11. Ближе

Где-то на окраине Санкт-Петербурга. Небольшое помещение организованное под фото и видео студию неожиданно погрузилось в темноту. — чёрт, опять пробки выбило? — громко крикнул мужчина, сидящий в углу помещения, около видеокамеры на штативе, — Вадим, посмотри. Пока все люди в комнате замерли, не желая двигаться наугад и наощупь, молодой паренёк спешно побежал вдоль стены к щиткам. Один раз обо что-то споткнувшись, он добрался до пункта назначения и открыл крышку металлического корпуса. И ещё спустя пару секунд возни в проводах раздался щелчок и зажёгся долгожданный свет. — хорошо, — мужчина, сидящий в кресле, резко ударил по его подлокотнику, — отлично. Ребята, вас ждёт успех. Идеи гениальные, а моя студия — это лучший способ передачи этой гениальности до людей. — себя не похвалишь — никто не похвалит, — хмыкнул ещё один мужчина рядом с ним, на что получил явно не скрытый пренебрежительный взгляд. Облокотившись о спинку дивана и закинув ногу на ногу, Ксюша тихонько хмыкнула. Наблюдать персональное комедийное шоу — то ещё удовольствие. И Алиса рядом с ней полностью разделяла мнение подруги. Всё-таки не зря они увязались вместе с парнями на съёмку их клипа куда-то на край Петербурга. — юные дарования, — рассмеялась Дыкова, откидывая от лица прядь волос. Услышал это подошедший к ним Балу. — ну, что есть, то есть, — в ответ улыбнулся Саша, подбирая с пола свой рюкзак и вынимая оттуда бутылку с водой, — а вы не устали тут? — прошло от силы полчаса, — заметила Алиса, поднимая взгляд на Балунова, пока тот цедил воду большими глотками. В помещении опять стали суетиться, переставляя свет и камеру. В очередной раз смена кадров. Неужто, хотят переплюнуть спецэффекты Голливуда? — а ты то не замёрзла? — Саша кивнул в сторону Алисы, и она опустила глаза вниз, будто не знала, в чём была одета с утра. Её взгляд прошёлся по своим ногам. Чёрная юбка выше колена и тонкие на вид колготки. Только на вид и на невнимательный мужской взгляд. — нет, а что? — в тонких колготках не холодно? — Балунов даже сам поёжился. Никогда ведь не понимал, как женщины могут в холодную погоду натягивать на ноги эти полупрозрачные тряпочки и говорить, что им комфортно в них. Девушки переглянулись и синхронно рассмеялись, чем ещё больше запутали Сашу. — это лишь визуальный эффект, на самом деле они тёплые, — с хитрой ухмылкой проговорила Лебединская. Недоуменное лицо парня ей определённо нравилось. У него от непонимания даже одна бровь поднялась выше другой, — там душа верблюда и его бывшая оболочка. — начёс, — пояснила Ксюша, наблюдая за реакцией Балунова, — всё ещё непонятно? — мне не дано это понять, — разочарованный своей недогадливостью, Шурик махнул рукой и под смех девушек направился обратно к друзьям. В очередной раз убедился, что женщин ему не понять, как бы он не старался. Под периодическое ворчание владельца этого ангара, оборудованного под студию, съёмки клипа продолжились. Парни действительно старались, ведь это их первый подобный опыт и большой шаг в карьере и к общему успеху. А видеоклипы на песни были ещё и обязательным пунктом для прохода их группы на телевизор. Пока что звучит нереально, но так заманчиво. Снять целую передачу про творчество Король и Шут — это же просто мечта! Именно такая реакция была, когда их группе предложили сняться не телевидение. Пока несколько человек крутились вокруг музыкантов, помогая процессу съёмки, на диван рядом с девушками неожиданно кто-то опустился. Алиса