«Тренировка»

      — Фу-у-ух…       Допрос не продлился долго благодаря тому, что он притворялся тупым, как пробка. Это вообще по своей сути удивительно: наверняка Минато заподозрил неладное, но решил не лезть дальше. Думает ли он о том, что его «сын» что-то скрывает, или же просто струсил давить дальше на ребёнка. В любом случае, эта минута была раздражающей и волнительной. После неё так и лезли мысли о том, что мир идёт дальше, а сам Наруто только и делает, что пинает хвосты Курамы.       Блондин поднялся и подтянулся. Он тренировался физически, но тело всё равно было слабым. Чтобы приблизиться к уровню подготовки выпускника, придётся попотеть весь ближайший месяц. Но такого вида тренировки лишь под утро и поздний вечер, самое главное — это приступить к изучению техники, предварительно пропустив этапы контроля чакры и обучения фехтованию.

Следующий день

      Парень почёсывал макушку, пиная камни. Он морально готовился к моментальному провалу, ведь в этом теле ничего не будет получаться с первого раза. Делая вдох и выдох, Намикадзе вытянул руку вперёд. Слабые проблески энергии начали выходить из кончиков пальцев. Первая секунда, вторая… Прошло около минуты, но ничего не происходило.       — Давай же… — пот начал свой поход по телу.       Неожиданно в глаза ударила яркая вспышка. Перед ним был клинок, полностью состоявший из чакры. Парень легко улыбнулся.       — Полу…       Энергия в форме меча вдруг начала колыхаться. Левая рука потяжелела настолько, что потянула всё тело за собой к земле. Чакра начала сжиматься в тонкую нить, при этом её плотность не уменьшалась, а лишь увеличивалась. Наруто пытался остановить процесс, но отчего-то это не получалось. Ладонь медленно начало прожигать адской болью. В глаза снова ударила вспышка света.       Взрыв.       — Чт…       Через мгновение блондин оказался на земле. Жгучая боль охватила всю руку до предплечья. По лесу пронёсся оглушительный крик. Парень барахтался, ощущая помимо мучения своё сердцебиение по всему телу.       — Да уй… Гха!       Ожоги, причиняющие боль, начали ныть при любом дуновении ветра. Как только тело более менее адаптировалось к ней, Наруто сразу же лёг на бок, а пострадавшая конечность висела в воздухе. В таком положении мальчик пробыл десять минут.       Как только эта невыносимая боль прошла, блондин потихоньку накидывал бинт. Это, конечно, не очень приятно, и в какой-то степени немалая рана ноет при соприкосновении с тканью, но было терпимо. Завязав конец бинта на месте, где ожогов уже не было, Намикадзе посмотрел на руку: белые волокна потихоньку прилипали к ожогу, заставляя первую менять свой цвет.       — Фу-ух… Гх!       Напрочь позабыв о том, что повредил свою левую руку, он попытался встать и сразу же свалился обратно на землю. Сжав предплечье ладонью, блондин перевернулся набок и, поддерживая свою конечность в воздухе, смог подняться на ноги. Опираясь об колено, с лица стекал пот, вперемешку со слезами. Дыхание было прерывистое. Восстановить его было невообразимо сложно. Тело казалось онемевшим.       — Эй… Курамчик… Что? Будешь смотреть… на мои страдания?       — Если ты хочешь, чтобы я тебе как-то помог? Звиняй, но нет чакры — нет хорошего восстановления тела.       Этот веселящийся голос дико раздражал. Лис смеялся над слабостью друга в виде зависимости от его прямого присутствия рядом с ним. Наруто лишь громко простонал в ответ, пытаясь какую минуту восстановить своё дыхание.       Через несколько минут всё же получилось. Лицо, как и тело, было мокрое от пота, а ощущение холодного ветра заставляло левую руку ныть при любой возможности. Парень решил направиться домой, осознав риски таких тренировок. Надо было решить — выбрать быстрый и болезненный путь или, словно черепаха, ползти до моря.

