Часть 1

— Сто тысяч долларов - раз! … Сто пятьдесят тысяч долларов - два!… — Двести пятьдесят тысяч долларов! — И-и двести пятьдесят тысяч долларов - три! Продано! — Прокричал высокий мужчина в черном классическом костюме на сцене. — Поздравляем Маринетт Дюпен-Чен с приобретением коттеджа! По залу прошелся звук аплодисментов. Кто-то действительно был рад «победе» девушки, а кто-то буравил ее недовольным взглядом и не удосужился поднять руки для хлопка. Этьен Морель - аукционист с десятилетнем стажем пригласил Маринетт на сцену. Сегодняшним вечером знаменитые личности собрались в ресторане «Jules Verne», который находился на самой Эйфелевой башне. Большие окна выходили на сам город и открывали по вечерам захватывающий вид. С заходом солнца в окнах домов зажигались яркие огоньки, казалось, что звезды спустились с небес и поселялись в квартирах парижан. Девушка поднялась со стула и элегантной походкой, словно кошка, прошлась между столами и невесомо, чтобы никто не заметил, провела пальчиками по плечу мужчины. Под ее прикосновением он чуть вздрогнул и посмотрел на нее исподлобья. Маринетт на секунду бросила на него свой насмешливый взгляд и, будто, потеряв к нему интерес, направилась к сцене, на которой ее ждал Этьен. Он был сорока-сорока пятилетним мужчиной, с крашеными в русый цвет волосы, с серым цветом глаз и приятными чертами лица, что ж сказать, он хорошо сохранился. Если б только не морщины. — Мисс Дюпен-Чен, — начал мужчина — Вы прям удивили не только меня, но и всех присутствующих своим активным участием в аукционе. За последние три года, что мы устраиваем такие вечера вы были только гостем, который просто наблюдал за всеми. К слову, между нами пошел слушок, что Мисс Дюпен-Чен не может позволить себе ни одну недвижимость. — Что-что, а прямолинейность его второе имя — Как вы можете объяснить сегодняшнее рвение приобрести данный коттедж? Маринетт оглядела весь зал, останавливая взгляд только на одной персоне, взяла микрофон и обращаясь к мужчине сказала: — Месье Морель, если честно, то я за три года испытала сегодня наслаждение не только от нахождения тут, но и от азарта. — Она ухмыльнулась — К большому сожалению раньше не было достойной недвижимости и достойных соперников, но сегодня, посмотрев на этот коттедж, мое сердце заколотилось с бешеной скоростью, — Маринетт положила свою ладонь на грудь, где был столь важный орган — оно мне шептало, что вот оно, то что я так долго ждала. Но… — Триста тысяч долларов! — Прозвучал мужской голос из зала, что порядком удивило всех, но не ее. — Триста пятьдесят тысяч долларов. Как видите, не только мое сердце затрепетало от увиденного, — она посмеялась прикрывая ладошкой улыбку, — тут я поняла, что никто и ничто не сможет помешать приобрести этот дом. Спасибо.       Она знала. Знала, кто выкрикнул из зала. Знала, как этот человек с ненавистным взглядом прожигает в ней дыру. Знала, что вскоре ей будут мстить. И знала, что это победа стоит за ней.       Многие в зале заново начали аплодировать девушке. Тихо игравшая музыка во время ее речи сейчас набрала обороты. Вся эта какофония звуков была слышна не только в пределах ресторана, но и за ним.       Входная дверь открылась и девушка повернула голову. Из зала выходил мужчина в черном, идеально сидящем на нем, костюме. Через пару минут и другие гости начали собираться. Им тут уже нечего было ловить. Последний объект был удачно продан, ради которого многие и пришли сюда, в надежде заполучить его.       В холе было много народу. Женщины в коллекционных платьях напоминали купчих из девятнадцатого века, но каким-то образом попавших в двадцать первый. Мужчины в костюмах от известных модельеров - Габриэль Агрест, Валентино Гаравани, Жан-Поль Готье, а также в их число входила и Маринетт Дюпен-Чен, стояли разговаривали друг с другом и обсуждали очередной аукцион, бросали взгляды на дам и употребляли дорогой алкоголь.       Всего за полтора года Маринетт успела превзойти этих мужчин, что им оставалось только следить за ней со стороны и кусать локти от безысходности. Никто не спорил, она была умной и хитрой кошкой, которая знает чего хочет, а если она хочет, то обязательно этого добьется и не важно, через сколько голов ей нужно будет перепрыгнуть.       Никто не мог предположить ее следующий шаг, никто не знал, что можно было от нее ожидать. Маринетт была настолько непредсказуема, что все сгорали от злости и нетерпения. Желание узнать, что будет дальше, перевешивало гнев, недовольство, ярость, возмущение и можно подобрать кучу других синонимов, которые могут описать их отношение к девушке. — Дюпен-Чен, куда спешите? — Мужской баритон донесся до девушки. Она, накинув на плечо свою кожаную куртку, шла к выходу, чтобы поскорее вернуться домой.       Остановившись, она обернулась на носочках, игнорируя тот факт, что на ее ногах были туфли с десяти сантиметровым каблуком. — А Вы не прольете слезы на свой идеально выглаженный смокинг, Месье Агрест? — Опять эта ехидная ухмылка озарила ее миловидное личико. Адриан, сверкнув своими ярко-зелеными глазами, медленным шагом начал приближаться к девушке. — Я польщен, что мой смокинг вызвал у Вас восхищение, — он остановился в метре от девушки. Смотря сверху в низ, он всегда чувствовал превосходство. И на данный момент, учитывая, что его рост достигал ста восьмидесяти девяти сантиметров, а девушки ста шестидесяти четырех - ощущения обострялись. Рядом с ним она казалась незащищенным зайчиком, а он был ястребом, который загнал свою добычу в тупик. — Но почему же я должен лить слезы? — Мой ответ Вам не понравится, — девушка сделала грустный взгляд. — Мне вас и так жалко, а если отвечу, то из-за жалости, я буду вынуждена купить в качестве утешительного приза леденец. — К черту жалось, Дюпен-Чен! Я услышу сегодня твой ответ или нет? — Прости, малыш. Забыла, что я даже после развода должна тебе сообщать: где я, с кем я и куда собираюсь после очередного аукциона. — Она подошла почти в плотную, но все же выдерживая дистанцию. — Я спешу домой. Там меня ждет мой молодой человек с бутылкой дорогого вина, с разными закусками, горячей ванной, которая заполнена пеной и посыпанная лепестками красных роз. И мы будем отмечать победу. Победу над самим Адрианом Агрестом.       Агрест стоял в полном шоке. Услышать такой ответ он явно не ожидал. А что тогда ожидал? «Я спешу домой, приму ванну и буду убиваться очередной раз из-за нашего развода».       Да, такой ответ его больше устроил, но ни то, что ее ждет какой-то хмырь у нее дома с вином, наполненной ванной с пеной. Может ему самому поехать? А что? Бокал вина и горячая ванна - то, что ему нужно. — Агрест, смахни свои слезы или тебе так сильно хочется леденец? — Она издевательски улыбнулась. — С каким вкусом ты хочешь? Клубничный, вишневый, может со вкусом кока колы? М?       Адриан вышел из ступора, почувствовав удар в плечо. — Ты что несешь, Дюпен-Чен? — Ее фамилия ему очевидно не нравилась, раз он чуть ли не выплевывал. — То, что ты приобрела этот дом не значит, что ты победила. — Ну ладно, — девушка пожала плечами — в таком случае я положусь на свой вкус и приобрету для тебя детскую сладость. До встречи, Месье Агрест. Еще увидимся…       Перед тем как развернуться, девушка коснулась пальчиком, с аккуратным маникюром, до его носа и ушла. Махая тому ладошкой. «Один-ноль» - подумала Дюпен-Чен и скрылась за дверьми.

