Часть 29. Опустошение (Devastation)

25 июня, 1981 Лили Поттер тепло улыбалась своему новорожденному сыну. Он радостно смеялся серой кошке, чей хвост щекотал его маленькое личико. Темно-зеленые глаза кошки светились от радости. Если бы коты умели улыбаться, он бы сейчас улыбался до ушей. Маленький Гарри вскоре расшалился и стал хватать кошачью шерсть. Кот заскулил от дискомфорта, и Лили сразу же взяла малыша на руки. Освободившись от ручонок Гарри, Минерва МакГонагалл вернулась в человеческий облик. Ее привычно безукоризненный пучок был слегка растрепан. — Прошу прощения за это, Минерва. Мальчики иногда бывают неугомонными, — извинялась Лили. — Не беспокойся, — сказала ей Минерва, доставая палочку, чтобы поправить волосы. Затем она вернулась к Гарри и Лили. — Гарри вовсе не хотел навредить тёте Минерве. Ведь правда? — она нежно улыбнулась, приглаживая взъерошенные волосы Гарри. У него были волосы Джеймса, — такие же, как у ее отца. — Тя-а Мин! — пробурчал Гарри. Лили и Минерва рассмеялись. — Ладно, тётя Мин. Пока он не пытается звать меня Минни, меня все устраивает. Лили поудобнее устроила Гарри на руках, когда он широко зевнул. — Мне нужно уложить Гарри спать. Я вернусь через минуту. — Не торопись, Лили. Я сделаю чай. — Это было бы чудесно, спасибо. Минерва поставила чайник, испытывая редкое чувство полного счастья. Джеймс и Лили переехали в этот дом, ранее принадлежавший дяде Джеймса в Годриковой Впадине. Гарри родился в конце июля прошлого года. Его все обожали. Сириус и Пейдж были его крестными родителями, а Альбус и Минерва души в нем не чаяли, словно он был их собственным внуком. Для Минервы это было гораздо ближе к правде, чем кто-либо мог подозревать. Дела в Ордене шли крайне удачно. Пейдж Диггори — которой вскоре предстояло стать Блэк — была на крайне важной миссии, которая, как заверял Сириус, приведет к падению Воландеморта. Он был очень горд за свою невесту. Этим вечером Альбус встречался с кандидатами на должность профессора Прорицаний. Обычно это было обязанностью Минервы как заместительницы директора, но она была твердо убеждена, что это лишь пустая трата времени. Альбус был склонен соглашаться с Минервой, но ради разнообразия все же решил кого-нибудь подыскать. Лили как раз вернулась, когда Минерва разливала чай по чашкам. Лили опустилась на диван с уставшим вздохом и легкой улыбкой на лице. Минерва поставила на столик поднос с чаем. — Лили, ты отлично справляешься с материнством, — отметила она и лукаво спросила, — планируете еще детей в будущем? Лили улыбнулась. — Мы с Джеймсом думаем о девочке. Мы хотим назвать ее Хелен, в честь матери Джеймса. Мне посчастливилось однажды увидеть ее, вскользь. Она показалась мне удивительной. Минерву до глубины души тронули слова Лили. Она глотнула чая и взяла имбирного тритона, чтобы скрыть эмоции. — Меня всегда интересовало, почему у вас никогда не было детей, Минерва. Вы прекрасно ладите с детьми, и я не могу представить отца лучше, чем Дамблдор, — заметила Лили. — У нас был ребенок. Но возникли некоторые осложнения с моей беременностью. Она не выжила, и теперь я не могу иметь детей. — Минерва, мне так жаль. Я не знала, — Лили не сразу нашла что сказать. Она не могла представить, чтобы такое произошло именно с Минервой МакГонагалл. — Ее имя было Кэтрин. Ей было бы уже девятнадцать в этом году. Мне хочется верить, что она была бы во многом похожа на тебя. Лили со слезами на глазах обняла Минерву. — Все не так плохо, спустя столько лет. Я все равно вспоминаю ее иногда, и Альбус тоже. Лили, в замешательстве, села на диван. — Вы сказали девятнадцать? Но вы с Альбусом женаты не так долго... Минерва покраснела. — Да, видишь ли, мы с Альбусом вместе гораздо дольше, чем