candy nekclace

– Ты хоть помнишь как плавать? – звонкий девичий голос и последовавший за ним смех разрезали остальные звуки.        – Юная леди, я умел это делать ещё до твоего рождения!        – Прадядя Форд, ты динозавр, раз так говоришь!        Мэйбл показала язык прадяде и убежала в сторону бассейна, едва не поскользнувшись из-за шлёпок на пол размера больше. Девочка с кем-то радостно поздоровалась, а уже через мгновение плюхнулась в виде “бомбочки” в кристально чистую бирюзовую воду. Стэнфорд не переставая твердил о том, что такой цвет у воды лишь из-за большого количества химикатов, которые могут оказаться вредными для организма. Одри это не беспокоило, она, разве что, захватила с собой увлажняющий крем для тела, чтобы учёный не бубнил ей на ухо.        Погода благоволила. Август начался с высоких температур, а значит бассейн Гравити Фолз стал более популярным местом для проведения выходных. Исключительно поэтому Пайнсы поехали сюда во время рабочей недели. Дети изнылись о том, что устали охлаждаться мороженым, а гостья была просто не прочь искупаться в прохладной водичке. Загорать она не шибко любила, а потому планировала провести время на лежаке с книжкой в руках, краем глаза подглядывая за возлюбленным.        Который как раз в это время, когда Одри наконец сумела примоститься в своём укромном местечке, помогал Дипперу в том, чтобы надуть круг. Мальчишка не горел желанием плавать, но всё ещё хотел находиться в воде, а потому решил лежать в своём круге, дрейфуя на волнах, создаваемые купающимися. Чтобы не сгореть, Диппер надел футболку и хотя бы в этот раз не чувствовал себя странным – кроме него в подобном наряде в бассейне находилась только Одри, избегающая прямых солнечных лучей. Стэнли накинул гавайскую рубашку, которую девушка смутно помнила по фотографии у себя дома, и щеголял в обычных пляжных шортах. И смотрелся невероятно сексуально.        – Так и будешь здесь прятаться?        Одри закрыла книжку и потянулась. Короткий поцелуй тут же расцвёл на её макушке и она хихикнула.        – Не фанат солнечных ванн. – Она прищурилась, – мне не нравится загорать. Для кожи вредно.        – И даже плавать не будешь? – заманчиво спросил мужчина, нависнув над своей возлюбленной. – Малыш, я проделал этот путь, чтобы увидеть твою грудь в этом купальнике, что ты так долго выбирала. Неужели ты лишишь меня такой радости?        Одри тихо рассмеялась и поправила широкие солнечные очки, которые откуда-то откопала Мэйбл, в который раз удивляясь тому, как у этой милой девочки находится всё, что душе угодно, в самых неожиданных местах. Девушка отрицательно махнула головой и оттянула край футболки так, чтобы приоткрыть участок кожи над трусиками купальника. Стэн присвистнул и ещё раз поцеловал любовницу в макушку.        – Маринуйся, золотко. Но если захочешь охладиться, то ты знаешь в чьих надёжных руках это сделать.        – Что-то мне подсказывает, что я наоборот расплавлюсь в этих руках. – Задорно предположила Одри и улыбнулась во все тридцать два.        Стэн застонал и прижался губами к чужой ушной раковине.        – Если ты так хочешь, то мы можем прямо сейчас пойти в подсобку и я заставлю твои сладкие ножки дрожать словно суфле. Но я думаю, что ребята расстроятся, если их любимый дядя не уделит им капельку своего времени. – Он быстро чмокнул её в висок и отстранился, – хорошего чтения, зануда.        Одри шумно выдохнула, сжала ноги, в попытке унять приятную вибрацию и демонстративно уткнулась носом в книжку. Её любовник не стал задерживаться и уже через пару секунд она услышала, что Диппер очень недовольно кричит о несправедливости жизни – Стэн скинул его в бассейн, упав вместе с ним. “Словно малый ребёнок,” – с улыбкой подумала Одри и продолжила читать, иногда наблюдая за семьёй Пайнсов.        