Типичное утро во дворце Государства Юнъань

Настало очередное утро в государстве Юнъань. Сквозь шторы в покои советника просвечивали первые лучики солнца. Се Лянь уже как несколько минут просто лежал в постели и не поднимался — сейчас особо не было смысла куда-то спешить. Все равно никуда не опоздает. Первое занятие с его учеником начнется только через пару часиков, так что поваляться ещё можно. Он осмысливал тот факт, что уже пошел четвёртый год, как он был государственным советником и наставником наследного принца в той стране, что погубила его родину. Се Лянь ненавидел сам себя. Он ненавидел себя за то, что принял благодарность Императора и Императрицы за то, что спас Лан Цяньцю. Мало того, что он не сумел в первый год появления государства Юнъань отомстить им за все, так еще и служит тут — спустя, конечно, пять веков. Неважно, сколько времени прошло с того момента, как родина советника пала, это никогда не будет играть хоть какой-то роли. Важно только то, что Се Лянь не смог отомстить и стал в последствии служить в Юнъане. Да. С государем, что сейчас правит страной, было спокойно и хорошо работать. Но это ничего не значит и не заставит бывшего наследного принца изменить отношения к той стране, в которой служит.

***

Спустя ещё несколько минут советник все же встал с кровати, сразу же заправив постель. Се Лянь направился в купальню, что, слава богу, была совсем рядом. Проход туда находился как раз в покоях, так что надевать маску не было смысла. Дверь все равно была заперта, и никто посторонний не мог зайти. Через пять минут советник вернулся в свои покои и переоделся в повседневные одежды, попутно делая прическу. Его высочество хмыкнул; в своей юности он никогда не подумал бы, что ему придется больше пяти сотен лет переодеваться и собирать волосы самостоятельно. Ведь все же наследным принцам и принцессам это не нужно делать, всю работу за них сделают слуги. Не надо было утруждать себя таким занятием, были дела и поважнее всего этого.

***

Оставалось каких-то десять минут до занятия с учеником. Советник вышел из покоев и отправился в сторону помещения, где проходили занятия. "Скорее всего, Лан Цяньцю опять опоздает," — пронеслось в голове мысленно вздыхающего Се Ляня. Подросток не был приверженцем пунктуальности. Он вечно куда-то да опаздывает, неважно куда — занятие с наставником или же важная встреча, где он должен в обязательном порядке присутствовать. Все равно опоздает. Лан Цяньцю редко приходил вовремя и советник чувствовал, что это не изменить. По дороге Се Ляню попадались люди, хоть как-то связанные с императорской семьёй — слуги, стражники, повара, лекари. Все они здоровались с ним, на что советник лишь кивал. Все в этом дворце боялись его и ощущали дискомфорт рядом с ним; его высочество специально так сделал и вёл себя отстранёно, добившись такого результата. Не хотелось, чтобы все подряд к нему приставали. Конечно, были и исключения: императорская семья, князь Ань Лэ, парочка генералов и чиновники. Последние были самыми наглыми. Они не упускали момент, чтобы съязвить в его сторону или как-то задеть и оскорбить. Чиновникам не нравился тот факт, что этого человека просто "подобрали" с улицы, узнав только имя и возраст. Конечно, советник Фан Синь был прекрасно осведомлён во многих вопросах и умён, да, навыки отличные, хорошо подходил в наставники юному наследному принцу и на высокую должность в государстве, но очень многим было все равно на это. Советнику приходилось часто затыкать их, что он делал, собственно говоря, умело. Немногие из них хоть как-то уважали его и вели себя прилично. Се Лянь знал человек пять-шесть таких, но не более. Советник дошёл наконец-то до класса; оставалось всего пара минут до начала урока. Лан Цяньцю все не было. Первым была каллиграфия. Се Лянь быстро все разложил необходимое для урока, сел, как обычно, возле окна, да взял книгу, что оставил вчера здесь. Спустя пару минут влетел Лан Цяньцю. — Здравствуйте, наставник! — Здравствуй. Садись за стол и будем начинать урок. Наследный принц Юнъаня кивнул, после чего сел за стол, как ему было велено. Как бы он не хотел пропустить урок каллиграфии и арифметики, чтобы сразу приступить к боевым искусствам, ему все равно пришлось сидеть, что-то решать и писать. Хуже всего был шанс, что из-за его непослушания могут отменить его любимые уроки в качестве наказания и снова придется переписывать «Дао Дэ Дзин» несколько раз.