Глава IV. День рождения Сьюзен

В субботу 6 августа 1994-го Гарри провёл большую часть дня в поместье Трэверсов. К посещению Трэверсу он подошёл максимально ответственно: позаботился о максимальной респектабельности своего внешнего вида, запомнил, как именно и о чём будет говорить с мистером и миссис Трэверс, особенно с мистером Трэверс, отрепетировал общий тон общения со Сьюзен, даже поповторял на всякий случай всякие учтивые франкоязычные фразы, благо, профессор Хэмилтон, преподававший в Хогвартсе обучение этикету, хорошо учил французскому. В поместье Трэверсов Гарри явился с миссис Малфой, мистера Малфоя с ними не было, ибо с 4 августа он хоть и был в отпуске, но подолгу спал и вообще почти ничего не делал. Как следствие, мистер Малфой от посещения Трэверсов уклонился, Драко же на День рождения Сьюзен не пригласили. На День рождения Сьюзен вообще мало кого пригласили: из школьников были приглашены только те трое, кого Сьюзен считала своими искренними друзьями, а именно Эдриан, Гарри и ещё Кассиус Уоррингтон. С Эдрианом прибыли родители, Кассиус Уоррингтон, в свою очередь, был в сопровождении высокого седого и бритого старика в круглых очках и в чёрном пиджаке типа маггловского. Гарри принял этого старика за отца Кассиуса, но потом Кассиус сказал, что старик - мажордом, то есть, главный домашний работник поместья Уоррингтонов, управляющий многими делами поместья. Мажордома Кассиус называл мистером Темплом. - Когда мне куда-то надо вне учебного года, когда отлучаюсь из семейного поместья, мистер Темпл всегда меня сопровождает... - сказал Кассиус, когда они с Эдрианом и Гарри сели за накрытый круглый стол в саду Трэверсов. Кассиус почему-то то и дело озирался: не желал, видимо, чтобы его услышал мистер Темпл. Мистер Темпл, благо, редко к нему подходил. - Кассиус, а где же твой отец? - спросил в один момент Гарри. - Он что же, не захотел сюда явиться? Или он не смог? Кассиус посмотрел на Эдриана, тот, видимо, уже что-то знал... Потом Кассиус посмотрел по сторонам, и, убедившись, что мистера Темпла поблизости нет, негромко сказал: - Мой отец - член Визенгамота и всегда очень занят... Работу он прям любит, наверно, даже больше, чем меня... Он всегда с головой в работе, но, в отличие от Артура Уизли, непременно требует достойной заработной платы и так далее... Уизли же деньги не нужны... - Член Визенгамота? - удивился Гарри. - Он судья? - Да... - ответил Кассиус. - Что же ты об этом не рассказывал? - Может быть, потому что не хотел? Я, кажется, говорил тебе, что у нас с отцом не самые идеальные отношения... - Прости, я... - Ты не при чём, Гарри... Наверно, все судьи такие - почти всегда работают и почти не имеют времени на собственных детей... Вот и получается, что к мажордомам такие дети больше привязаны, чем к отцам-судьям... Мистер Темпл, он... Он всегда был со мной проще, эмоциональнее, добродушнее, а отец... Он всегда был бездушный какой-то, словно под заклятьем каким-то... - Бездушный? - Всегда одинаково негромкий, равнодушный тон общения, ни радости, ни недовольства, ни разочарования, ни раздражения, никаких эмоций... Вот у магглов, то есть, в маггловских фильмах, есть дроиды - железные существа без эмоций... Так вот отец всегда был дроидом... Сколько я его знаю, он общался со мной, как дроид... - Может, как аристократ? - Нет, аристократы хоть какие-то эмоции проявляют, а отец... - Что же он, не любит тебя? - Не знаю... - Ему на тебя совсем все равно? - Ну нет, он обеспечивал меня всем нужным, но этого мало... Деньги, нормальные мётлы для полётов, нормальные жилищные условия, даже прекраснейшие по сравнению с лачугой Уизли, но знаешь, этого мало... Даже если бы отец мне дал миллионы галлеонов, я бы и тогда не был счастлив... Миллионы, да все деньги в мире не заменят любовь... Любовь... Отец её ко мне не проявлял, а если и проявлял, то каким-то очень оригинальным образом... Он не относился ко мне, как к чужому, но всегда был со мной бездушен, невыносимо холоден... Этот холодный аристократический стиль общения... - А мама? Кассиус ненадолго