Искупаться ей хотелось, всё же температура зашкаливала и грозилась подарить всем жителям Гравити Фолз парочку тепловых и солнечных ударов. Однако что-то в этом уютном лежаке привлекало её больше. А может Одри просто хотела побольше понаблюдать за своими любимыми людьми. Иногда она поднимала взгляд от страницы, всё ещё прячась за твёрдым корешком, разглядывала двух высоких мужчин, которые даже в бассейне стояли по грудь. Форд усиленно старался что-то объяснить своему брату, пока тот крепко сжимал лодыжку Мэйбл. Малышка пыталась вырваться, но по большей части хохотала во весь голос и очень сильно брызгалась. Диппер как всегда возмущался, но очень часто оглядывался по сторонам – краем уха Одри слышала, что в бассейн должна прийти та милая девушка блондинка.        Подростковая любовь всё ещё поражала её сердце.        – Откисаете?        Одри вздрогнула, оказавшись пойманной в процессе своей маленькой слежки, и приспустила очки. Рыжеволосая девушка ухмылялась с высоты своего роста и стояла сбоку от лежака, уперев руку в бедро. Одри тут же выдохнула и приветливо улыбнулась.        – Вэнди! Я не видела тебя с самой вечеринки, либо просто я плохо вижу.        Девушка отмахнулась.        – Не-а, я просто занималась братьями и потому не появлялась на работе. Зус разрешил, а мистер Пайнс клялся, что лишит меня зарплаты до конца этого года. Но его прелесть в том, что он частенько не помнит своих обещаний, – она пожала плечами и хмыкнула, – или не хочет помнить.        – Да, Стэнли порой забывчив. – Одри бегло осмотрела девушку, – ты работаешь в бассейне?        – А? – Вэнди посмотрела вниз и рассмеялась. – Не-а! В позапрошлом году работала, а купальник неплохой, да и прикалываться над посетителями интересно. Только не говорите мистеру Пайнсу, я хочу выписать ему предупреждение. И малявкам тоже, ставлю на то, что Диппер не знает о моём секрете.        Одри хихикнула и окончательно закрыла книжку.        – Должна прийти его девушка, поэтому ты сто процентов можешь взять с них налог на поцелуи в общественных местах.        Вэнди свистнула.        – А ты мне нравитесь. Скоро уезжаете?        Светловолосая девушка задумалась и заметно погрустнела. Одри гнала мысли об отъезде настолько далеко, насколько могла, но всякий раз они возвращались к ней. Оставались считанные дни и последнее время, ночью, когда Стэн совсем крепко спал, прижимая к себе возлюбленную, Одри не переставала смотреть на него в полумраке. Запоминала черты лица, как оно расслаблялось во сне, как он хмурился и бормотал что-то, едва начинал видеть сон. Пробыв с любимым человеком такое большое количество времени начинаешь забывать каково тебе было без него, как проводить время в одиночку: как не просыпаться от настойчивых поцелуев или “случайного” трения о ногу, как готовить завтрак для одного, а не для целой толпы людей, которые обязательно скажут “спасибо!”, как сидеть в тишине своей пустой квартиры, где нет даже домашнего питомца.        Последние дни было тяжело.        – Да. – Одри рвано выдохнула и скомкано улыбнулась, – через пару недель. После отъезда старших Пайнсов.        – О, поняла. – Вэнди недоумённо огляделась, завела руку за голову и улыбнулась, – слушайте. Мы с малявками собираемся пойти в аркады послезавтра, а потом я думала угостить их чем-то. Мэйбл говорила о ночёвке со своими подружками в Хижине и упоминала, что очень уж хочет Вас тоже позвать. Может пойдёте с нами? Ребятня обрадуется, да и я уверена, что Вы не настолько древняя, чтобы проиграть мне в аркадах. Одри прыснула, а после и вовсе рассмеялась во весь голос, вторя девушке подростку. В уголках глаз даже скопились слёзки и ей пришлось смахнуть их. Она убрала книжку вбок, завела очки на лоб и потёрла глаза, благо она была без косметики.        – Боже, Вэнди, я не настолько старая! И перестань звать меня на “Вы”, иначе я сойду с ума и начну думать, что я правда возрастная.        – Ну, ты может и нет, а вот мужчину Вы себе выбрали… – Вэнди пожала плечами, – но главное, что вы оба рады. Мистер Пайнс даже орёт меньше, для меня это однозначно плюс. Так ты пойдёшь?        – С удовольствием. Спасибо, Вэнди, ты очень милая.        – Ага, та же фигня. И не сидите тут под зонтиком, пойдите к ним. Если у вас всего две недели, то лучше ловить любую возможность провести время вместе.        Девушка отсалютовала, после чего развернулась на сто восемьдесят градусов и бодрой походкой направилась в сторону небольшого окошка, где выдавали снаряжение для бассейна. Одри надула губы – девчонка была права, она ведёт себя глупо, прячась за книжкой, пока вся её семья хорошо проводит время. Впереди долгий год, за который она сможет налюбоваться на счастливые пиксели, а сейчас нужно было жить в моменте и наслаждаться возможностью.        Потому, глубоко выдохнув и ещё раз намазав бледную кожу тонким слоем солнцезащитного крема, Одри сняла широкую футболку и подошла к краю бассейна. По всем углам резвилось молодое поколение, дети изо всех сил старались нырнуть поглубже, лишь бы находиться в воде с головой. Девушка встала аккурат напротив своего мужчины, который заметил, что что-то не так лишь когда понял, что от него сбежало солнце. Стэнли обернулся и тут же притворно схватился за сердце. Но по блеску в его глазах, даже через очки, его любовница поняла, что он совершенно точно впечатлён.        На Одри был надет её совсем новый купальник, который она купила только вчера, ввиду того, что купание было не запланировано в её чемодане. Высокие трусики, достающие до пупка, с тёмно-синими завязками по бокам и лиф с глубокими чашечками, и не менее глубоким декольте, были сделаны с тропическим принтом, розового и синего цвета. Подобное сочетание как никогда подчёркивало голубизну глаз девушки и оттеняло её и без того светлую кожу – так сказала продавщица.        – Какими судьбами, детка? Мы здесь плещемся, а не прячемся от солнышка.        Одри закатила глаза и цокнула.        – Решила посмотреть на что способны те руки. – Она заигрывающе подвигала бровями и спустилась. Задняя поверхность бёдер коснулась холодного, на удивление, кафеля, а ноги мгновенно оказались в блаженной прохладной воде. С губ слетел довольный стон. – Зря я сидела там так долго!        – А я говорил.        Стэн подошёл ещё ближе, устроился между ног и с выражением довольного сытого кота, положил голову на девичье бедро. Разомлевший, распаренный Пайнс выглядел счастливым – он широко улыбался губами, в уголках глаз проявились морщинки, а его сильные крупные руки то и дело касались ног Одри, стараясь как-то размять их.        – Ты же умеешь плавать? – внезапно спросил он.        – Конечно! А что–        Договорить она не успела, Пайнс в одно резкое движение стянул её в воду и стиснул в своих объятьях. Одри взвизгнула от неожиданности, несколько раз возмущённо крикнула на любовника, пытаясь посильнее ударить его в плечо, испугавшись резкого холода в воде, а после залилась смехом. Стэн кружил её, прижимая к своему мягкому большому телу, пока девушка крепко держалась за его плечи. Одри наклонилась и быстро чмокнула его в нос и зажмурилась. – Прадядя Стэн! Ты нашёл себе товарища? – крикнула Мэйбл, что сидела на плечах своего второго прадяди. Одри выглянула из-за широкой спины возлюбленного.        – Да, тыковка. Как раз обсуждаем стратегию! – Ответил ей мужчина и снова вернулся к девушке, – готова показать кто здесь папочка?        – А что мне за это будет? – лукаво протянула Одри. Стэн хмыкнул и помог ей взобраться на свои плечи, несколько раз специально наклонившись, чтобы напугать.        – Если будешь хорошей девочкой, – пробормотал он, хватаясь за её икры, – я сделаю то же самое в нашей спальне вечером.        По телу прошла горячая волна предвкушения. Одри закусила губу и наклонилась вперёд.        – Давай сделаем их.       