женаты. Он признался в любви в тот день, когда принял меня на должность профессора. И сделал предложение прямо после того, как назначил меня заместительницей директора. — Как романтично! —ликовала Лили. — Да, он мастер в таких делах, — Минерва потянулась за еще одним имбирным тритоном, чем вызвала смех Лили. — Вы любите их так же сильно, как Джеймс! — Похоже, нас с твоим мужем объединяет любовь к печенью, — улыбнулась Минерва. Лили наклонилась вперед. — Кстати о мужьях, скоро ведь годовщина вашей свадьбы? — Да, через два дня. Мы с Альбусом в браке уже целых десять лет. Иногда кажется, будто это было вчера. А иногда, что мы вместе целую вечность. Лили улыбнулась. Ей нравилось слушать, как Минерва рассказывает о своей жизни. Это была совершенно другая сторона строго профессора. — Как вы собираетесь отпраздновать? Десять лет это важное событие! — Мы отправимся в круиз по Нилу. Меня всегда завораживала египетская магия. У Альбуса есть знакомые, которые смогут организовать нам личные экскурсии по древним святилищам. — Как захватывающе! — Да, это должно быть замечательно. Сам день годовщины мы проведем в коттедже, а на следующий день трансгрессируем. Мы вернемся как раз ко дню рождения Гарри, надеюсь, с какой-нибудь египетской безделушкой, которая ему понравится, — сказала она. — Это очень мило с вашей стороны. Конечно, в таком возрасте он не сможет с ней ничего сделать, но я уверена, ему понравится, что бы это ни было, если это как-то связано с тетей Мин и дядей Ал, — заверила ее Лили. Минерва рассмеялась. — Дядя Ал? Альбусу это понравится! Лили хотела было сказать что-то еще, когда камин обратился в зеленое пламя. Джеймс вывалился из него, тащив за собой Сириуса. Оба выглядели так, словно за последние несколько минут постарели на десять лет. — Лили! Успокаивающее зелье, быстро! — проговорил Джеймс. Она вскочила и поспешила за одним из зелий, которые всегда держала дома. Джеймс опустил Сириуса на диван. Тот тут же согнулся пополам, бесконтрольно трясясь. Лили вскоре вернулась с зельем и с огромным усилием все же смогла влить его Сириусу в рот. Через несколько мгновений он успокоился. — Я хочу увидеть Гарри, — объявил Джеймс и поднялся по лестнице. — Это помогает ему успокоиться, — пояснила Лили. Минерва подошла поближе к дивану и помогла Сириусу лечь поудобнее. Она пригладила его волосы, и он закрыл глаза. Минерва не имела ни малейшего понятия, что произошло, но никто никогда не видел Сириуса таким. Она готовила себя к худшему. Джеймс вернулся, убедился, что Сириусу комфортно, а затем жестом попросил Минерву и Лили пройти с ним на кухню. — Джеймс, что случилось? Сириус ведь не ранен, правда же? А ты цел? — Лили старалась держать себя под контролем, но она все больше поддавалась панике. — Я в порядке, Лилс. Сириус... — Джеймс взглянул прямо на Минерву, — он никогда не будет прежним. — Минерва кивнула, поняв, что он имеет в виду. Слезы навернулись на ее глазах. Джеймс повернулся к Лили. — Сириус получил сову вот с этим, — в руках он держал небольшой кусок пергамента. Они обе прочитали его. Почерком эти каракули назвать было сложно, но Минерва была с ним достаточно хорошо знакома. Сириус, Ты должен был хорошо подумать, прежде чем посылать свою подружку шпионить за мной и Бэллой. В конце концов, кто такая Пейдж Диггори по сравнению с самыми верными и одаренными слугами Темного Лорда? Должна признать, я была рада заполучить ее первой. Ей так не терпелось стать Блэк, и теперь она стала. В каком-то смысле. Я оказала тебе услугу. Ее это правда не красит. Твоя любимая кузина, Джулиса Д Джеймс протянул фотографию. Безжизненные карие глаза Пейдж Диггори были широко открыты. Ее тело было привалено к стене. Волосы и кожа обуглились и стали