задумался и, вновь посмотрел по сторонам, чуть ли не шепнул Гарри: - Не говори со мной о ней, не желаю... Мы сюда явились не для этого, мы как-никак гости Трэверсов, они люди видные, влиятельные, и негоже нам всё время от них сторониться и шушукаться о своём... - И то верно, - согласился Гарри, - мне как раз желательно поговорить с мистером Трэверсом... Извини, что заговорил о твоём отце, Кассиус... - Забудь, - ответил Кассиус, махнув правой рукой, - разговора о моём отце не было... - Да, да, конечно... И Гарри встал и отошёл к мистеру и миссис Трэверс, которые тогда общались с миссис Малфой и мистером Темплом. Для этого пришлось покинуть сад и подойти прямо к собственно поместью Трэверсов, большому, широкому и весьма внушительному пятиэтажному, белому снаружи зданию немецко-австрийского какого-то дизайна с чёрными крышками, как в каких-то немецко-австрийских замках. У одной высокой двери под 3 метра стояли и общались между собой мистер и миссис Трэверс, миссис Малфой, мистер и миссис Пьюси, и мистер Темпл. Все были одеты в дорогие и качественные, но чёрные, мрачноватые одежды. Гарри, как и Эдриан с Кассиусом, был в строгом чёрном пиджаке поверх белой рубашки и чёрного бантика-«бабочки». На обеих руках Гарри были белые перчатки, как и у Эдриана с Кассиусом: все трое оделись, как стопроцентные аристократы, представители высшего общества. Гарри ещё для престижа ходил с собственной, купленной им в июле тростью в правой руке. В пиджаках и перчатках было несколько некомфортно с учётом того, что 6 августа была весьма жаркая погода, но Гарри не жаловался и вёл себя максимально аристократично. И вот, Гарри подошёл к мистеру и миссис Трэверс, они сразу же обратили на него внимание и выразили удовлетворение возможностью пообщаться с Гарри. - О, мистер Поттер, - сказал мистер Трэверс, слегка улыбнувшись, - рад, что вы к нам присоединились... - Моё почтение... - сказал Гарри и слегка поклонился. - Мы обсуждали Джинни Уизли... Похоже, что пребывание в гостях у семьи Пьюси оказало на неё положительное влияние... Мисс Уизли, по собственным словам, искренне счастлива и была бы рада, чтобы семья Пьюси стала её родной семьёй... Что вы думаете на этот счёт, мистер Поттер? - Я знаю Джинни как человека весьма смелого и решительного... Она, похоже, лично и наверняка активно будет добиваться того, чтобы быть переданной под опеку мистера и миссис Пьюси... Я убеждён в том, что мистер и миссис Пьюси действительно любят Джинни... Убеждён и в том, что Джинни лучше быть Пьюси, чем Уизли, у неё есть право на лучшее, чем нищенское существование, с коим члены семьи Уизли, похоже, смирились... Возможно, они даже гордятся своей нищетой... Джинни не такая, у неё есть право на лучшее... В такой семье, как семья Пьюси, Джинни будет счастлива, а жить будет, по крайней мере, нормально, без лишений... И ещё, дамы и господа, когда начнётся соответствующий суд, в «Ежедневном пророке» и других британских магических СМИ непременно поднимется, эмм, большой шум, будет много разговоров, обсуждений, сплетен... Это точно сильно ударит по позициям семьи Уизли... Позиции эти и без того слабые, так что Пьюси и другие влиятельные чистокровные роды могли бы воспользоваться всей этой ситуацией с Джинни для того, чтобы избавиться от Артура Уизли и принятого по его инициативе Закона о защите магглов 1992 года... Мистер Трэверс и его собеседники взглянули на Гарри несколько удивлённо. - Закона о защите магглов? - переспросил мистер Трэверс. - Да, сэр, - ответил Гарри, - этот закон был принят по инициативе Артура Уизли 2 года назад... Неужто вы не находите его возмутительным? - Ну, эмм... - Ваше поместье наверняка неоднократно подвергалось обыску на наличие, хе-хе, тёмных магических артефактов... - Да, подвергалось, и не раз... - Вы наверняка были возмущены тем, что какие-то непонятные министерские работники ходят по вашему частному поместью и переворачивают там всё, словно это не поместье, а какой-то, с позволения сказать, низкосортный бар... К тому же, в ваше поместье то и дело врываются только потому что