сразу же обернулась, видя около себя того парня на побегушках, который чуть ли не с головой залезал в электрический щиток. Он был молодой, не старше двадцати лет, шатен со светлыми глазами и аккуратными чертами лица. В нём не было ничего необычного, но и что-то противное и отталкивающее также отсутствовало. Вполне стандартный молодой человек. — я Вадим, — сказал парень, чтобы развеять напряженное молчание. — трудно было не запомнить, — раньше отреагировала Ксюша, дружелюбно улыбаясь. Очевидный намёк на владельца, который кричал имя своего помощника каждые пять минут, запомнил, вероятно, каждый присутствующий здесь, — я Ксюша, а это Алиса. — приятно познакомиться, — чуть смущённо улыбнулся Вадим. Он выглядел даже забавно. В ответ на его фразу кивнула только Дыкова, Алисе дружелюбия не занимать, — а вы тут как зрители? Ну, началось — вздохнула Лебединская, понимая, что сейчас от парня отделаться станет намного сложнее. А что он вообще ожидает услышать? Что она личный бухгалтер фронтмена группы? О, или нет, может быть сразу персональная стриптизерша лидера сего коллектива. Лишь чудо сдержало девушку от колкого сарказма. — как девушки, — Ксюша лукаво улыбнулась и подмигнула парню, — так что не заглядывайся. После этой фразы Вадим покраснел. Алиса заметила это, и опять же только чудо сдержало её от подкола над милым скромнягой. Это ж как легко было заставить этого парня смущаться. — да ладно, не волнуйся ты так, будто я шепчу тебе пошлости, — Ксюше, видимо, тоже понравилось видеть неловкость в выражении парня. А они, оказывается, те ещё ведьмы. Скулы Вадима ярко порозовели. Неужели у него совсем не было опыта общения с девушками? Его застенчивость била через край и ещё чуть-чуть — он наверняка бы сгорел от смущения. Его спасло только появление Миши, на которого тут же отвлеклась сидящая рядом Алиса. Горшенёв быстро добрался до дивана в углу помещения и, наклонившись, аккуратно взял свою девушку за шею. Оставил на её губах лёгкий, но жгучий поцелуй, после чего выпрямился, глядя на Алису уже сверху вниз. — накрой ноги пледом, — кивнул Миша, проходясь взглядом по ляжкам девушки. Присутствие Вадима его будто совершенно не волновало. Ну конечно, чем же мешает молодой паренёк, который похож на варёного рака из кипящей кастрюли. — у меня тёплые колготки, — возмутилась Лебединская. И чего всем есть дело до её одежды именно сегодня, — хочешь — проверь. Ксюша рядом фыркнула себе в кулак, а Вадим по другую сторону покраснел чуть ли не до самых кончиков ушей. Бедный мальчик, уже как помидор сидит. До Алисы же только сейчас дошло, что она сказала. Остра на язычок. Ну, а кто без греха? — дома проверю, — с лёгкой ухмылкой проговорил Миша. Уже многообещающе. Даже Дыкова приподняла брови, мысленно представляя продолжение после такого диалога, только в действиях. Обладая не худшей фантазией, Алиса уже успела пропустить в своё сознание пару неприличных картинок. Оставив подобные мысли, девушка резко поднялась на ноги. — дай волосы поправлю. Алиса ловким движением запустила ладони в тёмные пряди, растрепанные в разные стороны, и постаралась придать им более менее приличный вид. Попытка оказалась не совсем удачной, но всё же лучше, чем раньше. Горшенёв довольно улыбнулся, встречаясь взглядом с голубыми глазами девушки. Такими красивыми и уже такими родными, с особенным блеском и обаянием. И как же ему было приятно ощущать руки Алисы в своих волосах, чувствовать её нежные прикосновения. Это было даже