ГЛАВА VII

— Что за херня? — Томихо догнал Дорцаха, заходящего в кварталы.       На тёмных улицах лил дождь. Изаку и Сит отправились по домам, так как последний собирался в Норкт с утра пораньше. Альденвейгер добрался, используя айрифы, сославшись на плохое самочувствие. — О чём ты? — раздражённо вздохнул он, оборачиваясь. — Что этот пацан о себе возомнил? — Томихо поправил прилипшую ко лбу чёлку. — Что, мать твою, не так? Говори конкретнее. — Он чуть рук меня не лишил! Беглец, да ещё и наглый… Это наша земля, наши правила, наша Четвёрка… — Он в неё и не вступает, я лишь хочу помочь своему другу, — Дорцах гневно развернулся, шаркнув ногой по луже.       Томихо с минуту молчал. Владелец видел тень сомнения на его лице, и прекрасно понимал чувство неуверенности в пришельце из небесного мира. — Извини, что наехал в баре. — Всё нормально, правда, — голос Дорцаха звучал жёстче. — Я уезжаю в Кинушиву на неделе. Изаку остаётся здесь, Сит пришлёт тебе список помещений. Удачи, — Томихо махнул рукой и отвернулся.       Пройдя несколько шагов, он вновь оборачивается: — И ещё, Альденвейгеру нужно обучаться. Хоть он и умеет управлять своими способностями, но это далеко не все его возможности… Кроме того, он может быть опасен, — парень произносит последние слова почти шёпотом и исчезает в темноте под стеной ливня.       Владелец напряжённо всматривается в пустоту, раздумывая над его словами.       Весь промокший, он возвращается домой за полночь, ещё какое-то время пошатавшись по кварталам вдали от центра. Альденвейгер лежал в кровати. Даже во сне он был грустным и задумчивым. Блондин вздрагивал и недовольно бурчал что-то. Дорцах закрывает лицо руками, сидя в кресле напротив парня.       Резкий звук разбитого стекла в кухне разрывает напряжённую тишину. Владелец подрывается и тут же замечает неестественно широко распахнутые глаза Альденвейгера. Его пустой взгляд смотрит в никуда, белки покраснели и будто готовы выкатиться из глазниц. Снова этот звук, Дорцах молниеносно перемещается в другую комнату, готовый размозжить череп любому, кто мог сюда пробраться. Никого. Только осколки пары стаканов, валяющихся на столешнице. Он возвращается к Альденвейгеру. Тот лежит в том же положении, вытянувшись по струнке, не закрывая покрасневших глаз.       Владелец берёт его лицо в руки, трясёт, пытаясь вывести парня из этого состояния. Снова звон стекла. Дорцах прижимает его к себе, крепко обнимая и шепча какие-то успокаивающие слова. Блондин будто слегка обмяк, прикрыв глаза. Трясущимися руками владелец возвращает его в постель. Оцепенение спало со спящего, голова падает на подушку, а глаза закрываются.       В мозгу мелькают тысячи мыслей: способности слишком сильные, но всё же он может его контролировать… или они его?       Дорцах так и не смог заснуть в эту ночь, сидел рядом с другом, пребывая в полудрёме, сам не до конца понимая: спит или просто думает с закрытыми глазами. Он вскакивал от любого вздоха, смотря в его спящее лицо.       Возможно, Томихо прав?