ваш отец, видите ли, был ярым приспешником Волдеморта... Произвол, не правда ли? - Но что можно сделать с этим законом? - Добиться его отмены за счёт общественного давления на Артура Уизли, а оно точно будет, когда разгорится скандал с его дочерью... Можно было бы настроить общественность против Уизли... - Как именно? - Дискредитировав Артура Уизли и всю его семью, конкретно Артура ещё можно было бы выставить чуть ли не тираном, извергом... Если получится... В любом случае, необходимо будет убедить общественность в том, что Артур Уизли не контролирует ситуацию в собственной семье, не может справиться с собственной нищетой и собственными семейными неудачами, а раз так, может ли он справиться с законотворчеством? Артуру Уизли вообще можно было бы припомнить всё: и его нищету, и его нежелание вытащить из неё семью, и его ужасное отношение к Джинни и, может, ещё сыну Перси, и тот летающий Ford, за который его штрафовали... Из Министерства его, может, и не уволят, но вот этот его закон точно будет отменён, что на руку таким славным чистокровным родам, как Трэверсы, Малфои, Мальсиберы, Эйвери и другие... Действовать нужно будет с умом, используя влияние и связи в Министерстве, возможность воздействия на тот же «Ежедневный пророк»... Если всё будет сделано, как надо, от закона Уизли удастся избавиться... Мистер Трэверс переглянулся на миссис Трэверс, потом на миссис Малфой... - Мистер Поттер, - сказал мистер Трэверс, посмотрев на Гарри и даже подойдя к нему ближе, - неужто вы сами пришли к соответствующим, эмм, мыслям? - Да, мистер Трэверс... - ответил Гарри. - Вы бы могли принять участие в деле отмены этого закона... Отмена этого закона ведь отвечает интересам рода Трэверсов? - Да, эмм, да... - В таком вы бы могли внести в это определённый вклад, сэр... Я, однако, советую вам быть осторожным... Аналогичное советую и вам, мистер и миссис Пьюси... - Уверяю, мистер Поттер, всё будет сделано законными методами... - заверил мистер Пьюси. - Мало следовать закону, мистер Пьюси, - ответил Гарри, - нужно ещё успешно дискредитировать противника, особенно если это политически выгодно... Могу вас заверить, что дискредитировать Артура Уизли как раз политически выгодно... Однако за это надо будет браться только после того, как Артур Уизли будет выставлен ужасным отцом... Я не сомневаюсь в том, что Джинни расскажет о нём много интересного, если понадобится... После этого можно будет взяться за отмену этого Закона о защите магглов... К делу нужно будет привлечь как можно больше надёжных и дружественных вам влиятельных людей... Чем больше таких людей примет участие в деле, тем лучше... Если такие семьи, как Пьюси, Трэверсы, Малфои и другие будут действовать сообща, решительно, но осторожно, они точно сокрушат явно неугодный им закон... Уж извините, что я так увлёкся этой темой, просто... - Вы сообразительный политик, мистер Поттер, и ваш юный возраст вам, похоже, не мешает... - сказал мистер Трэверс. - Рад был подсказать вам, как добиться весьма заманчивой перспективы отмены Закона о защите магглов 1992-го... - ответил Гарри и ненадолго улыбнулся. - Разве она не заманчива? - Ну что вы, безусловно заманчива, просто необходима осторожность... - Конечно... - Пап, мам... - сказала незаметно появившаяся Сьюзен. Гарри обратил взоры на Сьюзен. Она была одета в дорогое фиолетовое платье, покрывавшее плечи, но не имевшее подобий рукавов. Сьюзен явно сделала заметный, но нормально смотревшийся и не страшивший её макияж, подкрасила губы красной помадой, волосы не убрала в хвост, как обычно, а в пучок, подкрасила ногти на руках, надела дорогие серебряные туфли... Также Сьюзен явно использовала различные дорогие духи. - О, здравствуй, Сьюзен! - радостно сказал Гарри, после чего склонился перед Сьюзен и аристократично поцеловал правую руку Сьюзен, после чего встал. - С Днём рождения, Сьюзен... - Рада тебя видеть, Гарри... - сказала Сьюзен, улыбнувшись. - Как я выгляжу? - Идеально... - Эдриан и Кассиус уже за столом? - Да... Они тебя очень ждут... Мы втроём приготовили для тебя