***

Элизия Эйдес, райское место, за одну ночь погрузившееся в пламя. Огонь поглотил небольшую деревню за час, убивая моментально, почти безболезненно. Безымянный герой отбивал атаки монстров, пытаясь защитить свою родину. Тогда он еще не знал, что больше никто не одарит его аплодисментами и словами благодарности, похвалы. Больше никто в Элизии Эйдес не назовет его своим героем. Безымянного короля пронзила невероятная боль, но ран на нем не было. Все это выглядело так, словно его намеренно сбивали с толку. Совсем юный парень бежал по деревне с мечом наголо. Его бабушка и дедушка сгорели заживо: быстро и почти без боли. До последнего они защищали своего внука. Фаенон не успел захоронить их, ведь тела словно растворились в воздухе. Огонь не позволял определить, где именно он находился, но Безымянный герой бежал напролом. Это место - его родной дом и каждый переулок ему был знаком. Отбивая врагов, он краем глаза уловил скоростную тень с мечом в форме полумесяца. "Левее..." "Беги..." "Ки...рена..." Разобрать, откуда шел этот голос было попросту невозможно. Он звучал в ушах, голова раскалывалась от этого ужасного ощущения. Фаенон отбил удар врага в последний момент и получил ранение, но не сдавался, а продолжал рваться в самое пекло. — Кирена! — Безымянный король кричал, но его голос растворялся в огне. Обрушился ближайший храм, придавив камнями новую волну противников. Фаенон боялся. Боялся, что Кирена погибла и пропала, так же как и его бабушка с дедушкой. Как и вся Элизия Эйдес... Черная тень пролетела прям перед глазами, разрезав его плоть пополам. Парень упал на колени, схватившись за грудь. Чудовище, атаковавшее его уже исчезло, как и рана, которую он оставил. Невероятная боль и кровь на траве - единственное, что осталось с ним, напоминая о собственной бесполезности. — Кирена, не бросай, — он наплевал на боль, схватил меч и задыхаясь побежал дальше. Чем ближе Безымянный король подбирался к ее дому, тем сильнее ему хотелось умереть. В глазах темнело, то ли из-за черного течения, то ли из-за фантомной боли. А может быть дело и вовсе в огне - его природа неясна, ведь это пламя необычное. Мало ли, какие последствия оно несло? Фаенону не хватило ровно десяти шагов. Тень вновь появилась неожиданно и ударила его. На этот раз, существо действительно рассекло плоть парню. Безымянный король взвыл. — Кирена! — он не мог думать ни о чем и ни о ком, кроме нее. Даже боль была второстепенной его проблемой. "Ки...ре...на..." "Смерть..." "Трин...надцать..." Неизвестный голос напомнил его собственный, но искаженный чем-то. В глазах начало темнеть. Прежде чем он провалился во тьму, перед ним предстала одна из теней мечника в черном. Существа, устроившего этот смертельный пожар. — Спи... — тень склонилась, поцарапав металлическими наконечниками грудь Фаенона. Боль исчезла, вместо этого он ощутил покой. "...или умри" — пронесся в голове голос Кирены. Он сопротивлялся, но меч выпал из рук, а Безымянный король погрузился в сон. Черное течение охватило всю округу, уничтожало дома и храмы, но Фаенона обходило стороной. Кирена с трудом выбралась из огня. Черное течение пробуждало самые ужасные мысли. Пламя поглощало Элизию Эйдес, но она не проливала по деревушке слез. Вместо этого бежала. "Виновник должен умереть, даже если нет совершенного греха" Знакомый, но между тем и чужой голос шептал отовсюду. Кирена схватила чей-то меч, оглядываясь. Больше всего ей хотелось увидеть Фаенона. Живым. Здоровым. "Ненависть и пустота поглотили грешника. И похоронен он был в четырёх сторонах света" Похититель пламени продолжал изводить Кирену. Как существо, неспособное связать между собой два слова могло так ловко пересказывать ему отголоски речей титанов? Тем более в поэтической форме? "Мёртвые ещё не погибли, как и живые ещё не родились" — Хватит! Появись передо мной, Путник! — Кирена, казалось, кричала в пустоту. Но она знала, что не одна вовсе. Тень словно игралась, скользила с одной стены на другую. С улицы послышался крик Фаенона, который потонул в новой громкой мысли в голове Кирены: "Мы принесли свет в этот мир" "Мы принесли разрушение в этот мир" "Ты помнишь свою эпитафию, Агнец?" Множество теней, точных копий Похитителя выстроились в ряд, направляя рукой к просторному залу обвалившего храма. Огонь потух, на небе сияла яркая луна. Сотни звезд создали на небе картину, насмехаясь над судьбой Элизии Эйдеса. "Когда я успела прийти сюда?" Черное течение отступило. Больше ее не мучила боль, не терзали чужие мысли и рука больше не тянулась к мечу с целью убить каждого, кто встанет на пути. Тени исчезали по мере приближения Кирены к единственному настоящему Похитителю пламени. Меч в виде изогнутого солнца в одной руке, в другой - полумесяц. — Где он? — первый слетевший с уст Кирены вопрос. — Мы столько лет не виделись, Агнец, но первый твой вопрос о нем? — Похититель пламени насмехался. В свете луны блеснуло кольцо Кирены - луна и солнце, слившиеся воедино. Если соединить мечи Путника, то узор получается абсолютно идентичный. Это определенно имело свою связь. Еще годы назад, это кольцо Агнец подарила маленькая девочка, проезжающая Элизию Эйдес с семьей. Если бы только она знала, какую беду навлекла на деревушку... — Нелегко было найти тебя...