Мой путь

Тени облегают Томми, как вторая кожа, делая его практически невидимым, когда он прячется в темноте.   В комнате с ним еще только один человек, руки связаны за спиной, ноги связаны вместе, голова Техноблейда все еще тяжелая, откинута в сторону, из-за чего его шея вывернута под неудобным углом. Он должен начать приходить слишком рано, и тогда начнется настоящее веселье.   Пока Томми прячется в тени, разглядывая убранство дома, в котором он будет ночевать. Это четырехкомнатный дом, но у молодой пары, которая живет здесь, только двое детей, свободная комната пуста, внутри коробки с наполовину готовыми проектами. Фотографии всех их совместных поездок и маленьких достижений, таких как первые дни в школе, украшают стены, открытки с празднованием десятого дня рождения аккуратно разложены на каминной полке, и Томми знает, что наверху, в хозяйской спальне, в глубине шкафа спрятан запертый ящик с оружием.   Не то чтобы Томми это понадобится, но всегда полезно знать, какое оружие есть под рукой, на случай, если что-то пойдет не так.   Но сейчас середина ночи, шторы в гостиной задернуты, а свет выключен. Его заложника основательно накачали наркотиками, настолько, что он должен оставаться слабым и податливым, даже когда придет в сознание, - а пара, владеющая домом, который одолжил Томми, не вернется еще целую неделю.   Сам Техноблейд не позволит никому долго искать его. Он одинокий мужчина, живет сам по себе, контактирует с семьей и друзьями минимально, работает на удаленной работе, которая требует отчёты в конце недели, что Томми может легко подделать, если дела пойдут наперекосяк.   Не то чтобы до этого дошло. Томми ожидает, что этот небольшой допрос займет не больше нескольких часов.   В полной тишине уши Томми легко улавливают прерывистое дыхание Техно, мужчина не двигается, его дыхание снова выровнялось, а шея все еще находится под неудобным углом, но Томми знает, что он проснулся, определенно раньше, чем ожидал, и, похоже, осознает больше, чем следовало бы, если он притворяется спящим.   Тишина затягивается, а Техноблейд по-прежнему остается неподвижным, как будто он чувствует присутствие Томми позади себя или что-то в этом роде.   — Я знаю, что ты не спишь, — тихо говорит Томми, наконец нарушая тишину.   Техноблейд поднимает голову с глухим хрустом в суставах, и Томми наблюдает из-за его спины, как мужчина пытается осмотреться. Он может представить прищуренные глаза и замешательство, мельком увидев это, когда Техноблейд пытается развернуться в поисках Томми.   — Вообще-то, я пытался снова заснуть, — сухо фыркает Техноблейд.   Губы Томми подергиваются под маской. Он достаточно долго наблюдал за Техно, чтобы хорошо понимать юмор этого человека. Знает его сарказм и сухие замечания, а также то, как иногда он не заботится о своей безопасности. Томми всегда находил это действительно забавным, но это поразило его, когда он понял, что из-за этого проникся симпатией к этому человеку.   Он не из тех, кто проявляет заботу, особенно к незнакомцам, которых он едва знает, но, несмотря на это, Томми обнаруживает, что ему приходится сдерживать смех над шутками Технрблейда и беспокоиться за мужчину, когда тот целый день обходится без еды и питьевой воды, слишком поглощенный каким-либо проектом, над которым он работает.   — О, конечно, — неожиданно для себя говорит Томми. — Тогда ложись обратно спать, я уверен, тебе так очень удобно.  — Удобнее, чем мое рабочее кресло, — морщится Техноблейд, пытаясь изменить позу. — Это твой ребенок? — Спрашивает он, указывая головой в сторону камина.   Томми прослеживает за его взглядом и натыкается на фотографию ребенка, предположительно сделанную на Хэллоуин: малыш одет как герой-Ангел, за спиной у него безвольно свисают дешевые пластиковые крылья, а в камеру смотрит оскаленная зубастая улыбка.   — Немного съеживаешься от того, что ты злодей, а твой ребенок косплеит героя, — продолжает Техноблейд.  — Фу, нет, заводить детей было бы более унизительно, — Томми морщит нос от отвращения. — Ты же не думаешь, что я бы похитил тебя и отвез в свой настоящий дом, не так ли? Давай, Техноблейд, ты должен знать меня лучше, чем это.   — Ах, — хмыкает мужчина, осознав происходящее. — Послушай, если ты не хочешь, чтобы я писал эту статью о тебе, я не буду. Хотя с твоей стороны было бы очень унизительно вот так заставить СМИ замолчать, особенно когда ты даже не знаешь, что они скажут о тебе...   — Ты тоже не знаешь, что там будет сказано, — сухо замечает Томми. — Я некоторое время наблюдал за тобой, Техноблейд, ты откладывал эту статью на несколько дней.   — Не позорь меня за то, что у меня СДВГ, чувак, я понимаю, что ты суперзлодей, но я могу добиться, чтобы тебя отменили из-за этого.  — О нет, это моя единственная слабость. Драма в Твиттере. — Сухо замечает Томми. — Я буквально убивал людей, Техноблейд, ты не думаешь, что меня уже отменили?  — Быть дисквалифицированным за убийство и эйблизм - это две совершенно разные вещи, ты же знаешь - подожди, почему ты продолжаешь так произносить мое имя?   — Например, как? —Томми вопросительно наклоняет голову в сторону. — Техноблейд? Разве это не твое имя?   — Ну, я имею в виду, да, но все называют меня просто Техно, — мужчина пожимает плечами, а затем морщится, когда движение странно натягивает его связанные руки.   — Техно, — Томми пробует прозвище на вкус и обнаруживает, что оно ему нравится. — Тогда ладно, Тех-но-...   — Почему?  — Поскольку ты так сильно хочешь написать обо мне статью "Расскажи всем", я подумал, что будет справедливо, если ты сначала познакомишься со мной, так как насчет того, чтобы поболтать?   — Правда? — Спрашивает его Техно, в его голосе звучит удивление и, возможно, немного облегчения. — Так вот почему ты похитил меня? Ты же не хочешь убить меня?   — Не-а, — просто отвечает Томми. — Я убиваю только придурков, а ты кажешься довольно крутым.  — Спасибо, я думаю, — бормочет Техно. — Ты можешь меня развязать?   Томми издает резкий смешок, который так же быстро обрывается. — Нет. — говорит он.   Техно понимающе кивает головой. — Ладно, думаю, стоит попробовать. по крайней мере, теперь мне не нужно пытаться смотреть тебе в глаза.   — Ты такой странный парень, — Томми обнаруживает, что смеется.  — Да, может быть, по крайней мере, я не бегаю повсюду, называя себя Красням. Ты не можешь использовать торговую марку всего цвета, по крайней мере, выберите определенный оттенок.   — Чт- пошел ты! — Вопит Томми. — Красный - отличное имя для суперзлодея, это цвет крови, гнева и прочего, это здорово.   — Ммм, — напевает Техно, не убежденный безупречной логикой Томми. — Так как же ты все-таки выбрал это очень креативное имя? — Что ж, Тех-но-блейд, я бы с удовольствием поставил себе в заслугу, но, к сожалению, кое-кто другой назвал меня Красным, и я не смог избавиться от этого прозвища. — Томми тяжело вздыхает, это правда, что Красный не был первым именем, которое он выбрал, когда решил начать терроризировать улицы, но это, безусловно, лучше, чем Обожатель жен.   Он воображает, что его гораздо чаще отменили бы, если бы он дебютировал с таким именем, поэтому он рад, что Таббо удалось отговорить его от этого.   — Как ты думаешь, какое имя было бы для меня приемлемым, Техно? — Томми обнаруживает, что спрашивает, искренне интересуясь ответом.   Техно нужно время, чтобы подумать, и Томми с радостью позволяет ему, барабаня пальцами по руке в попытке занять себя ожиданием.   — Эээ, как ты относишься к Гекате? — В конце концов, Техно спрашивает его.   Томми приподнимает бровь, понимая, что действие скрыто тем фактом, что он стоит за Техно, далеко от его поля зрения   — Геката? — Он спрашивает. — Разве она не девушка?  — Богиня, — поправляет Техно. — Конкретно магии. Это лучшее, что у меня есть для тебя. — Он пожимает плечами.   Томми задумчиво хмыкает, прокручивая название в голове. Возможно, стоит позже вынести его на рецензирование Таббо, в последнее время он задумался о ребрендинге…   — Итак, — продолжает Техно, когда Томми больше ничего не говорит. — Могу я взять у тебя интервью сейчас?   С тяжелым вздохом Томми выходит из тени и бесшумно пробирается к Техно. — Тогда давай поговорим, — соглашается он.   Несмотря на ситуацию, Техно даже выглядит странно спокойным с расслабленными плечами и своими шутливыми замечаниями, он даже не вздрагивает при виде Томми, силуэт которого большинство людей видят в своих ночных кошмарах, одетый в черно-красное тактическое снаряжение, стоящий перед ним, полумаска закрывает нижнюю половину его лица, оставляя светящиеся, немигающие красные глаза полностью открытыми, чтобы пристально смотреть на журналиста.   — Так что же побудило тебя стать злодеем в первую очередь? — Спрашивает Техно.   — Прямиком в глубокое дерьмо, да? —  Спрашивает Томми, приподняв бровь, и тихо напевает себе под нос, обдумывая свой ответ. — Если честно, я не думал, что меня заклеймят злодеем, я стремился стать линчивателем, когда только начинал, хотел помогать людям и все такое прочее, но я всегда чувствовал, что, что бы я ни делал, я никогда не смогу изменить ситуацию.   — Итак… ты решил изменить ситуацию, убивая людей? — Сухо спрашивает Техно.  — Убивая плохих людей, — хмыкает Томми в знак согласия. — И кто решает, что хорошо, а что плохо? Существует ли различное наказание в зависимости от того, насколько плохим вы считаете человека? Здесь система или просто чистое насилие?  — Знаешь, это похоже на наводящие вопросы, Техноблейд, я думал, ты должен быть беспристрастным или что-то в этом роде, — фыркает Томми, позволяя намеку на веселье проявиться в его тоне. — Технически я руководствуюсь собственными законами Л'Манбурга. Он продолжает через мгновение. — Я убиваю насильников и педофилов, насильников и коррумпированных политиков. Те, кто избегает обычных рук закона или чьего-либо наказания, не соответствуют преступлению.   Техно согласно кивает. — Это имеет смысл, определенно согласуется со всеми доказательствами, которые мне удалось собрать о тебе.   — Ты конечно же навел справки, — смеется Томми. — Я думаю, именно поэтому ты журналист номер один в "Прессе Л'манбурге"   — И ты тоже навел справки, иначе меня бы здесь даже не было, я думаю.   Томми улыбается какой-то злой улыбкой, хотя это скрыто под его маской, но он думает, что маниакальный блеск в его глазах тоже передает суть. — У меня везде уши, Техно, — говорит он ему со смешком.   — Но, по-видимому, не там, где это важнее всего.   Томми замирает от внезапного голоса, знакомого во всех худших смыслах.   — Сирена, — шипит он, занимая оборонительную позицию, подняв руки и подергивая пальцами, призывая свои силы, пока он вглядывается в тени в поисках героя.   Он знает, что ничего не увидит, пока не станет слишком поздно, но стоит сохранять бдительность. Томми остро ощущает взгляды на своем затылке, на лице Техно облегчение, когда он тоже осматривает комнату в поисках героя.   — Красный, — выплевывает Сирена в ответ, полная яда и отвращения. — Похищаем невинных гражданских лиц мы?  — О, ты меня знаешь, — Томми заставляет себя рассмеяться чисто для вида. — Должен поддерживать свою репутацию и прочее дерьмо. К сожалению для тебя, я думаю, мне все равно пора было уходить.   Томми ныряет к окну справа от него, и секундой позже воздух вокруг него начинает мерцать, когда появляется Сирена, нырящий за ним и прижимающая его к полу.   Тяжело дыша, когда Сирена приземляется на него сверху, забирая воздух из его легких, Томми изо всех сил толкает героя, умудряясь создать между ними достаточное пространство, чтобы он мог освободиться, они вдвоем вскакивают на ноги, но Сирена всего на секунду медлит, чтобы снова поймать Томми, когда он бросается обратно к дивану и, что более важно, к Техноблейду, который все еще сидит там, борясь со своими пут.   Красный туман начинает окутывать Техно, и глаза Томми светятся яростнее, когда его силы оживают, красный туман удерживает журналиста неподвижно и нежно, но опасно сжимает его шею.   Сирена замирает, замирая до жути. Он видел, на что способны способности Томми, знает, в какой именно опасности сейчас находится Техноблейд, но по внезапности, с которой герой замирает, по легкому изгибу его губ, которые оставляет свободными полумаска, Томми сразу понимает, что Сирена как-то заботится о журналюге, находящимся в его власти.   И, о, какое это замечательное откровение.   Сирена был занозой в его боку с тех пор, как Томми стал Красным. Герой с его высокомерным характером и очаровательной улыбкой, которая скрывает его серебристый змеиный язык. Все знают об их соперничестве, но никто не знает, какую глубокую ненависть они питают друг к другу, никто не знает, что в их боях нет ничего невозможного, даже масок.   Даже другие люди.   — Я ухожу, — говорит Томми Сирене, не в силах скрыть своего самодовольства, когда медленно крадется к двери, красный туман все еще обволакивает горло Техно.   На самом деле жаль, Томми не хочет убивать парня, ему нравится Техно, несмотря ни на что, нравится его юмор, его преданность делу и неуклюжий способ показать, что ему не все равно.   — Тогда ладно, — фыркает Сирена, цепляясь за свой обычный язвительный тон, но его обычно идеальная маска слишком треснула от того, что то, о чем он искренне заботится, висит на волоске.   Когда Томми снова ускользает в тень и красный туман на горле Техно рассеивается, Томми наблюдает с безопасного расстояния, как опускаются плечи Сирены, как герой протягивает руку, чтобы положить ее на плечи Техно, и как Техно отталкивает его.   Томми приподнимает бровь, наблюдая за взаимодействием, в его голове формируется идея.   Может быть, только может быть, ему не придется убивать Техно, чтобы навредить Сирене.   Возможно, ему будет больнее, если Томми украдет Техно для себя.   Он уверен, что Таббо не будет возражать, если он приведет домой еще одного бездомного.