такие подарки... - Что ж, не буду тяготить их своим отсутствием... Пап, мам, миссис Малфой, мистер Пьюси, миссис Пьюси, мистер Темпл, предлагаю уже пройти к столу, сесть и отобедать, как говорят магглы, чем Бог послал... Вскоре все расселись за круглый стол в саду Трэверсов. Сьюзен ещё немного рассказала Гарри об этом саду, а по пересечении с Эдрианом и Кассиусом, поздравившими её с 16-летием, радостно их приветствовала. Не менее радостно Сьюзен приняла подарки: Гарри аристократично и малость угодливо вручил Сьюзен медальон, Эдриан подарил Слизерин её портрет, нарисованный хоть и карандашами, но серьёзно и по-взрослому, тогда как Кассиус, зная, что Сьюзен нравятся кожаные куртки, пальто и перчатки тёмно-коричневого цвета, подарил ей дорогое кожаное пальто соответствующего цвета. И Гарри, и Эдриан, и Кассиус вели себя максимально аристократично, поочерёдно поцеловали Сьюзен левую руку. Когда все расселись за круглый стол в саду, Гарри сел левее Сьюзен, Эдриан - правее, Кассиус сел левее Гарри. За этим же столом сидели и взрослые участники торжества. Каких только блюд не было на столе! Целые пирамиды разных устриц, в том числе дорогих датских, жареный и приправленный всем, чем только можно омар, жареный поросёнок с яблоками, жареная индейка, какая-то жареная рыба с лимонами, целые пирамиды немецких, наверно, колбасок, ещё подобия котелков, в которых были всякие соусы, горчица и так далее... - «Неужто всё это будет съедено?», - подумал в один момент Гарри. - «И ведь это только обеденные блюда... Что же будет подано на десерт? На десерт, наверно, и сил не останется...» И Трэверсы, и их гости ели неторопливо и неразговорчиво, как и подобает придерживающимся этикету, педантичным аристократам. В один момент Гарри заметил, что то или иное блюдо молча уносят со стула не эльфы-домовики, а домработники-люди. Видимо, мистер и миссис Трэверс не доверяли эльфам после отравления Сьюзен в ноябре 1993-го, освободили (эльфы-домовики не имели личной свободы и никаких прав, и могли быть безнаказанно убиты хоть заклятьем Авада Кедавра) всех своих эльфов и прогнали, а вместо них наняли по меньшей мере 10 домработников-людей (Гарри в ходе обеда увидел 10 домработников, но полагал, что всего их больше). В ходе обеда Трэверсы и их гости говорили только при тостах. Первыми тост сказали мистер и миссис Трэверс, потом Гарри, затем Эдриан и Кассиус... Гарри постарался произнести как можно более приятный и вместе с тем серьёзный, взрослый тост, дабы приятно впечатлить не только Сьюзен, но и её родителей, ведь они наверняка были бы и полезными политическими союзниками, и хорошей роднёй... Произнося тост, Гарри сделал уклон на наилучших пожеланиях Сьюзен и на заявлениях о том, что уж в этом учебном году её никто не осмелится травить, что ей больше не о чем печалиться. Кассиус потом сказал примерно то же самое, заодно упомянув о том, как он в ноябре 1993-го публично выступил совместно с Гарри перед учащимися всех четырёх факультетов Хогвартса и в том числе открыто высказался в поддержку отравленной тогда Сьюзен. За обедом Гарри, Эдриан и Кассиус много чего съели и быстро наелись, да так, что просто не могли больше смотреть на многочисленные блюда на столе, которых как будто не становилось меньше... Напротив, их как будто больше стало. Когда мистер Трэверс закончил с обедом и предложил всем осмотреть поместье Трэверсов, Гарри, Эдриан и Кассиус с облегчением встали со своих мест и охотно проследовали за хозяевами поместья, миссис Малфой, мистером и миссис Малфой, а также мистером Темплом. Мистер Трэверс рассказывал о семейном поместье подробно и гордо, не забывая заодно показывать ключевые помещения, многочисленные картины, всякие драгоценности и предметы роскоши. Речь у мистера Трэверса была хорошо поставлена, говорил он громко, но интересно, а о семейном поместье Трэверсов знал, наверно, всё. В один момент Гарри взглянул на весьма большой и нарисованный красками строгий портрет Сьюзен в школьной мантии со значком факультета Слизерин. - Портрет Сьюзен 12-летнего возраста... - сказал