Спустя две недели

      Наруто исключил тренировки тела, заменив их на контроль чакры. Энергия всё так же с трудом поддавалась, но всё же получилось контролировать определённое её количество. Это всё вылилось в неплохой результат, поддерживающий его настрой как никогда. В последний раз за такие сложные каждодневные тренировки Намикадзе брался лет так двадцать назад, когда это ещё было уместно. Он в первые дни даже забыл, какого это доводить своё тело до предела и сваливаться от усталости.       Через неделю после начала тренировки он решил, что будет легче провернуть всё это дело с объектом, который может проводить его чакру. Купив непримечательную катану за 22 тысячи рё, Наруто сразу же отправился в лес. Он убедился в практичности этого метода, после чего начал усиленно тренироваться последующую неделю, не давая телу никакого отдыха.       Закончилось всё на пятнадцатый день: он смог создать хоть какое-то подобие Клинка Чакры, хотя его и почти не было видно невооружённым глазом. Это, конечно, не уровень Юко, которая изучает Расенган и уже почти его может создавать, но результат весьма внушительный для его возраста, так ещё и за такой короткий срок. Обычно такой приблудой пользовались самураи в его мире и это была обычная манипуляция чакрой, но тут Клинок Чакры — это сложная техника из-за её контроля. Для облегчения в его создании как раз и используют любой подручный инструмент, который облегчает высвобождение внутренней энергии. Дальше дело было за малым — потихоньку, словно черепаха, идти к цели.       Наступил семнадцатый день.       Чакра всё также еле видна вооруженным взглядом, но это был пока самый лучший результат из возможных. Даже имея такое средство, как катану, было сложно контролировать размер и плотность.       Двадцать третий день.       Прогресс стоял на месте. После часа тренировки уже требовалось сидеть и отдыхать столько же времени. Не смотря на то, что он выделил побольше времени на утреннюю и вечернюю тренировки, улучшая свой контроль чакры ещё быстрее, у него ничего не получалось. В голову начали закрадываться мысли о том, что проблема была не в этих упражнениях, а в нём самом.       Тридцатый день.       Наруто поник. Парень понимал, что прогресс не может взлететь очень высоко, но то, что он стоял на месте, заставляло в лишний раз задумываться. Он угрохал в этот день кучу сил, из-за чего под вечер тренировка контроля была пропущена. Сидя под открытым небом, он смотрел на медленно двигающуюся луну. Иногда этот вид разбавляли осенние листья, что повсюду летали вихрем из-за поднявшегося ветра.       Сорок дней.       Ноль. Именно такой прогресс ожидал его за более, чем две недели. Намикадзе неплохо контролировал гигантский объём своей чакры, но это не значило то, что всё будет вдруг получаться. Управление над плотностью и размером энергии до сих пор было далеко, и в этом и скрывалась главная проблема.       Пятьдесят шестой день.       Результат был всё таким же. Через месяц, как он узнал, уже будет его нелюбимый выпуск из академии. Это говорило ему лишь об одном: у него осталось меньше тридцати дней на то, чтобы хоть как-то сдвинуть свой прогресс.       Пятьдесят седьмой день.       Утро прошло как обычно. Тренировка уже по контролю плотности и размера продолжала стоять на месте. Ничего интересного, казалось бы, не могло произойти. Сидя под величавым дубом, Наруто смотрел вперёд, укутавшись в свой шарф, который нашёлся весь в пыли под кроватью. С Курамой общение в последние полтора месяца тоже не идёт. Из социального взаимодействия было лишь редкое посещение академии да перекидывание пары слов с семьёй. Блондин закрыл на пару минут глаза.       — Э-э-эй!       Голос звучал очень близко. И знакомо. Намикадзе неохотно открыл глаза и увидел укутанную, как и он сам, в шарф и тёплую одежду сестру. Она с обеспокоенным лицом смотрела на брата, не зная, как дальше реагировать и говорить.       — Что? — послышался грубый голос мальчишки, который уже раздражался от чего-угодно.       — Ну… Это…       Юко решила не говорить это словами, а сразу же показать. В руке появился такой знакомый голубой шар, именуемый Расенган. Лицо блондина чуть скорчилось. Это было не удивление или радость, а настоящая зависть. Мужчина, что прошёл две войны, дважды спасший мир и знающий об техниках и контроле чакры всё, сидел и, как маленький, злился по пустяку.       — Ну как? Круто, не правда ли? — гордость охватывала весь её разум. Такую технику выучить в тринадцать лет — настоящее достижение, но не для Наруто.       — Ага. Чё, похвасталась? — улыбка, которая была всё время на лице сестры после создания Расенгана, исчезла. Смотря на брата, она не понимала, что с ним произошло. Парень, обычно, всегда колко откликался на подобные случаи, но сейчас слышался лишь пустой, хриплый и грубый голос.       — Ам-м-м… Что… Произошло? — в этот раз улыбка была глупой и, в то же время, заботливой. Блондин заметил это, но не обратил никакого внимания, пряча свой взгляд в колени.       — Вали просто отсюда.       Повисла тишина. Расенган уже давно исчез из рук, а создатель техники поник. Она, думая, что похвастается хоть перед кем-то, вроде своего брата, сможет получить хоть какую-то похвалу, даже если и в шуточной форме. Но, смотря на него, зарывшегося глубоко в себя, Юко могла лишь чувствовать грусть и безпомощность.       — Прости, что потревожила…       Поправив шарф, она с опущенной головой удалилась с места, где обычно тренировался Наруто. Намикадзе пару раз следила за тренировкой в начале, восхищаясь и завидуя тому прогрессу, который достигает брат за короткие сроки. После этого она и сама решила, что нужно наконец-то закончить с Расенганом. Блондинка смогла освоить его спустя почти два месяца после того случая, когда отец пообещал рассказать о Теневых Клонах. Она уже хвасталась отцу. Минато почти что не обратил внимание на то, что дочь в таком возрасте смогла освоить сложную технику, так ещё и его собственную. Кушина была, конечно, очень рада, услышав прогресс дочки, но это было совершенно иная похвала и поддержка. Юко покинула лес, выйдя на улицы Конохи, и решил прогуляться пару часиков.       Наруто скрипел зубами. Его ладонь вцепилась в забинтованную руку, которая до сих пор не восстановилась. Возникшую боль он просто-напросто игнорировал, терзая себя всеми возможными проклятиями. Это был его предел, или всё же он что-то упускает прямо из-под носа?       — Чёрт… Я вправду такой бесполезный, как и это тело?       — Хей-хей! А это что тут у нас, мужчина плачет, как маленькая девочка? И всё это лишь из-за этого, что сестрица, которая тренировалась пару лет, плюнула на твой двухмесячный прогресс?! Ай-ай! Бедняжка ты наша маленькая! — на удивление в голове послышался знакомый басистый голос, который перешёл в неукротимый смех. Блондин чихнул.       — Эй, слышь! Ты, лиса, которая присосалась ко мне после смерти! Я потею так, как не потел в той жизни, чёртова швабра! — Наруто чуть ли не сразу откликнулся на голос старого приятеля. Настроение у него сразу же приподнялось, и он, на удивление Курамы, засмеялся во весь голос.       — Эй… Ты что, с ума сошёл, пока я спал?       — Ах ты блядское животное! Мог предупредить, что ушёл в осеннюю спячку! Полтора! Полтора месяца до твоей тупой рожи не достучаться, а ты вон-оно что… Спал, ёб твою мать!       — У меня нет матери, придурок. Шутка не засчитывается.       — Да сам Хамура твоя мать!       — Что сказал?!       После небольшой словесной перепалки, Биджу удосужился предупредить друга о том, чтобы пару дней не беспокоил его. Блондин, который, по словам Курамы, распускал нюни, гордо стоял и смотрел на небо, закрытое тучами. Он смог взять свои беспорядочные мысли, которые беспокоили его последние недели. Парень глубоко вдохнул и выдохнул. Сейчас, когда он понял после разговора с лисом, что ему не хватало для создания нормального Клинка Чакры, сразу же принялся за тренировку, готовясь мучать это детское тело.       Семьдесят третий день.       Теперь в его руках, как ни странно, был настоящий Клинок Чакры, а не та подделка, что была два месяца назад. Чакра уже хорошо виднелась, форма была почти великолепной и соответствовала лезвию катаны со всех сторон. Режущая сила была сильнее, чем у купленного клинка, который проводил чакру. Наруто смог с лёгкостью срезать ствол дерева, что лишь ещё раз подчёркивало его прогресс. Улыбаясь, как в молодости, он вдруг осознал, что техника-то выучена, а вот как нормально вести бой с ней — знаний не было. Он не приверженец какого-либо оружия, предпочитая использовать свои кулаки. Но, похоже, ему придётся чуть-чуть подтянуть знание об фехтовании. Самое лёгкое и доступное — это база по стойкам и ударам. Этого, как Намикадзе думал, будет достаточно для того, чтобы сравняться с выпускниками по силе, а может и превзойти большинство.