Агнец. — Мое имя Кирена. — Твоя воля, Кирена. Ты знаешь, зачем я явился, — Похититель пламени не спешил направлять на нее меч. — Я повторю вопрос: где он? — Ты никогда не беспокоилась обо мне также, как беспокоишься о нем, Кирена. Почему? Когда Путник махнул рукой, девушка заметила такое же кольцо, как и у нее. Значит, парные украшения, способные выследить другого? Умно. До чего же это в стиле ее давнего друга. — Потому что я не теряю надежд спасти этот мир, мой дорогой Путник. Тишина стала испытанием. Кирена была рождена в оковах, которые невозможно разбить. Не в одиночестве. Фаенон - вот последняя надежда Агнец. — Циклы не разбить без тринадцатого ядра, — наконец горько произнес Похититель. Он снял маску, обнажая свое лицо. Белые волосы, голубые глаза, но до боли уставший вид. Над губой появился ужасный шрам, но самого Похитителя это, казалось, не волновало. — Я не отдам его, — твердо ответила Кирена. — Не тебе. Твой путь давно подошел к концу, Путник. — В отличие от тебя, я пытаюсь спасти нас. — Но зачем? Разве остался в этом мире хоть кто-то живой? — Он. Путник сделал шаг вперед. Кирена не двинулась. Они уже сражались и неоднократно, но ни разу ее не настигла смерть. — Ты. Меч в виде изогнутого солнца вонзился в ее грудь, отдаваясь болью. Похититель пламени подловил ее, смягчая падение. — И я. Следом он использовал меч в форме полумесяца. Хотел вытянуть ядро пламени, но Кирена оказалась пуста. В ней не было божественности, абсолютно. — Кто из нас двоих теперь абсурдней? — она тихо посмеялась, нисколько не удивившись. "Фаенон..." "Где он? " "Пройдет ли свой путь?" Собственный голос казался чужим. Похититель пламени пролил по Кирене слезу. Своим же мечом он разрезал себе грудь, ни на миг не изменив лицо. После каждой "смерти" Кирены он "убивал" себя. Боль исчезла после сотого раза, сменившись пустотой. — Он без сознания. Живой. Я не убил, — наконец ответил он. Это было то, что хотела услышать Кирена. — Где оно? Тринадцатое ядро пламени? — Там, где его не найти... — слова отдавались болью. Ее жизнь вновь медленно подходила к концу. — Кирена! — голос Фаенона был так далеко, но так близко. Он подходил. Очнулся среди обугленной земли и продолжил ее поиски. Похититель склонился над телом Кирены, оставив прощальный поцелуй на ее руке с кольцом солнца и луны. Он всегда так делал. — Ты слышал о Спящем в сумерках воспоминаний? О великом Амфореусе? — К чему это? — Он знает. Мир погрузился во мрак. Смерть вновь постигла Кирену, на руках своего заклятого врага и ближайшего друга одновременно. Он не успел попрощаться, а Фаенон был все ближе и ближе. Второпях, Похититель вернул на лицо маску и аккуратно уложил Кирену на каменные плиты уничтоженного храма. Когда Безымянный король шагнул в зал, картина перед глазами возникла ужасная: окровавленная Кирена, Похититель пламени с мечом в руке и изодранной одеждой в районе груди и...больше ничего. Ни тел служителей, ни следов черного течения. Будто произошедшей десятками минут ранее атаки и не было. — Кирена! — Фаенон швырнул меч в Похитителя и побежал к телу подруги, упав на колени. Мечник принял удар, не отбил и не ускользнул от него, а напротив - сам подставился. Он знал, что заслужил всю ту боль, что сейчас творится в его душе. Меч Безымянного короля со звоном упал на каменный пол, а сам он исчез. — Очнись, молю. Кирена... Он не сдерживал слез, целовал ее руки и молил. Впервые Фаенон ощутил холод, одиночество и ненависть. Настолько яркую, что казалась сумасшествием. — Я убью его, моя дорогая. Прирежу. Я отомщу. Кирена... На его одежде осталась кровь, но Безымянный король не волновался об этом. Перед глазами стоял образ мечника в черном, который убил ее. Никогда грешник не будет прощен. Элизия Эйдес погрузилась во тьму. Больше не было радостных криков детей, играющих в прятки, запахов бабушкиных пирожков и ворчание дедушки, только пришедшего с огорода. Кирена не раскладывала карты у дерева, а бездомный кот, которого они подкармливали, не мурчал на коленях юноши. Это осталось воспоминанием. Далеким, будто несуществующим. — Амфореус, я не называю твое имя всуе, — меч в виде изогнутого солнца был направлен в пустоту. Тринадцатое ядро пламени... Он заберет его любой ценой. Даже если ради этого, ему придется пасть от собственных рук .