20. Собраться

      От деликатного стука в дверь Амалия отвлеклась, на миг поддавшись воспоминаниям детства: добиться, чтобы слуги, прежде чем входить и будить, хотя б давали о себе знать, удалось не сразу. В подростковые годы она порой просыпалась от такого, но и то позволяла себе отдыхать далеко не каждый день. В последнее время и вовсе уже давным-давно была на ногах…       — Входи, — устало вздохнула она, отложив в сторону одежду. Дверь беззвучно открылась, и на пороге показался Канар.       — Ох, ваше вы… величество, вы уже встали. Вам чем-то помочь? — тут же спросил он. Амалия покачала головой — хотелось побыть в одиночестве — и следом нахмурилась.       — Не ожидала увидеть тебя.       Обычно с утра к ней подходили другие. Канар смутился.       — Мы волновались за вас, леди Евангелина вчера вечером оказалась расстроена, а вы с ней довольно близки…       Амалия помассировала виски. Вспоминать про вчерашний разговор с подругой лишний раз не хотелось, даже если мысли так или иначе сводились к нему.       — Всё в порядке. Спасибо за вашу заботу, — чуть смягчилась она, понимая, что беспокойство было искренним. Даже если ей и хотелось сейчас обойтись самой. — Но прошу, не стоит поддаваться сплетням. Не сам ведь узнал?       — Ну-у… Ваше величество, куда прикажете подавать завтрак? — сменил Канар тему, на что Амалия тихо хмыкнула: всё же отношением своей свиты она дорожила. Такие моменты непосредственности… они многого стоили. Не фамильярности, они б специально никогда не посмели, да и случайно едва ли. Именно такого доверия… — Сюда или в малый трапезный зал?       Малый трапезный зал… В последний раз она там ела ещё до башни Оропо. Да и смысл в одиночестве там быть.       — В королевский кабинет через сорок минут. Я вскоре направлюсь туда.       Канар бросил взгляд на часы, засекая время, и кивнул.       — А послезавтра, ваше величество? — спросил он следом. — Вы ведь уже вместе с Юго будете…       Заканчивать он не стал, а Амалия застыла. Проклятье… Юго же не может сейчас есть.       — Решим вместе с ним потом, — сказала она, надеясь, что её замешательство он не заметит. — А пока передай, куда надо сегодня. И… заходите теперь на полчаса позднее.       Она слишком устала от этих стуков.       Намёк Канар понял и ретировался. Королева садида же устало вздохнула и пошла в гардероб.       Даром что всё равно этого ей не хватит, чтобы отвлечься.       Из головы всё ещё не шёл вчерашний разговор с Адамаем. Рассказал ли он всё, что знал, она судить не могла, но было похоже на то. И его слова… действительно многое объясняли. Сердце болезненно сжалось.       Ева, почему не рассказала сама?..       Садида слишком резко вытащила один из нарядов — и соседние вещи тоже попадали. Вздохнув, она принялась вешать их обратно. Всё, всё из рук валится…       Но по крайней мере с хоть чем-то у неё теперь есть шанс помочь.       Вопреки той самоуверенности, с которой дракон вчера не то что зашёл — завалился к ней, при рассказе тот нервничал. Видимо, тоже видел для себя в этом какой-то шанс…Тем лучше. Вместе действительно проще получится.       Значит, Флопин ушёл вместе с отцом Евангелины… Амалия прикусила губу. Проклятье, ну почему, ну почему её собственный отец её не посвящал лишний раз в подобные дела!.. Пускай она и могла понять — но слишком многого это ей будет стоить. И будет ещё не раз…       Наконец она достала подходящий костюм, преодолев соблазн бросить всё и пойти в том же, что и всегда, и уже через несколько минут быстрым шагом направлялась в кабинет.              Всё внутри напоминало об отце и брате. Достаточно строгая обстановка, немного «холодная» — сама Амалия предпочитала больше уюта, но пока что не хотела что-то здесь менять. Легко было представить, как отец здесь изучает доклады. Как Арманд напряжённо разбирает документы, пытаясь понять, что их ждёт.       — Если вам нужна помощь, королева Амалия, то вы можете обратиться ко мне, — неожиданно мягко произнёс советник, ждавший её здесь, когда они зашли в кабинет. — Я понимаю, насколько вы… в затруднительном положении. Я вёл дела как вашего отца, так и брата, так что буду пояснить обстановку.       До этого он вёл себя более сдержанно, хотя порой и пояснял что-то… но, видимо, вчерашняя встреча с придворными заставила его смягчиться. Вины Амалии в том, что она отсутствовала почти год, действительно не было. Вот только и последствия у этого всё же были. И вчера… хотела б она забыть, что случилось.       — Благодарю за предложение. Чуть позже обращусь к вам, — немного рассеяно кивнула королева садида. — Не могли бы вы пока оставить меня?       Встреча с ним была запланирована ещё вечером, и к тому моменту у неё как раз накопятся вопросы.       — Конечно, ваше величество, — чуть поклонился он. — Также сегодня прибывают гости на свадьбу из других стран. Как часто вам нужен будет доклад?       — Каждые два часа, если кто-то будет, — прикинула она. — Никаких проблем пока не возникло?       Можно было б узнать и лично, но… она действительно вымоталась после вчерашнего. Пусть лучше займётся тем, что принесёт ей сил.       Возможно, она имеет всё же какое-то право? Хотя б ненадолго… Просто провести время так, как ей самой было б легче?       Советник какое-то время смотрел на неё, прежде чем медленно качнуть головой.       — Ничего из того, что требовало бы лично вашего внимания, — наконец произнёс он и удалился.       Вскоре подали завтрак и, наскоро перекусив, Амалия принялась за изучение документов.       Вернее, за их сортировку. Сегодня у неё были конкретные планы, но чтобы к ним приступить, надо было сначала хотя бы примерно найти нужное. Да и в целом потом сортировка на руку окажется…       Очень, очень многое документировалось. Далеко не всё — но всё же в достаточной мере, чтобы она могла постепенно вливаться в управление королевством без лишней тревоги. И так поводов у неё хватает… Отец, пока ещё был здоров, вёл дела в целом скрупулёзно, но всё же мог позволить себе «расслабиться», Арманд был более педантичен. Читая те заметки, которые были написаны рукой брата, Амалия не могла не испытывать к нему благодарности. Пусть даже и смешанной с печалью.       Сказал бы кто ей несколько лет назад, что так она будет проводить день перед свадьбой… вернее, перед ритуалами. Древние жреческие традиции, которые правящий монарх и его наследник должны были соблюдать… Отчасти поэтому она до недавнего времени знала всё лишь в общих чертах. Даром что не раз ей говорили про сердце королевы садида… Сегодня никаких ограничений не было, начались бы лишь завтра — и будь у неё лучше настроение, будь лучше сама ситуация, она бы нашла, чем заняться, кроме работы. А так хоть отвлечётся…       … или отвлекут её. От негромкого хлопка она вздрогнула, даром что разумом прекрасно понимала: бояться ей нечего. Или по крайней мере бесполезно.       — Напугать не хотел. Не отвлекаю? — спросил Юго, подойдя на шаг ближе. С некоторым усилием Амалия заставила себя посмотреть на него. Его лицо, к которому она уже почти привыкла, было всё так же практически неестественно спокойным, как и в принципе за последние недели. Воспоминания о том, что было раньше, тоже уже приходили Амалии чуть реже. Одежда… Всё тот же его костюм, который он даже вчера согласился поменять на более человеческую одежду с тем ещё трудом и то, лишь поняв, что не стоит ещё больше шокировать его младших братьев. На свадьбу, по крайней мере, тоже удалось заставить пообещать, что переоденется…       Иронично после того, как он сам её уговорил перед коронацией.       — Не настолько, — покачала садида головой, со вздохом откладывая очередной отчёт. — Что-то случилось?       — Нет. Хотел узнать, могу ли как-то помочь.       Амалия вопросительно посмотрела на Юго, но тот был, кажется, абсолютно серьёзен. Она помассировала виски.       — Тебе пока не нужно. Я и сама ещё не до конца разобралась во всём, что в королевстве случилось за этот год, а в твоём случае тем более почти с нуля… Особенно если учитывать твоё, — она запнулась, — состояние. Так что пока не стоит того. Хватит и что ты уже сделал для садида.       