мистер Трэверс, увидев, что Гарри смотрит на данный портрет. Если портрет был правдивым, то Сьюзен уже в 12 лет выглядела почти так же взросло, как сейчас, в 16... В один момент Сьюзен, Эдриан и Кассиус временно расположились в одной из гостиных Трэверсов, которая по стилю явно была пародией на гостиную Слизерина. Гостиная была мрачноватой, но комфортной, с большими и хорошими кожаными диванами, не худшими креслами, тёплым и согревавшим, в отличие от того, что в гостиной Слизерина, камином, и так далее. Сьюзен, знавшая толк во всяких карточных играх, предложила Эдриану и Кассиусу сыграть во что-нибудь, те согласились и увлеклись так, что не заметили, как Гарри попросил мистера Трэверса о конфиденциальном разговоре, после чего тот молча отвёл его в свой рабочий кабинет. В этом кабинете, весьма просторном, но мрачноватом помещении с портретами наиболее выдающихся предков мистера Трэверса, мистер Трэверс и Гарри заперлись. Первый подошёл к рабочему столу, Гарри тоже. Мистер Трэверс в один момент посмотрел в просторное окно сзади, потом на портрет слева, потом на Гарри, и спросил: - Итак, мистер Поттер, что вам угодно? - Прежде всего, мне хотелось бы вновь выразить вам признательность за ту помощь, которую вы мне оказали в марте, мистер Трэверс... - сказал Гарри. - С вашей стороны это было весьма благородно... Скажу также, что ваше влияние в Международном Квиддичном Комитете безусловно велико... Отрадно общаться с влиятельным, серьёзным человеком... - Я, в свою очередь, благодарен вам за всё, что вы сделали для Сьюзен... - ответил мистер Трэверс. - Тогда, в марте, мы с вами фактически сотрудничали... Сотрудничали, поскольку понимали, что это наше общее дело... С тем нашим общим делом покончено... Тогда, в марте, мы одержали победу, сэр... Оба... Мы безусловно были за одно... Мы могли бы быть за одно и в другом деле... Я имею в виду, конечно, дело отмены Закона о защите магглов... Я уже сказал вам, что конкретно вы могли бы сделать, чтобы этот закон был отменён... - Вы были бы готовы лично принять в этом участие? - Я уже говорил, что борьба за отмену этого закона может быть начата только после того, как Джинни Уизли станет Джинни Пьюси, а её, так сказать, биологический отец будет опорочен, причём сильно опорочен... Вот тогда-то с этим законом будет покончено, надо только действовать с умом... Я помогу Джинни Уизли стать Джинни Пьюси, дам свидетельские показания, если понадобится, ведь Джинни мне многое рассказывала и об отце, и о братьях, особенно о Роне... Мне многое известно... - Вы поможете противникам закона таким образом? - Да... Передача Джинни под опеку Пьюси станет для них сигналом... После того, как нужная структура вынесет соответствующий вердикт, все, кому претит Закон о защите магглов, смогут спокойно действовать... Всем видным британским чистокровным родам, связанным со Слизерином, следовало бы сплотиться против этого закона, ведь направлен он явно против них... Вы ведь примите участие в этом деле? - Только когда в дело вступят Пьюси, Малфои, Мальсиберы, Эйвери, Нотты и остальные... Я должен убедиться в том, что они достаточно сплочены между собой, действительно могут повлиять на британскую магическую общественность так, чтобы она спокойно приняла отмену Закона о защите магглов... Если участие в этом деле не будет рискованным для меня и моей семьи, я официально выступлю в поддержку Пьюси, Малфоев и остальных... Я, однако, не намерен быть лидером этого, эмм, движения, я могу только оказать помощь, возглавить же это дело должен кто-то другой... - Понимаю, сэр... - Как бы то ни было, мистер Поттер, спасибо вам за то, что подсказали, что делать с этим чёртовым законом... Если вы ещё подскажете это мистеру Пьюси, директору Малфою и другим, то вам удастся сплотить множество влиятельных, известных и авторитетных людей на общей почве, а именно почве противостояния понятно какому закону... - Совершенно верно, сэр... Я напишу на этот счёт мистеру Пьюси и, пожалуй, Чарльзу Мальсиберу, а мистер Мальсибер свяжется с остальными... Они будут готовы