⊂⊃

       – Не знаю, всё это сложно, – вздохнула подруга на проводе и Одри улыбнулась самой себе.        Она ещё раз заглянула в коридор и, не найдя там признаков внезапных слушателей, ещё раз хмыкнула. После целого дня в бассейне дети, которые должны были вымотаться, продолжили резвиться на заднем дворе. Форд пообещал им битву с водными пистолетами, поэтому пришлось выполнять их запросы. И пока все был чем-то заняты, Одри решила расслабиться и почувствовать себя немного увереннее.        Разговор с кем-то близким всегда радовал, придавал сил и вселял подобие надежды. Особенно приятно для души было беседовать с Лореттой – давней подругой, с которой Одри была знакома, как казалось, всю жизнь. Хотя они и подружились лишь в колледже, когда обеим было не больше девятнадцати, к данному отрезку их жизни, Одри считала, что Ло была членом её семьи. В силу занятости последней, они давно не созванивались, ограничиваясь лишь перепиской в мессенджере. Но даже это не мешало им обсуждать свежие новости, перетирать косточки завистницам и просто делиться чем-то сокровенным.        – Да, но как будто это правильное решение. Или не особо… Я немного запуталась, если быть честной. Конечно, наверное это просто мои гормоны бушуют, но мне сложно представить, что я вернусь домой. В квартиру. В свою пустую и одинокую квартиру.        – Ты хочешь остаться в Гравити Фолз? – Озвучила мысль подруги Лоретта. Так мало слов, но они были такими громкими и неоднозначными. Одри прикрыла глаза. До последнего она старалась не произносить эти слова вслух, боялась, что в эту же секунду она передумает или на неё нахлынет волна паники. Но внезапно, услышав это, Одри поняла, что перспектива не пугает её – на душе было спокойно, как во время штиля в океане.        – Думаю, да. – Она сжала губы, – но это подлежит долгому обсуждению.        – И, конечно же, ты хочешь решить всё в одиночку, не посоветовавшись с Пайнсом? Милая, мы же это проходили. Ты очень много времени провела одна, думала сама, решала в одного. Но теперь ты в отношениях и, судя по всему, довольно неплохих.        – Лучших. – Мечтательно выдохнула Одри.        – И я о том же. – Ло усмехнулась. – Если ты действительно хочешь остаться со своим мужчиной, то нужно говорить с ним лично. Ты никогда не сможешь узнать, что именно происходит в его голове, пока не спросишь. Или ты планировала придумать несколько тысяч вариантов ваших диалогов, а после расплакаться, так как ни один не приведёт к хорошему концу?        Девушку встретило молчание и она громко рассмеялась. Одри чувствовала себя побеждённой – Лоретта слишком хорошо знала её. И они действительно не впервые говорили на тему надумывания со стороны журналистки.        – Ладно, ладно, мисс Холмс, Вы раскрыли это дело. Возможно, именно этим я и собиралась заниматься ближайшее время.        – И просрать последние две недели своего отпуска на бессмысленные метания душевные, вместо того, чтобы не выпускать своего благоверного из постели.        – Ло! – Девушки рассмеялись.        – Нет, а где я не права?        Где-то снаружи дома снова раздался звонкий смех, стихающий под конец – двойняшки всё ещё играли и пытались победить друг друга. Одри несколько раз кивнула самой себе, будто продолжая безмолвно соглашаться с подругой. Ло была права, нет смысла решать и обдумывать всё самой, когда рядом с ней теперь не какой-то юный взбалмошный мальчишка без целей в жизни, а самый настоящий мужчина. И пусть Пайнс порой вёл себя как вышеупомянутый мальчишка, он всё также оставался рассудительным и трезво оценивающим ситуацию партнёром.        – Ты же знаешь, что я люблю тебя?        Лоретта хмыкнула на другом конце телефона.        – Конечно, потому что я тоже тебя люблю, глупышка. Пришли мне ещё фотографий, рассмотрю хоть твоего парня. – На последнем слове она не сдержала смешка. – У него нет одинокого брата случаем?        – Я же рассказывала тебе, что есть. Он учёный, очень хороший кстати. Немного занудный, но я даже рассматриваю это как часть его шарма. Потом покажу снимки. Ты бы могла приехать как-нибудь.        – Ну вот когда ты там останешься и пришлёшь сообщение, что вы живёте своё долго и счастливо, тогда приеду. А пока, буду ждать вашего разговора. И не затягивай, солнышко.        – Спасибо, мам. – Одри вздохнула с улыбкой, – люблю тебя, Ло.        – И я тебя, милая.        Гудки в трубке звучали ещё пару секунд, пока девушка окончательно не заблокировала экран мобильного. Перед этим она отправила обещанные снимки в мессенджере для подруги, найдя самые пристойные, задержалась, любуясь своими драгоценными двойняшками, которые приветливо улыбались с экрана. Больше всего на свете она не хотела расставаться с ними.        – Как поговорили с подругой? – Стэн подошёл ближе, появившись в дверном проёме, и подал один стакан с янтарной жидкостью. Одри удивлённо взглянула на возлюбленного, после того, как понюхала содержимое и поняла, что ей налили алкоголь. – Что? Хороший виски.        – А какой повод?        – Никакой, двинься.        Мужчина, покряхтев, плюхнулся рядом с девушкой в кресло. Одри проявила сноровку и уже через мгновение уютно устроилась на коленях возлюбленного. Не было места более безопасного и уютного в тот момент, чем рядом с Пайнсом. Они молча стукнулись бокалами и каждый сделал глоток. Девушка счастливо зажмурилась – Стэн разбавил её напиток яблочным соком, прямо как ей нравится.        – Так и как там Ло? Ты выглядишь грустной. Давно вы не виделись? – широкая горячая ладонь легла на женскую спину. Алкоголь, быстро добравшийся до мозга, расслабил сознание Одри, и она глуповато улыбнулась.        – Всё в порядке. Просто всегда немного грустно от осознания, что нас разделяет расстояние и мы не можем сорваться куда-то вместе, как в былые годы. А не виделись мы уже… – Она задумалась и выпятила губки, – год или полтора. В следующем получится наверное, если отпуск совпадёт.        Стэн наклонился и чмокнул девушку в губы, задержавшись. На вкус его поцелуй был как виски, только крепче, чем в бокале Одри. Она радостно промычала что-то и углубила поцелуй. Пайнс хмыкнул, провёл языком по нижней губе возлюбленной, оттянул зубами и снова легонько чмокнул, отстранившись. Одри счастливо и расслабленно улыбалась. Со Стэном всё всегда было просто и от этого на душе было спокойно.        – Рад, что у тебя есть хорошая подружка. А с грустью я разберусь, – на этих словах Пайнс вновь сделал глоток и оставил невероятно мокрый и влажный поцелуй на открытой острой ключице. По телу пробежал табун мурашек, а от прежнего ощущения жары на коже не осталось и следа. Мерзкое и неприятное чувство липкости уступило приятному трепету, тёплу, разливающемуся по телу с каждый новым маленьким глоточком и с каждым новым поцелуем. В изгиб шеи, около ярёмной вены, в плечико. Узкие шершавые губы чертили карту собственного пути, маняще дурманили и без того ослабший под действием алкоголя рассудок. Одри мелко вздрогнула, плечи затряслись от контраста влажной кожи с жарким летним воздухом, что ласкал оголённые участки.        – Стэн… – прошептала она, – мы обсуждали это.        – Что именно? – крупная мужская рука, что не была занята бокалом, скользнула между девичьих ножек. Из-за того, что в гостиной в принципе всегда было слишком тепло, а сейчас температура зашкаливала, кремовая кожа на ляжках покрылась мельчайшими капельками пота. Едва Пайнс коснулся распалённого места, девушка сдавленно охнула. – То, какие у тебя замечательные ножки? Или какая ты красивая, когда вот так расслабленно сидишь в моём кресле?        