Часть 4. Как-то так...

      …Блять!.. Да это натуральный вертеп, гнездо разврата!       Мои уши полыхали пожаром. Зачем я согласилась…       — Мария, Мария!.. — взволнованно кричала у меня за спиной какая-то женщина.       Я медленно брела по коридору, ни на что не обращая внимания. Не меня же…       — Мария!.. Стойте! — кто-то дернул меня за рукав. — Не слышите, что ли…       Я удивленно обернулась… О, черт!.. Мария — это же теперь я!       — Пойдемте скорее, мы вас только и ждем!       — К-куда?.. — растерялась я.       — Как это куда?.. Одеваться, примеряться, подбирать грим, конечно же!.. Времени в обрез! Через час выезжаем!       Вот это поворот!..       — В смысле?.. А как же отель… Я ведь только что с дороги, мне надо разместиться, привести себя в порядок! — быстренько нашлась я.       — Ну, ничего страшного! Там тоже есть прекрасный коттедж, где остановится вся наша группа.       — Какой еще коттедж?.. Там — это где?.. — ужаснулась я.       Женщина-стафф посмотрела на меня удивленно, и уже с некоторым раздражением.       — Так, Мария… Вы как-то задаете слишком уж много вопросов. Если вас что-либо не устраивает, то могли бы сказать сразу, вам же высылался график… Мы бы поискали тогда другую девушку.       — Нет, нет, меня все устраивает! — поспешно сказала я.       Не хватало только, чтобы меня еще и не взяли теперь!.. Машка мне никогда этого не простит, будет пилить до конца жизни. И потом — зря я сюда ехала, что ли?..       И вот, меня плюхнули в удобное парикмахерское кресло…       — Так… Это что еще за хрень? — удивленно воззрилась парикмахер, безапелляционно стягивая с моей головы парик.       — Ээээ!.. — только и успела протянуть я.       — Что это?.. — девушка с удивлением подкинула вверх мои лазурно-голубые пряди.       — Нуууу… Вот как-то так!.. — только и осталось мне развести руками.       — Это получается, надо тебя сейчас стричь и перекрашивать?!..       — Нееет!.. Не надо!.. — жалобно воскликнула я.       — Вот и я вижу, что не надо. Мы не успеем просто, — сердито бросила она. — Ладно, там покрасим тебя и подстрижем. Завтра.       «Фух… Вроде прокатило!», — выдохнула я про себя.

***

      — Какая дурацкая прическа, — хмыкнул Чон вместо приветствия, и отвернулся.       — Здравствуйте… — робко пробормотала я, поправляя парик.       (Не зная, куда его пристроить, я снова нахлобучила его себе на голову.)       — Так виделись ведь уже! — засмеялся он. И даже без тени смущения за утренний инцидент!..       Не очень-то вежлив… Хотя, я чувствую, что меня ожидает еще много «приятных» открытий и сюрпризов… Правильно. Шоу-бизнес. Сплошное хамство и разврат! Чему я удивляюсь. И со мной никто церемониться тут не собирается.       И оказалась права: это было лишь только начало…       Так… Надо как-то связаться с Машей и доложить ей обстановку, но, как назло, никак не представлялось подходящего момента, кругом все «грели уши». Ладно, сейчас напишу ей сообщение.       Мы загрузились в автобус, он быстро вырулил из города, и резво понесся по широкому шоссе, разрезая сгустившиеся сумерки ярким светом фар. Куда-то за город, в сторону леса…       Чонгук разместился отдельно ото всех, возле окна. Надел наушники, и полулежал на сидении всю дорогу с надвинутой на глаза бейсболкой. Может, спал. Никто его не трогал, разумеется.       Мы ехали примерно час. Во время поездки я попыталась пристать с вопросами к своим спутникам, но они лишь пожимали плечами, как будто им все равно. Ну, везут и везут. Стаффов я больше не рискнула расспрашивать.       И вот как теперь объяснить Маше, где меня искать?..