***

— Четвёртый час, ещё даже фонари не погасли, какого хрена… — Это важно, — сбивчивый голос, едва сдерживаясь, рассказал события прошедшей ночи. — Ого… И что ты предлагаешь? В Норкте лучшие гакко, но если вы туда сунетесь, боюсь, не выберетесь уже никогда. — А ты? Где учился ты? — Кхм, в Норкте… Но перед этим в Кинушиве меня обучал один из их бывших помощников Дорагонмейдза. — Кого?.. — Я могу приехать? — Альденвейгер спит ещё, но да, подъезжай. — Хорошо, дай полчаса.       Томихо отключается, швыряя телефон на шёлковую бордовую простыню. От резкого движения тёмно-красный балдахин немного колышется. Он несколько минут ходит по огромной комнате в пурпурных тонах, поглощённый раздумьями. Наконец, срывается с места в поисках одежды, напяливая первые попавшиеся вещи, и вылетает на промозглую, еле светлеющую улицу.       Спустя некоторое время они уже сидят за кухонным столом с закрытыми дверьми, чтобы не потревожить сон Альденвейгера. Томихо рассматривает осколки с удивлением и некоторым испугом. — А были среди вас… такие? — Нет, но я слышал о подобных случаях. Это похоже на врождённые способности, раз он никогда их не развивал. — Обучение-то проходил, не беспокойтесь…       В дверях появилась вихрастая белоснежная голова, а затем и её хозяин. Альденвейгер стоял, опёршись на дверной косяк, в одних чёрных шароварах, со скрещенными руками. — Раз проходил, должен знать, что с тобой, — с напором проговорил Томихо, окинув пришедшего взглядом. — Ты как? — Дорцах встревоженно покосился на друга. — Голова гудит немного, — Альденвейгер скривил губы, увидев следы ночного буйства. — Ну так, — Томихо откинулся на стуле, закинув руки за голову, ожидая объяснений, — ты ведь догадываешься? — Насчёт чего? — Насчёт способностей. Не исключено, что они передались по наследству, — раздражённо заявил он. — Остынь, а. Вы знакомы всего ничего, а ты уже про семью спрашиваешь, — Дорцах недовольно сощурился. — Не забывай, у меня-то сила с рождения может быть по праву, — Альденвейгер ухмыляется, медленно подходя к столу, — это вы тут… нелегалы, — небрежно бросает он.       Томихо тут же вскакивает, гневно пылая синей вспышкой и хмурым небом глаз: — Твоя жизнь сейчас в наших руках, беглец. — Прекратите. Альденвейгер, следи за языком.       Блондин закатывает глаза и опирается руками на стол. — Ты говорил что-то о каком-то бывшем помощнике… — А, ну да, — Томихо подуспокоился, садясь обратно, — я частично обучался у господина Дорагонмейдза и его помощников. — Кто этот господин? — Сын одного из старейшин, сбежавшего около 10 лет назад. Он превосходный владелец техниками, которым практически невозможно научиться, и мощными силами, которые передались ему от матери, — Альденвейгер покосился на серебряноволосого за подтверждением своих слов. — Всё верно, сила Дорагонмейдза связана с драконом, но я ни разу не видел её в действии, только техники, — проговорил Томихо. — Тогда в Химмле и был введён запрет на спуск вниз, исключительно под присмотром в определённые места и со специальными устройствами, отслеживающими местоположение. — А почему у тебя нет этого устройства?       Парень замялся, но нехотя ответил: — Избежал этой участи. Насколько я знаю, это связано с моим… характером. — Не говори, если не хочешь, но неужто именно о тебе до сих пор толкуют в гакко, рассказывая, как ты разнёс весь этаж из-за вспышки гнева? — Томихо, не скрывая интереса, подпирает голову, заглядывая ему в глаза. — Ч-что?.. Вряд ли… я не помню такого, — Альденвейгер потупил взгляд. — Там от таких, как ты, теперь стоит специальная защита, — подливает масло в огонь серебряноволосый.       Владелец махнул рукой, и осведомился: — Ты говоришь про помощника, а почему он бывший? Сейчас этому господину они не нужны? — Дорагонмейдз уже освоился здесь, да и всё-таки хочет, чтобы его техники были покрыты тайной и мраком. Эгоист, — ответил Томихо. — Ты его совсем не знаешь, — вымолвил Альденвейгер. — А вы прям лучшими друзьями были? — Я хоть видел часть его жизни. Его отец был настоящим тираном, но никто этого в упор не замечал… — Что насчёт тебя? Что с твоими родителями? — Мертвы они, — Альденвейгер выпрямился и отошёл от стола.       Томихо дрогнул, Дорцах нервно потёр переносицу. — Они участвовали в движении за свержение господства Химмла, хотя папа был выдающимся учёным, а мама обладала силами. Их убили, — Альденвейгер выплюнул последние слова, тряхнув головой. — Поэтому ты свалил оттуда? — Томихо вновь посмотрел на него. — Я выпустил какую-то тварь, вторгнувшись в Моргар…       Томихо кивнул. Дорцах был мрачнее тучи и снова заговорил: — Есть вероятность, что этот господин возьмёт тебя на обучение? — На какое ещё обучение? Зачем? — Я даже не знаю, хотя бы для твоей безопасности, ничего не говорю о себе, — озабоченно сказал владелец. — Нам могут помочь, — вставил Томихо. — Мне нужно будет куда-то ехать? — Да, в Кинушиву. Тебе там понравится, кроме того, не думаю, что это надолго, — успокоил друга Дорцах. — Вы с ума оба сошли? На меня ведётся охота! Как я поеду? — Альденвейгер мерил шагами кухню, возмущаясь. — Не переживай, это будет на мне. А то, что твои способности мягко говоря опасны, уже было известно ещё в твои лет 10. — Я у вас там что, главная интересная фигура для обсуждения?! Откуда вы вообще знаете моё детство лучше меня? — Ладно-ладно, извини. Но почему нет? — Я так не могу, мне нужно подумать… — Ещё есть время, позвоните вечером. А теперь, с вашего позволения, я откланяюсь, — Томихо встал из-за стола, пожал руки парням и направился в коридор.       Дорцах пошёл следом, провожая гостя. — Вот как значит… Некая тварь, — владелец, проводив Томихо, вернулся в комнату и скрестил руки на груди, с вызовом глядя на друга. — Я не мог сказать раньше… Я сам не понимал, честно, а сейчас как током шибануло. Я даже ничего из детства своего не помню!.. — Да что ты. Какая неожиданность! Спасибо за откровенность. — Перестань. Меня сейчас больше пугает перспектива переезда. — Ничего страшного в этом нет, ты хотя бы в припадки впадать не будешь. — Это не припадок, а особое состояние обновления силы. У моих знакомых в Химмле бывало такое. — Ну ясно-ясно, можешь не объяснять, я навряд ли пойму, — Дорцах недовольно хмурится. — На что ты обижаешься? Я не маленький ребёнок, а ты не мой родитель. С некоторыми проблемами я в состоянии сам справиться, спасибо. — Хорошо, я тебя услышал. Насчёт обучения, ты примешь помощь?       Альденвейгер колеблется, но в итоге нехотя кивает. — Может, смогу что-то узнать от него… — У меня в голове не укладывается: ты выпустил какую-то тварь, скрывал от меня свою силу, и тут неожиданно всё это резко выясняется… — Я не знал о существовании этой силы! А насчёт твари… — Ладно-ладно, извини… — Опять мы рано встали, — вздохнул Альденвейгер. — Если бы не твоё обновление, до обеда бы дрыхли, — улыбается Дорцах. — По-моему, тебе стоит поспать. Я знаю, что ты не заснул сегодня. Пока поищу информацию о Кинушиве.       Владелец кивает, заходя в спальню. Альденвейгер перемещается в просторную гостиную в кофейных тонах.       «Надеюсь, всё будет хорошо», — последняя мысль Дорцаха перед отключкой.