***

      Вернувшись домой, Маринетт кинула куртку на тумбочку и прошла прямо по коридору в ванну. Никто ее на самом деле не ждал с вином и горячей ванной. Да и молодого человека за три года у нее не было. Нет, интрижки были, но до постели они не доходили. Из-за чего Алья постоянно закатывала глаза. Маринетт иногда думала, что подруга пересмотрела российскую телепередачу «Давай поженимся» и активно пыталась подражать Ларисе Гузеевой. Как-то во время студенческой жизни, Алья затащила Дюпен-Чен к себе домой и заставила вместе с ней смотреть эту программу. Три часа тянулись очень медленно. Наверное также, как улитка проползала километр. Домой она возвращалась уставшая и желающая забыть то, что она смотрела.       Ванна наполнилась водой слишком быстро. Взболтав рукой пену, девушка скинула с себя всю одежду и залезла в ванну. Конечно без лепестков роз, но тоже сойдет.       Тишина в квартире давила, а падающие капли, соприкасаясь с водой, отдавались звоном. Может зря она решила поддаться соблазну и приобрести коттедж. Хотя, он выглядел также как и в ее мечтах, почти точно такой же. Только в нем она будет жить одна, а четыре года назад, в ее планах был этот дом, в котором жила бы она с Адрианом, их общими детьми и котом.       С помощью душа Маринетт смыла остатки пены и вышла из ванны. Глаза уже закрывались и, надев только старую футболку Агреста, легла спать.