Толстые пальцы вжались в нежную кожу, больше похожую на пудинг сейчас. Если бы в комнате не было так жарко, то у Одри не было бы ни единого оправдания для мокрой полоски на ткани её джинсовых коротеньких шорт. И это учитывая факт, что она совсем недавно сменила нижнее бельё, ведь устала от ощущения влажности: Пайнс в тысячный раз попытался поймать её в коридоре и прижимал к деревянной стене, пока девушку не спас звонок.        – То, что нам нельзя заниматься сексом, пока дети дома.        – Но ведь они не дома. – Заключил мужчина, продолжив покрывать поцелуями ключицы своей возлюбленной. – И с меня причитается.        – Но ты обещал спальню, а не гостиную.        – Это будет десерт. А сейчас я хочу своё блюдо номер один.        Рука, которая свободно исследовала внутреннюю часть бедра, скользнула ещё выше и достигла полосы джинсовой ткани. Ловкие пальцы сдвинули её вбок и Стэн сдавленно застонал.        – Моя девочка.        Подушечки двух пальцев беспрепятственно коснулись влажной горошинки клитора, не скрытой под тканью нижнего белья, коего просто не было, и несколько раз покружили вокруг. Одри впилась ногтями в голые плечи Пайнса и прикусила губу, чтобы не издавать лишних звуков. Они заключили договор с ним – никаких непристойностей, пока вся семья дома и пока их могут легко заметить. Одри больше не хотела краснеть перед вторым Пайнсом и тем более перед детьми. Но Стэна это не сильно беспокоило.        – Мошенник! – Вздыхает она, когда любовник вновь скользит между половых губ, настойчиво и упрямо лаская клитор. Хочется свести ноги вместе и не позволить Пайнсу продолжить начатое, но всё внутри буквально кричит об обратном.        – Приму это за комплимент, малыш.        На последних словах он мучительно медленно ввёл сразу два пальца, неприятно давящих на стенки влагалища, пытающиеся обхватить и втянуть что-то новое. Через пару секунд и одно мягкое, нежное, аккуратное движение Одри вздрагивает и выгибается в пояснице, стараясь как можно сильнее и глубже насадиться на чужие пальцы. Только их одних, по размеру и толщине, могло бы хватить для того, чтобы кончить. Но то как Стэн двигал ими – старательно, не спеша, плавно входил и сгибал фаланги глубоко внутри, задевая костяшками правильные места. Ох, это сводило с ума.        Одри продолжала впиваться в мужские плечи и беспрестанно ёрзала, изо всех сил старалась создать хоть какое-то трение в районе клитора, который остался без ласки. Внутри было уже три пальца, а пелена приближающегося оргазма, застилающая рассудок, вместе с нарастающей жаждой большего говорили устами девушки. Она тихо хныкала, просила о том, чтобы Стэн перестал её мучать и позволил наконец кончить, но каждый раз едва она начинала сжиматься сильнее, Пайнс останавливал любую фрикцию и продолжал лишь после того, как Одри прекращала дрожать.        Мысли перепутались, воздух вокруг стал тяжелее и хотелось как можно быстрее кончить. Одри двигала бёдрами вперёд и назад, стараясь помочь самой себе, но всякий раз попадала в ловушку, и Стэн откладывал её оргазм. Пытка. Сладкая и мучительная пытка.        – Пожалуйста, Стэнли… Прошу тебя.        – Да, детка?        Он находит время для переговоров. Подлец.        – Я сделаю всё, что ты попросишь, только дай мне кончить.        – Прям таки всё? – протянул он, оставляя поцелуй на влажной шее. Девушка под ним заёрзала чаще и ещё два поцелуя расцвели в том же месте.        – Возьми меня, сделай что угодно, но я хочу кончить с тобой внутри!        Хриплый и низкий смех раздался совсем рядом с её алым ушком.        – Но ты же не разрешаешь мне брать тебя в полном доме, – пальцы издевательски согнулись глубоко внутри и Стэн развёл их словно ножницы. – Где все могут услышать и увидеть как мы занимаемся сексом.        – Стэн, Стэн, пожалуйста! – Сдалась Одри и практически растеклась в чужих руках.        