Вздох, прозвучавший в ответ, был отчасти даже театральным, но не от Юго сейчас было требовать нормальных эмоций. А вот то, что он решил всё же продемонстрировать их хоть так, даром что знал, что ей от него фальши не надо…       — Амалия, хоть ты меня и попросила остаться ради защиты королевства, я не думаю, что мне стоит быть исключительно пугалом, — он пододвинул стоящий у стены стул к столу и сел на него — но даже так всё равно оставался выше Амалии. К чему-чему, а к этому она нескоро привыкнет… — Тем более что как ты королева садида, так и я король элиатропов, и мы решили, что я вхожу в твой дом как равный. Не дело, если всем будешь заниматься исключительно ты, а я только распугивать врагов.       Амалии потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что он имеет в виду.       — Ты… хочешь помочь? — запоздало сообразила она. Юго пожал плечами.       — Слишком сильное слово. Но считаю, что да, так будет лучше.       Садида вздохнула.       — Я не к тому, чтобы только… распугивал, — чуть устало пояснила она. — Просто думала, что тебе, возможно, потребуется ещё время, чтобы привыкнуть. К тому же оно всё равно понадобится, чтобы ты вникнул в дела.       И всё же от предложения, пусть и такого своеобразного, на душе немного потеплело.       — И чем раньше я начну, тем лучше, — кивнул Юго. — Лезть туда, где не разбираюсь, не планирую, но если мне чем-то по силам тебе помочь сейчас — скажи.       Амалия побарабанила пальцами по столу. Элиатроп, заметив её замешательство, следом добавил:       — Я уже начал изучать некоторые учебники и прочее из того, что полагалось бы знать. В основном самостоятельно, но, думаю, с кем-то непонятные места буду ещё обговаривать.       Это так напомнило недавний разговор с советником, что Амалия невольно вздрогнула.       — Всё в порядке?       — Д… Да, — прикусила она губу. — Спасибо, что уже сам начал задумываться.       — По-хорошему, стоило начинать задуматься ещё в тринадцать, когда узнал про элиатропов, — махнул рукой Юго. — Но что сейчас сделаешь. Так что?       — Хм… Если понадобится кто-то из непосредственно учителей — можешь спрашивать меня, Рената или Канара, подскажем, — наконец сказала она. Хоть со стороны те двое и могли показаться слишком… странными, они достаточно много знали о её и брата учёбе, чтобы по крайней мере на первое время сориентировать и Юго, к кому обращаться. Сама она, честно говоря, была не лучшим советчиком. — А сейчас чем помочь… Не знаю.       — С историей у меня не очень, об отношениях с другими странами и в самом королевстве Садида тоже пока мало что скажу, но с бухгалтерией в целом знаком, — пожал он плечами. Амалия скептично посмотрела на него.       — На примере «Хрустящего гоббала»? — не удержалась она. Юго махнул рукой: похоже, проблемой подобное не считал.       — Тут опыт ещё масштабируется отчасти, да и я в этом действительно когда-то хоть попытался покопаться. Скорее всего, получится разобраться побыстрее.       Амалия недоверчиво хмыкнула и начала перебирать одну из отложенных стопок. Где же, где… Ага, вот.       — Уверен? — протянула она ему один из финансовых отчётов, попытки разобраться в котором у неё вызвали головную боль. Разобраться тем не менее было надо: ей было лестно, конечно, что сражались солдаты её оружием в битве с некромами… но вопросов оставалось к этому куда больше. Вот только нужно было рассматривать целый пласт документов, что и куда в итоге ушло и сколько на это потратили, а что когда списали, и мало того что соотнести между собой не вполне удавалось из-за формы записей, так ещё и строк было в каждом много…       Юго за пару минут наскоро пролистал всё… а затем, к её лёгкому удивлению, всё же кивнул.       — Руки бы оторвать тому, кто так оформляет, но да. Хотя тут, насколько вижу, ещё бы пару накладных, уже о том, куда что поступило… — он снова до чего-то долистал и кивнул своим мыслям. — Кое в чём надо будет ещё дополнительно разобраться, ваше налогообложение то же и закупочные цены запросить, если конкретно про это говорим. Не скажу, что назову быстро, кто виноват и что делать, но на что и почему внимание обратить, пожалуй, разберусь.       Амалия почувствовала себя… странно. Юго она обычно не считала иопоголовым, но всё же слишком многое в их жизни было связано с приключениями. Видимо, её эмоции отразились на лице, так как он следом сказал:       — Основные принципы действительно одинаковые, так что разберусь. И не надо на меня смотреть так, будто я из леса вылез.       Усталость и напряжение, копившиеся в последние дни, видимо, сильно её измотали… Потому что на последние слова королева садида не выдержала — и расхохоталась.       — Ты… хоть понимаешь… кому и где сказал? — в перерывах между приступами смеха, кое-как выдавила она.       Из леса… В королевстве Садида!!! Да ещё и с послезавтра здешний же король…       Юго её вспышку хохота воспринял стоически.       — С образными выражениями буду поосторожнее.       — Это точно… — наконец отсмеявшись, смогла сказать Амалия и бросила взгляд на бумаги. — Я тебе чуть позже отберу и скажу, в какой срок лучше б… Хотя тут всё равно надо будет совместно над кое-чем поработать. Не хочу грузить тебя тем, в чём пока сама не разобралась… А, послушай, можешь заглянуть в архив? — торопливо произнесла она, вспомнив. Юго вопросительно наклонил голову. — Мне нужны основные документы, архивариус поймёт, за… с девятьсот шестьдесят третьего по девятьсот семьдесят второй.       По-хорошему, срок бы побольше, но пока что… сойдёт.       Вопреки её ожиданиям, Юго вместо того, чтобы кивнуть или спросить хотя бы что-то вроде «зачем», подпер голову рукой и кивнул на разложенные на столе стопки. Многие из них были здесь уже не первый день: периодически надо было сверяться с чем-то, что уже просматривала.       — Сколько из этого те самые «основные документы» и за какой период?       — Тут не только они, за последнее время побольше… Хорошо, ты прав, — вздохнула она. — Тогда с шестьдесят четвёртого по шестьдесят шестой и за семьдесят второй.       — Тогда напиши какое-то волеизъявление, или что там надо, — на её непонимающий взгляд он пояснил: — Формально я здесь всё ещё никто. Да и если неформально, не всем такое по нраву. Когда я до этого бывал в архивах, кое-что выдавать уже отказались.       Надо будет побеседовать с тамошним персоналом… И всё же Амалия быстро продублировала свою просьбу и на первом попавшемся чистом листке, снабдив подписью. Что хорошо всё же сейчас в её положении — может обойтись в некоторых случаях без церемониальных бумаг, слово правителя в королевстве Садида слишком многое значило.       Юго предупредил, что совсем быстро не управится: всё ещё опасался лишний раз открывать порталы при ком-то, пытаясь разобраться с тем, чтобы не было видно пурпурных прожилок — и ушёл. Амалия снова осталась в кабинете одна. Бросив взгляд на часы, она вздохнула. К моменту, как Юго вернётся, скорее всего уже придёт кто-то с докладом… С другой стороны, лучше и правда послушают вместе.       Даже при том, что элиатропы действительно подселялись к садида — какое счастье, что пока с их проблемами Юго и Адамай справлялись практически самостоятельно, она бы не выдержала разорваться ещё и туда… Надо будет спросить ещё на сей счёт у Юго, — Амалия всё же не хотела, чтобы их воспринимали приживалами. И в первую очередь чтобы приживалой после брака воспринимался их король. Думать о нём как о женихе было всё же немного странновато.       Она знала, что он, когда вольётся, будет способен на многое, и не стоило его сдерживать постоянной необходимостью оглядываться на неё. Интересно, как справлялись родители…       С мыслей о детстве размышления снова вернулись к Еве, и Амалия помассировала виски. Слуга, забравший посуду после завтрака, чуть отвлёк, но ненадолго.       