Волк в овечьей шкуре.

Утро показалось пасмурным, из открытого окна доносился аромат мокрого асфальта. Особую атмосферу этому моменту придавала бабушка, которая гремела посудой на кухне, готовя аппетитный завтрак. Даниэла открыла клиновидное окно, наслаждалась прохладным ветром, смешанным с ароматами дождя. Во сне ей пришел очередной образ, который вдохновлял на новую картину, но все же не дающий покоя. Не на долго присев в уголок для чтения, чтобы насытиться утренней свежестью и настроиться на продуктивный день, погрузилась в мысли. Её глаза соответствуют цвету лианы, которая касается стены и добавляет волшебства комнате. Мягкое кресло окутало её своими объятиями так крепко, что хотелось остаться тут навсегда. Именно здесь девушка проводит множество вечеров, позволяя себе насладиться очередной книгой и кружкой горячего чая. Умывшись и аккуратно расчесав непослушные, рыжие волосы, побрела завтракать, шлепая босыми ногами по темному коридору, на стенах которого развешены букетики с травами. По всему дому уже разносился приятнейший аромат кофе и корицы. Кухню украшало большое окно с красочными витражами, а на потолке располагались своды из деревянных балок. Вся мебель выполнена из дуба потемневшего от времени, украшенная резными узорами и выпуклыми фрагментами. Над кухонным островком зависла круглая люстра с названием «Паникадило», по ее периметру расположены свечи. Безмерно уютная атмосфера царила в этой комнате по вечерам, когда загорался свет и все садились ужинать. - Доброе утро, Даночка! Садись. - тепло сказала бабушка, гремя тарелками. Родные и близкие всегда называют её ласково «Дана» либо «Даночка», полное имя «Даниэлла» используют редко, да и оно не нравилось самой девушке. -Доброе, бась. Ого, сколько всего! - называть бабушку «Бася» пошло с самого раннего детства. На столе было огромное разнообразие булочек и омлет с салатом, в животе уже запели киты, не долго раздумывая они приступили к трапезе. Молчание длилось несколько мгновений, каждая была занята своими мыслями. Клавдия чувствовала, с внучкой что-то не так, но решила не настаивать, дав ей время расслабиться. Девушка, терзаемая смешанными чувствами, попыталась унять бурлящую в душе тревогу. - Ну, как прошли экзамены, дорогая? - нарушив тишину, хриплым голосом протянула бабуля, выглядывая из под очков. - Неплохо... Должна была справиться. - Оторвав взгляд от тарелки, просипела девочка и была явно не в восторге обсуждать это. - Уверена, у тебя все получилось, ты ведь очень талантливая. - Клавдия прикоснулась к внучке рукой - Вспомни, сколько времени было потрачено на подготовку, не сомневайся в себе. На лице появилась улыбка и взгляд устремился на бабушку. - Спасибо, мне сейчас очень нужна поддержка... Страшно от одной мысли, что я не смогу поступить... Ты ведь знаешь, как сильно я мечтаю пройти на художественный факультет. Поцеловав бабушку в щеку, откусила немного булочки с корицей и пошла собираться в художественную школу. Выйдя на улицу с улыбкой, двинулась в нужном направлении. Дом находится на окраине городка Фригвилджа, который расположен среди лесных массивов и гор, на улочке под названием Нигрис. Это неистово красивое здание, сочетающее в себе массивность и утонченность, выполнено из клинчатых камней с высокими арками и сводами, стремящимися ввысь в форме стрел, небольшими узорчатыми, мозаичными окнами, которые и придают тот самый готический шарм. Здание очень старое, как и все государство, историки спорят между собой в каком конкретно году его начали строить, в одних данных это тысяча сто первый год, а в других на целое столетие раньше. Художественная школа находилась в паре кварталов от дома Даны, на улочках располагалось множество магазинов на любой вкус, вдоль аллеи были высажены деревья, которые отбрасывали тень на скамейки. Прогулочным шагом она прошла мимо лавки «Миссис Питерсон», у дверей которой слышались ароматы специй и выпечки, а за углом величественно располагалась постройка в стиле прованс, с деревянными ставнями на окнах, окрашенных небесно-голубой краской и на входе красовалась табличка «ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ШКОЛА». Не спеша пройдя в здание, где раскинулся просторный гардероб, Дана вздохнула, запахло красками и пылью. Каждый шаг раздавался эхом, именно тут ощущалось то живое тепло. Это место позволяло ракрывать свою душу посредством творчества. В каждой картине была частичка Даны, какое-то чувство или ощущение. Присев на скамеечке, вдруг из ниоткуда раздался звонкий смех. - Привет! - Это Барбара, очень гиперактивная, как и обычно - Ну рассказывай, как сдала литературу?! Мне вот кажется, я пойду на пересдачу, по всем предметам. Начинается... При каждой встрече Барбара так голдит, что хочется вставить в уши