***

      Наконец-то автобус замедлил ход, пару минут попетлял по проселочной дороге, шаловливо подкидывая нас на кочках, и остановился.       Совсем стемнело. Блеклый полумесяц изредка проклевывался сквозь рваные облака, тускло освещая пустынную равнину по обеим сторонам широкого шоссе.       — Вот… Это знаменитая гоночная трасса Хунгароринг, где проходит Гран-при Формулы-1, — пояснил невесть откуда взявшийся вдруг возле меня Чон.       Я и не заметила, как он вышел следом за мной из автобуса!.. А он стоял, оказывается, совсем рядом, и мило улыбался; глаза его влажно поблескивали в полутьме.       Надо же! Оказывается, умеет и нормально разговаривать. Выспался, наверное, хорошо. Подобрел.       — А… — я хотела тоже ответить что-нибудь вежливое, чтобы поддержать светскую беседу, но его уже и след простыл.       Быстрым спортивным шагом он направился к трехэтажному мини-отелю, отгороженному высоким забором от жутковато чернеющего леса.       Когда наша съемочная группа, радостно галдя, вся целиком высыпала из автобуса, и рванула скорей на рецепшен, я тоже скромно попыталась было затеряться в этой толпе. Но тут меня ловко выцепила рыжеволосая девушка с властным голосом. По описанию сестры, я догадалась, что это и есть Тина, режиссер.       — Так… Мария? Дай-ка я на тебя погляжу, сними куртку… И ЭТО… — она указала пальцем на мой парик, и критическим взглядом оглядела меня с головы до ног.       — Капец, — выдала она свой вердикт.       — Что-то не так? — робко поинтересовалась я, вертясь перед зеркалом вестибюля.       Она демонстративно закатила красиво накрашенные зеленые глаза.       — Да все не так! Это что еще за Мальвина такая? С какого перепугу ты перекрасила волосы, спрашивается?! Что за самодеятельность! — напустилась она на меня. — Епт… И растолстела!..       — Так это… я похудею!.. Вы не переживайте!..       Брови Тины удивленно поползли вверх.       — Похудеешь??? К завтрашнему дню???       — Ну да!.. Завтра же приду в норму. У меня это быстро происходит!..       «О майн гот!.. Что я такое несу…»       — Хм… Более чем любопытно…       — Вот увидите! — заверила я ее.       — Слышь ты, соплячка… — прошипела она мне в ухо, подойдя вдруг ко мне вплотную. — Даже не вздумай!..       — Чего?.. Худеть?.. — вытаращила я на нее глаза.       — Иди-ка сюда…       Она схватила меня за руку; в плечо больно впились ее красные острые ногти. Где-то я такие видела совсем недавно…       — Знакомый маникюрчик…       Она втолкнула меня в какую-то коморку.       — Тебе какое дело до моих ногтей?..       — Да никакого… Красивые, говорю!..       — Ну, то-то же… И учти… Вот только посмей взглянуть в его сторону! — голос Тины звучал угрожающе.       — Кого?.. Чонгука?..       — Нет, блять!.. Папы римского!..       Я невольно хихикнула.       — Ты думаешь, я ничего не понимаю?.. Не догадываюсь?..       Я похолодела. Как она узнала, черт… Ох, что сейчас будет… Еще полицию вызовут!..       — Я не хотела… Я не специально, — пролепетала я.       — Ага, «не специально!»… Как будто я не понимаю, зачем ты увеличила себе сиськи!       — Я?!..       — Ты, кто ж еще… И волосы нарастила!       — Волосы?!..       — Да все с тобой понятно!..       — Я не…       — Хочешь Чона соблазнить!..       Я облегченно выдохнула.       — Да успокойтесь!.. Не нужен мне ваш Чонгук.       Я выдернула, наконец, свою руку и потерла саднящую кожу.       Тина довольно улыбнулась, молниеносно превратившись из разъяренной мегеры в мягкую кошечку.       — Ну, вот и отлично, что ты все понимаешь, деточка… А маникюр и в правду хорош. Ух!.. Ррррр!.. — зарычала она в шутку, растопырив пальцы на подобии кошачьих лапок.       — Я… Я все завтра же исправлю. И прическу, и фигуру, — проблеяла я.       (Ага, завтра же ноги моей тут не будет! Скорей бы только Машка приехала!)       — Ладно, я думаю, что ты девочка неглупая, и не будешь со мной ссориться. Не в твоих интересах.       Она снисходительно похлопала меня по щеке.       — Иди отдыхай, устраивайся. Вот твой ключ от номера. Да, кстати! Тут бассейн есть, сауна и спортзал… Если уж ты худеть собираешься, — хохотнула она, удаляясь.