Значит, «Гильдия Шелеста»… Сама королева садида практически ничего не слышала, а вот Адамай мельком в Братстве Забытых — да. Впрочем, сведений у них обоих было откровенно мало, и это были не те, в которых можно было вот так запросто копаться. О том, что отец мог зачем-то нанимать наёмных убийц, знать должны по идее только самые высокопоставленные из его бывших приближённых… С некоторыми Амалия планировала поговорить в ближайшее время: в конце концов, ничего странного не будет, что она хочет узнать подробнее о контактах и делах прошло… позапрошлого короля.       Даром что от самой мысли, что отец мог от неё скрывать такое, становилось на душе паршиво. И что при этом Арманд был минимум отчасти посвящён. Амалия понимала, почему, но всё же, всё же… Вырвался сдавленный всхлип — но лишь на миг. Хотела б она быть с ними более близка.       А ещё становилось тяжело, что отец был в принципе на такое способен. Что ему могли зачем-то понадобиться услуги наёмных убийц высшего класса. Да такие, что расплачиваться не деньгами, а долгом…       Кто мог знать? Что за долг? И зачем?       Хотя непосредственно к ключевой проблеме-просьбе — поискам Флопина — её изыскания сейчас отношения не имели, они были важны для самой Амалии. Чтобы немного больше понять отца… и, возможно, мать. И Еву…       Она хотела разобраться, что именно за долг. Не рассчитывала, что найдёт что-то явное, но хотя бы зацепки. Совсем бесследно не могло же пройти… И ещё — понять, как именно Еву взяли телохранителем. Она была талантлива — да, не настолько, насколько про неё говорили, но действительно хороша, — но Амалии было легко представить, как подруга в мнительности могла после слов своего отца решить, что её заслуг нет, и что её взяли лишь из-за этого «долга». А ещё в принципе потомков кровных линий выдающихся гильдий и династий без присмотра не оставляли, и тут настолько послушно исполнили желание все, включая «коллег» отца Евы?..       Следом попытается узнать больше об этой гильдии Шелеста. И уже через это попытаться найти Флопина, раз тот ушёл с дедом. Выяснить, чем тот может заниматься, куда направляться… «Полевые» поиски в будущем пообещал взять на себя Адамай. Ему и проще было. Жаль, сейчас нет толку…       — Издеваешься?       — С чего бы? — непонимающе на него посмотрела Амалия. — Сами же когда-то с Юго распинались, на что видение вакфу способно и сколько с его помощью можно найти.       Таким образом можно будет быстро «просмотреть» мир, а там и найти. Однако Адамай к затее отнёсся без энтузиазма.       — У Флопина не было в вакфу чего-то примечательного, — устало сказал он. — Может, чуть больше, чем у обычных людей за счёт отца, но даже с той же Элели, когда Тристепан пробудился и её «прихватил», не сравнить. У меня просто не такая чувствительность, чтобы у него какие-то уникальные «маркеры» найти и узнать его издалека в толпе. С тем же успехом можно просто весь мир прочесать. А деда я тем более не видел.       В голове щёлкнуло.       — У тебя — нет. А Юго?..       Адамай какое-то время молчал… прежде чем покачать головой.       — Обострилось у него уже сейчас. А Флопина в последний раз он видел ещё до этого. Может, помогло бы видение душ, но тц, я всё равно его настолько широко не разверну, да и Флопина опять-таки сам не видел…       Быстро найти юного кра так не вышло б, но дракон всё ещё мог куда быстрее и свободнее неё перемещаться по миру и умел быть внимательным. И, насколько могла судить Амалия, действительно хотел помочь… Правда, для кое-чего ему стоило бы выдавать допуск, но этим королева садида планировала заняться уже после свадьбы: Юго всё равно собирался провести близнеца советником, а давать поводов для каких-либо пересудов она не хотела.       … А знает ли Юго, что случилось у Персидалей? Или всё же нет?.. Адамай сказал, тот знает, что дракон и иоп не кулаки разминали, но Амалия уточнять тогда не стала, а это может быть и «да», и «нет»… Когда элиатроп вернулся со стопкой бумаг в руках — внушительной, садида на миг даже пожалела о своей просьбе — на миг у неё мелькнуло желание спросить, но…       Следующая мысль отрезвила холодом. Если б он желал знать — не мог не спросить у Адамая. Хотел бы помочь — предложил бы, как уже пытался предложить помощь ей.       — К тебе кто-то придёт скоро, — произнёс Юго, кладя бумаги на стол и садясь за всё тот же стул. — Мне уходить?       Откуда знает, можно было и не спрашивать. Видение вакфу…       — Это, скорее всего, доклад о прибывших гостях. Так что останься, — качнула Амалия головой, чуть поёжившись. Она понимала, почему элиатроп спрашивал у неё советов или согласия на то или иное, но всё равно не могла сказать, что и сама понимает до конца, как лучше…       Юго чуть скептично на неё посмотрел, но ничего говорить не стал. Через пару минут в дверь деликатно постучали, и, получив разрешение, внутрь вошёл один из помощников Тибальта.       — Ваше величество Амалия и… господин Юго, — чуть запнувшись, поклонился он. — Позволите приступить?              Много времени его рассказ не занял, и вскоре королева садида отпустила его, оставшись снова наедине с элиатропом. Пока что информации было не так много: день лишь начинался. Но… и тут было о чём задуматься.       Значит, мастера Жориса не будет… Нехорошо. От бонтарцев прибыл какой-то незнакомый Амалии барон, обычно отвечающий за приёмы во дворце, и садида с трудом представляла, чтобы мастер Жорис, сколько раз уже им за жизнь помогавший и явственно относившийся скорее как к друзьям, проигнорировал бы их. Но волю своей королевы он нарушить не мог… Частным порядком его тоже приглашали, но всё равно тогда, скорее всего, пришёл бы вместе с делегацией: просто чтобы не показывать какой-то «клин» между собой и Бонта, отношения и без того, насколько за эти недели смогла Амалия понять, были достаточно натянутые.       А ещё это наглядно показывает отношение самих бонтарцев… Не самое хорошее. На свадьбу её родителей в своё время пришёл тогдашний король Бонта, Гектор, поддержать верных союзников. На свадьбу Арманда и Авроры направили тоже своего извечного посла…       — Надеюсь, с мастером Жорисом всё хорошо, — прикусила губу Амалия. — Он вряд ли бы стал сам пропускать.       — Не рассказать хотя бы в общих чертах Астре, что происходило, он не мог, — побарабанил пальцами по столу Юго. — Видимо, она его и задержала сейчас. Кстати… Тот садида или врёт, или сам не до конца в курсе.       — Ты о чём? — непонимающе посмотрела на него Амалия.       — О твоих кузенах, — пояснил элиатроп. — Как он там сказал, «в целом всё нейтрально»?       Садида осторожно кивнула. Дальние родственники оказались ей ещё той головной болью за последние недели, хотя и удалось узнать не слишком много: не из тех они, к кому слежку подошлёшь или через слуг далеко выйдешь. Начиная от намёков выйти замуж за кого-то из них — и если отречься от чувств и ситуации со всех сторон, сосредоточив внимание только на королевстве Садида, то в этом был бы отчасти смысл — и заканчивая тем, что они, получив отказ, явно остались недовольны. И явно попытаются набрать собственные силы… Придётся следить, чтобы не объединились с кем-то из жрецов. Высшее духовенство остаётся на её стороне, пусть и недовольно выбором в пользу Юго, но кто-то из более низкой прослойки вполне может рискнуть.       Про то, что они могли бы объединиться с Авророй, думать было тем более паршиво.       — Хочешь сказать, что-то знаешь ещё? — уточнила Амалия. Элиатроп кивнул.       — Не уверен, что попытки провокаций — их дело… — Каких провокаций и почему ей не сообщили?! — … я пока не настолько в магии вашей разбираюсь, чтобы кого-то, кроме тебя, сразу узнать, но разговоры у них наедине отнюдь не в твоё восхваление. И не у них одних, хотя большая часть людей скорее на твоей стороне. Пусть и насторожены к элиатропам.       — Откуда ты знаешь? — чуть настороженно спросила Амалия.       — Адамай способен перевоплощаться в любое живое существо, а на тех же тофу внимания не обращают. Попросил его.       А тот, всё ещё под тяжестью вины, и готов выполнять очень многое для близнеца… И всё же у Амалии пробежали по спине мурашки, и она в очередной раз задалась вопросом, насколько хорошо она знает того, кого любит.       