5. Государев преступник

-Никита, что это было..?  где мы ?,-вяло спросила Карельская, почувствовав резкую слабость -добро пожаловать в мой мир, Настюша-улыбчиво сказал Никита -так получается я сейчас в 1742 году ? очуметь .. какая у вас тут огромная библиотека -черт !! Мы же в навигацкой школе, если узнают, что в здании находится девушка, так еще и со мной - смертной казни не избежать, а на меня еще и скорее всего побег повесят -почему ты сделал акцент на словах «со мной» ? У тебя какие-то трудности ? -скажем так, не самые лучшие взаимоотношения со штык-юнкером Котовым -а что не так ? -долгая история, малышка, сейчас мне надо придумать, куда тебя спрятать -Никита, если мое присутствие здесь угрожает твоей жизни - я непременно уйду, ты только скажи -да подожди, сейчас что-нибудь придумаем Внезапно ребята услышали скрипящий звук библиотечной двери. не дай бог это Котов или еще кто-то из администрации - убьют на месте. к счастью Никиты, в библиотеку зашли Белов и Корсак -Никита !! Ты где был ?? - кинулся с расспросами Корсак -у меня вопрос получше : кто эта восхитительная девушка рядом с тобой ? - спросил Белов «чёрт, неужели сейчас придется признаться, что я из будущего ? Откуда я знаю, какие тут законы и что будет со мной, если я во всем признаюсь ? Хотя, наверное по моему внешнему виду они уже все поняли. Какая девушка, живя в 18 веке будет носить майку и широкие джинсы ?»,-у Карельской начиналась паника -все вопросы позже, сейчас нам нужно спрятаться -так каникулы же, мы не уезжали, тебя ждали -из администрации кто-то остался в школе ? -только писарь Фома Игнатьевич, да и тот пьет, так что не заметит. Кстати, именно он сейчас в канцелярии оформляет отпускные подписки  -а куда Котов делся ? -а нет нигде его, Алешка вчера принимал участие в спектакле, Котов там был, больше мы его нигде не видели -раз не видели - не значит, что его тут нет, бегом к Гавриле Гаврила присутствовал в жизни Оленева буквально с самых первых дней. В тот самый миг, когда вложили в Гавриловы руки корзину с младенцем, а именно так появился Никита в родном доме, душа камердинера дрогнула состраданием и нежностью к этому крошечному существу, и согретый этими необычайными чувствами он стал, как умел, оберегать юного князя от жизненных напастей и несправедливости. Вначале ссорился с иноземной кормилицей (у немок молоко постное!) и тайно подкармливал младенца из рожка русским грудным молоком, потом пилил нянек-неумех, и сам стал нянькой, потом ворчал и неотступно наблюдал за нерадивыми гувернерами и как бы между делом выучился грамоте. Иногда князь Оленев-старший забирал Гаврилу с собой в заграничные поездки, но и там заботливый слуга не обделял вниманием своего юного барина : в помощь учителю географии писал длинные письма с подробными описаниями Парижа и Мюнхена. Когда Никита поехал учиться в Москву, князь Оленев, зная привязанность сына к Гавриле, отдал ему камердинера в вечное пользование К тридцати годам Гаврила остепенился и приобрел новую страсть, которая в Москве окончательно сформировалась, - он стал знахарничать и копить деньги. Склонность к первому он приобрел от матери - она пасла коз, снимала порчу и почиталась колдуньей. Поездки за границу развили в нем интерес к драгоценному металлу, и интерес этот стал основным двигателем Гаврилы на благородном поприще фармацевта, парфюмера и лекаря Гаврила готовил все - был бы покупатель. Толок серу и делал легкую, как пух, пудру для париков. Топил в глиняном горшке дождевых червей для закапывания в глаза, настаивал мяту от сердца, горицвет от водянки, делал навары из медуницы хвоща для промывания гноящихся ран, изготовлял жидкие румяны и даже по собственному рецепту варил лампадное масло. Оно хоть и не имело такого благовония, что церковное, но стоило в десять раз дешевле и всегда имело сбыт. Удивительный человек ! Гаврила работал