беруши. Хотя это никого не спасет, ее децибелы будет слышно даже с затычками. - Думаю баллов будет недостаточно, чтобы поступить в Универ - разведя руки, на выдохе выпалила Дана. - Но надеюсь на лучшее, пока не опускаю руки, ведь впереди вступительные. - Ты как обычно, только жалуешься, а в итоге все на сто баллов сдаешь. - съязвила Барба, дунув на челку, сильнее её взъерошив. - Ну, для меня это важно. - ровным голосом сказала Даниэлла. - Я девять лет мечтаю, поступить в Художественный Университет. Как будто ты не знаешь? - лицо не выдало ни одной эмоции, лишь томное безразличие, расстраивало только то, что нарушилась тишина. - Эээй... подруга, успокойся... Я же пошутила. Ладно, пошли уже в аудиторию, а то Линос нам устроит взбучку. - Я спокойна, моя дорогая. - выдавила из себя Дана. Тяжело выдохнув, девушки направились в кабинет, преодолевая лестницы и коридоры, завешанные произведениями искусства, а на каждом подоконнике располагались различные растения в милых разноцветных горшочках. Кабинет профессора Линоса находится на втором этаже, откуда открывается прекрасный вид на густой лес. Он всегда манил Дану, ей казалось будто там живут все существа, которых она видит в своих снах. Именно они так вдохновляют девушку писать картины. Пока они шли, блондинка не умолкала ни на минуту, что не хило коробило нервы, но приходилось терпеть, ведь они близки с детства, да и других друзей у Даны нет. Барбара много болтает, но она очень добрая и всегда приходит на помощь. Хотя переходный возраст дает о себе знать, она стала наносить на лицо тонну макияжа, вечно парится, что надеть, как о ней подумают. Дане это чуждо, вся эта косметика и тряпки вызывают панику. Ей нравится своя внешность без макияжа, да и с одеждой особо не заморачивается. Приблизившись к двери кабинета она не успела опомниться, как Барбара кокетливо зачирикала. - Здравствуйте профессор, извините за опоздание! Сделав шаг в просторный кабинет, девушек остветило солнце, гордо бьющее через окна. Белые стены отражали яркий свет и кроны деревьев разряжали его, отражая силуэты листвы по всей комнате, где воцарилась теплая атмосфера. Расставленные в хаотичном порядке мольберты, почти все уже были заняты, а их обладатели воодушевленно подготавливали рабочее пространство. Вдоль стен красовались шкафы исполинских размеров, заставленные всевозможными кистями, мастихинами, красками и карарндашами. Напротив входа и стоял тот самый профессор, а за его спиной твердо располагался самый большой мольберт, на котором Линос объяснял различные правила и ошибки. - Девушки, быстро занимайте свои места. - сухо сказал учитель, который сегодня явно был не в духе. Обычно очень жизнерадостный и веселый преподаватель кривился и нервничал. Его кожа была бледно-белой, а черные волосы отсвечивали синим, на носу красовались прямоугольные очки с тонкой оправой. Мужчина, на вид лет тридцати, был одет в свободную, бордовую рубашку, на которой серебряной нитью были вышиты цветы. Голову покрывала тюбетейка, в тон рубашке, а на груди висели деревянные бусы. Штаны Палаццо изящно струились при каждом его шаге. Переглянувшись, девушки уселись за оставшиеся мольберты и уставились на доску. Начались занятия, все схватились за кисти и краски. Последняя картина над которой она работала завораживала. На ней были изображены кряжистые, мангровые заросли леса, окружавшие пустырь, над которым словно фонарь светила луна, указывая на сгорбившееся существо с нездоровым оттенком кожи, отдаленно напоминающий человеческий облик. Руки обхватывающие босые ноги, были в полтора раза длиннее обычного, а на пальцах словно лезвие ножа, отблескивали когти. Прикрытое длинными волосами, костистое лицо, будто предупреждало об опасности и встревоженные глаза отсвечивали фиолетовыми бликами. Не смотря на мрачность картины, от неё не хотелось отрывать взгляд. Все линии были прорисованы мягко и детально, каждая веточка на деревьях была живой, казалось будто сейчас подует ветер и зашелестит листва, а из зарослей взмынут птицы, хлопая крыльями. Положив кисть на мольберт, Дана аккуратно достала мобильник и написала сообщение подруге « Эй, ты тоже заметила, что с Линосом что-то не так?». У Барбары завибрировал телефон и она ответила « Да, он как будто сейчас отключится. Может он траванулся чем-то?» Данниэлла подняла руку и увидев кивок профессора, поёжилась, но решилась спросить. - Мистер Линос, с вами все в порядке? Вы как-то неважно выглядите сегодня... - Со мной все хорошо, Даночка, не волнуйся. - с натянутой улыбкой выдавил он. - Ты не отвлекайся, работай пожалуйста. - В этот момент Линос покачнулся и от падения его спасала только стена. Урок прошел в каком-то напряжении и по окончании, подруги решили пойти домой вместе, чтобы обсудить