда мне повезло, что я не «остальные». — Да брось, ты же таким не был. У тебя мягкая искра, я же помню… — Помнишь?! Как мило, жаль ты забыла об этом, когда пошла спасать Саундвейва. — огрызался Старскрим, отказываясь отпускать обиду, что разъедает его душу. — Я пошла спасать его, потому что… Он был нужен Хромие, без него Зета бы раздавил её и всё это ополчение. Я просто не хотела, чтобы мои друзья… Наши друзья погибли. — она всё-таки это сказала. — А, ну с ним то у вас дела идут явно лучше. Ваш медик не даст соврать. — Старскрим получил заслуженную пощёчину, за такие остроты. Рэтчет был хорошим трансформером, отчего не заслужил, чтобы над ним глумились. — Не смей так говорить. — А то что? Ударишь ещё раз? Да на здоровье, все равно больнее уже не сделаешь. — пронзительный, озлобленный взгляд заставил её испытать стыд за своё отношение к нему, но жизнь подруги стоит на кону, а значит придется отбросить все свои эмоции. Надавив на рану, она вновь заставит его теперь боль. — Пожалуйста, Старскрим, я не хочу этого делать. — фем умоляла его начать говорить, прожимая большой палец ещё глубже. Сикер же, чья маска безразличия наконец разбилась, издал тихий стон. — Ммх! Так убей меня и не мучайся. — Шлак… — сикерша не выдержала. Убрав палец, она доказывает, что пока не успела очерстветь. Нет, она не сможет из него что-то выбить, как же хорошо, что их навестил тот, кто успел стать жестоким ублюдком. Бамблби пришёл «помочь» своей подруге справиться с этой тяжёлой ношей. — Би? Я справляюсь, ты можешь возвращаться к остальным… — фем понимала, что Бамблби не собирался жалеть сикера, оттого пыталась найти повод спровадить жёлтого меха, вот только тот достал из-за спины внушительную циркулярную пилу. Хоть сикер и сохранил хмурый взгляд, но искра его дрогнула, интуиция подсказывает, что бывший друг пришёл отпилить от него кое-что важное. Мягко оттолкнув Виндблейд, он бьёт сикера прямо в денты, вместо приветствия. Распилив цепь, что подвешивала Старскрима, он грубо роняет его на пол, поворачивая спиной к себе. Вот тут то крылатый и занервничал. Попытавшись сопротивляться, он лишь получил болезненный удар коленом в поясницу, отчего все тело сковало болью. — Подожди, Бамблби. В этом нет необходимости. — пыталась влезть Виндблейд, но Би не станет слушать, он лишь раздражительно отмахивался, поднося крутящееся лезвие к крылу. — Ну давай! Отпили мне крылья, и ты больше ничего не сможешь у меня забрать! Делай своё дело, ублюдок, давай же! — огрызался сикер, крепко зажмурив оптику, предвкушая адскую боль, вот только ничего не произошло, мех вдруг остановился. В больной процессор шершня пришла идея. — Би? — с недоверием спрашивала Виндблейд, замечая подозрительный блеск его окуляров. Ну, а когда он внезапно отпустил крыло сикера и пошёл к ней, то ей и вовсе стало страшно. Шансов отбиться у неё не было, всё её боевое мастерство это курсы в академии, когда же жёлтый мех уже прошёл через многое. Увернувшись от прямого удара, он ставит ей подсечку. Получив пару раз по лицу, Би играючи прижимает её животом к полу, придавливая своим коленом. — Шлак! Би, это не смешно! — Хах! Делай что хочешь с ней. — он даже бровью не повёл, когда жужжащее лезвие стало приближаться к её крыльям. — Твою искру, Би! — верещала сикерша, что проверила в то, что Бамблби был способен на такое. Шершень же её не слушал, следя за взглядом Старскрима, что терял уверенность с каждым миллиметром продвижение пилы, но вот уже она подбирается почти вплотную, а он все ещё молчит, хоть и фейс больше не мог сохранить безразличие. Сикер почти сломался, нужно надавить ещё чуть-чуть. Все же лезвие коснулось её тонкого крылышка, пуская тонкую струйку энергона, отчего Виндблейд забилась в истерике, испугавшись потерять свои крылья. — Твою искру, хорошо! Я скажу! — он всё-таки сломался. Давно задушенные чувства выбрались из-под прочной коры, которой покрылась его душа. Бамблби знал, что они ещё любят друг друга, убедился в этом, когда она не позволила застрелить его. Отодвинув пилу, он готовился слушать. — Под базой проходит тайный тоннель, ведущий за пределы города. Я покажу только… Не трогай её. — меху стало паршиво, он почувствовал себя жалким, раз уж ему до сих пор не плевать на неё. Би больше не станет им докучать, он отпустил Виндблейд, после чего удалился прочь, оставляя этих двоих наедине. — Старскрим… — у фем не было подходящих слов, чтобы описать её удивление, да и вряд-ли ей нужно было что-то говорить. Сикер уткнулся лбом в пол, от эмоционального опустошение, наверное, ему было бы легче умереть, чем сейчас смотреть на неё. — Вы не успеете. Зная Зету, он не станет тянуть с её казнью. Думаю Хромия умрёт сегодня вечером. Вам нужно чудо — Чудо? — кажется, сикерша не торопится терять надежду, ведь в этом же здании есть тот, кто был способен творить чудеса. — Я скоро вернусь. Бегом фем поднималась по ступенькам прямиком в главный зал, подбегая к платформе Саундвейва, желая заставить того подняться, вот только тот на удивление лежал без сознания, хотя она была готова поклясться, что слышала его крики всего пару астрокликов назад. — Виндблейд? — вдруг из-за спины появляется Прайм, пытаясь понять её взволнованный вид. — Все хорошо? — Нет! Почему Саундвейв в отключке? Мы должны идти спасать Хромию сейчас же, она не доживёт до завтрашнего утра. — Винд принялась толкать его, пытаясь растормошить, привести в чувство, но всё без толку. — Не суетись, Виндблейд. Успокойся и расскажи все порядку. — Да что тут рассказывать?! Зета не будет с ней долго возиться, он захочет помучить Саундвейва и убьёт её. Надо делать что-то прямо сейчас. — Эй, что у вас тут происходит? Такой шум подняли. — подходит Хот Род, что желал выяснить причину негодования подруги. — Нужно успеть спасти Хромию до вечернего выпуска новостей, в противном случае она не доживёт до утра. — отвечала Виндблейд. — А единственный кто сейчас может что-то противопоставить Зете лежит в отключке! — Ты знаешь как? — крайне серьезно спрашивал мех, будто готов был пойти прямо сейчас. — Да, Старскрим проведёт нас в темницу по тоннелю под башней. — Отлично, идём. — Что?! — вмешалась Слипстрим, что как и все здесь подслушивали этот разговор. — Вдвоём в Иакон?! Это самоубийство, Род. — Ты же слышала, у нас есть план. — Ты издеваешься? Доверять самому эффективному солдату Зеты? Это ваш план? — Пожалуйста, Слипстрим… Ты же её слышала, мы не можем ждать. — Шлак… — сикерше нечего на это ответить. Ей нравилась эта наивная фем, она не заслуживает такой учести. — Тогда я иду с вами. — Одних я вас не отпущу. — говорил Оптимус, подтверждая своё участие в этой глупой авантюре. — Десять астрокликов на сборы. Ультра Магнус за главного. — Я пойду с вами. — Дрифт с характерным скрипом в корпусе поднимается с платформы, по привычке хватаясь за рукоятку разбитого меча.