И что он из себя представляет теперь.       —Мы справимся в любом случае, — добавил он, когда она так ничего и не ответила. — Но если от них будут какие-то проблемы — лучше не рисковать. Прямо едва ли выступят, впрочем. Не посмеют против правителей.       Почему-то ей казалось, что он такими словами крайне своеобразно, но пытается подбодрить её и снова укрепить в мысли, что она на своём месте и в своём праве. Свыкнуться до сих пор тяжело было…       — А элиатропы? — перевела она тему, не желая сейчас думать обо всём, что ложилось слишком тяжким грузом, ведь она и сама была садида… — Они как относятся?       Вопросом стоило задаться раньше, но Юго и Адамай, как ей казалось, вполне должны были справляться, а у неё и без этого хватало тревог.       Однако Юго с ответом, что удивительно, замешкался.       — В целом… нормально. Сейчас больше к Чиби и Гругалу норовят пойти поговорить. Адамай уже пообещал устроить «контролируемое знакомство». Прошлое перерождение важным в эпоху перед Исходом отметилось… Насчёт свадьбы и что селимся у вас — не все довольны, но все смирились и понимают. Хотя, — интонация практически не поменялась, но кое-какое замешательство Амалия всё же уловила, — как я понял, они в целом смутно представляют, зачем всё это… К завтрашнему дню разберусь, но менять ничего не придётся.       Они проговорили ещё немного, и следом Юго ушёл с документами. Чем он занимался остаток дня, Амалия не знала. У неё же… Разобрать бумаги, изучить пару «свежих» прошений, встретиться с придворными, проверить, как идёт подготовка…       Вечером поприветствовать гостей — единственное, где они ещё раз за день пересеклись с Юго, и то ненадолго…       Амалия была уверена, что от волнения не сможет уснуть — но всё же едва запомнила миг, когда голова наконец коснулась подушки.       Жаль, сон, как обычно, обернулся кошмаром…              — Ваше величество, вы готовы? — раздался за спиной голос. Амалия бросила последний взгляд с балкона на королевство, прежде чем обернуться.       — Да, — глубоко вдохнув, ответила она. Даже если с губ предательски хотело сорваться совсем иное.       ***              Раньше бы журчание воды успокоило. Рыбалка тоже, даром что сейчас и не пытался ей заняться. Да и в целом созерцание природы он любил — неожиданно сильно для того, кто, по мнению большинства, постоянно был в движении, куда-то нёсся, что-то делал, дышал полной грудью…       Настолько, что с пятнадцати до девятнадцати старался лишний раз из отцовской таверны не вылезать. Наверное, с этой мысли бы прежде поморщился, но ныне Юго… просто не ощущал, что это нужно. Как и с многим, многим ещё…       Сейчас элиатроп был на окраине королевства Садида. Люди здесь бывали редко, да и реши кто-то прийти — он бы почувствовал ещё издалека. Времени, чтобы уйти, оставалось достаточно — а разговаривать сейчас он ни с кем не хотел. Насколько вообще можно говорить про «хотел» в его состоянии.       Речушка. чуть поодаль впадающая в море, была с обеих сторон окружена лесом, хотя тот к воде не подступал: берег был из гальки, хотя и довольно узкая полоса. Видимо, когда-то была частью русла, а потом река обмелела… Удивительно с учётом недавнего потопа. Сколько именно он изменил в быте королевства? И каким было всё до него? На второй вопрос у него отчасти ответ был, он достаточно прожил «в гостях» в своё время здесь, чтобы иметь общее представление. Но и то за столько лет устарело, а теперь это место для него будет вотчиной. Надо разобраться…       Лучше всего было бы просто самому и узнать. Раньше бы так и сделал. Оделся бы по-простому, на лице — добрая, «солнечная» улыбка, она ему с годами всё тяжелее давалась и всё реже было настроение под неё, но он бы нашёл энтузиазм. Общался бы с местными жителями, сам залезал бы во все углы, благо с его способностями не столь сложно. Располагать к себе людей он умел и знал, как. Ещё с детства умел достаточно «читать» других, чтобы понимать, как действовать. Садиды бы, возможно, были насторожены, кто из-за его расы, кто из-за того, что он король — но Юго бы нашёл подход, как уже сумел когда-то, и сумел бы ненавязчиво разговорить. А там и отношение к элиатропам было бы легче переломить…       «Бы». Ключевое слово. Сейчас попытка провернуть подобное была бы полным, жестоким фарсом — который к тому же мог не удаться. Элиатроп не был уверен, что сумел бы достоверно изобразить нужные чувства. Что сумел бы сам «втянуться» в разговор и с непосредственностью узнать, что надо, так, чтобы ни у кого не вызвать подозрений или дискомфорта.       За «высокомерием» скрыть проблемы с эмоциями проще. К тому же… теми их остатками, насчёт которых он всё же рискнул бы сказать, что они скорее есть, чем нет — потому что разумом такое не обосновать — он просто не хотел перед кем-то открываться.       Не хотел становиться уязвимым.       Бред. Просто-напросто бред. Ему и раньше чтобы навредить, надо было быть не рядовым человеком, сейчас же он вовсе превосходит в силе абсолютное большинство, а из-за того, что является некромом, может не столь бояться физических ранений: запросто залечит вакфу. От жителей королевства ему ничего не грозит. Психически — тоже, его сейчас едва-едва трогает даже семья, куда там посторонним. И всё же…       Сам не осознавая, Юго чуть поморщился. Дело в этом плане было настолько худо, что он был даже не уверен, смог бы довериться Тристепану, будь в этом смысл. Слишком долго с другом уже порознь, слишком долго разные жизни, даром что до обращения про тёплые чувства элиатроп мог бы сказать с уверенностью. Хотя тут и встал бы вопрос, а как сам иоп относился бы, после действий Адамая-то… Это сейчас можно было сказать, что тот, похоже, всё же достаточно отделяет Юго от его близнеца. Но, возможно, влияние того дела, которое обсуждал с Адамаем.       Да и в любом случае смысла знать про обращение Тристепану не было. Моральная поддержка — для Юго она сейчас слишком мало значит, вернее, слишком мало его трогает. Постоянно же иоп всё равно здесь присутствовать не будет, даже если б хотел: что-то подсказывало элиатропу, что Евангелина за своё застарелое желание жить в глуши вдали от общества сейчас цепляется вдвойне. Просьбу Амалии погостить и так несколько недель назад уже отвергла, хотя если б не Пу, дом у них был бы разрушен, и где б они жили с новорожденным на руках…       Практическая помощь от Тристепана? Едва ли бы он смог хоть как-то помочь. Знаний у него нет, как и доступа к ним… за исключением разве что памяти бога Иопа, надо будет расспросить, сталкивался ли тот с некромами. Попросить Адамая при случае узнать, что ли? Если не забудет… В остальном же — просто зачем?       Безопаснее и логичнее, чтобы не знал. Но Юго не мог сказать, что в этом деле руководствуется лишь логикой.       И лучше уж тогда вернётся к чему-то «логичному»… Записи, отданные Амалией, прыгнули сами в руку, и Юго, отойдя чуть подальше от воды, пристроился под одним из деревьев. Там же рядом лежал свод налоговых законов и постановлений королевства Садида, прихваченный из библиотеки: периодически приходилось сверяться и по нему.       Элиатроп не лукавил, когда говорил Амалии, что в целом сможет разобраться. Возможно, она сама бы смогла в итоге и быстрее него, но хватало дел, где тоже было нужно её внимание — а вот он пока не мог что-то определённое сказать.       Впрочем, временно. Всё временно… И это вызывало слабую усмешку — где-то глубоко внутри всё же тлело желание показать, чего стоит он, чего стоят они с Амалией, показать, что недооценивать не надо… Не обратить внимания на это — или уцепиться за тонкую ниточку подобия живых чувств, попытавшись её «раскрутить»? Стоило подумать…       Как и стоило подумать, что делать с казначеем… Пока что все выводы Юго насчёт бумаг можно было свести к одному: обстоятельно побеседовать с тем, кто это заверял. Ибо чем дольше элиатроп изучал бумаги, тем меньше ему казалось, что их вид — результат лени или неумения. Скорее, под это попытались замаскировать…       На первый взгляд всё было очень сложно и всё же относительно хорошо. На второй — возникали вопросы к объёмам товара, его цене и части пошлин и прочего. На третий — всё снова будто бы нормально… и тем не менее у Юго оставалось ощущение, что скрыт слишком большой подвох.       