Больше Пайнсу ничего не требовалось. В одно мгновение Одри уже сидела на его коленях, насквозь мокрая полоска ткани неприятно впилась в нежную кожу внутренней стороны, а между половых губ скользил, покрываясь естественной смазкой, крупный член Пайнса. В какой момент он спустил штаны и бельё девушку не волновало, единственное чего она хотела, это почувствовать его внутри.        Из-за обилия смазки и благодаря тому, что Пайнс хорошо растянул её и подготовил, Одри не сразу поняла, что он внутри. Но едва Стэн начал двигаться, быстро и яростно вбиваясь в неё так, что она начала подпрыгивать, узел внизу затянулся ещё сильнее, готовый вот-вот взорваться. Они быстро нашли нужный ритм и по гостиной пролетели первый полустоны удовольствия, тихие и едва слышимые. Одри двигала бёдрами, раскачивалась на мужчине, что уверенно держал её и наоборот помогал, направлял, меняя угол, чтобы им обоим было хорошо. – Мы перестанем, ах, это делать! – Возмущённо фыркнула Одри, продолжив подпрыгивать, когда почувствовала как внутри скоро что-то вспыхнет. Хватка на её бёдрах усилилась и она застонала от приятной боли.        – Совсем? Детка, я не выдержу целибата, тем более, когда ты будешь рядом.        Пайнс склонил голову и уткнулся лбом в грудь девушки. Он тяжело дышал и сдерживал себя, чтобы не укусить и оставить метку на теле возлюбленной.        – Нет! – Одри задвигала телом быстрее, увеличивая амплитуду движений и охнула, когда Пайнс задел нужное местечко внутри. – Мы перестанем делать это при полном доме людей!        – Как скажешь, малыш. – Стэн с силой толкался в неё, предчувствуя приближающийся оргазм.        – И ты не будешь спорить со мной на эту тему.        В голове набатом били мысли о том, что ей нужно совсем чуть-чуть, ещё немного и она наконец получит желаемое. Внизу живота с каждым движением становилось всё жарче, а само тело горело от высокой температуры. Одри была уверена, что ей снова придётся принять душ, ведь между ног был настоящий водопад, нечего говорить по остальные участки кожи. Между лопаток скатилось несколько капель пота и она захныкала.        – Детка, ещё немного…        Одна рука Стэна оказалась за девичьей спиной и он прижал её к себе, продолжая стискивать левое бедро. Девушка выгнулась ему навстречу.        – Пообещай мне, что ты перестанешь зажимать меня у всех на виду!        – Одри, детка, пожалуйста. Всё, что ты захочешь, малыш. – Отчаянно прошептал Пайнс. Его любовница ухмыльнулась, прижалась губами к уху и промурчала.        – И пообещай, что возьмёшь меня ещё раз в спальне сегодня.        Этого хватило, чтобы они оба кончили с небольшой разницей. Одри казалось, что она плавится, по-настоящему, как мороженое или новая свежая дорога, проигравшая в борьбе с летним солнцем. В голове было абсолютно пусто, а перед глазами танцевали белые пятна, пока в ушах стоял гул. Сердце частило и было готово вырваться из груди, она часто дышала, дрейфуя на обрушившемся на неё оргазме. Между ног стало совсем липко, пот смешался с её естественной смазкой, что бесконечно выплёскивалась из ней, а внутри сразу стало так тепло и приятно от чувства наполненности. Стэн всё также вжимался лицом в её влажную грудь, восстанавливал дыхание.        – Нам нужно, – произнесла Одри на новом выдохе, – нужно быстрее подняться наверх. Иначе попадёмся.        – Пожалей меня, малыш, для второго раунда мне нужно немного времени.        Одри слабо ударила мужчину в плечо, на что он усмехнулся.        – И нам нужно очень серьёзно поговорить.        – Детка, я понял про домогательства. Я буду стараться, но не касаться этой сладкой девочки я не смогу.        – Я не об этом, но и об этом тоже.        Одри отстранилась и взглянула в блестящие глаза любовника, который как раз оторвался от её груди.        – Я хочу остаться в Гравити Фолз.