лучше, чем великолепно. Будто прочитав эти мысли Миши, Лебединская опустила ладони к его шее и бережным движением поправила края чёрной рубашки, не застёгнутой на две последние пуговицы. Спустившись немного ниже по груди парня, Алиса убрала руки, но глаза не опустила. Казалось, в любые подобные моменты держать зрительный контакт для неё было важнее всего. — давай, тебя ждут, — негромко сказала девушка. И ещё через секунду её левого бедра коснулась мужская рука. Горшенёв всё-таки зацепил ткань колготок Алисы, проверяя их на толщину. Не дождался до дома, кто бы сомневался, — эй! Повозмущаться Лебединская не успела. Миша уже ретировался с зоны досягаемости. Пришлось ей только тихо хмыкнуть и обратно упасть на диван, где по-прежнему восседал синьор-помидор и более чем довольная подруга. — дыши глубже, может поможет, — посоветовала Алиса, видя, что биологическая краска всё никак не уходит с лица Вадима. Этому помешала открывшаяся перед ним сцена. И парень уже успел пожалеть, что присел на этот диван и сумел опозориться, глупо краснея и выдавая всю свою неопытность при общении с противоположным полом. — расслабься, смущать больше не будем, — снова по-доброму улыбнулась Ксюша и облокотилась на спинку дивана, уже направляя свой пристальный взгляд в сторону парней. А конкретно, разглядывая среди них Князева, который в этот момент крутился как юла, вместе со сжатым в руке микрофоном. Вадим послушно кивнул, что опять же выглядело забавно. Но подруги учтиво промолчали. Так прошло ещё определённое количество времени. Организатор мероприятия успел сделать по сто замечаний каждому, но услышан был лишь несколько раз. В принципе, как обычно это и бывает. Видать, уже успел пожалеть, что связался с панками, но работу продолжил. Под цветными прожекторами досняли-таки долгожданный клип. Дело было сделано. — всё поймать стремится, — пропел радостный Андрей, подлетая к дивану и бесцеремонно стаскивая с него Ксюшу, — мо-олни-ию! — дурак, — рассмеялась Дыкова, пытаясь выбраться из цепких объятий парня. Но безуспешно. Пришлось смириться. Вадим наконец подскочил с дивана, собираясь удалиться восвояси, но этого ему, к сожалению, не удалось. — Вадим, да? — окликнул его Князев, и парень обернулся. — да. — не устал в компании красивых девчонок? Они те ещё занозы, — тычок в бок от Дыковой, и Андрей моментально исправился, — зазнобы, я хотел сказать. — нет, всё.. — Вадим неловко запнулся, когда на него направились сразу несколько взглядов. Ещё и к ним присоединились остальные участники группы, только что подошедшие, — всё нормально. Для паренька момент мог стать ещё более неловкий, если бы не раздался его спасательный окрик: — Вадим, иди сюда! — я пойду, — пролепетал парень на высокой ноте голоса и тут же убежал к своему руководителю. Впервые его вызов оказался спасительным. Обе девушки проводили своего нового застенчивого знакомого взглядом и ещё раз синхронно усмехнулись. Над такими вещами обычно не смеются, но сегодня можно. — в следующий раз выбирай более красивое слово, — Ксюша выразительно взглянула на Князева, — не зазноба. А хотя бы любимая. — слушаюсь и повинуюсь, — хмыкнул ей в ответ парень. Сегодня дело было доведено до конца. Отработали даже не просто хорошо, а прямо отлично. А после такого дня можно с чистой совестью отправляться на законный отдых. Только для каждого он представляется по-разному. Для кого это проспать двенадцать часов кряду, а для кого — залить в себя пару стаканов горячительного.