и приступят к делу по сигналу... Действовать они будут осторожно, ведь им точно не нужны проблемы с законом... С Законом о защите магглов будет покончено, я вполне уверен… Возможно, он утратит юридическую силу ещё до конца лета... Фактическую силу он уже, в принципе, утратил, а юридическую... Юридическую утратит, и утратит скоро... - Какая вам от этого выгода? Почему вы готовы помочь знатным чистокровным родам? - Я помогу не столько им, сколько Джинни, а они уж добьются того, что им нужно... - Но вы же намерены подсказать им решение этой проблемы... Зачем же вам это? - Никогда невредно иметь хорошую репутацию среди таких людей, как они... Это выгодно... Репутация лоббиста интересов чистокровной знати британского магического сообщества... Реального лоббиста, а не пустослова, подобного Волдеморту... Волдеморт, по большому счёту, только на словах отстаивал интересы чистокровной знати британского магического сообщества... К тому же он был слишком склонен к насилию и глуп... Ничем хорошим это для него не кончилось... Как бы то ни было, я помогу видным чистокровным родам избавиться от Закона в защиту магглов... Потом, уже по окончании Хогвартса я, возможно, помогу им ещё кое с чем... - С чем именно? - К примеру, с отменой либо снижением подоходного налога... Мне известно, что процент доходов с богатых лиц по этому налогу просто грабительский... И ваша, и многие другие семьи вынуждены выплачивать по подоходному налогу большие суммы денег, слишком большие... Со временем, в 98-м или 99-м году, с подоходным налогом можно будет что-нибудь сделать, добиться или его отмены, или хотя бы снижения... Налог этот явно бьёт по карманам как раз видных чистокровных родов, ведь роды эти очень богаты, а по подоходному налогу чем богаче человек, тем больше он отдаёт своих средств... - Вы раздумываете об отмене или снижении подоходного налога, не добившись отмены Закона о защите магглов? - Политик, если он и вправду политик, живёт не сегодняшним днём, а завтрашним, думает не только о настоящем, но и о будущем, заранее планирует все свои политические шаги, действия, план «Б» в случае если что-то пойдёт не так... Без дальновидности в политике никак, да и на факультете Слизерин дальновидность - качество весьма важное... - Вижу, учёба на факультете Слизерин оказала на вас положительное влияние... - Разумеется, сэр... Я, кстати, ещё немало сделал для того, чтобы Слизерин имел нормальную репутацию в Хогвартсе... Ещё осенью 91-го года к Слизерину относились весьма настороженно, предвзято, как к обители зла, факультету злодеев... Сейчас положение Слизерина уже лучше... Гораздо лучше... Я смог покончить со многими стереотипами о змеином факультете... Позднее, в следующем году я покончу со стереотипом о том, что девушка не может возглавлять сборную Слизерина по квиддичу... - Не понимаю, о чём вы... - Через год я позабочусь о том, чтобы Сьюзен стала капитаном сборной Слизерина... Если, конечно, она не будет против... Это имело бы большое моральное значение... Говорят, будто бы в сборной Слизерина не выносят девушек, не принимают... А теперь представьте, что капитаном этой сборной стала девушка, которая, к тому же, прекрасный охотник... Одному из имеющихся пока что стереотипов о Слизерине точно придёт конец, а вы сможете гордиться Сьюзен... Кажется, ни одному представителю рода Трэверсов ещё не удавалось стать капитаном, верно? - Верно... - А Сьюзен станет... На год, но тем не менее... Выгоды не будет, но вот престиж... Престиж будет, как и основание гордиться Сьюзен... Я верно помню, что вы в годы обучения в Хогвартсе были охотником сборной Слизерина, сэр? - Да, мистер Поттер, однако мне, увы, не довелось стать капитаном... Никому из представителей рода Трэверсов не довелось стать капитаном... - В таком случае Сьюзен непременно прославит и себя, и свой род... - Вы готовы сделать это для неё? - В следующем году... В этом году капитаном сборной Слизерина будет Эдриан Пьюси, это не подлежит сомнению... В следующем же году ситуация едва ли не изменится... Я убеждён, что Эдриан уступит