Какой там был раздел и статья по этому своду?.. Проверив ставки, элиатроп ещё раз пересчитал кое-что. Небольшой блокнот, который пришлось брать в той же библиотеке, был уже наполовину исписан, и конца пока не предвиделось. Сейчас надо разобраться тщательно, чтобы потом мог подобным заниматься «сходу» или, делегируя полномочия на поиск проблем, быстро оценивать результат работы… но пока что Юго всё ещё требовалось время.       Тем более что в финансовых документах, что были у Амалии, творился полный и безоговорочный бардак. Возможно, в элиатропе говорило воспитание, и для всяких высоких материй правила были почему-то другие — но лично он в своё время усвоил, что вся отчётность должна быть понятной. Не настолько, чтобы её мог понять даже несведущий — но чтобы тот, кто более-менее разбирается в теме, сумел бы влиться достаточно быстро. «Непонятной» она имела рациональное право быть только из-под рук или того, кто ничего не умеет… или того, кто хочет что-то скрыть.       Для неумелого здесь слишком лихо обращались с числами. Юго сделал очередную пометку в блокноте.       «Проверить приём складов».       Немного подумав, дописал следом: «Запросить договор к 5 странице от 989».       Лист, уже весь испещрённый такими заметками, выглядел откровенно жалко. Да только действительно нужны были дополнительные документы, чтобы понять, видели те же склады стражи те копья хотя б или нет… да и всё равно, по-хорошему, если будет и там что-то странное, уже непосредственно «свидетелей на месте» опрашивать. И это делегировать кому-то надо будет, кто и соображает достаточно, и при этом не решит войти в долю, если подозрения Юго верны…       А в то, что можно честным путём довести до того, что по закупкам всё нормально, а по факту армия осталась без оружия, он откровенно не верил. И в прочих местах дело, похоже, не лучше.       Собственно, в попытках разобраться, что наворотили, у него и ушла большая часть дня. Несколько раз потребовалось его присутствие где-то, ему уже надо было входить более плотно в дворцовую жизнь и работу, с кем-то иным — переговорить, хотя больше «посветить лицом». Скоро ему и самому в аудиенциях участвовать, а не только в подобном, и надо хотя б немного готовиться… Вечером с Амалией поприветствовали гостей на свадьбу из высокопоставленных, кто соизволил явиться. Явственно ничего невеста не говорила, но Юго понимал, что она когда-то ждала от своего торжества совсем не такого. Да и останься он сам в нормальном состоянии, останься человеком, то, скорее всего, и праздновали бы совсем иначе. Старых знакомых бы точно побольше звали… В любом случае со своей стороны элиатроп собирался сделать что может, или хотя бы попытаться.       Если нормальной поддержки от него сейчас меньше, чем от бревна, то хотя бы в делах постарается ей облегчить задачу. И разберётся достаточно в традициях и обычаях, чтобы не ставить её в неловкое положение лишний раз. И так всё равно будет, но хотя бы поменьше, чем могло б… У него всё же будут поблажки из-за того, что он другого народа, причём король, и его народ тоже вливается в королевство, но и наглеть не стоит. По крайней мере насчёт завтрашнего и послезавтрашнего дней Юго был уверен, что более-менее справится.       М, о традициях… Он ненадолго замер, раздумывая, говорить ли завтра Амалии или нет. Он сегодня кое-что уточнил у элиатропов, и хотя на церемонию и его отношение это не влияло, всё же момент был… любопытный. Пожалуй, всё же скажет. Всё, если она уточнит — и что касается самой церемонии в любом случае. И на всякий случай будет лучше добавить ещё кое-что, если он хоть немного верно «понимает» эмоции.       Наконец решив, что на сегодня достаточно — но не в принципе, прежде чем что-то кому-то делегировать, надо хотя бы в общих чертах понять будет, как работает, — Юго отложил блокнот и все бумаги в сумку. Не хотелось б, чтобы влага случайно попала или ещё что случилось… или сразу закинуть к себе? Немного сосредоточиться, чтобы убедиться в отсутствии людей — и следом в один портал поставить в один из шкафов. Надо будет вспомнить, где именно лежат от него ключи… В покои всё равно без его прямого разрешения никто заходить не должен, как ему передала Амалия.       Можно было бы вернуться во дворец. Время уже позднее, чтобы думать о каких-то возможных встречах или что-то у кого-то уточнить, но там есть библиотека, можно почитать будет учебники. Правда, придётся лампы включать… тц, ночи в королевстве Садида слишком тёмные, приходилось включать несколько светильников, чтобы нормально разобрать текст. Дома бы максимум одним обошёлся. И так сейчас пришлось под конец себе с помощью магии подсвечивать…       Откуда он знает подобные чары и почему понимает, как их использовать, элиатроп предпочитал не думать. Всё равно едва ли будет чёткий ответ, а если и будет, то вряд ли понравится. А так — главное, что работает. Элиатропский он уже почему-то понимает вон… Ммм, а Адамай-то ещё не знает.       К сожалению, смысла подшучивать над близнецом кроме как из ребячества не было, для самого Юго подобное же сейчас было бесполезно. Просто не видел, зачем. Хотя и понимал, что раньше бы повеселился… впрочем, всё равно повод был бы нужен, чтобы всё нормально прошло. Может, и попробует, если удобно окажется… Вот только для чего?..       Поколебавшись, элиатроп спустился обратно к реке. В ближайшие дни ему вряд ли будет до подобного «отдыха». Если только всё той же ночью, когда люди спят… а вот животные всё ещё бодры. Он рассеянно мазнул взглядом по тем местам, где, по видению вакфу, были какие-то птицы, тихо ухающие во мраке. Затем — по потоку реки, там даже сейчас резвились рыбы. Небольшие искорки вакфу, да и сами небольшие, даже прежде бы посчитал разве что закуской, а то и отпустил бы, поймав на удочку.       … А что, если?..       Несколько мгновений выждать до подходящего — одно быстрое движение. Всего один портал. В руке затрепыхался, разбрызгивая вокруг воду, снеппер. Вакфу в нём совсем немного… но она в нём есть.       Она есть во всех живых существах. У драконов была особая, у них её было много — но Юго не настолько потерял здравый смысл, чтобы выпивать досуха Адамая.       И если…       Он прикрыл глаза — дальше в дело вступили скорее инстинкты. Но… сейчас чтобы скорее проверить.       Небольшой поток вакфу, «туман», Юго поглотил быстро — но на миг почувствовал настоящее наслаждение. Будто вода в пустыне. Ха-а… Как же ему не хватало насытиться в волю — и такая «закуска» скорее распалила скрытый прежде голод, нежели помогла. Снова посмотреть на снеппера, хотя видение вакфу и так всё сказало — от рыбы остались лишь иссушенная шкурка да кости внутри. Чуть дёрнешь — и рассыпятся прахом.       Просто снепперов ловить ему не поможет… Но в водах скрывается много монстров. И в глубине лесов. И гор… И…       Расстояние сейчас для него практически не имеет значения. А выпивать одного только Адамая всё равно не стоит, брата лучше поберечь.       Да и у самого Юго ещё сохранились остатки гордости.       Не будет так, как хотел Торосс!!!       Практически неосознанно «раскинуть» видение вакфу, ища, ища, ища… Нашёл. И даже не так далеко.       Считай, полдела сделано.              «Юго, а ты?..»       «Уже в королевстве, Адамай, — качнул головой элиатроп, быстро переодеваясь. На то, чтобы ушёл мандраж после охоты, потребуется ещё какое-то время, но эйфория уже утихала, позволяя вновь мыслить здраво. — Так что мог и не переживать».       От близнеца донеслось что-то вроде обречённого выдоха, Юго только неопределённо пожал плечами. Как бы то ни было, за временем он сумел проследить. На землях садида только-только занимался рассвет.       «Не уверен, что хочу знать, что ты делал ночью… Готов?»       «Да».       Даже если и сам не знает до конца ответ.       