в навигацкой школе, и в любой момент Никита мог обратиться к нему за помощью или советом, или просто побеседовать. Камердинер встретил Никиту довольно эмоционально : -барин, где ж вас носило со вчерашнего дня ?? Вы что, нет курсе, что произошло ?? И кто эта девушка ?? Забыл про навигацкий устав ?? Все батюшке расскажу !!,- гневался Гаврила -эта девушка - Настя, я позже тебе расскажу подробнее. а что, собственно, произошло ? -эх, барин, барин.. до конца неизвестно, но в преступлении тебя подозревают. Что-то по поводу бумаг Бестужева и по поводу твоего отсутствия. Ты же понимаешь, мне никто ничего не расскажет.. об этом должен знать Фома Игнатьевич и должно быть Котов, но он куда-то пропал -а давайте я к Фоме Игнатьевичу схожу ? У меня с ним достаточно доверительные отношения,-отозвался Белов -решено, сходи и разузнай поподробнее, но аккуратно, не выдай меня,-попросил Гаврила -будет сделано,-сказал Белов Саша подозвал Гаврилу, чтобы поговорить с глазу на глаз -Гаврила, какие бы у меня ни были хорошие отношения с писарем, бесплатно он на такое не пойдет .. -я понял, о чем ты. Сколько надо ? -десять рублей -десять рублей ! Да за такие деньги, извольте слушать, всю Москву можно посадить доносы писать -нам надо не написать, а выкупить донос. Это дороже стоит -три рубля дам -спасибо, Гаврила -это тебе спасибо, что пытаешься Никитку вытащить Ближе к полудню Белов пришел в кабинет писаря. Фома Игнатьевич любил рассказывать различные истории, так что заболтать его было легко Ловко раскладывая карты и деликатно покашливая, писарь пересказывал Белову городские сплетни : -на Арбатской улице пойманы вчера три разбойника с атаманом по кличке Кнут. Теперь клеймо на лоб «Вор» да на каторгу. А то и вздернут … какая вина ! Еще рассказывали, что большая баталия приключилась вчера у Земляного вала. Полицейская команда два часа толпу разгоняла. Не только кулаки, но и колья в ход пошли -кто ж дрался ? -зачинщик, сказывают, солдат Измайловского полка, а какие иные дрались - неизвестно. В субботу в старом головкинском флигеле, говорят, пожар был -что сгорело ? Ты про какой флигель-то говоришь ? Не про тот ли, в котором вчера представление было ? -оно и послужило происшедшему. Все по-разному рассказывают. Кто, мол, театральная зала горела, кто - реквизит, а иные утверждают, что от дома только уголочки остались. Хорошо драгуны подоспели, а то и люди бы сгорели … Белов прекрасно знал об этом пожаре, ведь в спектакле участвовал Корсак. Но Белов лишь сделал вид, что впервые об этом слышит, дабы разговорить писаря дальше -сегодня наконец Никиту видел, а то его нигде не было -вашему Никите и впрямь лучше пропасть.-писарь деликатно склонился к Белову.-на него дело заведено. Штык-юнкер Котов лично принес бумагу и велел мне к утру подписать.- он сбавил голос до шепота.-Оленев теперь государев преступник -что ? - Саша не мог прийти в себя от изумления. - совсем ополоумели. Не может Никита быть государевым преступником !  Он на Котова наехал, тот теперь и куражится ! И за что его конкретно обвиняют ? Подозревают в побеге? -про пререкание в бумаге ни слова, но написано, что у Никиты нашли украденные бумаги Бестужева в пиджаке, а это - преступление. Ну и побег имеет место быть -повтори еще раз, Фом Игнатьевич. Что-то я не понял ничего, какие бумаги ? -вы, господин Белов, понимаете, что дело секретное ? Только мое расположение к вам позволило мне … -подожди, Фома Игнатьевич, не тарахти .. где эта бумага, которую дал тебе Котов ? -донос-то ? Видите ли … бумагу штык-юнкер принес в субботу, а в воскресенье должен был забрать у меня… уже начисто переписанную -так он забрал ? -господина Котова нет нигде. Но бумагу я в стол господина Котова положил -мне надо посмотреть эту бумагу,- решительно сказал Белов Писарь заежился -послушай, трусливый человек, об этом никто не узнает, если ловко