Сьюзен капитанский значок, хотя в команде, наверно, останется... Всё-таки он её лучший друг... Он же и обеспечил ей место третьего охотника в сентябре 93-го, хотя капитан Люциан Боул был настроен скептически... Как бы то ни было, если осенью 95-го у Сьюзен будет шанс стать капитаном, если сама Сьюзен на это согласится, я ей помогу, можете не сомневаться... Вам же я позднее помогу с отменой либо снижением подоходного налога... Едва ли вы в восторге от необходимости выплачивать столь колоссальный процент от своих честных и безусловно законных доходов... Мы или отменим этот налог, или ослабим, причём ненасильственными, законными, лишёнными противоречивости методами... Действовать мы будем сообща… И Гарри подошёл к мистеру Трэверсу, протянув ему свою правую руку, скрытую под белой перчаткой. Мистер Трэверс охотно пожал Гарри руку и даже слегка улыбнулся. Гарри явно смог произвести на него хорошее впечатление. - Я держу слово, мистер Трэверс, - заявил Гарри, - можете не сомневаться... - В этом поместье вам всегда будут рады, мистер Поттер... - заявил в ответ мистер Трэверс. - Я рад, что ко мне хорошо относятся представители столь славного рода... Затем мистер Трэверс показал портреты Торкуила Трэверса I, жившего в 1819-1890 годах и положившего начало традиции называть новорождённых мальчиков рода Трэверсов именем Торкуил, Торкуила Трэверса II, жившего в 1858-1924 годах и являвшегося видным и многолетним судьёй Визенгамота, Торкуила Трэверса III, жившего в 1877-1965 годах, а в 1924-1937 годах возглавлявшего Отдел магического правопорядка британского Министерства магии. Эти и другие портреты были говорящими, но с Гарри заговорил только портрет Торкуила Трэверса III. Портрет заверил, что при жизни Торкуил Трэверс III не питал плохих чувств к полукровкам и магглорождённым, всегда был порядочным, добросовестным работником, а во второй половине 1920-х и вовсе храбро противостоял проискам Гриндевальда и его приспешников, неоднократно пытался его арестовать… Портрета Торкуила Трэверса V в кабинете не было, а портреты его предков о нём не говорили. Видимо, они от него отреклись, как это сделали Торкуил Трэверс VI и Сьюзен. Судя по портрету, у Торкуила Трэверса III в своё время были неприятный, поучительный какой-то голос, светлая кожа, чёрные волосы с лёгкой сединой, заметные, но не слишком густые чёрные брови, небольшие карие глаза с небольшими мешками, орлиный нос, тонкий, заострённый как будто подбородок... После разговора с Торкуилом Трэверсом VI Гарри вернулся к Сьюзен, Эдриану и Кассиусу, в карты они теперь играли уже вчетвером. Потом Гарри смог блеснуть своими неплохими умениями в бильярде, для чего хозяева поместья и гости собрались в специальной бильярдной комнате. Сьюзен, как оказалось, тоже неплохо играла в бильярд, это у Трэверсов было наследственное. Бильярд как будто позволил несколько ускорить время, которое до того тянулось как-то медленно, так что быстро наступило время десерта: торта, целых пирамид различных пирожных и эклеров, дорогого шоколадного и клубничного мороженого на специальных блюдцах... Из напитков на десерт подавали индийский и шри-ланкский чаи, на обед же напитками были лимонады и всякие подобия маггловских газировок для несовершеннолетних и достойные аристократов вина для взрослых. С Дня рождения Сьюзен Гарри вернулся довольным, ведь род Трэверсов теперь был ему дружественен, а конкретно Торкуил Трэверс VI теперь определённо был политическим союзником Гарри, причём весьма полезным политическим союзником... Как Гарри мог помочь Торкуилу Трэверсу VI, так и Торкуил Трэверс VI мог помочь Гарри, их негласное сотрудничество явно было бы взаимовыгодным. В ходе Дня рождения Сьюзен Гарри ещё выяснил, что её мама Андромеда Трэверс родилась 18 августа, и что 18 августа 1994-го ей исполнится 44 года. Гарри потом этим воспользовался, чтобы отправить миссис Трэверс по-аристократически учтивое поздравление с 44-м Днём рождения. Всё-таки ему бы понадобились и отец, и мама Сьюзен, с ними обоими точно должны были быть хорошие взаимоотношения...