***

      

___

      Тристепан уже истоптал на поляне, считай, тропку, и даже не был уверен, зря ждёт или нет. Срок был в пределах трёх дней, вчера только первый минул… Но всё равно это не значило, что иопу нравится туда-сюда ходить!       Знать бы ещё, чего в принципе ждёт. Почтового тофу? Или ещё какого-нибудь драконьего хитрого колдовства, которое честному иопу и вовсе не понять?! Хотелось пнуть ближайшее дерево, и после секундных колебаний Тристепан таки пнул.       Пострадала больше нога, чем растение, но чуть полегче стало.       — А вот Амалия поучала б, что так нельзя… Надеюсь, у меня самого до такого не дойдёт, — раздался за спиной задумчивый голос, и иоп стремительно обернулся.       — Явился-таки! — облегчённо выдохнул он.       Сказал бы ему кто раньше, что он будет рад видеть Адамая после всего, что случилось между ними — не поверил бы.       — Удивлён? — в голосе дракона особого интереса не слышалось, так что Тристепан просто махнул рукой, не пытаясь объясниться.       Мыслями он всё равно был до самого нынешнего момента не вполне здесь, думая о жене — та по-прежнему очень старательно делала вид, что ничего не случилось, а на любые попытки поговорить с ней о Фло или отце реагируя… не очень хорошо — так что вдвойне мозги зачем было забивать?       — Ладно. В следующий раз попытаюсь накануне прислать что-нибудь, чтобы ты уже знал, что точно буду… И не смотри так, у меня сейчас не та ситуация, что когда захотел, тогда и пошёл куда-нибудь, — устало пояснил дракон. — Вернее… В общем, форс-мажоры могут быть.       Что может быть, Тристепан решил не уточнять. Слово было знакомое, спасибо Еве, но всё равно периодически забывал.       — Что-то найти вышло? — торопливо спросил иоп.       За минувший срок он сообразил порасспрашивать аккуратно ещё и Голтарда с Пу, но у тех сведений тоже было маловато: учитель всю жизнь в основном провёл на «явных» боях и прочем, так что сказал лишь, что гильдия существует, но больше едва ли знает, а Пу почесал голову и с видом невинной честности сказал, что всем таким «тайным» в Братстве Забытых занимался далеко не он.       Но насчёт Адамая сказал, что Оропо его планировал готовить в такую стезю…       — Насчёт непосредственно Флопина — нет, — покачал дракон головой, и Тристепан стиснул зубы. Вот же!.. Он не рассчитывал, что всё выйдет так легко — но всё же была надежда… — Но если где-то, где у садида есть кому «присматривать», появятся он или его дед, то Амалии дадут знать. Чтобы лично искать, надо ещё чего-то дождаться.       — У вас точно нет какого-нибудь драконьего колдовства, чтобы раз, и нашлись б? — не удержавшись, всё же расстроенно спросил иоп. — Видение вакфу ваше тоже, ещё что…       — Не сработает. Может, вблизи, но всё равно надо будет это «вблизи» сначала найти, — дёрнул ухом Адамай. — Так, два вопроса. Мне рассказывать тебе, или сам предпочтёшь почитать, и в следующий раз, может, просто всё и прислать?       Тристепан мрачно покосился на дракона.       — Придумай шутку получше. Рассказывай…       — Ладно, — пожал плечами дракон и, подтянув откуда-то камни, соорудил себе телекинезом подобие табурета, где и устроился. Вот может же…       Сам иоп так и остался стоять. Адамай же выудил из котомки несколько листов бумаги, но отдавать пока не торопился.       Лес вокруг был непривычно тих, и Тристепан только понадеялся, что Евангелина не станет выходить в ближайшие дни на охоту — а то его оправдание «да пару монстров попробовал побить, но сбежали, гады» может и не сработать. Не то чтобы монстров в принципе у них в округе много водилось теперь, но всё же…       — Ладно, первое и самое внезапное, во всяком случае для меня. Бывший религиозный культ эта ваша гильдия Шелеста, — вдруг произнёс после паузы дракон, едва не заставив иопа вздрогнуть. — Было ответвление, которое богиню Кра почитало как-то иначе, чем общепринято. Впоследствии откололись окончательно, ушли в тень, там и стали нынешним вариантом, похоже.       — Ээээ… И что это значит?       — А то, что либо мои… контакты среди Забытых, когда я по другому поводу наконец до них дойду, скажут что-то интересное, либо это направление поисков можно выкидывать в помойку.       — Так и то, и то — тайные общества!       — Вот только Забытые против богов восставали, — мрачно поправил его Адамай. — А эти напротив за богиню, только своеобразно… чем-то о срамах напоминает. Хотя… Я не уверен, пока найти не удалось, но есть шанс, что одной из первых глав, если не основательницей, была одна из дочерей Кра. Ослеплённая матерью причём.       Тристепан честно попытался понять, в чём суть этой информации. Понять вышло не вполне. Если только…       — Хочешь сказать, Ева может?..       — В таких обществах власть скорее по ученической линии передаётся, иопоголовый, — поморщился дракон, но сейчас Панпан был слишком взволнован, чтобы обижаться. — Так что вряд ли тут кровная связь с Кра, а если и есть, то за столько веков считай что нет. Тут дело в другом. Скорее всего, главы организации несколько… фанатичны были. И ты, кстати, не упоминал, что отец Евангелины был кем-то из старших членов.       — Забыл, — сдался Тристепан. — Слишком много тогда было… Так значит, фанатики?       Флопин, куда ты только влез… Ну зачем только… Аргх, если б Тристепан только раньше знал, что сын!..       Ну тогда понятно, что дед так быстро мозги промыл! Но сам Флопин-то зачем повёлся?!       — Скорее да, чем нет, но точно не скажу, — пожал плечами Адамай. — У нас действительно и информацию не так просто найти, и мы с Амалией не можем в этом всё время копаться. И у самих дел хватает, мне после тебя ещё на Альбуэру надо… Не суть.       — Я… я понимаю, — тихо ответил иоп, сжав кулаки. — Простите, что сам при этом…       Он хотел бы помочь в поисках… Это в первую очередь его поиск должен быть!!! Но… Но…       Тристепан любил Флопина и хотел доказать сыну, что зря он себе голову всей той чушью забил. Но ещё любил жену и Элели. И как отразится на них, если он сам сорвётся с места следом за Флопином… Он даже думать не хотел. В памяти некстати всплыл разговор с Альбертом, когда пересеклись накануне свадьбы Юго и Амалии: иоп тогда сначала просто дочь отвёл к Чиби и Гругалу чтобы развлеклась, но энутроф понял, что что-то не то случилось, и зачем-то аккуратно выудил из Тристепана подробности.       Чтобы затем со вздохом попросить всё тщательно взвесить, прежде чем с места срываться в поисках Флопина. А то, мол, у самого Альберта уже один сын сбежал, а потерял в итоге двоих, и Еве тем более подобного с мужем не надо…       — Не мне тебя осуждать в любом случае, — поморщился Адамай, вырвав иопа из мыслей. — Да и вон… за оставшимся семейством лучше пригляди. Пока от недостатка родительского внимания уже Элели не надумала куда-то пойти, да хоть и за братом. Её искать я уже не подписываюсь.       На своеобразную шутку Тристепан через силу хмыкнул. Вот уж точно не Адамаю… Иоп сначала не понял, о чём в тот раз Альберт говорил — и тот, отведя в сторонку, тихо рассказал, что происходило у него дома в последние два года. Как после побега дракона практически перестал бывать дома и Юго, непрестанно ища, а сам энутроф, вопреки всем стараниям — а связи у него были, и хорошие — только беспомощно смотрел, что происходит со старшим сыном и что при этом выносят младшие.       «Понимаю я тревогу твою… И Флопина действительно стоит найти, по-хорошему. Но прошу, подумай, через что ты готов ради этого заставить пройти свою жену и других детей».       Ни через что Тристепан готов не был!.. У них и так в жизни у всех достаточно тревог и бед было, не имеют права разве спокойно пожить?! Но иоп бы пошёл за Флопином, искал бы где мог…       … если б не видел, как этот уход повлиял на дочь и жену. Хвала Иопу, как по-дурацки это в его случае ни звучит, что хоть Пин достаточно маленький и почти ничего не понимает. Уходить вслед за Флопином — нет сейчас у Тристепана права. И он мог только молиться, чтобы сын, если однажды узнает, за это простил.       — Ладно, что дальше, — щёлкнул когтями Адамай, прерывая размышления иопа. И почему так тянул?.. — Как связывался с гильдией Шелеста отец Амалии, мы пока не нашли. Возможно, потом выйдем окольными путями, хотя она говорит, что такие контакты обычно передают «в наследство». Может, сами как-то свяжутся, у Амалии подозрение есть, что с «долгом» дед Флопина самовольно начудил.       — А?..       — Мог попросить за него засчитать опеку дочерей самовольно, — пожал плечами дракон. — Мы не уверены, но шанс есть, тем более что ты сказал, что Мадагаскан Бракмару сдался потом. Вряд ли у него сейчас осталось много власти в гильдии, я даже не уверен, что он туда вернётся.       Невольно Тристепан почувствовал облегчение: было б хорошо, если так. Карьеры наёмного убийцы, да даже просто общения с ними он сыну не желал.       — … к тому же Окхарт к «опеке» подошёл своеобразно, — добавил следом Адамай. — Амалия связалась с теми, кто Еву воспитывал.       — Да, я знаю, бабушка и дедушка по маме, — немного рассеянно кивнул Тристепан. Мысли то и дело возвращались к тому, как бы он отнёсся, если бы выбор Флопина был действительно сознательным. Но не в шесть же лет! Так, а во сколько он сам стал учеником Голтарда?..       — Пока обошлись без подробностей, чтобы избежать ответных вопросов, тут сам решай, что, по-твоему, рассказать мы можем в случае чего. Но… — дракон вздохнул, — Окхарт просто связался с ними, когда Клео было около двух лет. И где-то год они были на его попечении, пока он искал родственников.       — И… что это значит? — непонимающе спросил иоп.       — Что Мадагаскан не торопился, значит, после смерти жены отдавать дочерей, — пожал плечами Адамай. — Напрямую не влияет, но мы пытаемся найти его связи, вряд ли он и Флопин будут абсолютно избегать общества. Есть ещё кое-что, но это скорее к прошлому самой Евы. Не уверен, что ей стоит знать, но дело твоё.       Что ей может не стоить знать?.. Невольно Тристепан обернулся, хотя отсюда дом не было видно: он специально отошёл подальше. Хотя дар острого зрения у Евы, возможно, и так бы ей всё показал… если б ей было дело.       Жена была странно задумчивой и безразличной ко всему с самого ухода Фло. Пыталась делать вид, что всё хорошо, но иоп видел, даром что далеко не гений, что её что-то терзает. А что — она говорить отказывалась. Отказывалась даже признавать!       Он надеялся, что дело только в уходе сына, а не ещё и в её отце.       — Говори. Дальше сам решу.       Адамай вздохнул, собираясь с мыслями, и начал осторожно, взвешивая каждое слово:       — Я не знал Еву в её детстве. Могу судить о ней только с момента нашего знакомства. Но… я обсудил с Амалией, она считает, что такое возможно. И как мне кажется, это вполне в её характере.       Что-то Тристепану в интонации дракона очень не понравилось. Очень.       Не касательно самого дракона… именно насчёт того, что он собирался сказать. Иоп неосознанно сжал руки в кулаки.       — Она ведь раньше довольно сильно стремилась к «идеалу», так? Чтобы всё было «как надо»?       — С годами поменьше. Но… да, — скрепя сердце признал иоп. В первом приключении в том числе поэтому спорили не раз с ней практически все из Братства. Потом Ева стала относиться чуть более расслабленно, что Тристепан относил к своим заслугам в том числе: близкое общение с иопами на кра благотворно влияет! — хотя всё равно иногда прорывался режим «всезнайки».       А что, если поэтому она сейчас и?.. Додумать мысль он не успел из-за того, что Адамай продолжил говорить:       — А тут и ситуация с Флопином, и Мадагаскан сказал, что присматривал Окхарт за Евой из-за него… и Ева довольно рано вошла в свиту Амалии, — Адамай подпер голову рукой. — Дальше сам додумаешься, или договорить?       — Договаривай, — мотнул головой Тристепан. Боялся, что додумается… до чего-то совсем нехорошего.       — Короче, ни я, ни Амалия не удивимся, если у Евы сейчас ещё и кризис собственных достижений и всей жизни, — пожал плечами дракон. — Что из этого непосредственно её заслуги, а что — просто «повезло» с чем-то. Вернее, что подсобили.       Лучше бы сам пытался додуматься…       — Да она… она же столько сама сделала! — Вот чтоб ему на месте провалиться, если это не так! — Скажешь, в приключения за неё кто-то другой ходил?! Она же умная, сама понимать должна!..       — Должна, но понимает ли? Да и это просто предположение, — махнул рукой дракон. Тристепан немного поколебался… а следом сел на поваленное бревно недалеко от дракона.       — На что именно-то вы с Амалией думаете? — устало спросил он. — А то вдруг её действительно по чему-нибудь такому при мне сорвёт… Хоть понять успею, чем успокаивать. Хотя мне кажется, что тут дело в Флопине скорее.       — И в нём наверняка тоже, но могло сразу наслоиться. А так… Она сейчас, возможно, в принципе сомневается в своих силах, — Адамай помассировал виски, и что-то в его интонации показалось иопу странным. — И если не задумалась, то может задуматься потом. Отбор на будущего телохранителя Амалии действительно проходил, и Евангелина действительно там показывала хорошие результаты, но были и те, кто справился не хуже, а в чём-то и лучше неё. Окончательно всё решала беседа с кандидатами, и в ней Ева была, скорее всего, выбрана заранее.       Несколько мгновений Тристепан молчал.       — Уверен? — глухо спросил он.       — Не я, — мотнул головой дракон. — Амалия. К тому же Еву хоть и звали лучшей в поколении, но из кра в принципе «телохранители» не очень хороши, и её до последнего старались держать, даже когда она вместо обязанностей стала дневать и ночевать у твоей статуи. Мы раньше думали, что это потому что она подруга Амалии, но могло быть два фактора.       Если Ева действительно задумалась и додумалась до чего-то такого… Тристепан прерывисто выдохнул. Жена своими достижениями гордилась. Сдержанно, отчасти считая их естественными, но она ценила их — и тяжело переживала все неудачи. Крайне с трудом их признавая, но если в глубине души всё же считала себя неправой, то…       — Когда приглашение на свадьбу пришло, она сказала, что лучше бы согласилась погостить, — наконец тихо произнёс Тристепан. — И потом, уже дома, пару раз повторяла.       