***

Распахнув дверь, Алиса зашла в сумрачную комнату. За окном уже давно стемнело, а в помещении попадал свет только из коридора. Пропустив выключатель, девушка подошла к кровати и расслабленно упала на неё, свешивая одну ногу к полу, а вторую закидывая на мягкую поверхность. Взгляд Алисы задумчиво метнулся по потолку, после чего спустился на себя. Она опять посмотрела на свои ноги и чёрные, полупрозрачные на вид, колготки. Красивые же, чем не угодили? В тишине комнаты девушка отчётливо слышала шум воды из ванной, и отчего-то Алиса сильно задумалась. Вспомнила того парня со съёмочной площадки. Неужели она также краснеет в определённые моменты? Девушка постаралась вспомнить все подобные ситуации. Но при прокручивании в мыслях картинок с откровенными поцелуями она поняла, что с ней это происходит прямо сейчас. Дотронулась до правой щеки и убедилась в этом. Но вместо того, чтобы зарыться лицом в подушку, Лебединская испытала полную противоположность этого желания. Наоборот, захотелось почувствовать жар на щеках ещё ярче и отчётливее. В проходе комнаты внезапно оказался Миша. Девушка даже не заметила, как тихо он добрался из ванной до порога комнаты. Задумалась крепко, значит. — и как ты не мёрзнешь? — Горшенёв подошёл ближе, глядя сверху вниз на Алису, лежащую на кровати. — супер-колготки, — почти что невинно улыбнулась девушка, но по телу уже пробежала навязчивая волна импульса. Всё из-за его пристального взгляда. — а если я их сниму? — уже не просто импульс. Электромагнитный поток квантов. Ёбаная физика. Алиса резко поднялась, занимая сидячее положение. Взгляд её был направлен вверх, что несомненно выглядело со стороны не самым приличным образом. А от представления этих образов сердце забилось так часто, словно грозилось пробить грудную клетку. — снимай, — вырвалось у девушки, прежде чем она сообразила, что только что сказала. Но, кажется, исправляться уже поздно. Да и не хочется. — я серьёзно, — лицо Миши тут же стало выглядеть напряженнее и строже. А взгляд наперекор ему метнулся вниз по женской фигуре. Он точно никогда не научится контролировать это. Слишком велик соблазн. Секунда молчания и непрерывного зрительного контакта. — я тоже. Одним движением парень опустился на кровать рядом с Алисой, выдерживая её цепкий взгляд ярких голубых глаз, в которых, кажется, загорелись тысячи мелких искр, соединяясь в созвездия и начиная поблёскивать периодическими волнами вспышек. Мужские руки крепко обхватили бёдра девушки по обе стороны, ограничивая движения. И ей стало труднее дышать. — я не шучу, — глухо проговорил Горшенёв, проводя руками по ногам Алисы и слегка сжимая в ладонях ткань её юбки. Из последних сил держался с желанием убрать этот элемент одежды. А может, не только этот. Вместо ответа девушка первая подалась вперёд и, неожиданно для себя, уверенно поцеловала Мишу. На прикосновение женских губ он ответил моментально, поднимая одну руку к шее девушки и решительно зарываясь в её мягкие кудрявые волосы. Поцелуй в считанные мгновения стал более резкий и чувственный, отчего сердце стало биться непроизвольно часто. Он не шутил. Алиса почувствовала, как руки парня скользнули по бёдрам, поднимаясь наверх, нащупали резинку колготок и потянули их вниз. Девушка отрывисто вздохнула в губы Миши, ощущая его обжигающие прикосновения на своём теле. Ощущая и то, как колготки оказались вне зоны её контроля, а лежали где-то на полу. Голые ноги прикрывались лишь чёрной юбкой, которая, как на удачу, задралась намного выше привычного. На какое-то время пара отстранилась друг от друга, чтобы ещё раз взглянуть в глаза. В них блистали огоньки, даже в полумраке. Пути назад не было. Алиса подцепила края своей кофты и одним движением стянула её через голову. Откинула на пол, сама выжидающе глядя на парня. Поймёт её или нет? Примет или.. — красивая очень, — отпустил комплимент Миша, сам не зная в адрес чего именно. На этот раз его взгляд бесцеремонно соскользнул вниз, не оставляя без внимания ни одного участка кожи, открывшегося перед ним. Девушка была такая утончённо нежная, что где-то даже дёрнулся страх прикоснуться к ней или совершить какое-либо неосторожное движение. На первый взгляд она