      Два с половиной месяца спустя после начала тренировок

      Юко всегда почему-то боялась, что брат когда-то её превзойдёт. Сначала тот был довольно милым пухлым мальчиком, который всегда улыбался всем и поддерживал. Но два года назад что-то изменилось. Не только во внешности, где Наруто похудел и стал выглядеть так, будто всегда болеет. Мальчик просто изменился сам по себе. Нелюдимый, вечно раздражённый и даже агрессивный. Такой сын не мог учиться у отца, как раньше, поэтому Минато сказал тому отдохнуть, как только заметил изменения. Только вот отдых перерос в два года затишья. Кушина всячески пыталась выяснить, что произошло с её сыном, но близкая подруга по имени Цунаде говорила, что паренёк просто меняется как личность и это вполне нормально. Его исхудавшее тело и больной вид не были вызваны чем-то серьёзным, это было обычное недоедание и нарушенный сон. Через год после того, как заметили подобные перемены, Наруто выглядел вполне себе нормальным мальчиком, только вот его нежелания контактировать с обществом всё также осталось. Но три месяца тому назад блондин будто изменился.       Сначала было обычное утро, но вот то, что он встал и выглядел выспавшимся в такую рань, удивило Юко. Потом брат и вовсе раньше неё пришёл на завтрак и странно подшучивал над ней, хотя такого никогда не происходило. Потом в этой скучной академии она проиграла Наруто, после чего начала усиленно тренироваться, иногда следя за ним. Тот не делал ничего такого: просто сидел дома, как обычно, или гулял.       После этого Намикадзе решила позвать того на тренировку. Цель не была победить его, а просто устроить дружеский спарринг, чтобы закрепить ошибки, которые ей проговаривал учитель. Но, по итогу, парень, не смотря на мощные техники, что она использовала, смог победить её, а потом и вовсе помог восстановиться. Через пару дней Юко узнала, что жидкость, которую кровный брат дал ей, — допинг для выработки чакры. Мизуки, рассказавшая ей об этом, сразу повела её в ближайшую больницу, где пришлось провериться, чтобы не волновать подругу. Ирьёнин лишь помотал головой и сказал, что никаких отклонений нет, что удивило их обоих.       И вот, когда Наруто начал пропадать из дома, Юко проследила за ним. Как оказалось, брат тоже умеет тренироваться, хоть и пытался скрыть это ото всех. Видя, как он сначала пытался, а потом и вовсе смог создать ненавистный ей Клинок Чакры, Намикадзе тоже решила не отставать от него, освоив Расенган. Сестра думала, что сможет пережить насмешки с его стороны. Но вот только то были не насмешки, а буквально ненависть, хотя, как таковой, её и не было. Это было лишь в её голове, ведь Юко подумала, что брат видит каждый раз её хвастовство и, как ни странно, зависть, поэтому и отреагировал так, как и всегда.       Сидя на полигоне, Юко смотрела за тем, как Саске и Мизуки уже начали тренировку. Начиналось как обычно: двое из клана Учиха устраивали спарринг. Победитель всегда отдыхал десять минут, а проигравший выполнял дополнительные подходы упражнений, которые они делают все вместе для разогрева. Потом начинается всё индивидуально: Саске всегда учил новую технику Стихии Огня или парился со старыми; Мизуки улучшала свой контроль чакры и познавала фехтование, которому учил её брат. Намикадзе всегда оставалась в стороне, изучая Расенган, но пару дней назад она смогла её выучить и проверить мощь и теперь сидит без дела.       — Эй! Сколько будешь так сидеть и смотреть, как мы тренируемся? — подал голос Саске. Он уже изрядно испытал себя, поэтому отдохнуть в такой момент для него самый раз.       — Да я же уже выучила Расенган, что мне ещё нужно? — подняла бровь Юко, не отводя взгляда от мальчика из клана Учиха. Тот лишь пожал плечами и сел рядом с ней.       — Ты просто в последнии дни будто не своя после своего Расенгана. Что, брат достаёт? — из-за слов о брате по спине пробежались мурашки. Она прищурилась, а потому брюнет и понял, что дело именно в этом, — Да ладно тебе, забей! Будто бы этот парень что-то сможет противопоставить тебе сейчас.       — Сможет… — быстро ответила Намикадзе, ставя Саске в неудобное положение.       — Эм-м… Серьёзно?! — удивление на лице пришло не сразу, из-за чего Юко улыбнулась.       — Ага! Будто бы ты не знаешь, что брат наверняка в одиночку всё время тренировался, а мы просто этого не замечали! — ложь.       — А, да? Понятно…       — Да… И как мне его теперь победить?