Близнецы.

      Роман Фильченков (Рома, Ромашка)       В уютной светлой спальне, где первые лучи раннего солнца нежно пробивались сквозь окна, на мягкой постели безмятежно спал юноша. Его русые, слегка кучерявые волосы, словно ореол, раскинулись по подушке, а сам он изредка тихо сопел, погруженный в сладкие грёзы.       Но в этот момент спокойствия вдруг раздался звук будильника, пронзивший тишину настойчивой мелодией: - «Я сочиняю роман, Рома-Рома-Роман, Роман. Мужчина всей моей жизни».       Момент и Рома, нежившийся под одеялом, перевернулся на бок в попытке дотянуться до раздражающего прибора, но его усилия оказались тщетными. - «Да, за что...Прошлый, я, такой жестокий.» - пробурчал себе под нос Рома. Его сонные глаза цвета нежного морского прибоя, были прищурены от яркого света, что ослеплял его.       А будильник всё не унимался, его настойчивая мелодия разрывала утреннее спокойствие. Наконец, собравшись с силами, Рома сел и отключил машину несчастья — настоящий герой!              Быстро поправив постель, Рома, одетый в пижаму с изображением милого курятина, держащего динамит, направился в спальню своего близнеца, Рамы. - "Не одному же мне страдать с утра?" — подумал он, с улыбкой, предвещающей одновременно и зло, и радость, и покинул сладкое царство сна, а именно свою спальню. --- Рама Фильченков (Рама, Арама)       Рома тихо подошёл к двери комнаты Рамы, прислушиваясь к звукам, которые могли выдать пробуждение близнеца. Убедившись, что всё вокруг было тихо, он аккуратно приоткрыл дверь. Свет солнечных лучей заполнил комнату, освещая спящего Араму, закутавшегося в одеяло, как гусеница в коконе. — «Рама!» — позвал он, но ответом была лишь тишина. — «Вставай уже! У нас сегодня планы!»       Однако Рама продолжил спать, тихо шепча себе что-то под нос и еще больше натягивал на себя одеяло, как бы желая укрыться от всего мира.       Ромашка попытался убедить брата ещё раз, но тот продолжил бесстыдно спать при этом чуть сопя под нос.       С мыслью, что пора действовать решительно, Рома подошёл ближе и решил снять с брата одеяло. Но в этот момент Рама резко распахнул своё укрытие, словно бабочка, вылезающая из кокона, моментально затянул Рому в свою уютную «куколку». — «А как же завтрак?» — смеясь, спросил Рома, но вскоре его звонкий голос затих. — «Все позже, спи, ты у меня в плену», — произнёс Арама, его голос был низким и сонным, но в нём слышалось игривое настроение.       Вместо слов они просто укрываются в тепле общего одеяла, где время замирает, а мир за стенами становится далеко неважным. Смешанные смехом и счастьем, они снова погружаются в объятия Морфея.