могла сойти за куклу. Хрупкую и изящную. — меньше слов — больше дела, — на влажных губах Алисы появилась лукавая улыбка. Она наклонила голову набок, открывая больший доступ к своей шее. Так стала ещё больше походить на хищника в кустах со свойственным ему хитрым блеском в глазах, — не стесняйся. Провокация сработала безотказно. Всё, что хоть немного могло тормозить Мишу, затрещало и развалилось на мелкие кусочки. Девушка успела только отрывисто вздохнуть, когда оказалась прижата к кровати. На спине щёлкнула застёжка чёрного бюстгальтера, и он безвольно скатился с тела, освобождая аккуратную грудь. Сердце забилось очень часто, будто создавая целый вихрь в грудной клетке. Яркие порывы острых ощущений хлестали всё сильнее, каждый раз, как Алиса чувствовала на своей шее смазанные горячие поцелуи. Казалось, её кожа горела настолько, что могла просто расплавиться. Что снаружи, что внутри — разгорелся необъятный огонь, успевший пройти через весь организм и скрутить прочный узел внизу живота. Оттягивать момент, пусть и приятный, до бесконечности невозможно. Томительные чувства не дают насладиться всей сладостью, они напрягают до дрожи, до судорожных отчаянных движений, до сильного возбуждения. Ещё одним поцелуем Миша оставляет на шее Лебединской красноватый след и приподнимается, отстраняясь, насколько это возможно. Вот она. Лежала перед ним. Его девушка, его объект бесконечного обожания, его заветная мечта. Она была перед ним — была в его власти. Ловким движением Горшенёв расстегнул оставшиеся пуговицы рубашки и скинул её на пол. Кажется, там уже лежат достаточно много вещей. Взгляд Алисы из-под ресниц поднялся вверх, внимательно оглядывая парня. Она не первый раз видит его без верха, это уже привычно. Но эмоции всё же не те. Что-то в животе начинает жечь ещё сильнее. А он видит её первый раз. Отсюда исходит вся бережность и трепет в любых касаниях. Но эта грань слишком тонка. Тёплые ладони прошлись по ногам девушки и поднялись к бёдрам, там, где тело ещё скрывала ткань юбки. Алиса невольно прикусила губу, продолжая следить за каждым движением парня. Она наблюдала, как Миша осторожно нащупал край сразу двух вещей и, не задумываясь, стянул их с девушки. Она осталась безоружна, встречаясь взглядом с Горшенёвым. От него не скрылось нервное покусывание губ и лёгкий тремор её рук. — ты волнуешься? — Миша приблизился к её лицу, касаясь щеки Алисы обжигающим дыханием. На него смотрели глаза, собравшие в себе целый спектр эмоций. От страха до дикой страсти. — нет, — на выдохе произнесла девушка. Резко вздымающаяся грудь говорила об обратном, — немного. У меня такое первый раз. Её скул, губ, подбородка и шеи коснулись мягкие поцелуи. Он отвлекал её от переживаний, желая избавить Алису от дрожи в теле. — всё хорошо, — нежное прикосновение губ к её ключице и низкий шёпот Миши сводят Лебединскую с ума. Контролировать себя практически невозможно, — расслабься, слышишь? — поцелуи влажными жгучими следами остаются на груди девушки, спускаясь вниз по животу, — расслабься, я с тобой. Она послушалась беспрекословно. Тело само подчинилось парню, отдалось в его уверенные сильные руки. Внизу живота всё стянулось, будто крепкий канат закручивал внутри неё тугой узел. От поцелуев на внутренней стороне бедра даже маленькие искры разгорались в обширный пожар, который уже не остановить. До жути захотелось промычать просьбы и моления, лишь бы продолжалась эта сладкая пытка. Колени Алисы заметно дрожали от переживаний перед тем, что должно вот-вот произойти. В то же время это желание языками пламени обдаёт нежную кожу. Девушка судорожно вцепилась в плечи Горшенёва, когда спустя томительно долгие секунды он вновь навис над податливым телом. Алиса первая прижалась к его губам, отвлекая себя от того мгновения, которого боялась больше всего. Не то, чтобы она боялась боли, скорее страх чего-то неожиданного, опасение ощутить те чувства, коих девушка не испытывала в жизни, от того и не знала, чего стоит ждать. Первая близость. Первая возможность полюбить и стать любимой. На секунду Алиса перестала дышать, словно весь воздух застрял где-то в горле, не проходя в лёгкие. Сердце отчаянно затрепетало в груди, а губы жадно