произошедшее. - Барб, как ты думаешь, что сегодня творилось с Линосом ? Его лицо сливалось со стенами. - Не знаю, что с ним, но даже в таком состоянии, нахваливает только тебя... - раздраженно прорычала гламурная блондинка. - И что? Он же не солнышко и не может обогреть всех сразу, а я много занимаюсь и работаю в собственном стиле. Тебе бы следовало не глазки ему строить, а хоть немного времени уделить практике. - Барбара растерялась и скрестила руки на груди, брови были нахмурены, а глаза искрились злостью. Видимо диалог закончился, не успев начаться, Дана не привыкла терпеть выходки окружающих, одна из её черт характера - это прямолинейность. Рыба гниет с головы, поэтому если хочется что-то изменить - начать стоит с себя. Все близкие знают границы в общении с ней, но если они нарушаются, не стоит обижаться, отдача прилетит в ту же секунду, без раздумья. - Ну и что ты обижаешься? - с улыбкой отчеканила Дана. - Возможно тебе стоит подумать над моими словами и мы продолжим в другой раз? - До завтра.- Резко откинув челку, буркнула подруга, разжав руки и развернувшись, устремилась к выходу, цокая каблуками, а хвост словно пружина болтался на белокурой голове. Выйдя на улицу Дана решила прогуляться, чтобы полюбоваться закатом. Она направилась в лавку Миссис Питерсон, чтобы преобрести там какую-нибудь булочку и небольшой кусочек мяса. Словжив все в плетеную сумочку, она направилась в лес. Такая привыка у была с детсва. Он вдохновлял, придавал сил и успокаивал, ведь тут не было людей, никто не разглядывает и не обсуждает. - Гинко-о-о!! - четко крикнула Дана, доставая из сумки кусок говядины и ножичек. - Гинко! Дружок мой, выходи, я принесла угощения. - говорила девушка, параллельно нарезая мясо на мелкие кусочки. В зарослях послышалось, как кто-то стремительно надвигается в её сторону, и через мгновение из кустов появилась величественная фигура волка. Он на секунду остановился, и ринулся в сторону Даны, повалив на землю начал облизывать лицо. - Ну что ты, мой хороший, соскучился ?- через смех спросила девушка. Суровое животное вело себя, словно домашний щенок. В глазах читалась невероятная преданность. - Вот! На, возьми. - Даниэлла протянула ладонь, на которой лежали кусочки мяса и Гинко аккуратно их слизал. Этот волчара был в два раза больше самой девушки и она его вовсе не боялась. Частые прогулки по лесу, это ритуал. Девушка никогда не боялась диких зверей. Пять лет назад, как ни в чем не бывало прогуливаясь вдоль деревьев она услышала яростный вой, который словно молил о помощи. Без раздумья Дана кинулась в ту сторону. Оказавшись на месте девочку охватил ужас, ведь волчица лежала вся разодранная и в крови, а маленький щенок скулил и прижимался к маме. Дыхания к сожалению у волчицы не было и спасти её не удалось, но зато волчонка Даниэлла выходила и с того дня навещает почти каждый день, а он в свою очередь защищает её. Что еще могла сделать десятилетняя девочка в такой ситуации? Когда все произошло, они оба были невероятно малы и можно сказать, что выросли на глазах друг у друга. Та хрупкая девчушка, взяла на себя отвественность, за Гико, и он в ответ платит тем же. Сооружив небольшой шалаш из веток, Дана приносила молоко и выкамливала его. Не смотря на это, он рос в своей среде, дикой и жестокой. Это тоже было взрослое решение маленькой девочки. Ведь его дом, это лес и не правильно селить волка в доме, ограничивая его свободу. Спустя года у него появилась своя стая, но он никогда не пропускал встречи и приходил, каждый день на закате, на то самое место, где стоял тот самый маленький шалаш. Скормив все мясо своему другу и рассказав о последних событиях, он провожал её к выходу леса и убегал к своей семье. Отключившись от проблем и подышав свежим возухом, Дана направилась домой, ведь уже начало смеркаться. Вечерний город утопал в темноте, лишь редкий свет в окнах давал немного разглядеть окружающую обстановку. Удивительно как резко наступают сумерки в Фригвилдже. В голове Даны сумасшедший поток мыслей - хаос не дающий расслабиться. Ситуация с Барбарой заставляла задуматься о человесеской сущности. «На что только не пойдут люди ради своих прихотей и грязных мыслей? Кругом ложь и лицемерие. Даже Барб, ради похвалы была готова поругаться со мной.» Даниэлла не расстраивалась, она понимала, что чужое мнение субъективно. Не важно, что о тебе думают окружающие - их мнения не делают тебя плохой, важно то, какой себя видишь ты. Пока девушка рассуждала, ноги сами привели к дому. Бабушка заснула на кресле с книгой, из её личной библиотеки. Девушка аккуратно вытащила «Поваренную книгу» из суховатых и морщинистых рук, прикрывая Клавидию пледом и направилась в свою комнату. На тумбочке у кровати стояла фотография мамы, так глядя на неё Дана уснула.