сделать,-страстно зашептал Саша в ухо писарю,-проведешь меня в канцелярию вечером, когда школа будет совсем пустая. Сторожа я сам напою, не твоя забота. Впрочем, можно и не поить никого. Ты бумагу из Котовского стола возьми, а завтра принеси ее сюда в библиотеку. Да не отнекивайся ты ! - воскликнул Саша с раздражением. - я же не задаром прошу -места лишусь,- твердил писарь, пряча глаза. - не важно, что штык-юнкер куда-то исчез. Кажется, нет его, а он тут как тут Чем настойчивее сопротивлялся Фома Игнатьевич, тем очевиднее было Белову, что бумагу эту надо непременно посмотреть, и не только посмотреть, но и уничтожить. О последнем он, конечно, и не заикнулся перепуганному писарю К Белову и писарю подоспел Корсак. Когда Белов читал бумагу, писарь держал бумагу обеими руками и с опаской косился на Корсака. Тот стоял рядом и тоже, хоть уговору о том не было, запустил глаза в государственный документ. Белов читал внимательно, хмурился, а Корсак иронически усмехался Донос был написан лаконично, но в редких эпитетах, в самих знаках препинания чувствовалось вдохновение.  Трудно было узнать Никиту Оленева в герое котовского «эссе» - лукав, необуздан, подвержен самым худым и зловредным помыслам - одним словом, злодей ! -звонко написал, - подытожил Корсак. - слово сказать не умеет, а пишет, что тебе Катулл -лучше не вспоминай Катулла. Не та компания. У Котова, я думаю, образец есть. Вставь фамилию в пустые места - и бумага готова, - сказал Белов и и тихонько потянул к себе листок, писарь сразу воспротивился и обиженно запыхтел. - порвем, Фома Игнатьевич, отдай бумагу, а ? -все, господа, мне библиотеку запирать пора -оставь его, - сказал Корсак на ухо Саше, но достаточно громко, чтобы писарь его услышал. - он трусит. Если человек так трусит, то толку от него не жди. Я пошел домой, спать хочу -спать ? Что же ты по ночам делаешь ? -мечтаю,- ответил Корсак Фома Игнатьевич просительно и жалко заглянул в глаза Белову, но тот не тронулся с места -зачем вам сия бумага, наивный человек ? Сам по доброй воле я ее никому не отдам, а коли явится штык-юнкер, то он мигом другую сочинит. А я место потеряю. Пойдемте, Александр -я понимаю, что в наше время деньги - пыль. Но клянусь - я на всю жизнь запомню твой добрый поступок. Отдай бумагу .. -вам паспорт Оленева нужен, вот что, а самому Никите куда-нибудь подальше -а зачем же паспорт красть ?  -затем, чтобы Котов разыскать его не смог, Никите прятаться надо. Убежит допустим Никита в Петербург, в свой Холм-Агеев, а местечко это только в паспорте и указано. Был человек - и нет человека Белов внимательно посмотрел в глаза писарю -все школьные документы сосредоточены в кабинете директора. Как войдешь - правый шкафчик у окна -достань, Фома Игнатьевич, неужели тебе Никиту не жаль ? -мне всех жаль. И его, и тебя, и особенно себя самого Что-то упало с глухим стуком под ноги Белову. Он нагнулся - синий платок. Белов хотел вернуть писаря, но остановился - рука нащупала какой-то твердый предмет. Он поспешно развернул платок и видел маленький ключ с костяной дужкой и тонкой цепочкой, который вешают на шею. Это был ключ от кабинета директора, где находилась котовская бумага. Белов зашел в кабинет и следовал указанию писаря : искал бумагу в правом шкафчике у окна. Буквально 2 минуты потратил Белов на поиски. Найдя сверток, он спрятал его во внутренний карман своего пиджака. Хотя бы на одну проблему меньше, теперь этот донос ни до кого не дойдет В подвале библиотеке Белов встретил ребят, которые томились в ожидании -выдыхайте, бумагу я сжег -спасибо тебе, Сашка, в долгу не останусь,- cказал Никита -ради друга я готов на все -а что же дальше делать ? Тебе прятаться нужно, и желательно не в Холм-Агееве,- сказал Корсак -есть у меня одна идея..- задумался Оленев и перевел взгляд на Настю. Та сразу все поняла -это отлично, главное - не вешать нос !