вцепились в чужие, не в состоянии контролировать своего напора. Все нервные окончания в миг напряглись, и тянущая боль скрутилась ниточками внизу живота, вплетаясь в узел возбуждения. — Алис, сильно больно? — прошептал Миша в губы девушки, едва отстраняясь от её лица. Почувствовав себя внутри неё, загорелось дикое желание немедленно продолжить и получить удовольствие. Но парень терпеливо выжидал ответа. Алиса немного помотала головой, — дыши глубже. — всё нормально, — тихо проговорила девушка. И не обманула. Боль постепенно отходила, уступая место наслаждению и уже знакомому жаркому чувству, — Миш.. — Лебединская потянулась к парню, оставляя лёгкие поцелуи на его лице, спустилась к шее, при этом тяжело дыша. Она послушно делала глубокие вдохи, обжигая этим напряженное тело Миши. Он держался из последних сил, — давай. пожалуйста. Трепетно произнесенные девушкой слова только сорвали оградительный барьер, тормозящий порывы Горшенёва. Не сладив с терпением, он резко толкнулся в обжигающую плоть. От внезапного движения по телу Алисы ещё раз прокатилась волна импульсов, но уже слабой боли. Её организм принял его. Такой долгожданный жар, будто огненной сферой скопился в области паха, напоминая о себе тяжестью и непреодолимым желанием. Миша честно сдерживал себя до тех пор, пока девушка не дала согласие. Парень почувствовал, как её губы перестали отчаянно цепляться за его, стали прикасаться с привычной нежностью. Тогда он ускорил свои движения. Алиса с наслаждением выгнулась в спине, ощущая волны энергии, которые с каждым новым толчком разливались по всему телу, вместе с дрожью и таким полюбившимся теплом. На её шею и грудь опустилась череда мокрых поцелуев, и Лебединская, подняв одну руку, судорожно запустила её в волосы Миши. С губ девушки сорвался сладостный стон, который постепенно растворился в заряженном воздухе, что висел в пространстве комнаты. Ещё одно протяжное мычание слилось с предыдущими звуками, и Алиса прикусила нижнюю губу, едва ли не до крови. С каждой пройденной минутой напряжение закручивалось до своей кульминационной точки, настойчивость подогревала приближающуюся разрядку. Ещё пара уверенных движений, и перед глазами Алисы пролетели, хоть и не огненные петарды, но определённое подобие ярких вспышек. Она точно не сможет вспомнить, когда последний раз также закатывала глаза. Первый экстаз — необычно, непривычно, но несомненно незабываемо. Спустя несколько секунд в голову ударили мысли, будто возвращаясь из путешествия, в которое услужливо отправились на то время, когда контроль над организмом взяло сердце. И гормоны. Осознание всего произошедшего дошло только сейчас, когда она почувствовала вес навалившегося на неё Миши. — Миша, — тихо проговорила девушка, пытаясь спихнуть Горшенёва со своей груди на кровать. Всё-таки для неё тяжеловато, и без того дыхание только начинает приходить в норму. Парень послушно откинулся на спину рядом с Алисой. Оба безмолвно уставились в потолок. В голове девушки творился полный беспорядок. Такое ощущение, будто по закромам её разума прошёлся сильнейший ураган и перемешал всё. Абсолютно всё. Одно Лебединская знала точно — сейчас она рада, даже скорее счастлива, и совершенно не жалеет о содеянном. Сколько времени она провела в раздумьях — неизвестно. Отвлёк девушку негромкий смех рядом с собой. Она, конечно же, повернула голову, недоуменно глядя на Горшенёва. — чего ты? — Алиса вопросительно приподняла брови, ожидая ответа. А ожидать можно было чего угодно. — да так, — Миша ещё раз довольно усмехнулся и, весело улыбаясь, сообщил девушке свою мысль, о которой успел подумать за эту минуту, — получается, я вернул себе права на эту комнату? Поразительно. Только он мог сказать такое после первого секса. Алиса не удержалась и громко рассмеялась, утыкаясь лбом в плечо парня. Тот тоже широко улыбался. Хоть для улыбки ему достаточно было просто видеть её – Алису – счастливой. — получается, что так. После последних слов Лебединской Миша прижал её ещё крепче к себе. Наслаждался её близостью и теплом её тела, перебирая между пальцев локоны её волос, и целовал. Вдыхал её аромат и ещё раз целовал. Алиса знает точно — она не пожалеет о своём выборе.