Он не знал, как на это уже реагировать, потому что, ну, что они сейчас могли сделать, если друзья очевидно не всё рассказывали из случившегося, а всё из них выудить не удалось — да и, честно говоря, у Тристепана поводов для волнений хватало и без этого, так что он подобное молчание воспринял отчасти с облегчением.       — Она бы всё равно так думала, насколько я её в принципе знаю, — возразил Адамай. Хотелось ядовито спросить, а насколько знает-то… но здесь он был прав, и иоп промолчал. К тому же однажды, очень давно, Юго обмолвился, что кроме Амалии больше времени с Евой после «смерти» Тристепана проводил именно Адамай…       Может, поэтому слишком близко общаться потом и не начал, хотя мог бы. Наверняка ведь вместе со всеми тоже убеждал Еву отпустить — за это ни на кого Тристепан не был в обиде. Но было всем неловко.       Какое-то время они молчали. Дракон, даром что из себя строил очень занятого, сейчас будто никуда не торопился, а самому иопу требовалось немного времени, чтобы уложить всё в голове.       Если б только Ева говорила с ним, что не так! Он же видит, что не всё нормально, почему она не может просто признаться ему?! Как он ей помочь может, если даже не знает, что с ней…       Иопа ради, да он даже не задумался, что тут не только Флопин и само существование отца может влиять… За это Тристепану было откровенно стыдно, а тут ещё и Адамай со своим тоном, будто всё понимает…       … вот оно что. В голове наконец щёлкнуло, что именно в интонациях дракона казалось не так.       — Говоришь всё это так, будто у тебя сейчас тоже этот, как его… кризис существования, — мрачно покосился на него иоп.       — Откуда такие умные слова выучил? — Подколка у Адамая, тем не менее, вышла откровенно вялой, что только сильнее убедило Тристепана. Хотелось бы свалить, что дракон тогда, выходит, просто натягивает на Еву то, что думает сам… но шушу побери, жена действительно могла. Да и если верить ящерице, Амалия тоже о чём-то таком думает, а ей иоп всё же доверял.       — Умных людей, в отличие от некоторых, слушал, — так же вяло огрызнулся в ответ он.       Он действительно уже не хотел никаких ссор, никаких очередных концов света или предательств. Просто чтобы всё было как прежде, хотя бы относительно. Он с Евой и детьми потихоньку живёт себе дома, иногда выбираются всем семейством на заработки, порой в гости друзья заглядывают…       Проклятье, ну почему, по-че-му всё должно быть… так?!       Дракон же в ответ на его слова немного помолчал и вздохнул.       — Твоя взяла, вот только тебя не касается, — устало ответил он, и почему-то это «не касается» Тристепана немного покорёжило. — И не волнуйся, по мере сил и возможностей я буду твоего сына искать. В этот раз-то слово не нарушу.       Хотелось сказать, что дело не только в том, будет искать Флопина или нет — но Тристепан промолчал. Даже если по старой привычке сейчас, когда уже всё немного успокоилось, в душе и ворочается чуть тревога, проявлять её иоп не хотел.       Слишком много когда-то связывало, чтобы сейчас мог относиться как к постороннему.       Слишком много лежит сейчас между, чтобы он хотел относиться иначе.       Не после собственной смерти и похищения жены с сыном…       — Аргх!.. Если как-то здесь помочь могу со всем этим — то говори, как! — потребовал наконец иоп. Сидеть в безделье он не выдержит!       — Как?.. Сиди спокойно и за семьёй смотри, а то ещё не хватало, чтобы Амалия за Еву ещё больше переживала, а то замужем она хоть и за Юго, но по касательной почему-то достаётся и мне… — начал было дракон, но вдруг замолк. — Можешь действительно помочь с кое-чем, но не в плане поисков Флопина. Юго просил.       — У вас там что-то опять случилось?!       — Случилась его забывчивость, иначе бы ещё когда вы на свадьбе гостили, спросили б, — поморщился в ответ Адамай, потирая уши. — Но он нам только недавно соизволил сказать, что Торосс говорил, что некромы в Мир Двенадцати и прежде заходили. Ты с ними не встречался?       — А? — опешил иоп. — Должен был?! Да и если б виделся, то сказал бы…       — Не ты как Тристепан. А как бог Иоп.       Несколько мгновений Тристепан молчал, пытаясь подобрать подходящий ответ. Он… откровенно не любил обращаться к божественным воспоминаниям.       Слишком боялся, что затеряется в них.       — Та память… она спутана немного, — наконец произнёс он. — Как если бы пытался вспомнить сон. По-моему, не встречался, но… не уверен. Я попробую разобраться потом, но правда, не сейчас. Просто не смогу ответить.       Ещё у учителя можно будет спросить, тот много что за жизнь повидал, хотя большую часть вспоминать не любил. Того же Корню Моллю…       Стоп.       — Вообще говоришь, что они на ходячие трупы были похожи? — уточнил иоп. Дракон кивнул. — Вроде воскрешение — божественная магия. Корню Моллю открывал врата в Экстернам… Я ещё попробую что-то вспомнить.       — Спасибо, — прикрыв глаза, ответил Адамай. И в голосе слышалось слишком много обречённости…       — У вас там точно всё в порядке? — рискнул спросить Тристепан. — С Юго тем же?..       — Не лезть, Тристепан де Персидаль. Не надо, — тихо рыкнул дракон в ответ, и от полного имени из его уст иоп вздрогнул.       И всё-таки что-то у них там явно очень сильно не так…       Но ему действительно об этом лучше не думать.              Устроив из дерева тайник — вот не садида же, ну дают драконы… — куда сложил все записи, Адамай после недолгого разговора ушёл. Сам Тристепан убедился, что дерево запомнит… а следом сел на так и оставленный «табурет» и потряс рукой.       — Руби!.. Рубилакс!       Демон не отзывался, по-прежнему «спя», как и всю беседу с драконом.       — Руби, да проснись же!..       — Ч… Чего тебе? — с заметным трудом проворчал наконец демон, и у иопа отлегло от сердца.       — Проверял, в порядке ли ты, пока помню! — чистосердечно признался он.       Чем больше проходило времени, тем молчаливее становился шушу — и это изрядно Тристепана нервировало. Если у Руби из-за того, что он спас его, проблемы, то надо помочь же!.. На то, чтобы расколоть демона, ушла пара недель, но в итоге тот всё же признался, что потратил слишком много сил — и на поддержание формы-руки, без конкретного сосуда, они тоже уходят.       Собственно, у того, чтобы встречи с Адамаем были всё же личные, а не перепиской, был ещё один мотив. Дракону иоп о нём не говорил — всё равно не повлияет.       — Да приду я в себя, дай отдохнуть нормально… — закатил глаз демон, но даже его недовольство сейчас грело Тристепану душу. — Ты что, кого-то побить успел, пока я спал?       — А что, тебе получше? — обрадовался было тот. Шушу неопределённо сощурился, но они были достаточно долго знакомы, чтобы иоп понял: да.       Не зря, значит, учителя доставал… Жалко, что учился раньше так себе.       Обычно шушу могли обходиться тем, что было «в воздухе», но Рубилакс действительно совершил нечто на грани невозможного.       А от кого этой загадочной вакфу будет больше всего, даже если просто рядом стоять? От богов, дофусов и драконов…       Основной вклад, впрочем, был всё равно на самом Тристепане и Голтарде. Оставалось надеяться, что этого хватит…