ГЛАВА IV

      Альденвейгер очнулся в полной темноте. Голова гудела, осознание произошедших событий медленно подкрадывалось к нему. — Скажи честно, что ты натворил?       Голос из мрака заставил парня подскочить от неожиданности. — Чего?..              Дорцах включил стеклянный ночник в виде птицы. — Почему тебя ищут «дознаватели»? Неужели сраный клинок из Моргара так их напугал? — Кто ищет?.. — Под дурака не коси. Они перевернули весь район в поисках тебя, будто знают, где искать. Другие части Джеркта даже не проверяли.       Дорцах поднялся с подвесного кресла, смотря на друга с ноткой презрения. — Хочешь сказать, я пытаюсь тебя подставить? Да нахер ты кому нужен… — Вот как… Да ты хоть знаешь, мелкий засранец, сколько я потерял за эти два дня?! Скошено большинство моих людей, о восстановлении зданий и речи быть не может! — владелец сорвался, пнув табурет, отлетевший в стену другой комнаты.       Альденвейгер медленно стянул с себя повязку, поправляя непослушные пряди, и поднял на него глаза. — Послушай, я может и не понимаю, каково это, но я тоже, считай, всё потерял. Я не думал, что доставлю столько проблем, прости, если сможешь. Насчёт восстановления зданий… у меня есть некоторые сбережения, — парень кинулся к сумке, доставая одну за другой валюту Химмла. За такую резались глотки на улицах Джеркта. — Совсем сдурел?! Быстро убрал, мне ничего от тебя не нужно! — Ну хоть табурет новый купишь. — Иди ты… Альденвейгер, — Дорцах схватил его запястья, заставляя взглянуть в глаза, — я не сдержался, просто я немного не уверен, что это всё только из-за клинка. — Неужели демонстрация моих новых навыков тебя никак не впечатлила? Я думаю, проблема в них, хотя, я даже не знаю, что предполагать. Есть какой-то план?       Тот глубоко вздохнул и попытался улыбнуться: — Для начала надо убраться отсюда ближе к моим оставшимся предприятиям, здесь совершенно небезопасно. А там — посмотрим.

***

      Тринадцатиэтажное здание было покинуто всем персоналом и гостями глубокой ночью. Около пяти часов утра почти в центре Джеркта произошёл подрыв отеля именитого владельца Дорцаха. Через несколько минут на место прибывают заинтересованные лица, а также «дознаватели».       Снимки полыхающего здания и очевидцев разлетелись по всем новостным каналам, которые уже с утра пораньше рассматривал Альденвейгер. Его серьёзное лицо с застывшими ругательствами на губах, готовыми обрушиться на друга, подсвечивалось экраном зомби-ящика, который висел в их новой квартире. Они въехали только день назад с маленьким количеством пожитков, хотя, здесь, на новом месте, всего хватало, кроме невероятных видов из окон. Это была нестандартная квартира, как и сам её владелец: полусфера в белых и серо-голубых тонах. Одна из кроватей была как бы вмонтирована в круглый оконный проём, открывая виды на канал и другой берег — сердце Джеркта. Рядом, ближе к стене, стояла ещё одна постель, не заправленная с ночи. На противоположной стороне от неё находился стол и огромный компьютерный блок. Над рабочим местом был телевизор, на который и поглядывал с опаской Альденвейгер, сидя в своей уютной кровати рядом с окном. Выключив надоедливую плазму, он обернулся на вид вне комнаты: вдалеке виднелся огромный столп дыма, расстилавшийся по светлеющему серому небу. — Соскучился? — прямо под самым носом раздался запах гари и одеколона.       Парень дёрнулся от неожиданности. Дорцах стоял в дверном проёме, рассматривая растерянного Альденвейгера. От него пахло огнём и какой-то решительностью. — Что за файер-шоу ты там устроил?       Владелец махнул рукой, снимая верхнюю одежду. — Привлёк внимание кого нужно, замёл следы, никто не пострадал. — С помощью подрыва целого отеля? Неужели не было другого способа? — Ты что, не знаешь своих? Ищейки те ещё, залезут где угодно, уж лучше я точно уничтожу все улики, чем попадусь им, — Дорцах сверкнул янтарём, стягивая с себя футболку, обнажая достаточно спортивное телосложение парня. — Я в душ. Поспи ещё, не думаю, что нам стоит так рано вставать. Альденвейгер закатил глаза, взбивая подушку.

***

      Серый свет бил в глаза, несмотря на то, что Дорцах спал на другой кровати. Было уже около одиннадцати, с кухни доносился звон посуды. Он слез с постели, попутно надевая чистую серую футболку, и в одних чёрных боксерах направился в другую комнату.       Альденвейгер готовил явно лучше, чем сам Дорцах. Оно и неудивительно: в Химмле были совершенно другие условия. Специальные роботы всегда были готовы прийти на помощь в обучении. Огромный мегаполис под облаками с потрясающими видами, необычными домами и постройками, кучей развлечений, но самое главное — центральный орган власти во всём мире. Если ты родился в Химмле — ты уже достойный член общества, все привилегии даны с рождения, лучшее обучение и возможность войти в Совет Миров. В небесном мире было то, чего никогда не будет тут, в Джеркте: живая природа — леса, поля, реки, настоящие рассветы и закаты. Этим наслаждались лишь избранные. Сам Альденвейгер любил переливы цветов на безоблачном голубом небе и яркие лучи солнца, которых так не хватало внизу. Но даже несмотря на всё это, Химмл оставался некой утопией, оторванной от мира, где всё было беззаботно и спокойно. Поэтому пытливые умы постоянно исследовали новые уголки, а самые смелые спускались вниз, порой больше никогда не возвращаясь. — Мне нужно встретиться с партнёрами. — Отлично, я иду с тобой. — Кхм, по-моему, ты лишаешься своего холодного рассудка, — Дорцах надевал джинсы, сидя на кровати, и неуверенно разглядывал друга. — Ты про «дознавателей»? Я возьму твою одежду, если ты не против, а повязка… слепой я, вот, — Альденвейгер прошёлся по комнате, изображая инвалида. — Ты же понимаешь, что это максимально небезопасно? И у нас будут просто гигантсткие проблемы. — Мы и так по уши в дерьме, — парировал парень. — Да, но я точно не хочу, чтобы досталось и моим людям, — Дорцах рыскал в поисках чёрного свитера в недрах шкафа. — И даже нет никаких тайных ходов? — Послушай, — с нажимом отвечал владелец, — это не моё упрямство или нежелание, я просто переживаю. — Какова вероятность, что я не сбегу отсюда? — протянул парень.       Дверца шкафа хлопнула, Дорцах, уже одетый, кинул в Альденвейгера чёрный костюм и шарф. — У тебя 10 минут.