Корни в груди

Ичиго впервые заметил неладное, когда едва не задохнулся посреди улицы. Он возвращался с учёбы привычно рассеянный, слушая музыку в наушниках когда в груди все сдавилось. Казалось, легкие обожгло чем-то невидимым, резким, заставляя его согнуться пополам. Воздуха не хватало. Судорожно вздохнул, но горло тут же сжалось, выталкивая наружу что-то мягкое. Тёплый ветер унес прочь хрупкие лепестки. Ичиго с изумлением уставился на них. Маленькие, белоснежные, они дрожали в воздухе, прежде чем упасть на ладонь. Ханахаки.Пришло резкое осознание, холодное и безжалостное. Болезнь неразделенной любви. Легенда, в которую он никогда не верил, но которая теперь пустила корни в его груди. Это не могло быть правдой. Это просто невозможно. Но тогда... Кого он любит? Ичиго сглотнул ощущая привкус метала. Внутри все сжалось. Это был не просто приступ - это серьезная болезнь. А значит, любовь, которая это вызвало, уже пустила корни. Зажмурился, пытаясь заглушить все мысли которые лезли в голову. Он не мог вспомнить никого, перед которым его сердце замирало, никакой любви, которую он мог скрывать даже от себя. Но ответ уже был. И в следующий миг он понял. Ровный голос, обволакивающий как яд. Легкая, почти презрительная улыбка. Глаза, в которых отражалось вселенская мудрость лишённая жалости. Айзен Соске Ичиго почувствовал как его сердце замерло, прежде чем сново забиться с болезненной силой. Это была не просто ошибка. Это было проклятие. Ичиго тяжело опустился на кровать, сжимая в ладони белые лепестки. Он чувствовал как внутри что-то сжимается, пускает невидимые корни в легких, в сердце, в каждой клеточке его тела. Это был бред. Глупость. Как он мог влюбиться в Айзена? В шинигами который предал всех, разрушил жизни многих, играл с судьбами как с шахматными фигурами? Но чем сильнее он сейчас отрицал все, тем глубже ускорялась боль. Не знал какие испытывать эмоции осознавая то, что Айзен преследовал его даже после своего поражения. Его спокойный голос все еще звучал в мыслях. Его взгляд - холодный, понимающий, презрительный, вгрызся в память слишком глубоко. А самое страшное в чем? Ичиго никогда не мог его забыть. Знал, что болезнь не пройдет сама. У него был выбор: либо Айзен ответит на его чувства, либо болезнь разрастается и он задохнется под грузом своиз эмоций. Айзен, он был заперт в Мукене. Недосягаемый. Ичиго провёл ладонью по лицу, вздыхая прерывисто, чувствуя как грудь словно сдавило. В следующий миг он закашлялся, и на его губах вновь расцвели новые белоснежные лепестки с кровью. И он понимал, что это только начало.