черного цвета. На обороте фотографии Джулиса оставила еще одно послание. Ежедневный Пророк не захотел печатать мою фотографию. Какая жалость, я ведь такой профессиональный фотограф. Оставь себе на память как сувенир. Минерву замутило. Джулиса Долохов была самым отвратительным человеком, которого она когда-либо знала. То, что она совершала, не укладывалось в голове ни одного здравомыслящего человека. Лили плакала на груди у Джеймса. Он шептал ей слова утешения. Минерва оставила их наедине и пошла проверить Сириуса. Он лежал на диване, устремив свой взгляд в потолок. Минерва присела рядом с ним и взяла его за руку. Они молчали. Сириус не был в состоянии плакать. Она не могла даже представить, через что ему приходится сейчас проходить. Его отвергла семья, его собственная двоюродная сестра убила его невесту. Минерва потеряла всю свою семью и дочь, но у нее остался Альбус. У Сириуса же остались только его друзья. Слава богам за Джеймса, не в первый раз подумала она. В этот момент камин зажегся вновь. На этот раз Альбус появился в доме Поттеров, с очень серьезным выражением лица. Минерва встала. — Альбус, ты слышал? Он будто и не заметил ее слова. Его глаза метались. Это был не ее Альбус. Это был Дамблдор, лидер Ордена Феникса. У него была работа, и он ее выполнял. — Где Поттеры? Джеймс и Лили как раз вышли из кухни. У обоих были красные от слез глаза. Выражение лица Альбуса встревожило Джеймса. — Что случилось, Дамблдор? — Я только что стал свидетелем пророчества. Северус Снейп подслушал меня и в данный момент, не сомневаюсь, уже сообщил своему хозяину. Воландеморт считает, что пророчество гласит, что ваш ребенок станет причиной его краха. Джеймс был ошеломлен. — Гарри? Ему и года нет! — И тем не менее, — продолжил Альбус, — вы сейчас в смертельной опасности. — Что нам делать? — храбро спросила Лили. — Заклинание Фиделиус. Вам нужен хранитель тайны. Сириус? — Конечно, — ответил Джеймс. Сириус все еще лежал на диване, не обращая внимания ни на что вокруг. — Минерва, можно тебя на минутку? — голос Альбуса стал гораздо мягче. Минерва кивнула, и он отвел ее на кухню. — Как Сириус? — Получается, ты слышал? Альбус кивнул. Минерва постаралась ответить на вопрос честно. — Он в порядке, насколько это возможно. Ему дали успокоительное. Он пока не разговаривает. — Минерва сглотнула ком в горле. — Что будут делать с Пейдж? С ее... телом? — Бенджи Фенвик отправился на место, чтобы забрать тело. Джулиса все еще была там. Слово "взрыв" лучше всего описывает то, что с ним произошло. — Мэрлин. Что нам теперь делать? — Минерве стало еще тяжелее сдерживать слезы. Два члена Ордена в один день. — Я не знаю. Но что я знаю точно, это то, что Джулиса Долохов мертва. — Мертва? — Ее письма Сириусу и Ежедневному Пророку с самохвальством не обрадовали хозяина. Мне сказали, он лично убил ее. Глаза Минервы в ужасе расширились, эмоции взяли верх. Слезы потекли по ее лицу. Она всегда ненавидела Джулису, да, но смерти Минерва не желала никому. Альбус раскрыл руки для объятия, и Минерва упала в них. Он вернулся. Это был ее Альбус. — Нам придется отложить нашу поездку. — Я понимаю, это важнее. — Ее ответ был приглушен из-за отсутствия сил, и моральных, и физических. Он поцеловал ее в лоб. — Мне очень жаль. Пойдем домой. Минерва лишь кивнула, не спеша высвобождаться из его объятий. Альбус аккуратно вышел вместе с ней в гостиную. Лили ушла наверх, чтобы позаботиться о Гарри, который проснулся после тихого часа. Джеймс сидел рядом с Сириусом и что-то тихо говорил. — Джеймс, утром я первым же делом вернусь сюда, — прервал его Дамблдор. Джеймс коротко кивнул и вернулся к Сириусу. Альбус доставил Минерву в Хогвартс и молча разделил с ней скорбь о друзьях и врагах.